нарисованные облака

бесконечные потоки людей заканчиваемые только в самый поздний час не мешают ёимие проталкиваться сквозь толпу. в голове крутиться только одна фраза, что мигает красным перед глазами: опаздываю. старые яркие кеды звонко хлюпают по лужам, заливая грязными каплями прохожих и собственные белые носки. она на ходу, под чужие оскорбления придумывает отмазку на очередное опоздание: пробки и прочее. стоп, она же не водит. в ступоре тормозит упираясь в чужую спину и судорожно перебирает воспоминания. ну да, верно, прав у неё нет, а мотоцикл есть. интересно, как скоро её тормознут? стоп, о чем она вообще думает? — ёимия? названная голову поднимает и испуганно отпрыгивает. — аяка, ты че так пугаешь? у меня чуть сердце не выпрыгнуло, — и театрально стимулирует приступ боли в грудной клетке, — доведешь ты так старуху до белого коленя. — то, что тебе почти семнадцать не делает тебя старым маразматиком. — ты то откуда знаешь? ёимия цокает языком и что то вспомнив, весело шарится в карманах бомбера. и находит ведь! достаёт кучу наклеек: ярких, красивых и таких неаккрутаных. таких же, как и их владелица — наполненных свободой и её собственным неповторимым шармом. аяка глядит на них с неуверенностью, — серьёзно, опять? — но, потом смотря на блестящие, детской радостью, глаза, сама загорается идеей. — ладно, признаю, это весело. но давай не так, как в прошлый раз: аято кое-как вытащил нас из ментовки. нагахара прыгает от радости и звонко целует голубоглазую в щеку. — обещаю, что в этот раз мы свалим от копов и нас не поймают! — говорит стоя в стойке смирно. — я место недавно одно крутое такое нашла, ты закачаешься! — и забирая половину цветных бумажек у камисато срывается с места в сторону бесконечных улиц. — «встретимся в парке!» единственное, что слышит аяка от убегающего яркого пятна в сером пространстве. сама опомниться не успевает, как ноги несут её в противоположном направлении в сторону первого попавшегося дорожного знака. аяка на ходу зубами плёнку с клейкой стороны снимает и подпрыгивая лепит яркую бумажку как можно выше. несколько секунд любуется, а после весело оглядываясь бежит прочь надеясь не попасться. ------------------------------------------------ у ёимии руки чешутся наклеить на новую вывеску пекарни наклейку, да только вокруг столько людей. она прикидывается сонным прохожим, что с «настоящим» интересом всматривается в белую панельку. она натягивает капюшон и быстрым движением достаёт наклейку и телефон. она оглядывается ещё пару раз как беглый преступник, и включая камеру прыгает лепя голубой рисунок. нагахара ловким движением отпрыгивает назад и фоткая выполненую работы срывается прочь под свист прохожих и полицейского свистка. бежит быстро как может, воротя по переулкам. знакомый забор видит и не тормозя перемахивает его как низенькую преграду. оглядывается и врезается в дерево. — ауч, — трёт губу и шипенит пока из носа капает кровь. — ну только ведь все зажило. ёимия недовольно разглядыват свои разбитые колени и расцарапанные ладони. бывало и хуже, но завтра явно будет больно. поднимается с земли глядит в телефон. — на часах пол десятого, а я хер пойми где. хотя нет. стоп. — оглядывается на забор и её осенило. она в парке в котором нужно встретится с аякой. — вот это меня приложило, уже в пространстве теряюсь. она поднимается и подтягивается, выгибаясь как кошка после сна. идёт в припрыжку насвистывая что-то под нос. оглядывает знакомые деревья и территорию, что уже окутаны тьмой. воздух раннего лета забивает голову и лёгкие ватой, даря невозможное ощущение свободы и счастья. нагахара шаги замедляет, когда в её поле зрения попадает голубая макушка. она ступает как можно тише и замирает за жеровом около лавочки, на которую села аяка. выглядит как будто маньяк следит за жертвой. ну или камисато просто долбится в глаза, раз ещё не заметила её. бесшумно подкрадывается и слегка хватает девушку за плечи. — бу! — а в ответ на короткий взвизг смеётся звонко, повторяя трюк с забором на лавке, приземляясь возле аяки. — ты что творишь?! я уже звонить тебе хоте.— фраза последняя обрывается, когда камисато видит разбитую губу и разамазанную, все ещё текущую, кровь из носа. мягко берет лицо нагахары в свои ладони и хмурится. — ты где так? или с кем? что произошло вообще?! ёимия удивлённо смотрит, а потом понимает, — а, ты про это? — улыбается беззаботно так, будто не у неё половина невинной мордашки в крови. — ну я лепила на новую вывеску наклейку, слышу менты свистят! я как дала деру, бежала как могла пока сюда не прибежала. когда забор перепрыгнула остановиться забыла ну и врезалась в дерево. нагахара затылок чешет прикрыв глаза как ребёнок которого отчитывает мама. рассказывая про приключения, вспомнила про фото, и шарясь в карманах шорт достаёт телефон и быстро открывает галерею показывает фото с наклейкой на новой панелке. — для тебя фоткала, это особенная наклейка: там твоё имя! правда. и не разберешь, что я написала. но оно есть. ёимия кажется таким ребёнком и у аяки от такой картины щеки заливаются краской. она в сумке салфетки ищет, вытирая кровь. — вот и куда ты мне такая неуклюжая. — качает головой, но улыбается ласково, пока нагахара по-детски дует щеки. — ну, теперь, я думаю, можно идти. про какое место ты там говрила? — говорит отстраняясь от ёимии с салфеткой в носу. — не смей вытаскивать, если не хочешь залить тут все своей кровью. — фуу, ты такая строгая! она же неудобная, как мне с ней ходить? — складывает руки на груди и отварачивается. — кстати, что бы попасть туда нам надо будет забежать ко мне, за мотоциклом. и че я его сегодня с собой не прикатила, — смотрит в сторону, знает, что аяка против её увлечения. слышит тяжёлый вздох. — если нас остановят, проблемы твои и я тут не при делах. — трёт переносицу и поднимается на ноги. — нагахара, ты ведь понимаешь, что в конце концов это ничем хорошим не закончится? аято не будет спасать нас из отделения, у него и своих дел множество. ёимия как болванчик кивает уже стоя на своих двух. она спешно шорты отряхивает от скопившейся пыли и быстро догоняет камисато. зевает прикрывая рот рукой и улыбается от чего-то. — аяка, — тянет гласные ноюще. — скучно идти в тишине, поговори со мной. корчит лицо и театрально вытирает невидимую слезу. камисато выдыхает на такие проделки нагахары. — мы сможем хотя бы до твоего дома пройтись в спокойствии, или тебе так надо натворить чего-нибудь? — почти обнодеживающе говорит. — обещаю, если мы дойдем без происшествий, я тебе вручу подарок. ёимия будто бы свеча загорается идеей и делая очень-очень задумчивое лицо выдаёт серьёзное: «договорились» и затыкается. пусть все её естество урчит от желания творить безумие. но подарки от аяки важнее чем какие то проделки. у неё никогда не бывает чего-то обычного и это заставляет нагахару идти прямо. аяка довольно выдыхает. под звуки ночного города сейчас идти приятно, невыносимые ощущение забивающие голову ватой. они идут молча и ей это нравится, это спокойствие будто бы всё, абсолютно всё, неважно. камисато мягко за руку девушку возьмёт позволяя краснеть щекам, что в глазах ёимии под светом фонаре выглядят так чаруеще, разливаясь тёплым ощущением закипающей внутри крови. нагахара ничего не скажет, уговор помнит, и чужую ладонь сожмет покрепче утопая в собственных чувствах. но доходя до собственного подъезда отпускает руку. — стой тут, я скоро. — и ловким движение пальцев вылавливает из кофты связку звенящих ключей. дверь подъезда пиликает и ёимия на полной скорости бежит вверх. зачем? да чёрт её знает. опомнится успевает когда судорожно ищет ключи, высовывается с балкона и размахивая руками привлекает внимание уткнувшейся в телефон камисато. — аяка, еб твою за ногу, тебе вынести что? — кричит так, что кажется сейчас все соседи соберутся. камисато, качает головой и улыбается довольно, будто бы этого и добивалась. блондинка лишь язык показала и находя потрявшуюся вещицу под кроватью снова срывается, на этот раз вниз. тормозит довольная перед девушкой и в руках крутит ключи. — госпожа камисато, — кланяяется в самые ноги, — извольте прокатиться со мной. нагахара смех даже не желает сдерживать и быстро садится на мотоцикл выжидая пока названная госпожа усядется сзади. быстро цепляет шлем на себя и на аяку возясь с застежками. поворачиваясь, ёимия усмехается и трогает медленно выжимает газ набирая скорость с приятным ощущением чужих рук на собственных ребрах. ветер гудит в ушах и уже почти пустые дороги вызывают эйфорию забивая лёгкие тяжёлым воздухом, внимательно наблюдает за дорогой и молчит хотя на самом деле хочется кричать от удовольствия. цвтеные огни вывесок и фонарей мелькают в глазах словно нескончаемый салют, и это так завораживает. замедляясь они едут тихо в глуши где нет ни одной живой души. атмосфера старого города давит в грудину, медленно расползаясь по крови едким страхом неизвестности. ёимия тормозит плавно позволяя камисато слезть и огялнутся, пока она ставить своего верного друга на подножку. забирает шлем и цепляет оба на ручки. — вот мы и на месте, как тебе? тут можно весело погулять и даже найти клёвые вещи. правда я сама ещё не так далеко заходила, но даже так мне понравилось. я хочу сводить тебя в одно место которое мне очень-очень понравилось, но это будет потом. — после долгого молчания нагахара тараторит будто-бы это её последние слова в жизни и жестикулирует активно пока говорит, не замолкает ни на секунду разбавляя тишину своим голосом. аяка умиляется не смея скрывать улыбки и слушает внимательно. — точно! аяка, где мой обещанный подарок? — и камисато кажется, что у неё в глазах загораются звезды. — ты хочешь его прямо сейчас? — теперь улыбается хитро так, подходя вплотную и закидывает и руки на плечи рассматривая как ёимия стремительно краснеет и кивает активно, словно всю жизнь это ждала. — тогда закрой глаза. и ведь закрывает, ещё и жмурится так будто бы аяка её сейчас убьёт. мы ведь не скажем нагахаре, что скорее она убьёт её за такие подарки? камисато смеётся своими мыслями и приближаясь к лицу девушки нарочно медленно, выжидая её реакции, словно сущий дьявол во плоти. ёимия, кажется, краснеет еще больше, хотя казалось, куда больше. и аяка жалеет её и целует в нос коротко, сразу отстраняется с присущей ей ухмылкой не убирай рук с чужих плеч. — чтооооо, — ёимия глаза распахивает разочарованно. — я думала ты меня поцелуешь, — опять дуется словно ребёнок малый. и камисато смеётся вновь сокращяя расстояние между их губами и прикрывая глаза, наконец, целует. нагахара положит ей ладонь на щеку поглаживая и довольно мурчит в поцелуй. и аяка еле содержит прорыва смеха над ней, ведь как толко отстранится, ёимия ластится к её рукам словно маленький конёнок начнёт. — так лучше? — камисато словно идеваяясь спрашивает, щуря голубые глаза. нагахара смотрит на неё из-под светлых ресниц хмуро. — ну чего ты смотришь так, или может быть. — аяка голову на бок склонит переходя на мягкий шёпот. — ты хочешь продолжения? — т-ты.! — ёимия краснеет по самые уши и хватает аяку за грудки свитшота. — ты у кого этому научилась? — и вдруг её осенило — ты ведь с аято ходила в храм, неужели это все яэ? — ох, мия, ты меня раскусила — аяка нежно улыбается. — прости за это. — простить? ну конечно же. но только после этой ночи. — камисато теряет дар когда ёимия говорит с ней так. во мраке её золотые глаза выглядят ещё более заворживающими и пока она думает её вновь целуют, но уже напористей. пришло время аяки краснеть посреди пустынного района.