Тревога

Красныйкрасныйкрасный Юноша испуганно рассматривает свои руки. Горло дерет, но он ничего не может сказать. Слезы обжигают лицо. вдохвдохвдох Руки дрожат, так же как и начинают трястись губы. Густые ресницы, срывающийся голос. Он в первые так ненавидит тишину. Шум от дождя - ничто. Крик. Он продолжает рвано дышать, оглядываясь по сторонам. нетнетнет Как в бреду, с губ начинают слетать одни и те же слова. Одни и те же. Он поднимает руку сам на себя. Звонкий шлепок по щеке не помогает. Всё такое рваное.. грязное, отвратительное. Вдох. Глаза распахиваются, начиная бегать по комнате, а голова болит. Тяжесть. Что-то давит на виски и горло. Кто-то его сжимает. Сжимает с ненавистью и силой. он сам. Рангвиндр вскакивает с кровати. Зрачки, кажется, превратились в мелкие точки, что трепещат даже под блядским светом луны. Его тошнит. В глазах темнеет. Толчок. Он с силой открывает дверь начиная шатаясь двигаться к закрытой навеки комнате. К глазам подступают слезы. Всё такое смутное. Но он точно знает, куда идёт. Он точно знает исход. Ноги ватные, Дилюк чувствует себя пьяным, беспомощным и чертовски жалким. Он, кажется, забывает то, что прямо сейчас видел перед глазами. Но он врет сам себе. Он врет. Он знает. знаетзнаетзнает Вдох. Дверь с сильным толчком открывается. Глаза испуганно бегают по помещению, ища кого-то. Тяжело дышать. Рангвиндр сам переступает порог комнаты, бросаясь к навеки идеально заправленный кровати. Он ищет. Ищет синюю макушку которой не появлялось в этом доме уже несколько лет. Тошнит. Голос переходит на крик, он всё ещё шепчет что-то в бреду. Он кричит. Кричит имя, которое запечатано в памяти. Трус. Слабак. Предатель. Чертов подлец, что сам отпустил блядкий меч, переставая сражаться в нечестном бою. Ублюдок. К нему больше не подойдут. Его не обнимут. Его имя не прокричат с неописуемой радостью и нежностью в голосе. По лицу стекают холодные капли дождя. Ливень заставляет сердце трещать и обливаться кровью. День рождения Рангвиндра. День рождения и смерть успешного человека. Сейчас только светает. Он бы дрожал от холода, но вместо этого лежит на могиле, стараясь докурить сигарету, что прикрывается второй рукой. И время идет, и дождь продолжает идти. Затылок прижат к плите. Рядом аккуратно уложен небольшой букет из лилий каллы и светяшек. Он никогда не клал чётное количество. Он до сих пор верит в то, что Кэйа жив. Что это сон. Зато прекрасно осознает, что сам мертв. Губы дрожат. Слезы мешаются с дождем, так же как и головная боль с шумом и, кажется, визгом в ушах. Кажется, он бредит. Кажется, он слышит его шёпот и чувствует его объятия. Кэйа Альберих 30.11.xxxx - 30.04.хххх