До встречи во снах.

Наступил тот день, который я встречала с опаской и тревогой. Твой день рождения, моего светлого ангела. И наверное, если бы я была великим человеком, а не тем, что пишет эти строки на пыльном отчужденном балконе, с видом на пятиэтажки, мешая классику со звуками проносящихся поездов, то сделала бы намного больше в этот знаменательный и роковой день. Почему роковой? А оттого, что я будто проклята, и моя жизнь — цифры. Да, мои друзья все примерно одного возраста. Но сегодня у тебя именно та дата, после которой люди предают меня. Я никогда не покажу тебе своего страха потерять тебя навсегда. Хоть наши с тобой души связаны какими-то тонкими прочными ниточками, ты не поймешь моих чувств насчет этого. Сегодня я просто отдам тебе всю себя, без остатка, и рада видеть тебя в приподнятом настроении. Для себя я жду наихудшего исхода событий, ужас перед тем, что не в силах понять и объяснить. Какая же ты счастливая. И вы с сестрой — близняшки, соответственно, это ваш праздник на двоих. Ты искренне радуешься за нее, и знаешь, в нашем пошлом и грязном мире зависти, это очень ценное качество. Как тепло на душе от чувства, что однажды апрельским утром, в 10:55 ты появилась на свет.. Что бы я делала без тебя, и кем бы я была. Мы многому друг у друга научились. И слишком много прошли, чтобы попрощаться из-за дурацкой даты. Мой самый страшный сон начинает сбываться. Ты, как звезда перед рассветом, с каждой минутой всё дальше и дальше. Раньше впереди была целая ночь, а сейчас совсем немного. И это не что-то вроде сказки про Золушку, где карета превратилась в тыкву. Это реальность. Ты стала закрытой, молчаливой и местами грубой. Я ненавижу себя за каждое не вовремя и неправильно сказанное слово. Мои тщетные попытки тебя вернуть. Мы не общаемся уже больше недели, без ссор и объявления войны. Осталось лишь множество твоих фотографий, отправленных ранее сообщений, и в памяти твои сияющие, по-кошачьи подведенные глазки, которые вместо лампочек можно было вкручивать. Просто изменилось время и обстоятельства, кончились слова, иссякли наши минуты. И наше счастье весенним дождем смыло, в бездонные овраги чьих-то разбитых судеб.