Ревность — второе имя Дайчи

Пикник, подготовленный с помощью тренеров, почти закончился. Благодаря Бокуто все мясо, которое должно было остаться, оказалось съедено за считанные секунды. Естественно, ему пришлось бороться за него с несколькими игроками, но в итоге он получил максимальную отдачу от всех. Поскольку мясо закончилось, всем оставалось только перемешаться между собой. Игроки всех команд соединились в одной большой цветной волне; смех, крики и позитивные эмоции витали в воздухе. Солнце начало садиться за горизонт, давая понять, что завершается одно из любимых воспоминаний Дайчи из его школьной волейбольной карьеры; с заходом солнца пушистость облаков стала более явной. Было заметно, что ветер заставлял их двигаться намного быстрее, чем сегодня утром. Даичи изо всех сил пытался найти место, где солнце не светило ему в глаза. Он остановил свой выбор на том, чтобы просто заслонять свет, держа руку над глазами. С другой стороны, он не смог бы следить за своими игроками так же хорошо, как прежде. Обычно у Дайчи был орлиный глаз, чтобы следить за командой, но теперь этого не было. Его поле зрения было ограниченным; сейчас мальчикам могло сойти с рук то, что, как они знали, привело бы его в злость, если бы капитан увидел это. Со своей точки наблюдения, Дайчи наблюдал за Цукки, разговаривающим с Бокуто и Ямагучи, который явно был на его стороне. Краем глаза он заметил, как Танака активно жестикулировал руками, агрессивно разговаривая с кем-то, кто, как он мог предположить, был Энношитой — учитывая, что он плохо ладит с игроками из других команд. Даичи сбросил с себя тревогу из-за отсутствия знаний о том, где на данный момент находились остальные члены команды и сосредоточился на разговоре с Нишиноей и Асахи. — Чем круглее, тем лучше, — крикнул Нишиноя, — так легче глотать! Дайчи покачал головой, устало потирая висок: — Это даже не имеет никакого смысла. Просто потому, что он круглый, его легче глотать? Все зависит от того, насколько большое у вас горло — если оно недостаточно широкое, вам будет трудно все проглотить. — Вот почему я предпочитаю более тонкие, — воскликнул Асахи, — более тонкие всегда легче проглотить, несмотря на стеснение в горле. — Но более толстые вкуснее! — обречённо застонал Нишиноя, — весь твой рот наполнен им! Оно такое горячее и сочное… Его глаза сверкнули, когда он посмотрел на Асахи, — …и просто сытно и вкусно!  — Все мясо сытное и вкусное, Нишиноя, — Дайчи положил руку ему на плечо, — Однако, я думаю, мы забываем, откуда берется лучшее мясо… Серебряные волосы, падающие на красный воротник, отвлекли его внимание от разговора. Он едва заметил его, когда он проходил мимо, но Дайчи был втянут и не смог оторвать глаз.  — Что такое, капитан? — спросил Нишиноя, вскакивая, чтобы заглянуть ему через плечо. — Это… — Дайчи огляделся. Так же быстро, как он увидел его, он испарился. Вокруг было так много высоких игроков, что маленький парень со светлыми волосами затерялся в их море. — Что случилось, Дайчи? — спросил Асахи. Через мгновение, перепроверив ряды мальчиков, Дайчи спросил: — Вы двое не видели Сугавару? — В последний раз я его видел, когда он разговаривал с нами, — ответил Нишиноя. Он положил руки на плечи Асахи и подпрыгнул, используя его, чтобы подняться выше и лучше разглядеть местность. — Он сказал мне, перед тем, как отъехать, что планирует поговорить с некоторыми другими капитанами… Это не похоже на тебя, если ты теряешь его из виду, Дайчи, — Асахи похлопал его по спине, смеясь.  — Это проклятое солнце… — резкий вдох остановил его на середине размышлений. Вот он. Сугавара, парень, который прочно обосновался в снах Дайчи, находился у подножия холма. Он был повернут к нему спиной, что идеально, непреднамеренно показало, как сильно он позволил отрасти своим волосам. Со всеми этими путешествиями, подготовкой и играми у него не было времени подстричься. Всё так же очарователен. Что выделяло парня еще больше, так это красный цвет, который заключал его в себе. Он был по всему его телу — такого цвета Даичи никогда раньше не видел. Если подумать, Дайчи видел Сугавару только в его чёрной и кремовой форм для тренировок, черной униформе или белой с серым пижаме. Он выглядит… потрясающе. Потрясающе как всегда. — Это Куроо, тот, с которым он разговаривает? — спросил Нишиноя, который каким-то образом попал Асахи на спину — тот особенно и не жаловался. — Похоже на то, — ответил Асахи, глядя в сторону Дайчи. На первый взгляд Дайчи был собран: он высоко держал голову и уверенно скрестил руки; однако Асахи заметил подергивание в его глазах и хватку на локтях. Дайчи был, мягко говоря, в ярости.  — Ему очень идёт красный цвет, не так ли, капитан?  — Ойкава, — низким рычанием предупредил Дайчи, — Разве тебе не нужно умолять Иваизуми об одобрении? Нишиноя подавился смехом и спрыгнул вниз, положив руки им обоим на плечи. — Вы двое никогда не сможете поладить. — Я просто проходил мимо, разыскивая всех первокурсников, а Ива-чан ищет второкурсников, — объяснил Ойкава, — Я не мог не заметить этого великолепного, свежего связующего в таком провокационном цвете. Пока! Дайчи фыркнул и уставился на голову Куроо.  — Он действительно носит куртку Куроо? — он закипел.  — Похоже на то, — ответил Асахи. — но это не то! — быстро добавил он, — Это может быть какая-то случайная красная куртка, которая выглядит так же, как у Некомы. Может быть, это еще один высокий игрок из их команды. Может быть, это… Нишиноя толкнула его локтем, успешно заткнув рот. — Ты не помогаешь, — прошептал он.  — Похоже, кто-то нашел себе нового бойфренда, — пошутил Цукишима, проходя мимо. И только что — услышав происходящее — Хината подбежал, сдержав себя от удара в Дайчи, подпрыгнув. — Новый парень?! Вы с Сугаварой встречались! Если он носит куртку Куроо, может ли значить, что он расстался с тобой, чтобы быть с ним? Кагеяма схватил его за воротник и агрессивно притянул к лицу.  — Если ты сейчас же не заткнешь свою тупую задницу, я тебя прикончу! — Мне жаль! — крикнул он, — Опусти меня! Кагеяма уронил Хинату, но он был поднят капитаном. Дайчи обманчиво-ласково улыбнулся и хлопнул его по спине немного сильнее, чем обычно. Его глаза потемнели, когда он сказал: — Ты все неправильно понимаешь, Хината. Сугавара и я никогда не встречались! Мы просто очень, очень близкие лучшие друзья! — Тогда почему ты такой ревнивый? — он невозмутимо наклонил голову. — Р-ревнивый? — Дайчи запнулся, поперхнувшись воздухом, — Я не ревную!  — Но твои щеки очень красные, и ты начинаешь потеть! — Закрой рот, Хината! — напомнил ему Кагеяма. Дайчи заставил себя рассмеяться. — Все в порядке. Я не ревную! Я просто не понимаю, почему Сугавара носит куртку другой команды! Это не потому, что это Куроо или что-то в этом роде… Я просто как капитан считаю, что он не должен представлять какую-либо другую команду, вот и все. Асахи не упустил ни выступающих вен на шее Дайчи, ни того, как его руки медленно сжались в кулаки. Он приметил, что Даичи с трудом вел себя как «хороший капитан» перед младшими учениками. Асахи собрал всех младших парней за руки и потащил их прочь. — Приближается время ухода, не так ли, Дайчи? Дайчи кивнул. — Спасибо, Асахи, я чуть не потерял счет времени, пойду предупрежу Сугавару о том, что пора идти… Дайчи шел с миссией. Он почти бежал своей прекрасной задницей к холму, где человек, в которого он был практически влюблен, разговаривал с гораздо более высоким и способным игроком, чем он сам. Дайчи шипел на себя из-за того, что он отказывался признавать свою ревность при мысли о том, что эти двое действительно будут вместе. Его глаза были прикованы к Куроо, и Асахи практически мог видеть кинжалы в их отражении. — Это между… — Сугавара был прерван ощущением сильных рук, лёгших на его плечи, которые были слишком тесно сжатыми для чего-то того, что называлось «дружеским». Он знал, что руки, сжимавшие его плечи, могли принадлежать только Дайчи. Он силой заставил себя сдержаться от счастливого вздоха из-за того, что он держит его так близко. Дайчи склонился над плечом Сугавары. Его рот был близко к уху, но глазами он словно пытался прожечь дыру в Куроо. — Коши… — он замолчал, чтобы убедиться в том, что Куроо его слышит. Сугавара почувствовал, как его сердце выпрыгнуло из груди — он был уверен, что вот-вот растает, — Асахи помогает мне собрать первокурсников и второкурсников. Пора идти. Остальная часть команды была вне пределов слышимости, но достаточно близко, чтобы увидеть убийственный взгляд, который получил Куроо.  — Я никогда раньше не видел Дайчи таким раздраженным, — прокомментировал Танака; остальные парни из команды рассмеялись и кивнули в знак согласия. Все они могли чувствовать напряженную атмосферу даже отсюда, издалека. Куроо рассмеялся и посмотрел на солнце:  — Ах, кажется, уже скоро будут сумерки, не так ли, капитан? Я чуть сам не забыл про то, что нам действительно скоро нужно уезжать. Я действительно отлично провел время, увидев всех, особенно вашу команду. Они меня очень удивили. — Не удивляйся, — возразил Дайчи, его хватка на плечах стала еще крепче, — В нашей команде есть самые лучшие игроки, которые вообще когда-либо были, и это самая тяжелая работа, над которой мы когда-либо работали. У нас действительно есть что-то особенное. Куроо улыбнулся. — Я только что рассказывал Сугаваре о том особом блокирующем, который у вас есть. Не уродец, высокий. Цукишима. Не знаю, знал ли ты об этом, но мы с Бокуто вместе работали над его блокировкой! — У Вас есть? — спросил Даичи, затем снова посмотрел на Сугавару, — Ты знал? Сугавара хмыкнул.  — Конечно, я знал. Каждый вечер, пока ты разговариваешь с тренерами, я спрашиваю ребят, над чем они работают. — Не могу дождаться, когда ты увидишь, чему он его научил, — добавил Куроо. — Я пришел сюда, чтобы спросить Куроо о том, что я могу дать Цукки и другим блокирующим, — его рука почесала затылок, когда он посмотрел на свои ноги, — Я не такой хороший блокирующий, поэтому хотел посмотреть, какой совет может дать мне Куроо. Думаю, у меня есть хорошая идея о том, какое блокирующее упражнение я хочу попробовать.  — Мы поговорим об этом в автобусе, — прошептал Дайчи ему на ухо, не сводя глаз с Куроо, — Все остальные ждут нас.  — Ты понял, капитан, — Сугавара взволнованно улыбнулся, — Спасибо за беседу, Куроо. Мы с Дайчи ценим вашу помощь с Цукишимой, и я ценю, что вы говорите со мной, какую помощь мы можем ему оказать. В следующий раз мы обязательно должны победить вас на матче. Сугавара попытался сделать шаг, но его удержали.  — Простите? — прорычал Дайчи. — Ты не можешь взять эту куртку себе домой. — Ах, куртка, — Куроо протянул руку, — Я почти забыл. Спасибо за напоминание, Дайчи. Дайчи в первый и единственный раз отпустил Сугавару, чтобы тот снял куртку и передал ее. В ту секунду, когда куртка была снята, Дайчи одержимо положил руку на Сугавару и прижал его к своему телу. Он нерешительно попрощался с Куроо и пожелал ему удачи, прежде чем они ушли, глядя на него, пока тот не скрылся из поля зрения. Вместо того, чтобы идти к автобусу, где ждала команда, Дайчи провел их за высокое дерево, тень от которого ложилась на большое пространство вокруг. Сугавара посмотрел на него, ожидая, пока парень пройдёт мимо дерева и дойдёт до парковки. Как только он понял, что Дайчи не собирается двигаться с места, он улыбнулся.  — Ты можешь освободить меня от своей мертвой хватки, прежде чем она оправдает свое имя, — поддразнил Сугавара. Дайчи издал глубокий вздох, который сдерживал, и ослабил хватку. Его руки легли на плечи Сугавары, перенеся вес на спину напарника. Он постоял так немного, прокручивая в голове недавно увиденную сцену. Сугавара был одет в другую капитанскую куртку. И он улыбнулся. И ему нравилось с ним общаться. И он выглядел таким… счастливым. Довольным. Расслабленным. Я не был тем, кто заставил его чувствовать это. Он выглядел таким умиротворенным… Даичи начал чувствовать вину, когда понял, что именно он избавил Сугавару от этих чувств. Связующий не был в стрессе и не нуждался в Дайчи — он всегда делал то, что было лучше для команды, и Дайчи был тем, кто его выручал. Он действительно не мог и мечтать о лучшем вице-капитане. Дайчи не заметил, что долго молчал, когда почувствовал, как глаза Сугавары с нежностью изучают его выражение лица. Вице-капитан команды был терпелив, как всегда, и ждал, пока Дайчи соберется с мыслями, никогда не толкая и не подталкивая, только играя с его пальцами. Дайчи уперся лбом в затылок младшего и закрыл глаза. Наконец он спросил: — Почему ты был одет в его куртку? Сугавара рассмеялся и развернулся, держа капитана за плечи. Руки Дайчи слегка нервно дернулись, прежде чем опуститься на талию связующего; его голова низко опустилась. Сугавара хмыкнул и приподнялся на цыпочках, чтобы коснуться носом Дайчи, вынудив посмотреть на него. Капитан почувствовал, как его сердце упало куда-то из груди, но уверенно ответил на немую просьбу Сугавары. Сугавара ободряюще улыбнулся ему, когда их взгляды встретились; Дайчи мгновенно растаял. — Из-за ветра мне стало холодно, и Куроо это заметил. Он дал мне свою куртку, — и сделал паузу, чтобы убедиться, что Дайчи следует за ним. Он увидел грусть и почти разочарование в глазах своего капитана и нахмурился. — Я знаю, что вы двое не в лучших отношениях, но он работал с Цукишимой, и мне хотелось знать, как мы можем помочь ему больше практиковаться. Я боялся, что если откажусь от его предложения, он вообще уйдет. «Как будто любой может уйти от тебя», — Дайчи нервно сжал губы, когда понял, что сказал это вслух. Сугавара, немного помрачнев, сразу улыбнулся, заметив, как он усмехнулся. — Это правда, капитан? Дайчи покраснел и старался изо всех сил не умереть от смущения.  — Где твоя куртка?  — Захоронена в постели. Дайчи быстро снял куртку и начал накидывать ее на плечо Сугавары. — Возьми мою. — Но я не- — Возьми мою, — перебив, еще раз потребовал Дайчи, просунув руки Сугавары в рукава. Вице-капитан ухмыльнулся, сдался и положил руку на руку Дайчи, когда тот застегнул молнию. Обе руки были мягкими, но у Даичи от волнения те были более влажными, чем у него. Он уткнулся носом в плечо, вдыхая запах Дайчи. Сугавара почувствовал, как у него закружилась голова от чистого блаженства. Он снова посмотрел вверх и по-птичьи склонил голову:  — По шкале от 10 до 10, насколько круто на мне смотрится твоя куртка? Дайчи закатил глаза. Сейчас бесполезно что-то скрывать. Я практически отдал себя ему на блюдечке с голубой каемочкой. — Ты знаешь, что всегда выглядишь на 10, независимо от того, что ты носишь. Но в моей куртке… — Дайчи положил руки на шею Сугавары, поправляя воротник, прежде чем провести ими по плечам, рукам и, наконец, талии, где он закрепил подол, — Я думаю, что в ней ты, должно быть, по крайней мере, выглядишь на твердые 20. Как ни старался Сугавара, но скрыть свой румянец тот не смог. Чувство гордости переполняло Дайчи — обычно краснел он. — Но моя куртка точь в точь, как твоя, как мне выглядеть в два раза круче? — поддразнил Сугавара, наклоняясь ближе. — Легко, — ответил Дайчи, — Потому что это моя куртка. В этом вся разница. — Это так сейчас? Дайчи кивнул и переплел их пальцы на талии:  — Моя куртка такого же размера, как и твоя, но я по дурости положил свою в сушилку, когда она высохла, так что из-за этого она села. Я не хотел еще одну куртку, поэтому я просто надел ее как есть, и она растянулась. Теперь — без обид — я немного лучше сложен, чем ты… — И это очень горячо. Дайчи наклонился ближе к щеке Сугавары, чтобы скрыть свое покрасневшее свекольно-красное лицо. — Куртка растянута, более свободна, чем твоя. Поэтому, когда ты надеваешь мою куртку, ты выглядишь меньше, чем обычно. Я нахожу это невероятно милым, потому что я всего около сантиметра от тебя. Сугавара наклонился еще ближе, бросая вызов самоконтролю Дайчи. — Если бы я знал, что такой будет твоя реакция, когда увидишь меня в своей куртке, я бы давно ее «случайно» украл.  — Ты пытаешься попросить меня дать тебе несколько моих толстовок? — Он отпустил одну из рук Сугавары и использовал ее, чтобы массировать поясницу другой. Постепенно это превратилось в кокетливую и скандальную проверку того, кто сорвется первым. Кокетливый и скандальный были любимыми словами Сугавары — он этого не растерял. Как бы он ни краснел, и как бы его разум ни кричал, чтобы он сцеловал эту дурацкую, горячую ухмылку с лица Дайчи, ему удавалось сдерживаться. Он нетерпеливо обвил руками шею Дайчи, притягивая его к себе, пока их губы едва не соприкоснулись. Он смотрел ему в глаза так пристально и настойчиво, как только мог. Дайчи посмотрел в ответ так же напряженно. Сугавара видел, что капитан не сломается. Он ухмыльнулся — у него все еще был последний козырь в рукаве. — Коши, — сказал Сугавара. Дайчи отстранился, щурясь на него: — Что? — Коши, — повторил он. — Это был первый раз, когда ты так меня назвал… ты действительно хотел, чтобы Куроо узнал, насколько мы близки, правда? Челюсть Дайчи медленно отвисла. Он откинулся назад еще больше, взглянув на лицо Сугавары полностью, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. О мой Бог. О. Мой. Бог. Я назвал его Коши и даже не спросил. — Сугавара, мне жаль. Я не знаю, что на меня нашло. Я должен был… Тот отрезал его.  — Если ты собираешься извиниться передо мной за то, в чем не обязан извиняться, хотя бы назови мое имя. Дайчи моргнул и прикусил изнутри губу, просто чтобы убедиться, что всё это — не сон.  — Ты… ты хочешь, чтобы я…. Сугавара рассмеялся и потянул его за плечи, сжимая в самых крепких объятиях, на какие только был способен.  — Ты иногда такой глупый, ты знаешь это?  — Коши… — выдохнул Дайчи, возвращаясь в объятия. — Коши… — он уткнулся носом в его шею и крепче сжал ее, — Коши! — Он подхватил его, прижимая к своему телу, пока они кружились. — Дайчи! — Сугавара рассмеялся, обхватив ногами талию. Он не чувствовал ничего, кроме счастья, удовлетворенности и расслабления. Они смеялись, когда солнце исчезло за холмом. Ни один из них не мог расслышать, как остальная команда ищет их — Дайчи нашел действительно надёжное дерево, за которым можно спрятаться. Все, что они могли слышать, это биение их возбужденных сердец. Им было все равно, что происходит вне их времени, потому что они были только вдвоем. Все, что их заботило — это держаться друг за друга и быть как можно ближе. Сугаваре должно было быть холодно из-за тьмы, наполняющей воздух, и ветра, который никак не стихает, но ему не было холодно. Теперь, когда он носил куртку своего парня, ему никогда не будет холодно. Дайчи должно было быть холодно из-за тьмы, наполняющей воздух, и ветра, который никак не стихает, но ему не было холодно. Теперь, когда его парень держится с ним за руки, ему никогда не будет холодно. Дайчи замедлился и опустил Сугавару на землю. Сугавара держался всё так же крепко, когда его ноги коснулись травы. Он не был готов отпустить Дайчи.  — Никогда не снимай мою куртку, Коши. Никогда.