Миры

Наступал очередной день. Лучи восходящего солнца вот-вот должны были забрезжить в зашторенное окно и по возможности разбудить уснувшую Каури. Она трудилась все последние дни над новой сывороткой, которая возможно поможет умирающим от лихорадки людям. Эти эпидемии происходили всегда с наступлением смены времен года. Полгода на Меркурии стояла невыносимая жара, затем наступали недели две сырой и очень дождливой погоды, предвещавшей наступление полугодовых заморозков. Тогда все покрывалось снегом, и многие, простудившиеся в те две недели дождей, подхватывали еще кучу болячек. Это было большим испытанием – дожить до следующей смены времен. Меркурий – первый из созданных новых миров, был самым недружелюбным из всех. Его тяжело осваивали. Сложный климат, многочисленные болота и мутирующие земные растения – со всем справились ученые, первопроходцы, не побоявшиеся вступить на неизведанный доселе мир, доказавшие возможность жизни в таких мирах. Но все это было в самом начале. Теперь же, спустя много лет, этот мир стал одним из процветающих новых миров. Многие переселенцы занялись сельским хозяйством. Высушили болота, засадили их фруктовыми деревьями и стали получать очень ценный урожай. Все фермеры Меркурия имеют с этого отличный доход. В принципе, земледелие и садоводство единственное, чем занимается большинство жителей Меркурия. Что же касается ученых, которых в каждом мире предостаточно, то здесь они имеют большой авторитет. Особенно медики. И, чтобы получить ученую степень именно на этом поприще, необходимо долго и усердно трудиться. Каури как раз была выдающимся фармацевтом. Ее труды могли решить многие проблемы. Не только жителей Меркурия, но и ее. Юная девушка была одинока и ничего не имела. У нее не было своего дома, лишь та лаборатория, которую ей предоставил учитель, очень старый и хитрый человек. В его распоряжении была сеть аптек по всему Меркурию и даже в нескольких других мирах. Он очень надеялся на работы Каури и мечтал на этом еще больше разбогатеть. Каури же об этом не догадывалась и надеялась, что ее исследования помогут людям, ведь не смотря на процветание Меркурия, сурового и своенравного климата никто не отменял. Поэтому девушка проработала всю ночь и уснула прямо за столом. Дверь в комнату, где она трудилась, скрипнула открывшись, и на пороге показался низенького роста человек в белом халате. У него была черная вьющаяся бородка, в которой терялась ехидная улыбка. Борода была настолько пышной, что казалось, будто все волосы с его лысины ушли именно в нее. Погладив лысину, он стремительно вошел в лабораторию. Однако, достигнув стола Каури, он притормозил. Склонившись над спящей девушкой, учитель, а это был именно он, попытался рассмотреть последние записи, но за черными кудрями спящей ничего не увидел. Выпрямившись, мужчина задумался на некоторое время. По глазам и лбу, который то покрывался морщинами, то разглаживался, было видно, как к нему приходят различные мысли. Он быстро глянул на часы, и оценив оставшееся у них время, шумно развернулся, подскочил к окну и отдёрнул штору. В помещение тут же проникли солнечные лучи. Это почти разбудило молодого ученого, но она повернула голову в другую сторону. Тогда учитель так же резво подскочил к своей ученице и захлопал в ладоши. - Подъем, подъем, подъем! Каури нехотя открыла глаза и выпрямилась. Она завертела головой, пытаясь понять, почему тело так ноет и почему она в лаборатории. - Черт, – только и сказала Каури. - Ничего, ничего, Каурочка, – губы учителя растянулись в слащавой улыбке, – со всеми бывает. Он с секунду постоял над ней, а потом начал расхаживать по комнате. - Но все равно, Каурочка, время близится к десяти, а это значит, что пора на ученый совет! - Че-е-ерт, – вновь повторила Каури: она совсем забыла, какое на дворе число. - Да, да, – продолжал мерить шагами лабораторию учитель, – сегодня мы представим ученому совету вашу разработку. Надеюсь, вы доделали все, что было нужно. Это будет день моего... Нашего... Вашего триумфа! С этой разработкой и моей протекцией вас обязательно возьмут, будьте уверены! – Он остановился и снова растянул свою улыбку от уха до уха. – Да, Каурочка? - Конечно, учитель. Будьте спокойны. Каури собирала документы, разваленные в беспорядке на столе. Руки ее слегка дрожали – она волновалась. И даже вылазка на предыдущий совет ее ничуть не успокоила. - Поторапливайся, поторапливайся! – подгонял учитель. Упаковав последние пробирки в рюкзак учителя, они покинули лабораторию и двинулись в сторону главного здания Академии Наук. И уже у самой двери в зал заседаний, где по обыкновению проводили ученый совет, Каури остановилась. И прежде, чем взяться за дверную ручку, подумала, что вот именно сейчас ее жизнь должна круто измениться.