Бегство

Сандас. Прекрасный по своему остров, на котором располагается много растений и живности. Одновременно и далёк, и близок к Тедасу. Сами по себе жители острова миролюбивы и почти не используют оружие, только если в самообороне. Магов здесь почитают, потому-что мало кто ими рождается, а если и рождается, то его забирают сразу же, после проявления магии. Нет, их не мучают, как в Кругу в Тедасе. Здесь вполне даже сносно с ними обращаются. Хотя, чего это мы об магах? Давайте поговорим о культуре острова. Вместо Андрасте у них здесь Кейтаро, который спас весь остров от его уничтожения драконом. Создатель остался Создателем, только они его не слишком часто упоминают… — Мам, я схожу до деревни, продам яблоки, — Улыбчиво сказал черноволосый паренёк с растрёпанными волосами до плеч. — Хорошо, только не слишком задерживайся! — Громко говорит с кухни мать. — Говорят, что подчинённые самого императора придут сюда. Если что-то случится, то семья должна быть вместе. Понимаешь? — Всё-всё! Я понял! Не скучайте! — Помахал он своим брату и сестре и пошёл прямиком в соседнюю деревню. Его зовут Макото. Он обычный сандасанец, который счастливо живёт в маленьком домике с большой семьёй. По меркам Сандаса у них большая семья. Три ребёнка в доме и четвертый на службе. Сам Макото являлся вторым старшим в семье ребёнком. Самая старшая сестра, следуя своей мечте, ушла на службу к императору. Изредка пишет письма. Макото, конечно, не одобрял её мечту, но поперёк идти не мог. Притворился что рад. В данный момент было холодное лето. Данное явление здесь норма и многие ходят в тёплых одеждах. Кто-то в тёплых юкатах или кимоно, кто-то в обычных тёплых штанах и куртках, а кто-то в доспехах, под которыми обязательно находилась теплая подкладка. Макото же шёл в обычном хаори, которое было подвязано поясом, а под хаори была обычная меховая рубаха. Зачем Макото продаёт яблоки? Просто яблоки холодным летом пользуются большим спросом и выгоднее их продавать в это время года. Самому Макото было бы не жалко их просто отдавать, но из-за странного нововведения, в виде которого эти яблоки должны продаваться за монеты, их маленькому клану приходилось продавать их. — О-о-о, Макото! — Воскликнула знакомая женщина с корзинкой, подходя к парнишке. — Как ваши дела? — Всё отлично, тётя Мэй. У Вас как? — Поддержал разговор Макото, кладя несколько яблок в корзинку знакомой, пока та отсчитывала монеты. — У нас хуже некуда. — Грустно вздохнула Мэй. — Этот стервятник снова напился дешёвого пойла и ни в какую не хочет помогать, мол, похмелье! — Ох, сочувствую Вам. Вот Ваши яблоки, кушайте с удовольствием! — Помахал Макото на прощание женщине, которая, отсчитав нужную сумму, отдала плату и ушла.

***

— Бегите, я их задержу! — Прокричала вслед семье стражница и приготовилась отражать атаку. Всё было хорошо. Яблоки все продались и счастливый Макото побежал домой показывать свои заработанные деньги. Семья была рада. Потом в деревню заявились вооружённые до зубов подчинённые императора и начали требовать ребёнка, испившего крови демона. Семья Макото напряглась. Дело в том, что в их семье, из поколения в поколение, хотя-бы один ребёнок должен был выпить кровь демона местных земель и получить его силу. И, как вы поняли, им был Макото, который совсем про это забыл. Естественно, все притворились, будто не знают про какого-то ребёнка. И началась кровавая бойня. Дома деревушки пылали, повсюду были слышны крики и лязг мечей и копий. Толпы сандасанцев пытались убежать в леса, но быстро оказывались нанизанными на копья армии, или раздавленными троллями, которых использовали как служебных собак. Все запахи смешались, перед глазами плыло, ноги нещадно болели, но они бежали. Старшая осталась в полыхающей деревне, отвлекая отряд на себя и дав сбежать семье. Потом Глава Клана и отец семьи оторвался от родных и остался отражать нападение других подчинённых. Потом... Потом выжившие члены постепенно разрушающейся семьи встретили тролля. Большого тролля, который был закован в тёмные доспехи. Он долго смотрел на сандасанцев, а после набросился на них. Первой очнулась Юки, которая оттолкнула мать с ребёнком и Макото подальше от тролля. После на месте Юки осталось кровавое месиво, когда на неё напрыгнул тролль и потоптал ногами. Пока тролль был отвлечён, оставшиеся побежали, что есть мочи, как можно дальше от служебного тролля. Тот за ними не погнался. Либо он их потерял, либо заинтересовался другими беглецами. Когда они выбежали из лесов, перед ними предстал берег, около которого были приставлены корабли, на которые забирались выжившие сандасанцы. Макото, его мать Мисаки, его брат, которому только один год... Больше никого не осталось. Если повезёт, то они смогут спокойно добраться до Тедаса, а там и до Ферелдена... – И-извините, – Хриплым голосом обратился Макото к капитану корабля, – а куда именно мы направляемся? – В Тедас. В государство Ривейн. – Сказал капитан, не посмотрев даже на парня. – А сколько туда плыть? – Недели три-четыре. Если повезёт, то две. Выживших было два небольших корабля по человек пятнадцать на каждом. Выжило и добралось до берега ничтожно мало. – А почему вы стояли около берега? –... Не твоё дело, пацан. Макото вздрогнул от стального голоса капитана и поспешил вернуться к матери. Мисаки тихо плакала, поглаживая по голове самого младшего сына. Не обратив внимания на Макото, который сел рядом, она промолвила самой себе: – Как император мог узнать, что в деревне может быть демоново дитя? Кто-то сказал? Или среди них затесался шпион? Макото понимал, что всё это было из-за него. Эта сила демона приносила больше проблем, чем добра. Сожжённая деревня, вынужденная мера как можно меньше находиться на солнце, головные боли, связь с Тенью, частое попадание под удар... Всё это больше походило на проклятье, нежели на «божественную силу, которой можно одним чихом сокрушать армии порождений тьмы, десятки драконов и вообще стать богом». Хотя, Макото тогда никто не спрашивал, хочет он пить эту кровь или нет. Родители говорили, что с возрастом это всё пройдёт. И он им верит. Однако, были и плюсы от этой силы. Небольшие, но плюсы. Более крепкие кости, которые сложно сломать и более прочная кожа. Идеально для тех, кто берёт весь удар на себя. Больше выносливости, Макото стал сильнее и быстрее. Есть ещё и особое состояние, при котором у него появляются когти, клыки, появляется мускулатура вместе с большей силой, улучшается слух и зрение. На этом плюсы заканчивались, и с этой силой «берсерка» приходила ещё неимоверная усталость во всём теле. Мисаки говорила, что если оттачивать свою силу, то можно достичь небывалых высот. Хотя, зачем Макото добиваться верхушки? Чтобы потом его семья была в опасности? Хотя, вся его выжившая семья и так в опасности просто потому-что он находится на одном с ними корабле. Сколько ещё времени до того, как император узнает точно, что Макото демоново дитя? Насколько Макото знает, то таких детей мучают и делают из них рабов... Ещё может достаться и тем, кто скрывал это. Ещё больше проблем. – Мам... – Обращается черноволосый к матери и кладет свою ладонь ей на плечо. Мисаки вздрогнула и посмотрела на сына. В глазах боль и горе, желание разрыдаться и просто спрыгнуть с борта. –... А куда мы отправимся? Капитан сказал, что мы отправляемся в Ривейн. Мы там останемся? Мисаки ненадолго задумалась, а после выдала дрожащим голосом: – Отправимся в Киркволл. Там у нас должно быть поместье... – Откуда оно у нас там? – От моей сестры... Она после смерти его передала мне. Помню, после получения письма я порывалась в Киркволл... но твой отец меня остановил. – Мам, не говори больше. Я понял. – Кивает Макото. – А как мы попадём в Киркволл? Письма же у нас нет... – Копии всегда находятся у... Императора? Короля? – Наместника. – Да, наместника. Так что ещё не всё потеряно... – Главное, чтобы никто не присвоил это поместье себе....

****

Прошло десять лет с тех пор, как Макото с семьёй сбежали с Сандаса. Теперь Мисаки и Микио(брат Макото) живут в небольшой лачужке в Нижнем Городе, потому-что никто не поверил тогда, что поместье ихнее. Однако, в этой лачужке бы до комфортно и это главное. Макото подался в наёмники и, заработав денег, купил себе свою собственную лачугу, чтобы не теснить Мисаки и Микио. Потом попросил выковать себе копьё, которое он, на пару с кузнецом, скорректировал сам, и привязал к нему ленточку, которая была воспоминанием о Сандасе. Потом он начал вспоминать уроки отца, когда тот учил Макото драться с копьём. Сам парнишка использовал приёмы, которым научил его отец. Потом он начал вспоминать уроки рукопашного боя. И в основном он им и дрался, потому-что ему, как оказалось, так легче. Сворачивать шеи ведь лучше, чем тыкать врага копьём. Копьё он использовал в особые случаи. Потом он ушёл от наемников. Стал выполнять задания и копить деньги. А вот на что копить, он сам не знает. Решил, что деньги будут на черный день. Собрал свой отряд, состоящий из каких-то таких же отбитых, как и он сам, в каком-то смысле. Стал чаще улыбаться, вести себя придурошно, был ко всем добр, любил поесть хорошо... – Макото! – Бывший церковник окликнул парня, который, нахмурившись, смотрел на какую-то листовку. – Ты чего застыл? Пошли, там твой корабль отбывает. Кораблей в Ферелден, на этой неделе, больше не будет. – А? Да-да, Савва, я иду. Просто задумался. – Отрывает взгляд голубых глаз от листовки и направляется в порт. **** – Вы уверены, что вам стоит плыть в Ферелден? У меня плохое предчувствие... – Говорит Шаарас, наблюдая за другом, который переминался с ноги на ногу. – Всё будет хорошо, я в любом случае буду в порядке, даже если на меня нападёт полчища порождений тьмы! Вы же меня знаете, я их не испугаюсь! – Скорее, они тебя испугаются. – Хмыкнул Савва, завязывая блондинистые волосы в хвостик. – Не волнуйся, коссит, я его буду защищать. Шаарас на это только хмуро кивнул. * – Удачи вам! – Махают на пристани Мисаки и Микио, до того момента, пока корабль не скрывается с глаз. Теперь, Макото держит путь в Ферелден, а именно в Лотеринг, чтобы повидать одного знакомого... Жаль, что этот знакомый умрёт через неделю, после приезда Макото в гости, от порождений тьмы...