Тени

      — Он мудак. Лучше тебе бросить его как можно быстрее, — неодобрительно качает головой твоя лучшая подруга.        Ты смотришь грустно-грустно и уже не споришь.       Плач в трубку беззвучен, до тех пор, пока что-то беззаботно щебечущая мать не переходит на серьезный тон.        — Что-то не так?        — Все в порядке, мам.       Ты прячешь баночку таблеток в ящик и улыбаешься сухими губами, будто мама может увидеть это.        — Люблю, — шепчет очарованно человек, чей образ давно слился в твоей голове в пустой силуэт. Ты смеёшься счастливо-счастливо, закрывая глаза на то, как что-то в груди в очередной раз обрывается при виде алых пятен на чужой шее. Ты уже привыкаешь. Привыкаешь же, да?..       Силуэт возвращается домой под утро: побитый, пьяный в хлам и с огромным синяком под глазом. Злой до невозможности, с заплывшим лицом и порванной одеждой.               — Это всё ты виноват! — глаза наливаются кровью. Впервые ты боишься его. Впервые проклятая тень подняла на тебя руку. Но в груди тлеет бессильно уголек былого обожания, не давая уйти окончательно.        — Боже, что с тобой?        Ты рыдаешь на чужой груди, но лучше не становится ничуть. Ощущаешь, как чужие пальцы осторожно зарываются в волосы, как знакомый запах пропитывает порванную футболку. Этот аромат ассоциируется у тебя с безопасностью, с теплом и тихим счастьем, и чувства, гнетущие тебя все это время, постепенно утихают.        — Не волнуйся, — ласковая улыбка в голосе слышна тебе даже так. — Больше это не повторится.        И ты веришь. Не можешь не верить тому, кто всегда рядом, кто видел все твои стороны и всегда лишь поддерживал. Ты нежно зарываешься носом в его плечо и отчего-то улыбаешься.        — Ещё раз подойдешь — я тебя уничтожу, — мило улыбается твой самый близкий человек, глядя в глаза силуэта, валяющегося в его ногах. Силуэт, смеясь, медленно начинает приобретать некоторые черты, и ты поражаешься тому, насколько он оказался уродлив. Ты помнишь его прекрасным, окутанным золотым солнечным светом и запахом свежесваренного кофе. Затем он перестает смеяться и улыбается, похоже, еще не до конца поняв суть происходящего.        — Мне и не надо подходить. Эта шалава сама прибежит, стоит только свистнуть.        Всаживая нож глубже в в горло хрипящего бывшего силуэта, твоя новая тень улыбается мягко-мягко. Ты ощущаешь, что тонешь в том же самом болоте, что и раньше — но ныряешь в эту трясину с головой и энтузиазмом, ранее невиданным.        Тень безлико улыбается и прячет пустой труп в шкафу.