Актер, боец и кактус

Утро как утро. Будильник, недовольные потягивания, осознание, что пришел новый день и нужно вставать. Эдгар приоткрыл глаза и заметил уже знакомую макушку. Фэнг спал сидя, прислонившись к спинке кровати, его козырек закрывал половину лица. Как странно. – Поднимайся, – Эдгар пихнул соседа, сам еще толком не проснувшись. Окна опять не были закрыты занасвесками, но благо с утра солнце не на его стороне. – хватит занимать мою кровать. В следующий раз будешь спать с Поко в обнимку. – М-м, – что-то неразборчиво пробубнил Фэнг, сползая и устраиваясь удобнее. Эдгар говорил сам с собой. Ну и соня. Опять просыпается и опять с незнакомцем в кровати, который слишком уж пытается занять все его пространство. Как вернётся точно предъявит ему за все. По дороге к ванной Эдгар опять поймал себя на мысли, что простил бы все это Колетт. Сегодня как раз надо было собираться на работу. Людей в это время было мало, а если и попадались, то также куда-то спешили по своим делам. Солнце ещё не встало, небо светлело перед рассветом, холодный ветер неприятно дул в лицо, приходилось останавливаться и искать разные положения, чтобы поджечь сигарету. Но настроение у Эдгара было прекрасными. Такая пасмурная погода была его любимой для прогулок по улочкам, да и Фэнг своим нахождением взбодрил его с утра. Что было странно, так это Колетт, которая вообще не разделяла его оптимизма. Она лежала на стойке лицом вниз. Да, все было как раньше, девчонка пришла первая, открыла магазин, разложила вещи, но не было "привет, Эдгар", кинутых в него игрушек, смеха, даже сказать атмосферы. У Колетт бывали дни, когда она пребывала в унынии, но обычно это было на пару секунд и в ее стиле: лежа на спине на полу, руки в разные стороны, монотонное "Эдгар, все плохо". Но сейчас все не так. – Эм, привет? – Эдгар поставил свою сумку у входа и прошел внутрь. Он также приметил ее тетрадку на полу, которую никогда не выпускали из рук. – Колетт? Ты живая? В ответ он услышал что-то неразборчивое. Она только подняла руку, сделала жест, похожий на пистолет, выстрелила в себя и снова не двигалась. – Тебя не трогать? Или наоборот? – он аккуратно коснулся ее волос. Такие жёсткие, торчат в разные стороны. Снова мычание. Что же такого ужасного могло случиться? Ей отказал Спайк? С Биби поругались? Пайпер побила зонтиком? Все это казалось таким незначительным. По правде говоря, Эдгару и в голову не приходило, что вообще существует вещь, способная ее так сильно расстроить. Он уже собирался долго и в красках рассказывать события прошлых дней, но сейчас это не имело никакого смысла. Может нужно просто отдохнуть? Но Колетт продолжала лежать даже когда в магазине появились посетители, даже когда Эдгар уходил со словами "моей коллеге нездоровится, сегодня я буду вас обслуживать", даже когда приехала заказанная им ее любимая пицца. Все бестолку. Остался только один вариант. – Ах, поверить не могу, что делаю это, – Эдгар взял плюшевую игрушку, сел на пол перед стойкой лицом к двери и вытянул руку вверх. – Колетт, привет, это я, Спайк. Я пришел узнать, что случилось. – М? – девчонка все-таки подняла голову, ошеломленно уставившись на него. – Я вижу, что тебе нехорошо, вот и зашел спросить как у тебя дела, – Эдгар пытался исказить голос, дабы чуть-чуть походить на то, что делала Колетт. – ты можешь мне все-е-е рассказать. – Спайк? – Колетт смахнула слезу с щеки. Ее одновременно удивляло и приятно забавляло, что вечно хмурый серьезный коллега творит что-то подобное. Очень мило. – Хах, а почему у тебя голос Эдгара? – Ну так я же молчаливый, поэтому сейчас говорю через него. – вроде правильно вспомнил. – Хах.. – она почти смеялась, но все также тихо и как-то грустно. – Ха-ха. Ну я просто не очень в норме, Спайк-с-голосом-супер-грозного-Эдгара. Понимаешь? – Не очень, – игрушка скакала то в одну сторону, то в другую. В какой-то момент Эдгар сел на колени лицом к ней и протянул вторую руку, пальцами хватаясь за маленькие плюшевые ручки и двигая их. А после вытянул Спайка так, что коснулся её носа. – Ха-ха-ха! Поверить не могу, что ты это делаешь! Колетт спрыгнула и побежала за стойку, устроившись рядом. Ее глаза светились, как раньше, только щеки и нос были красными из-за того, что поплакала. Она крепко сжала Эдгара в своих руках, уткнувшись носом ему в шею. – Почему ты обращаешься со мной как с ребенком? – внезапно начала она. – Ты тоже так делала, по твоей логике я ребенок? – что случилось? Она заболела? Это не Колетт? – Ну нет, просто я себя так веду, а ты... серьёзный, что-ли. – Откуда вообще такие мысли? Меня все устраивает, я думал, что тебя тоже. – Просто... – Колетт будто совсем не хотела это рассказывать.– Мы поссорились с Биби и мне очень, очень, очень стыдно. *** Воскресенье. Прекрасный день, чтобы ничего не делать. Но одна веселая девчонка с белыми волосами тащила за собой большую сумку, радостно разглядывая окружающее ее место. Город! Наконец-то центр. Она так давно мечтала выбраться сюда, просто гулять, смотреть на людей, записывать, рисовать. Когда совершеннолетие наступило, будто все двери мигом открылись. Ей даже удалось поступить в универ, не то чтобы это была ее цель, но всяко приятнее, чем торчать дома. Навстречу ей попадались разные люди: высокие, полные, стройные, женщины, мужчины, дети, подростки – все куда-то спешили, болтали, грелись в последних лучах летнего солнца. Завтра обещали осень, но природу это совсем не волновало. Только Колетт останавливалась, глазела по сторонам, махала рукой вслед прохожим и желала им доброго дня. Весь мир ее, только ее. Она заселялась в общежитие при своём университете. Ее специальность – маркетинг, так как это была единственная возможность реализоваться в сфере работы с людьми, поскольку ее желание работать даже кассиршей в семье не оценят. Ну и ерунда! Разве ее подобное когда-либо останавливало? Вот и комната. Колетт повернула ключ, выданный ей какой-то неприятной женщиной – хотя она все равно кажется милашкой – и с удивлением обнаружила, что там открыто. Соседка! Колетт тут же распахнула дверь в ожидании новой знакомой. На кровати напротив двери сидела девушка с тёмными волосами и жевала жвачку. Рядом с ней красоовалась новенькая отполированная бита с каким-то рисунком. У новой знакомой особо не было вещей, только какие-то постеры висели над ее головой. Сама девушка сидела в телефоне и вообще не замечала новую соседку. – Приве-ет! – Колетт забежала внутрь, кинула сумку на соседнюю кровать и пристроилась рядом с девушкой. – Как тебя зовут? Кто ты? Мне ужасно интересно, ты так прикольно выглядишь! – А? – девушка обернулась, лопнув свою жвачку практически Колетт в лицо. – А, соседка. Ясно. Можешь сесть на свою кровать, я не люблю когда ко мне лезут. – Хи-хи, ну уж нет! Мы сначала познакомимся, а потом я не уйду, потому что мы уже подруги. – Колетт щёлкнула пальцами и прикусила язык. – Тогда я не хочу знакомиться, – девушка попыталась спихнуть новую соседку с кровати, но та будто приросла к ней. – ладно, валяй, твоя взяла. Биби, ок? – она снова уткнулась в телефон, а потом добавила, будто сразу не было понятно. – Мое имя. – Биби, Биби, Би-иби-и! – соседка стала повторять это снова и снова, растягивая слова. – А я Колетт! Мы теперь подружки! – Ага, – Биби лопнула жвачку. – теперь будь подругой и съеби с кровати. – Ладно, ладно, – Колетт снова прикусила язык и вернулась к своим вещам. Позже она достала тетрадь и начала что-то активно записывать. На какое-то время повисла тишина, только переодическое постукивание по дисплею телефона прерывало ее. В один момент Биби подняла глаза, увидев Колетт как-то слишком сосредоточившейся. Пусть они еще и не слишком знакомы, но такое усердие даже поражало. Но соседка странная конечно. Липнет, уже в подруги записалась. Биби пожала плечами и отправила сообщение в личные Эмз о случившемся с ней. *** – Поругались? Это как вообще? – Эдгар нахмурился. Отвратительные мысли о том, что он подозревал о подобных противных выходках со стороны Биби, но скорее из ревности, пропитали мозг насквозь. – Понимаешь, – Колетт наклонила голову в сторону. – мы живем с ней вместе в общаге. И пусть я отчислилась, ну мне в общем-то некуда было идти, вот я и выпросила оставаться там, будто снимаю с кем-то квартиру. И мне плюс, и ей, так как она не очень любит новых людей, а ко мне привыкла. Ну, я так думала. А сейчас мы с ней повздорили и она назвала меня странным тупым ребенком, который ведет себя хуже клоунов в цирке. Я знаю, что она не со зла, но все равно... Вот и стараюсь быть тише. Ахуеть? Пиздец? Это вообще возможно? Эдгар места себе не находил, настолько он злился. Да, парень сам не без греха, в первое время вообще не мог понять как Колетт устроена и что с ее характером делать, но Биби же ее подруга. Как она может так поступать? И почему сама Колетт так искренне верит каждому ее слову? Настолько, блять, расстраивается! – Она просто дура, – внезапно выпалил Эдгар, уже жалея, что даже подумал о таком. – Не смей так говорить! – Колетт повысила голос впервые за все время, да ещё и так серьёзно, что Эдгар невольно съежился. – Извини, это правда было слишком грубо, – он стыдливо отвёл взгляд в сторону. Но блять, что в этом было неправильного? Дура как дура, а ты ее еще и слушаешь. – просто... Ты моя подруга и я знаю тебя всего полгода, но меня лично все устраивает. Если ей не нравится, то может не контактировать. Я её совершенно не понимаю. Ты крутая и очень веселая. Что в тебе может кого-то раздражать? – Ты сам раздражался! – Колетт не успокаивалась. По ее щекам снова потекли слезы. – Уже не помнишь? Все раздражаются, так всегда было! – Что? – парень застыл. Это было таким неожиданным откровением, что он на пару минут потерял дар речи. Конечно, Эдгар же не скрывает своей агрессии к кому-то или чему-то, но... она знала? И все равно общалась? – Что слышал! – Колетт вскочила и удалилась в подсобку, больше ничего не сказав. Полный пиздец. Эдгар остался сидеть на полу с игрушкой в руках. Через пару секунд он с силой ударил себя ладонями по лицу, впившись пальцами в кожу. Мудила, мудила, мудила! Как он мог так поступить? С ней? С Колетт, которая так ему нравится, которую он так хочет защитить. Почему он вообще это сказал? Как? Остаток дня Колетт не появлялась. Эдгар сам принимал посетителей, что-то объяснял, открывал и закрывал кассу, благодарил за покупку, говорил возвращаться ещё, записывал все расчеты о прибыли и проданных товарах, однако боялся заходить в подсобку за новыми. Однозначно сегодняшнюю ночь он встретит нажравшимся в хлам и никакой Фэнг не помешает. Уже к закрытию Колетт вылезла, чтобы собраться и закрыть магазин, но все также уничтожительно смотрела и молчала. Это убивало. Эдгар чувствовал что-то ужасно болезненное внутри, что-то, что разрезало его насквозь и било по горлу, когда пытался привлечь ее внимание. Все бестолку. Их пути разошлись на остановке. Последний магазин у дома закрывался через полчаса, так что сидр уже был в руках. Уже давно стемнело, руки мерзли, на душе было слишком мерзко от всего. А дома все начало болеть от резкого перепада температур. И еще Фэнг был. Он вышел из другой комнаты. Видимо Поко уже уехал, мог бы и попрощаться. – Заебись, – пробубнил Эдгар, вещая своб куртку на крючок у двери. – наконец-то будешь спать у себя и перестанешь ко мне лезть. – И тебе привет, – весел как обычно. Чему радоваться-то? – я еду приготовил, поешь хоть, я вообще не видел, чтобы ты завтракал или ужинал. – Разберусь, – Эдгару хотелось поскорее уйти. – спасибо, – снова будто извиняется, за сегодня уже достаточно конфликтов. – я буду у себя. Хочешь выпить? – А тебе не много ли? Ты подумай, там курица в сливочном соусе и картошка. Я еще чай недавно пил, может еще горячий. – Ну и съебись тогда. Конечно, с прошлого раза пить было страшно. Но в этот раз видимо повезло. Только вот Фэнг был прав, за сегодня Эдгар еще ничего не ел, поэтому через какое-то время стало плохо. Все по-старому.