Дивные открытия

Началось всё прекрасно — миссия оказалась без неожиданностей и закончилась быстро. Подвыпивший, весёлый старик, которого они сопровождали, на радостях заплатим им больше, чем планировалось, и навесил на шеи вязанки ягод. Странные на вид, они оказались очень вкусными, и старик вспоминался исключительно хорошими словами. А по возвращении в Коноху им ещё и доплатили за предыдущие миссии. Словом — день был чудесный. Потому, в хорошем настроении, Боруто нарвал букетик маленьких, диких цветов и отправился к дому своей девушки — порадовать и её тоже. Ему казалось, что эти маленькие, розовые цветки подойдут красавице Рин. Так что Боруто прыгал по крышам к её дому, собираясь сделать сюрприз — в её комнате удачно был балкон, на перила которого он тихо приземлился, никем не замеченный за плотными шторами. Рин была в комнате с подругой и живо о чём-то щебетала. Он не собирался подслушивать — потому как не красиво — но услышал своё имя и прислушался внимательнее. С каждым сказанным Рин словом он мрачнел всё больше. Наслушавшись о себе много интересного, Боруто так же тихо спрыгнул на землю и побрёл прочь. Было ощущение, что его в канаву с отходами бросили и он нырнул туда с головой. Всего три недели назад Рин подошла к нему, мило смущаясь и скромно поглядывая из-под ресниц, и попросила о помощи. Наплела ему что-то про «очень дорогой для неё кулон», который потеряла где-то рядом. Боруто, не иначе как его ёкай повёл, согласился поискать. Они долго бродили по улицам вдоль парка, потом Боруто полез по клумбам, а дальше был парк. Рин всё время что-то щебетала, благодарила, а потом их руки случайно столкнулись как раз на кулоне. Тогда она была такой милой, что Боруто не смог сказать «нет», когда она поцеловала его в щёку и предложила встретиться ещё раз. И ещё раз, уже прямо говоря о свидании. Встречались они пару раз в неделю и гуляли, разговаривали, однажды пошли вместе на фестиваль. Показав многим людям, что они теперь пара. Так и начались их отношения. Боруто грустно хмыкнул. А ведь Рин, не очень ошиблась, когда говорила своей подруге, что он идиот. Боруто ведь и правда не заметил никакой подставы. Шиноби называется, тоже мне… Сейчас-то Боруто понял — «потерянный кулон», который он потом ни разу не видел, наверняка был брошен на землю в последний момент, перед тем как их руки «случайно» столкнулись. А актриса она хорошая — Боруто действительно купился на её «несчастные» и «невинные» глаза. Ещё и этот дурацкий фестиваль, на котором она всё время держала его за руку, и слишком быстрое развитие отношений. Несмотря на то, что они целовались только два раза, Рин вела себя так, словно они уже давно вместе. Впрочем, это было так ненавязчиво, что он и не заметил. Точно — слепой дурак. Боруто, конечно, не любил её и точно не собирался продолжать отношения дальше невинных свиданий, но сейчас было гадко. С ним всякое случалось, но вот использовать его, как кошелёк и для «статуса» — «невестка Хокаге» — это что-то новенькое. Что ж, Рин, родственницей седьмого тебе не быть. Ищи других богатых идиотов, с которых будешь тянуть деньги. Тем более ни денег, которые она представляла, ни статуса с властью — Боруто ей всё равно не даст. Может, у даймё или в деревнях, где нет шиноби, это работало — но в Конохе нет. Не понятно, как она этого не видела? Впрочем, к Боруто это уже не имело отношения, он больше не скажет ей ни слова и конечно не встретится. Узумаки остановился и огляделся — за мыслями он даже не заметил, куда пришёл. Неподалёку оказалась резиденция Хокаге, напротив которой, в тени, стояла девушка. Вроде симпатичная. Боруто перевёл взгляд на букет в руке — жалко ведь выбрасывать, цветы красивые, а маме нести не красиво. Всё-таки о той змее напомнят. Ничего ведь не случится, если он подарит ей цветы? Больше он ничего делать не собирался. Узумаки вздохнул и пошёл к незнакомке. Она оказалась прекрасной — белое юката, с синей подкладкой и лепестками на подоле, легко обнимало её фигуру. Тёмный, широкий пояс стягивал идеальную талию. Светлые волосы, пушистые как одуванчики, спадали до плавных бёдер и немного отливали голубым. Боруто, кажется, споткнулся, когда разглядел молочную кожу, наверняка ещё и очень нежную. — Привет. Извини, мне тут цветы не понадобились… — неловко начал он. — Не хочешь их взять? Жалко, если пропадут без дела. Незнакомка слегка приподняла светлые брови, удивлённо разглядывая букет. А Боруто утонул в её глазах. Таких он ещё никогда не видел — большие, с длинными пушистыми ресницами, и золотой, большой радужкой. Да и зрачок был широким, словно у просящего вкусность кота. И отчего-то Боруто запаниковал. Красавица протянула свои тонкие, изящные руки — случайно коснулась прохладными пальцами — и забрала букет. Боруто залип на длинные тонкие пальцы, прижимающие к телу розовые цветы. Её изящное запястье тонуло в широком рукаве. — Спасибо. — Она слегка улыбнулась. Голос у неё был низким, мягким, обволакивающим — у Боруто мурашки по спине побежали, так приятно было его слышать. Он всмотрелся в нежное лицо, теряясь в её красоте. — Что же случилось? — Мягко поинтересовалась красавица, поглаживая лепестки пальцами. — Да так… Хотел сделать девушке сюрприз, оказалось — нет у меня девушки. — О, сочувствую. — Мягко проговорила незнакомка, слегка прикрывая глаза. — Да не нужно… Сам дурак… — М? — Она вопросительно приподняла брови и наклонила к плечу голову, не сводя с Боруто колдовских глаз. Он занервничал из-за этого, а в животе нервно скрутило возбуждением. Однако мимолётная мысль о Рин слегка приглушили это ощущение. — Да… Не важно. Не стоит об этом… — Тем не менее промямлил Боруто, смущаясь от такой красоты. Слишком уж она сводила с ума, перебивая все остальные мысли и заставляя Боруто пасовать, неловко отступая. Но так же хотелось быть ближе к этому прекрасному чуду. Ведь как можно было остаться равнодушным перед такой красотой? Однако и собраться не получалось, и Боруто, как ребёнок, застенчиво на неё поглядывал, блуждая взглядом где-то по плечам и лишь изредка рискуя поднять взор на лицо. На золотые глаза, что с интересом и весельем смотрели на него. Боруто нервно сглотнул, пытаясь взять себя в руки — он же не тряпка. Хотя перед такой готов был быть кем угодно. — А ты тут… Почему? — Промямлил он, позорно проигрывая смущению. Таким ходом эта воплощённая богиня не обратит на него внимания. Боруто досадливо закусил губу. — У отца дело с Хокаге. А я жду. — Приятным голосом ответила она, и у Боруто ноги задрожали — что был за голос! Просто музыка для ушей. Такая сладкая мелодия. Ками, как же Боруто хотел быть с ней! Даже упоминание отца не волновало так, как эта изящная фигура. И как ей шло это юката, просто загляденье. Не портило даже то, что грудь была маленькой — всё остальное с лихвой компенсировало это. И заставляло Боруто краснеть, как помидор, оттого, что он задержался взглядом на её груди. Ничего, конечно, не было видно, и юката было заправлено правильно, но всё равно от таких мыслей живот скручивало. Только следовало их выкинуть из головы, а то Боруто ощущал, что сейчас неуместно появится стояк. — Я тебя не видел раньше. Где ты живёшь? — Старательно пытался не мямлить Боруто и смотреть в лицо. Только всё равно взгляд смущённо соскальзывал в бок. Незнакомка же развела руки, которыми держала букет, привлекая внимание ошалевшего от красоты Боруто, и открывая за широким рукавом юката, повязку деревни Отогакуре, перекинутую через тёмный пояс. Ками, она была ещё и шиноби! От этого Боруто разрывало надвое — ноги тряслись от восторга, такой невероятной девушки, и истерично орало внутри, что такому искусству не место в боях. Такую носить на руках, покупать самое лучшее, заботиться, оберегать, купить ей дом и вообще всё, что она захочет. И ползать у неё в ногах. — Я из Ото. — Пояснила девушка. — Ого… Классно… Так ты здесь впервые? — Отчаянно вцепился Боруто за такой шанс, нервно пряча руки за спину. Только бы она согласилась прогуляться с ним! — Да. — Легко кивнула девушка, снова сведя руки и держа букет. Как невеста. — Тогда, может, показать тебе деревню? — Нервно выпалил он, стараясь казаться спокойным и уверенным. — Я всё здесь знаю. — Добавил он, наверное, умоляюще смотря на неё. Иначе почему она так насмешливо щурилась, что аж больно было от скрутившей живот волны возбуждения. — Хорошо. Всё равно скучно ждать. Отец будет ещё долго занят. — Согласилась она, и Боруто чуть не запищал от радости, задохнувшись от восторга. Сама Ками спустилась к нему и согласилась провести время! И ударить лицом в грязь Боруто не мог. Но как же он был смущён, и как нервничал. Тем не менее он предложил ей локоть и повёл немного в сторону, показывая на скалу с лицами Хокаге. Он запинался, но рассказывал коротко о них. — Это я знаю. Давай что-нибудь поинтереснее. — Прервала его незнакомка, и он развернулся нелепо быстро, предлагая тогда пойти в другую сторону — там был красивый, широко раскинувшийся парк. Девушка тихо последовала за ним, и сердце Боруто трепетало от этого: будто бы свершилось чудо на его глазах. Впрочем, встреча этой девушки и была настоящим чудом. — А… Я не представился. — Внезапно неловко замялся Боруто. — Я Боруто Узумаки. А как тебя зовут? — Мицки. — Прозвучало легко её голосом, и она улыбнулась, косясь на его красное лицо. — Мицки… — Это звучало словно переливами серебра. — Это… Луна? — Да. — Девушке явно понравилось, что Боруто понял, и она одобрительно улыбнулась, жмуря глаза. И благосклонно взяла Боруто за локоть, мягко ступая рядом с ним. Он же чуть не трясся от восторга, задыхаясь и краснея от её красоты. Даже почти забыл зачем и куда они шли, и снова смущённо вскинулся, рассказывая, что есть в парке, водя её по тропинкам между деревьев и клумб. А позже, из парка они вышли в торговые ряды, где были развлечения, и Боруто даже угостил её клубникой в карамели, затем они прошлись по другим улицам и поднялись на верхнюю часть деревни над лицами Хокаге, чтобы увидеть внизу раскинувшиеся дома и дороги. Боруто всё говорил, рассказывая и показывая рукой — где что есть, пока Мицки его слушала. Боруто, конечно, хотел бы впечатлить её ещё больше, но не мог придумать что-то особенное, всё так же смущаясь от её красоты и сбиваясь с мыслей. Он, конечно, взял себя в руки, но всё-таки сбивался из-за девушки. И странно, ведь такого не было никогда, чтобы так сильно. Но ему было всё равно, и он то и дело пялился на неё, утопая в этой светлой красоте. Словами не передать, насколько она была хороша в белом юката и с распущенными волнистыми волосами, что так забавно торчали. А нежное лицо, золотые глаза… Он не мог ею насладиться. Действительно — словно сама Ками спустилась к нему. Даже то, что грудь не выделялась, совсем не портило её, а наоборот, Боруто украдкой представлял — какая она маленькая и аккуратная. Правда, пришлось себя незаметно ударить по бедру, потому что из-за таких мыслей тело было явно неспокойно. Тем не менее день был просто прекрасным, и Боруто расстроился, как ребёнок, когда Мицки тихо сказала, что ей пора. Пришлось отводить её обратно к резиденции. Но просто так он не мог её отпустить. — Извини… А не дашь свой номер? — Красный, словно лосось, спросил Боруто, пока они ждали под резиденцией. — Может, ещё увидимся. Или я напишу. Золотые глаза лукаво сверкнули, а светлые губы расползись в улыбке. — Хорошо. — Кивнула она, и сердце Боруто подскочило к горлу — он был готов взорваться от радости. — Дай свой телефон. — Протянула она изящную руку и снова насмешливо улыбнулась, ведь Боруто застыл на долгие секунды, не успевая думать из-за радости. Тем не менее, он судорожно шарил в сумке, радуясь, что в этот раз решил взять с собой телефон на миссию, и протянул его в светлую руку с красивыми тонкими пальцами. Сразу же защелкали кнопки, подчиняясь уверенным движениям. — У меня нет сейчас с собой телефона, так что подождёшь, пока вернусь домой. — Улыбнулась она, возвращая телефон обратно Боруто. И хоть это и был его телефон, после неё он брал его в руки словно реликвию. Радость и неверие в такое чудо разрывали Боруто на части, словно взрывами фейерверка. И смотрел он на Мицки как на чудо, снизошедшее с неба. На что эта Ками улыбнулась хитро и развернулась, уходя от него. Сердце немного кольнуло из-за этого, но она подошла к кому-то, кто вышел из резиденции, и в сопровождении пары джоунинов они двинулись куда-то. Видимо, из деревни. А Боруто смотрел ей вслед, борясь с желанием бежать за ней и умолять остаться или взять его с собой. Но всё-таки в его заплывшем от счастья мозге промелькнуло то, что она ждала отца. Так что, он остался на месте. И лишь с надеждой пялился в телефон, смотря на отправленный на номер Мицки улыбающийся смайлик. Сердце снова забилось, как сумасшедшее, заставляя Боруто испытывать то, что он никогда не ощущал, и радоваться, словно ребёнок. И дрожащими руками он сам написал на номер короткое: «Привет», надеясь, что так будет уместно начать переписку. Целые три следующих дня он то и дело проверял телефон по тысяче раз на дню, лишь бы поскорее увидеть ответ. И нервно вздыхал, смотря на написанное имя его наваждения, задыхаясь от образа Мицки в своей голове. И не только задыхался, но, пожалуй, он, не будет никому признаваться, что ещё он делал, вспоминая эту красивую Ками. Потому что отчасти это было почти богохульство… Но какой же прекрасной она была! И удержаться невозможно, и не сдерживаться — почти что грех. Так что Боруто метался между желанием и восхищением, витая в облаках и нервах, ожидая ответа. И у него чуть сердце не выпрыгнуло из груди, когда в переписке с Мицки пришёл такой же короткий ответ: «Привет». Ками, это было словно настоящее чудо! Боруто аж потряхивало от нервов, он весь раскраснелся и заперся в своей комнате, нервно строча что-то в ответ. Он всё метался, не зная — о чём писать, но всё же смог как-то выразить радость от её ответа. И засыпал комплиментами, совсем потеряв тормоза. После отправки, правда, сразу стало стыдно, но он не мог остановиться, закусив губу и снова ощущая дикое возбуждение. Сознание так и рисовало, как она красиво лежала на кровати на животе, болтая ногами в воздухе и улыбалась, читая его сообщения. Или сидела в голубом юката, закинув ногу на ногу. Голую, светлую и стройную ножку, на которую Боруто был готов молиться. Да и в принципе на всю Мицки так реагировал. Ну не могла она оставить его в здравом уме. И он улыбался, как дурак, сидя с ужасно горячим лицом и с каменным стояком, пока они переписывались ни о чём. Каким он был счастливым, как колотилось сердце, желая выпрыгнуть под ноги этой девушки. Мысли, правда, были всё такими же хаотичными, и было сложно о чём-то переписываться, но всё же разговор у них шёл. Как ни как. И Боруто утопал в этом, желая не отрываться от телефона и смотреть на её сообщения, отвечать. Целый день просто прошёл в этой нервной эйфории, пока они переписывались, и он всё-таки набрался мужества, чтобы сказать, как она ему понравилась. И спросить — встретятся ли они когда-нибудь. Увы, ответ Мицки разочаровал. Отчасти, потому что она говорила, что в ближайшее время у неё есть дела. Тем не менее, она согласилась всё же, когда-то, встретиться. И сердце Боруто снова затрепетало. Ему понадобилось целых три дня, чтобы снова вернуть себе здравый рассудок и уже гораздо спокойнее относиться к сообщениям. Но всё равно он радовался каждый раз. Ведь у них нашлись и общие увлечения — игры и фильмы. Что было удивительно, ведь в Конохе он не знал, чтобы девушки в его окружении интересовались играми, а фильмы были обычно романтические. А здесь, с Мицки, можно было поговорить о приключениях героев. Но, к сожалению, реальный мир вернулся к нему и было уже нельзя засиживаться дома, поэтому Боруто пришлось сообщить, что он уходит на миссию. Она же пожелала ему удачи, и он полетел, словно на крыльях, светясь от радости. Все, конечно, начали спрашивать, с чего бы он так странно себя вёл, но Боруто упорно молчал и лишь мечтательно улыбался, витая в облаках. На задании, правда, пришлось собраться, но домой он шёл бодро, даже не смотря на раненую ногу, ведь там его ждали сообщения от Мицки. Но, внезапно, настроение ему решили испортить, и у резиденции он столкнулся с недовольной Рин, что начала на него кричать и плакать, что он не приходил к ней, не уделял внимания. Боруто аж передёрнуло от этого спектакля, и того как всё было красочно сделано, и сколько было свидетелей. И когда она протянула к нему руки, подходя, чтобы обнять, он наотмашь хлестнул по её ладоням. — Исчезни. Я слышал, как ты с подругой обсуждала, какой я идиот и что ты со мной лишь ради статуса. Открою тебе секрет, идиотка — даже если бы ты не врала, то всё равно не получила бы ни-че-го. — Зло и холодно облил её ненавистью Боруто. Лицо Рин было удивлённым, а потом стало злым, она показала свою натуру и принялась его унижать и оскорблять, не жалея слов, не обращая внимания на то, что было столько людей вокруг. Она всё кричала и кричала, как глупая бешеная собака на цепи, и Боруто было тошно от такого человека. Но черту она перешла, когда оскорбила мать. Мама, конечно, учила его всему и прививала правила общения, и сам по себе бить девушку, не шиноби, Боруто не мог. Но в этот раз, не сдерживаясь, влепил ей такую пощёчину, что она упала на землю, в шоке таращась на него. — Не смей ни слова говорить про мою мать, ты, дрянь поганая. — Рявкнул он, с ненавистью смотря на девушку, что заливалась слезами от боли. Были бы другие обстоятельства, то наверняка кто-то бы вмешался. Но сейчас никто и не дёрнулся помочь девушке и усмирить Боруто. Даже Сарада рядом молчала и с презрением смотрела на Рин. Было… занимательно, что не лишь один Боруто увидел её сущность, и даже было приятно, что он от неё избавился, но всё же, как он был зол из-за того, что она посмела говорить о его маме. Тем не менее с этим было покончено, Боруто не ждал, что ещё Рин выкинет, а просто поковылял в больницу и поскорее домой, насладиться и успокоиться от переписки с Мицки. Возбуждение, правда, всё равно его волновало при мыслях о ней, но это было так приятно. И читая пришедшие от неё сообщения, Боруто чувствовал себя самым счастливым, забывая и об усталости, и о Рин, бесконтрольно улыбаясь и пища в подушку. Как же невыразимо ему повезло — встретиться с этой Ками воплоти. И он с головой падал в это, всё свободное время сосредоточив на телефоне. И ничто его не могло оторвать. Даже когда Мицки не сразу отвечала, он всё равно изводился в ожидании, но то и дело смотрел в экран, раз за разом проверяя сообщения. Ну не мог он быть спокойным с этой девушкой. Это, правда, не осталось незамеченным и его донимали, снова, но Боруто всё так же молчал, всё стараясь, чтобы Мицки не наскучила их переписка. Казалось, что он не переживёт, если она вдруг откажется дальше с ним общаться. И Боруто даже не отдавал себе отчёт в том, какая это одержимость, просто безгранично наслаждаясь общением и своими фантазиями, воспоминаниями их встречи. Но однажды сердце с болью сжалось, когда внезапно, под вечер, Мицки перестала отвечать. Он ждал взволнованно. Потом нервничал. Написал ещё пару сообщений, ведь такое было нормально, затем пришлось желать спокойной ночи, когда была уже полночь. Но и на следующей день ответа не было, и сердце больно и нервно сжималось. Неужели он сделал что-то не так? Неужели Мицки перехотела с ним общаться? Неужели он всё испортил? Что такого он сделал, что Ками от него отвернулась? У него почти что истерика была из-за всех этих вопросов и страха, бесконечно кружащихся в голове. Три дня, три нервных, безумных дня он держал в дрожащих руках телефон и пялился в непрочитанные сообщения. Казалось, к нему пришла самая огромная беда. Аж ком к горлу подступал, и он лихорадочно думал — может, сбежать в Ото? Может, Мицки и перестало это нравится, потому что он лишь трепался, ничего при этом не делая? Боруто был разбит из-за этого. А затем, как гром среди ясного небо, послышался звук сообщения, и он молнией бросился к телефону, до нервной дрожи сжимая его в руках. «Извини, пришлось пойти на внезапную миссию» — красовалось на экране, и Боруто осел на пол, как сдутый шарик, так его накрыло облегчением. Что только с ним делала эта прекрасная девушка? Никогда Боруто такого не испытывал. И хотелось это продлить, хотелось большего. Но и спугнуть её… он не мог такое сделать, ибо не пережил бы её молчания и отдаления от него. Потому, пока ещё, ждал, ещё не открыто флиртовал, хотя, возможно, всем и так было ясно, что Боруто утонул с головой. Но всё же старался не спешить, и аккуратно, стараясь не давить, заговорил о встрече. Он был готов нестись к ней хоть сейчас, будто у него крылья выросли. И нужно было как-то разбавить их переписки, ведь в одних только сообщениях ничего не родится. Потому он и предлагал встречу. Только девушка пока отмахнулась, отчего у него слёзы на глаза навернулись, и продолжила просто общаться. Боруто было обидно, но он себя же сам и останавливал — с такой роскошной Ками и нельзя было вести себя грубо или спешно, низко. Это была не какая-то простая девушка, а самое настоящее чудо, потому и относиться к ней нужно было с трепетом. И он унимал своё разгорячённое тело, пьянея просто от этого великолепного образа и смакуя его в мечтах. Переписка же длилась дальше, и, казалось, они странным образом сближались. Пару раз Боруто словно по носу получил, когда на его мысли ответили совсем иначе, не поддерживая, не так, как он думал. Но, странным образом, то, что они не сходились во всём — ощущалось хорошо. А ещё… ей он беспрекословно позволял себя осадить, когда его заносило. И всегда это было мягко, что буря противоречия даже не пищала, слушаясь Ками. Затем, словно праздник наступил, Мицки сказала, что прибудет по делам в Коноху. Занесёт какие-то вещи Хокаге. А дальше… Они могли бы делать всё, что захотят. Боруто был так счастлив от этой новости и так возбуждён, что чуть по потолку не бегал. Приходилось от радости хотя бы в подушку пищать, и болтать в воздухе ногами. Но на сообщения он ответил так, будто был рад, но не как пятилетний ребёнок, чтобы не спугнуть Мицки. Но каким же нервным он был, в ожидании их встречи. И он почти что расплакался и бежал как сумасшедший, когда за несколько дней до прибытия Мицки им поручили миссию. Как же он не хотел уходить! Даже собирался отказаться, но как бы он смог это объяснить, не выдавая того, что влюбился в эту девушку по уши, желая ползать у неё в ногах? Он не мог придумать нормального предлога и торопился со всех сил, и при возвращении, в итоге, оставив товарищей далеко позади. Вымотался он знатно, но хода не сбавлял, чтобы точно успеть в Коноху, до прибытия своей Ками. К счастью, в этот раз она брала с собой телефон, и он судорожно читал все сообщения и приводил себя в порядок, чтобы успеть хотя бы к тому времени, как она закончит свои дела. Не успел. Мицки достаточно долго его ждала, из-за чего он извинялся перед ней виновато и был готов умолять на коленях. Она, впрочем, спокойно к этому отнеслась, напомнив ему, что ведь и сама шиноби, так что всё прекрасно понимает. Боруто был просто в восторге и смотрел на неё со щенячьей любовью, любуясь этой красотой, спустившейся с небес. И в этот раз он смущался ещё больше — быть рядом это вообще не то же, что и переписываться, так что он то и дело запинался, смущался и краснел, при этом с восторгом на неё глядя. Её же золотые глаза щурились насмешливо, а нежные губы изгибались в лёгкой улыбке, отчего сердце Боруто сходило с ума ещё больше. Но он всеми силами старался, чтобы эта встреча была прекрасной. Как и её новое, такое же нежное юката — тёмное небо, усыпанное звёздами. Мицки и правда выглядела словно Ками. А ещё и поговорить им было о чём, так что Боруто готов был молиться, чтобы это не заканчивалось и он снова водил её по Конохе, угощал в кафе и ухаживал, делая всё для того, чтобы она чувствовала себя хорошо. И Мицки с интересом, благосклонно улыбалась, осторожно держась за его локоть. Казалось, ей нравилось с ним ходить и она с интересом смотрела на него, а Боруто украдкой пялился на неё. На губы, на талию, на красивые уши, за которые, время от времени, она заправляла пряди, на то, как Мицки закидывала ногу на ногу, и пола юката расходились, открывая красивые, молочные, длинные ноги. Ещё он пялился на грудь… Ну, туда, где она должна была быть, но каких-то выпуклостей было не особо заметно — видимо, она предпочитала пользоваться бинтами, из-за чего её маленькая грудь была незаметной, но даже так Боруто не мог отвести взгляд от Мицки. Она была совершенством. — Ты так прекрасна. — Даже взволнованно выдохнул он в один момент, пропустив её слова и полностью утонув в её глазах, а затем и в тихом, мягком смехе, что обволакивал его, как облако. Лицо Боруто горело жаром, но раз он уже так опростоволосился… — Ты мне очень нравишься. — Нервно сглотнул он, и Мицки кокетливо на него посмотрела, ожидая продолжения и прикрывая низ лица рукавом юката. — Давай встречаться. — Сердце колотилось в горле, и Боруто почти ничего не видел из-за нервов. — Я подумаю. — Так же нежно и игриво проворковала Мицки, стреляя на него глазами. Боруто чуть не задохнулся, потому что да — это значило да. Голова шла кругом. И как было жаль, что вечером она должна была отбыть на поезде в свою страну. Но всё же он сбегал в цветочный магазин и принёс для неё роскошный букет. Мицки явно это нравилось, и она, как хищница, будоражила его своими довольно прищуренными глазами с длинными ресницами. — Спасибо. — Напоследок сказала она, аккуратно погладила его по груди, задев кулон длинными тонкими пальцами. И Боруто чуть с ума не сошёл, потому что это казалось лучше поцелуя. Как и её кокетливый взгляд, когда она вошла в вагон и посмотрела на него в окно. Что же с ним делала эта девушка! Просто невероятно! Он даже, как заворожённый, смотрел вслед поезду, и сердце радостно стучало в груди. Ему ответили! Такая Ками ответила! Боруто был готов взорваться от радости. Ему даже было всё равно, что на него набросились за то, что он удрал быстрее друзей и оставил их самих отчитываться. Он лишь витал в облаках, окрылённый тем, как всё складывалось. Мицки… Его прекрасная Ками, самая красивая девушка на земле, самая сногсшибательная, которая заполнила весь его разум за доли секунды. Да, в неё Боруто точно влюбился по уши. Сразу же. Провалился даже с головой и был неимоверно этому рад. С приходом Мицки у него словно появился в жизни светоч. Его небесная, прекрасная мечта. И как же он желал быть с ней, как был счастлив, думая о ней. И снова от восторга пищал в подушку, когда она прислала ему фото букета в своей комнате. Боруто был в восторге уже оттого, что она ему нравилась, но и то, что он ей тоже был по душе… это просто разрывало его сердце на мелких бабочек! Насколько же была прекрасна любовь, и как от неё он был счастлив. До искр перед глазами и в своей голове, что удержать это было почти невозможно — казалось, он сгорит от счастья, взорвавшись фейерверком. Боруто буквально пьянел от мыслей о Мицки, от каждого её сообщения. А когда теперь они стали флиртовать, он и вовсе не мог ни о чём думать, кроме неё, кроме тонких пальцев, губ, что изгибались в усмешке, и о прищуренных золотых глазах. Когда они разговаривали, пока Боруто украдкой прятался на крыше, чтобы никто не услышал, он почти что думать не мог, потому что от её мягкого голоса его бросало в жар и в штанах было тесно. Он был абсолютно заворожен этой Ками. А когда в их забавной игре, пока Мицки нежными руками задевала его натянутые нервы, ему пришло фото её оголённых стройных ног, под подолом короткого кимоно, он и вовсе чуть с ума не сошёл от того возбуждения, что накрыло его до темноты в глазах. Эти ноги были просто потрясающими, и он был готов их целовать и вылизывать. О чём судорожно ей и писал, полностью склоняясь перед Ками. И ей это нравилось, пока она в очередном звонке снова мурлыкала в телефон, и у Боруто мурашки шли по спине. Он точно понимал, что она может делать с ним всё, что захочет, и он для неё беспрекословно сделает всё, что она потребует. Это он ей тоже судорожно шептал, задыхаясь от восторга и возбуждения. Мицки довольно смеялась, и в глазах окончательно темнело от возбуждения. Этот их флирт был игрой на нервах Боруто, от которого он весь дрожал, но точно не посмел бы вырваться из рук Мицки. И именно поэтому он нёсся ей на встречу, когда они договаривались встретиться на полпути между их деревнями, и долго гуляли или сидели рядом, пока Мицки игриво стреляла на него золотыми глазами. Боруто сидел рядом, держал её за руку, иногда даже позволял себе — и Мицки ему — погладить её ноги сквозь штаны. Большего вот так сразу Боруто не мог сделать. И не только потому что нервничал, а потому что это это была Мицки — прекрасная Ками, которой Боруто подчинялся, и с которой нужно было быть бережным, осторожным. Но как же у него в животе скручивало от её прищуренных, довольных глаз, когда она с усмешкой на него смотрела. И как его потряхивало, когда тонкие пальцы невзначай, легко скользили по его футболке на груди, как Мицки приближалась и… С усмешкой отодвигалась назад, заманивая Боруто в свою ловушку. В которую он с радостью и визгом щенка готов был броситься хоть сейчас. А ей же нравилось смотреть на его влюблённое лицо, и она дразнилась, приближаясь, заманивая, но не давая ничего. Но Боруто ждал, он всегда готов был ждать и сам не ломился, полностью подчиняясь ей. И она это одобряла, с интересом смотря прямо на него, наклоняя голову к плечу, слушала его и невзначай водила пальцами по его ладони, руке. Боруто сходил с ума от всех этих касаний, от их встреч на полпути и жаждал только валяться у её ног. Но Мицки умело с ним играла, не подпуская ближе и не давая отпрянуть. Что при редких, но до одури приятных встречах, что в их переписке с обжигающим флиртом. Да, они оба были шиноби, так ещё из разных деревень, так что встреч было всего несколько, но зато в разговорах и переписке они дошли далеко. Мицки снова прислала ему фото своих стройных ног, уже под полотенцем, после душа, и фото оголённой спины, где плавная талия перетекала в узкие бёдра. И всё в такой молочной, сладкой коже. Боруто еле сдерживал себя в руках из-за таких фото. А потом ещё и из-за того, что Мицки понравилось фото его голого торса, с крепкими мышцами. Она была довольна и сладко мурлыкала это в трубку. Но как же было болезненно и тоскливо, что они были так далеко друг от друга, и что Мицки всё ещё была такой недоступной. И всё же… Боруто ждал, конечно же ждал каждого сообщения, каждого разговора, и упивался сладкими образами в своей голове. И воспоминаниями их встреч, которых категорически не хватало. Но ради неё он был готов ждать сколько угодно, тем более Мицки ему благоволила, и обещала — когда-то сойти с небес в его руки. А пока он лишь терпел и сжимал зубы, пока сбрасывал возбуждение, представляя в голове Ками. Тем более она прислала ему ещё несколько фото, всё так же держа его в своих чарах, в которых Боруто счастливо пропадал. И насколько не было предела счастью, когда однажды Мицки сказала, что снова придёт по делам в Коноху. И Боруто, как верный пёс, стоял и ждал её недалеко от резиденции, желая броситься к ней, как можно скорее. Но всё же держал себя в руках. Хоть немного прилично на людях. Но что-то новое было в её последних сообщениях, и так волнительно ожидать ему ещё никогда не было, настолько она запала в душу. Он вспоминал все те прекрасные моменты, сообщения, что были между ними, и жар разливался по сердцу. Да и не только. Но об этом Узумаки старался не думать — приставать к такой неземной фее на, по сути, пятом свидании, было сродни богохульству. Потому он, как мог, отгонял похабные мысли, надеясь на приятный, милый вечер. Он так погрузился в эти воспоминания, что почти пропустил её появление — в этот раз она была в штанах шиноби, коротком, двуцветном кимоно и с высоким хвостом. У него сердце ёкнуло, когда он узнал этот подол — на первой фотографии именно он прикрывал её белоснежные бёдра. Повязка Отогакуре свисала с широкого пояса и поблескивала на солнце. От её прищуренных, хитрых глаз, губы непроизвольно расползались в глупой, счастливой улыбке. Всю эту приятную атмосферу портил только шиноби из резиденции Хокаге. И чего он тут забыл? Мицки сейчас, конечно, сама с рабочим визитом, но неужели её нужно было сопровождать? В прошлый раз она пришла сама. Хотя тогда Боруто опоздал ведь… Но сейчас — вот бы этот парень исчез куда-то побыстрее. Только шиноби, вместе с Мицки, шёл прямо к нему. — Здравствуй, Боруто. Это сын господина Орочимару, молодой господин Мицки. Не мог бы ты провести экскурсию? Если не занят? — Что?.. — У Боруто в голове что-то замкнуло от странных слов парня. Что он сейчас такое ляпнул? Какой сын? Совсем бред. Только сердце начало как-то нервно биться… — Мы уже знакомы. И дальше сами справимся, спасибо, что провёл. — Легко улыбнулась Мицки, и шиноби ретировался просто мгновенно — рад, что ему не нужно носиться с гостем. Мицки же смешливо щурилась, разглядывая Боруто, слегка наклонив голову. И улыбалась так… насмешливо. Хитро. Узумаки медленно пополз взглядом от этой улыбки к её маленькой груди. К груди… Абсолютно плоской груди. Осознание ударило его по голове, как кулаки Сарады, отправляя надолго в забытьё. Он просто тупо смотрел в пространство, медленно вспоминая и анализируя все их встречи, общение. А ведь… Мицки ни разу не говорила о себе, как о девушке… Никогда «была занята», «я поняла», а иначе, так, чтобы не было ясно… «Нужно было помочь», «была миссия», «пришлось сделать …». И… Грудь не маленькая, как думал Боруто — её вовсе не было. Так… Ками?.. Как Боруто мог быть таким идиотом? Как у него это вышло? Он смотрел в невероятно красивое, изящное, светлое лицо и понимал — кто угодно принял бы такую красоту за девичью. Не удивительно, что и он тоже… Да и вела… вёл Мицки себя нежно… Внезапно чудовищный жар, смущение накрыли его с головой, в ушах засвистело от шока осознания. Словно он попал под взрыв сотни печатей. И стоять стало сложно, Боруто пошатнулся, неловко привалившись бедром к поручню. Он ведь думал о ней… Как будет целовать, как грудь погладит. Как они будут заниматься любовью, а на деле… Это парень! Он фантазировал про парня! Сердце бешенно колотилось в голове, а горло сдавило таким стыдом, что даже дышалось с трудом. — И… Извини… — Еле смог выговорить Узумаки. Ками, как же стыдно! Пусть он умрёт на месте и это закончится! Пожалуйста! — Не стоит, я прекрасно знаю, как выгляжу и какое произвожу впечатление. Мне не привыкать, что меня принимают за девушку. И ты наговорил мне столько комплиментов — на что я могу обижаться? — Голос у неё… него был по-прежнему мягкий, нежный, совсем не обиженный. Наоборот — лукавый. Но от этого легче не становилось. Совсем. Как и от того, что Мицки внезапно оказался слишком близко. Их тела разделяли всего несколько сантиметров, и Боруто чувствовал, как они соприкасались одеждой. — Или… Ты просишь прощения за что-то другое? — Тихо мурлыкнул Мицки ему в ухо. Его нежные губы слегка коснулись кожи, вызывая дрожь по всему телу. Возбуждение моментально дало о себе знать. Только этого не хватало, как ситуация могла стать ещё хуже?! — Знаешь… — Мицки легко поводил кончиком носа по его уху, коснулся виска, а потом он выдохнул Боруто в губы. — Несмотря на то, что я парень, ты можешь сделать со мной всё, о чём мечтал. Его золотые глаза горели восторгом, весельем и жаром, неудержимым жаром возбуждения. Воздух вокруг них словно высох, как в пустыне, когда Узумаки пытался судорожно вдохнуть. — Я… не гей… — Получилось слишком тихо и неуверенно из-за смущения и невероятной жары. — Конечно. — Покладисто согласился Мицки, поправляя ворот его куртки. — Просто ты хочешь меня. Глаза у него спокойные, ждущие. Боруто смотрел в них и безвозвратно пропадал… Но… Он ведь не гей. Не гей же?.. Но это нежное лицо слишком идеально, а душа слишком хороша, чтобы… — Блять… — Как-то обречённо выдохнул Боруто. — Здесь рядом есть гостиница. — Так чего мы ждём? — Мицки радостно, предвкушающе улыбнулся и встал сбоку от него, обнимая за руку, совсем как девушка. Да, чего ждать, если Боруто с головой утонул во всём этом.