Проблемы со сном

      У Саши сон всегда был чуткий, его мог разбудить шум ветра за плотно прикрытым окном или какая-то возня в соседних покоях, если Москва бодрствовал. В один из таких дней, устав слушать приглушенные стеной ругательства и постоянный грохот, Саша около полуночи отправился в соседние покои. Постучав для приличия, Саша сразу открыл дверь, недовольно поджимая губы. Москва сидел за столом в полупрозрачной ночной рубахе, которая была ему великовата, и ночных штанах. Перед ним были разложены какие-то листы, а дрожащие, все еще не до конца зажившие после пожара руки сжимали перо. Одна из прядей выбилась из общей прически, и Михаил, повернувшись к ночному гостю, легким движением заправил ее за ухо. — Александр? — с улыбкой спросил Московский и отложил перо, встав на ноги — Не спится, что ли, или кошмары мучают? — Вы меня мучаете, Михаил Юрьевич, — пробубнил Саша и закрыл за собой дверь — Шумите тут, я уснуть не могу, подрываюсь все время. — Простите, просто работа, — Михаил пожал плечами и напрягся подавляя зевок — Мне немного осталось. — Не жалеете вы себя, — Саша покачал головой со снисходительной улыбкой, украдкой рассматривая тело учителя сквозь тонкую ткань ночной рубашки и с облегчением замечая, что ожоги еще были видны только на руках и лице — Ложитесь спать, работа подождет до завтра. И не смотрите на меня так, я не уйду, пока вы не уснете.       Саша, вообще-то, блефовал. Ждал, пока Михаил возмутится, а потом бы просто взял и ушел. Ну, на крайний случай ждал праведного гнева и криков, но ответом ему послужила хитрая улыбка и теплый блеск голубых глаз. И как только этот человек не оставил в том пожаре всю свою энергию и жажду жизни? Не просто так Саша им восхищается. А потом случилось то, чего он не ждал. Комната погрузилась во мрак – Михаил задул свечи на столе, но месяц неплохо освещал, поэтому Московский уверенно дошел до кровати, сваливаясь на дальнюю от Саши стороны и залез под одеяло, после чего приподнял его с другой стороны. — Ну чего вы встали, Александр Петрович? — мягко спросил Михаил, и Саша вздрогнул — Меня тоже кошмары после пожара беспокоят, поэтому один я не усну. — Вы шутите, Михаил Юрьевич? — прохрипел Саша, но все-таки сделал пару пробных шагов вперед. Михаил лишь улыбнулся и посильнее приподнял одеяло — Как скажете.       И Саша лег, засыпая едва не моментально. Но проснулся снова примерно через час, вздрогнув. Михаил лежал на боку к нему лицом, одна его рука была под Сашиной подушкой, а вторая обнимала Сашу поперек груди. И сопел. Не храпел, а именно сопел, шумно и как-то слишком мило, иногда чуть сильнее сжимая прижатого к груди Сашу. Романов сразу вспомнил о том, как фыркают ежи, и весело улыбнулся этой мысли. Михаил сейчас выглядел ребенком, наивным и не знающим жизни. Его светлые подрагивающие во сне ресницы, слегка приоткрытые губы и лезущие в лицо пряди, освещенные холодным лунным светом. Саша не сдерживается, кончиками пальцев убирает волосы с лица Михаила, в ответ на что тот лишь морщит нос и уже сам вжимается Саше куда-то в шею, вытаскивая руку из-под его подушки. — Спите хорошо, Михаил Юрьевич, — прошептал Саша и пальцами коснулся чужой груди в области сердца — Спите крепко.