Воспоминания

Стройная девица с довольно смазливой мордашкой и копной черных, кучерявых волос, плавно выскользнула из-под одеяла. Томно взмахнув длинными ресницами, она взглянула на лежащего в постели кавалера, который задумчиво курил, глядя куда-то в потолок. Казалось, он даже не замечал ее, словно ему все равно – был ли у них несколько минут назад яростный, прямо-таки первобытный секс, или нет. Будто не ему в спину она вонзала наманикюренные и ухоженные пальцы, не в силах сдерживать спазмы животного удовольствия; будто не он срывал с нее прямо на пороге тщательно подобранный наряд и на руках тащил в спальню, не давая ей даже осмотреться. Девушка была раздосадована – она не привыкла, когда ее вот так просто игнорируют, даже не реагируя на ее присутствие в виде обнаженной нимфы. Обычно мужчины жадно пожирали ее в меру стройные формы, а она устраивала им целое представление, плавно дефилируя по комнате с чувством заправской манекенщицы. А этот… И зачем она только согласилась? Случился довольно стандартный сценарий: одиночество в ресторане - он подсел за ее столик - худо-бедно разговор завязался - он предложил к нему домой - она согласилась, не желая коротать еще и ночь в одиночестве. Правда, девушку смущал несколько звериный вид собеседника – тяжелый взгляд и неулыбчивая физиономия напомнили ей о бандитах и маньяках из лихих девяностых. Но незнакомец был одет со вкусом, на его руке она заметила дорогие часы, а за обед он уплатил довольно щедро, практически не глядя в счет. Значит, при деньгах… А что может быть важнее материальных благ в нынешнее время? Да еще и машина была ему под стать: черная, большая, удобная, «Инфинити», кажется… Но теперь… Она не какая-то там дещевая проститутка, чтобы можно вот так просто потрахаться и забыть о ней! Гордость у девушки есть и немаленькая! Да будет известно этому бесчувственному чурбану! Хотя нет, насчет бесчувственности она, пожалуй, погорячилась… - Надену? – Она подняла с полу его скинутую рубашку, которая пахла довольно терпким парфюмом. Не дожидаясь ответа, она театрально принялась одевать, чтобы хоть как-то пробудить его реакцию. - Зачем? – вдруг услышала она. – Ты же здесь не собираешься оставаться. - А, может, собираюсь? – Девушка попыталась придать своему голосу игривые нотки и даже сладко улыбнулась. – Тебя, кстати, как зовут? Ну, имя какое у тебя? Он даже не повернул головы. Лишь затянулся очередной сигаретой, все также задумчиво разглядывая потолок. «Ну и черт с ним, - решила девушка. – Может, характер у человека такой, нелюдимый. Главное, что деньги водятся… А уж удержать мужика я точно сумею… даже такого зверя…» - Не твоего ума дело, птичка. - А меня – Тамара зовут… - Поздравляю. Но меня это вряд ли заинтересует. - Потом заинтересует. Тамара решила оставить попытки как-то расшатать этот бессмысленный разговор и продефилировала в коридор. Висевшее там зеркало любезно отразило до приторности прелестную мордашку с нежной, гладкой кожей, подчеркнуто правильные глаза с бездонно-синими линзами (только зачем кому-то знать о них, верно?), пухлые блестящие губы, на которых еще остались следы яростной ночи. Из рубашки зазывно угадывалась упругая грудь, за которой девушка ухаживала не менее тщательно. Мужики так любят ее трогать… Улыбнувшись своему почти идеальному отражению, Тамара взбила непослушные кудри, и вдруг ее взгляд пал на беленький шарфик с почти незаметными голубыми полосками, который одиноко висел на отдельной вешалке. Шарфик, несомненно, был женский. «Как интересно… Уж не жена ли здесь водится? А, может, его предыдущая девка забыла? Хотя, какая мне разница... - однако неизвестный шарфик так и манил, разжигая ее любопытство. Что это за женщина, которая его оставила? Какая она могла быть? Такая же одиночка в ночи, как и сама Тома? - Хм... А он симпатичный… Дай-ка примерю…» Она умела красиво завязывать шарфики. Так, чтобы вызывать у окружающих трогательность и какую-то детскую невинность. Аккуратно и нежно. - Ну как? Мне идет? – Тамара с улыбкой на губах показалась в комнате, не забывая картинно покачивать бедрами. Наконец-то он повернул голову. Его глаза, напоминающие бледно-зеленое стекло, немедленно впились в шею девушки, повязанную белым шарфиком. Лицо… оно внезапно исказилось, приобретя свирепые очертания вырвавшейся на свободу ярости. Девушка вдруг испугалась. - Какого хрена ты напялила на себя?! – рявкнул он, вскакивая с постели как ужаленный. – Совсем страх потеряла?! – Схватив за шарфик, он резко дернул его на себя. Тамара почувствовала удушье и едва не повисла перед ним на злосчастном платке, однако тут же шелковая ткань соскользнула, оставив едва заметный след грубой силы. Девушка закашлялась, судорожно вжавшись в шею ладонями. - П-простите… - За такую выходку ты еще мало получила, - процедил мужчина, пряча шарфик в стальном кулаке. – Одевайся и пошла нахер отсюда! Тамару не нужно было просить дважды. Она даже одеваться не стала – схватила свои вещи и выбежала из квартиры, охваченная паническим страхом. Чудо, что вообще осталась жива! Захлопнув за убежавшей девушкой дверь, мужчина постепенно спустил на тормозах своего вырвавшегося зверя. Плевать, что девчонка удрала в одной его рубашке. Плевать, что на улице зима. Вообще плевать на все… Он разжал руку. Белый шарфик с угадываемыми голубыми полосками – ничего особенного. Но как много в нем скрыто. Кажется, он до сих пор хранит едва заметный шлейф духов. Ее духов…