Лазурный берег. Свадьба

Как часто случается, что между детьми двух близких друзей завязываются отношения… Оливер Барнс в свои неполные тридцать уже дослужился до звания офицера и дома появляется редко, так что всю родительскую любовь Джеймс и Рейчел дарили дочери — Роуз. Не отставала от них и семья Стива Роджерса. Копия своего отца — голубоглазый Билл Роджерс в следующем году поступает в медицинский университет. Жизнь идет своим чередом, и родителям остается лишь наблюдать, как взрослеют их дети, а что особенно радует, так это крепкая дружеская связь не только между старшим поколением, но и между детьми. Роуз и Билл подумаете вы? Отчасти да, их связывает многолетняя дружба, но не более. Просто в этой истории «близких друзей» было чуть больше, чем двое. — Мам, — послышался голос со второго этажа, и отложив в сторону свадебный каталог, Рейчел поднялась в комнату дочери. Та сидела на кровати, подобрав под себя одну ногу, и внимательно изучала экран ноутбука. — Нашла новый вариант? — поинтересовалась Рейчел, присаживаясь рядом. — И да и нет, — уклончиво ответила девушка, поворачивая компьютер, — эта модель очень похожа на предыдущую, но шлейф чуть длиннее. — Вижу, еще «чуть-чуть» и кто-нибудь об него запнется. — Предупредим гостей заранее, пусть смотрят под ноги, — улыбнулась Роуз, прекрасно зная, что мать спорить не будет. — Хорошо, но это должен быть последний вариант, чтобы потом не было «сюрпризов», — Рейчел еще раз взглянула на кремового цвета свадебное платье, изображенное на картинке, — мне поехать на примерку с тобой? — Не нужно, хватило с тебя и предыдущих четырех раз, — женщина ощутила на себе извиняющийся взгляд дочери, — ты посмотришь цветы? — Разумеется, я позвонила им и договорилась на час дня, выберу и для украшения зала, и для букетов подружек невесты, твой уже утвердили. — Спасибо. Мам…? — немного тише добавила девушка перед тем, как Рейчел успела открыть дверь, — папа не звонил? Женщина тяжело вздохнула. Эта свадьба была из разряда «быстрых» свадеб, если можно так выразиться. Никто и глазом моргнуть не успел, когда простые отношения перешли в объявление о помолвке. Но в чувствах молодых людей родители не сомневались, поэтому и отговаривали их недолго. В конечном итоге решили, что свадьбе быть. Касательно отца семейства… Расставание с любимой дочерью Джеймс бы перенес рано или поздно, если бы не одно «но». На ажурных приглашениях, разосланных еще три месяца назад, ажурными буквами серебряного цвета было написано следующее: «Роуз Барнс и Джон Уилсон приглашают Вас на церемонию своего бракосочетания, которое состоится…» Все эти годы взаимная «любовь» между Зимним и Соколом не пропадала, хотя до открытых конфликтов дело никогда не доходило, они ограничивались подшучиванием, сарказмом, а иногда попытками решить какой-либо вопрос по-мужски, то есть рукопашным боем. Здесь обычно вмешивались жены, умело успокаивающие «разыгравшихся» мужей. Смотревший с недоверием на дружбу своей дочери и сына Сэма Уилсона, Барнс, крайне тяжело перенес новость о свадьбе. Впервые Рейчел забеспокоилась, что истинный возраст Джеймса даст о себе знать, и того посетит инфаркт, но нет, он держался достаточно мужественно. До определенного момента. Пару раз пытался отговорить Роуз, просил сделать это жену, на что та лишь смеялась, однажды даже обращался к Стиву. Один Сэм остался без подобного внимания, его Барнс просто избегал. Сам Уилсон искренне радовался событию, он руководствовался правилом «это дочь Рейчел», всячески делая акцент на этом, чем значительно себя успокаивал. — Нет, — ответила Рейчел, стараясь придать голосу бодрости, — но всё будет в порядке, не переживай. — Её так же беспокоило отношение Джеймса к происходящему, и если месяц назад это было забавно, то за три дня до свадьбы отсутствие мужа рядом серьезно напрягало. Оставив дочь одну, она спустилась в гостиную, но перед тем как вернуться к просмотру каталога, всё-таки решилась взять в руки телефон. Обиды обидами, но этот день она Барнсу испортить не позволит, и приведет его не только на свадьбу, но и на ужин-репетицию, назначенный на завтра. После долгих нудных гудков на другом конце трубки наконец послышался тихий недовольный голос, больше похожий на бурчание. — Не начинай, Джеймс, — строго прервала невнятную речь мужа Рейчел, — ты своими выходками изводишь и меня и дочь, сколько можно? Перенеси это как мужчина. — Он ей не… — Не пара, знаю, слышала уже раз сто и только от тебя, но нас это не касается, это её выбор. И вообще ты преувеличиваешь, Джон прекрасный парень. — Им всего по двадцать, о какой семье может быть речь? — не унимался мужчина. — Ну и что? Двадцать, сорок, семьдесят, любви, как говорится, все возрасты покорны. — Я помню себя в двадцать лет, не было ни одной мысли о серьезном браке! — Вот оно как, — вдруг сменила тон Рейчел, — значит себя в двадцать он помнит, а как заранее оповестить меня об очередном отъезде с Роджерсом, так это у нас «последствия обнулений» пагубно влияют на память. — Вот теперь ты не начинай. — В общем, Барнс, где бы ты ни был, собирайся, и будь так добр приехать за мной, потому что через два часа мы должны быть в цветочном магазине и выбирать самое, мать его, лучшее сочетание роз и лилий для свадьбы нашей дочери. — Понял, — коротко ответил мужчина, сбрасывая звонок, и что-то подсказывало Рейчел, что за этим последовала череда ругательств, которые она уже не услышит. Через час место перед гаражом занял черный range rover — отдушина Барнса после отхода от дел. Сам он из машины выходить не торопился, поэтому подождав еще немного, Рейчел взяла все необходимое, и покинула дом. — Ну не смотри ты на меня так, — рассмеялась она, усаживаясь на переднее пассажирское сиденье, — будь на её месте Оливер, то ты бы бежал к алтарю в первых рядах. — Он уже взрослый, — недовольно ответил Джеймс, резко включая заднюю передачу. — Мы же не хотели всю жизнь продержать Роуз рядом с собой. По крайней мере я точно не собиралась. — Я люблю её, и не хочу, чтобы эта свадьба стала ошибкой, — плотно сжимая челюсти, мужчина почти не моргая следил за дорогой. Как и любому отцу ему было крайне тяжело отпускать дочь, своё маленькое сокровище, которое, как ему казалось, нуждается в постоянной защите. Тут даже кандидатура жениха отходила на второй план. — Когда она уедет, мы заведем собаку, — попыталась успокоить мужа Рейчел, и едва касаясь провела тыльной стороной ладони по легкой щетине. Однако эта фраза возымела совсем иной эффект. Еще сильнее стиснув в металлической руке руль, Барнс медленно повернулся к жене, одарив ее ледяным взглядом. — Хорошо. Хорошо, никто никуда не уедет. Она останется с нами, и они будут безумно счастливы начать совместную жизнь «под крылом» родителей. Просыпаясь каждое утро, мы будем встречаться на кухне и улыбаться друг-другу, мысленно радуясь, как же хорошо всем вместе, а когда у них родятся дети… На последней фразе, кажется, мужчине всё-таки стало плохо. Остаток пути до магазина они проделали в молчании… — Джеймс, — подойдя к мужу, Рейчел осторожно взяла его под руку, — когда-то я вышла замуж за психически неуравновешенного наемного убийцу и ни разу не пожалела, вспомни, как мы были счастливы? А сейчас мы не в праве лишать этого счастья наших детей, ты ведь это понимаешь. — Понимаю, — Джеймс глубоко вздохнул. — И мы сделаем все, чтобы эта свадьба была самой лучшей, так? — женщина подняла голову, чтобы заглянуть ему в лицо. — Так, — уже спокойнее ответил он. — Давно пора, и не строй из себя хмурого папочку, хотя бы рядом со мной, — оставив на губах мужа мимолетный поцелуй, Рейчел за пару шагов преодолела последние метры до магазина, и скрылась за полупрозрачной дверью, разрисованной цветочными узорами.