See you again

Именно с этой встречи всё и началось. Вскоре Дазай и Чуя увиделись снова, казалось, это была любовь с первого взгляда. Они ходили на свидания, дарили друг другу подарки, обнимались и целовались, не обращая внимания на презрительные лица прохожих и показывания пальца в их сторону. Они быстро съехались и стали жить вместе. Чуя ходил в университет, а после ждал Дазая дома, пока тот вернётся с работы. В основном в свободное время он занимался готовкой еды либо чтением книг. И всё вроде было у них хорошо и жили они долго и счастливо. Ну, почти долго. И почти счастливо. Сложно назвать эту историю хеппи эндом. Если то, что происходило можно назвать счастьем, то страшно представить, что считается горем. Дазай практически сошёл с ума. Трагедия пошатнувшая его мир, не могла не отразится на нём и его психическом состоянии. Чуи вот уже как год нет с ним рядом. Произошло всё ужасным образом.  Одним из зимних холодных вечеров кто-то жестоким образом расправился с  рыжеволосым парнем. На его худощавом теле было найдено огромное количество следов от побоев и порезов. Волосы так же были сострижены, а многие конечности сломаны. Правоохранительные органы обыскали весь дом, но так и не нашли улик. Дело решили закрыть. Случай списали на самоубийство. Дазай до сих пор не может забыть тот день. День, когда обнаружил труп своего любимого, лежащего на холодной плитке в ванной залитой кровью. На его лице застыл ужас и оцепенение. Брюнет ничего не соображал. Он был в панике. На его лбу начали образовываться капельки холодного пота. В глазах темнело, а рассудок затуманивался. Может, он сошёл с ума? Может, всё это происходит лишь в его голове? Затянувшийся сон от которого он скоро пробудится и всё будет хорошо, как и прежде... Он никогда не забудет как дрожали его руки. От подступившей к горлу горечи он почувствовал как слезы катятся с его глаз. Крепко сжав руку любимого, он пытался разглядеть хоть, что-то живое на измазанном кровью  родном лице. Захлёбываясь собственной болью, он не мог сдержать порыв гнетущих душевных терзаний. Он ревел. По-настоящему, как ребёнок… Громко всхлипывая и заливая собственное лицо слезами. Рваным вздохом поймав немного воздуха, он укрывал мёртвое тело собой. Дазай целовал холодные, безжизненые губы, то и дело всхлипывая, но не останавливаясь. Он надеялся, что юноша откроет глаза, скажет, что это всего лишь глупый розыгрыш, и где-то его снимает камера и сейчас они вместе переоденутся, закажут роллы, посмеются над этой ситуацией, но с каждым новым поцелуем надежда всё больше меркла. Его трясло.  Дрожа от мерзкого ощущения безнадёжности, он чувствовал будто где-то внутри умерло что-то важное. Что-то жизненно необходимое. Без которого жизнь больше не имела смысла. Слёзы лились не останавливаясь ни на секунду. Они всё катились и катились, одна за другой по горячим щекам. Голос рвался наружу. Пронзительный крик пропитанный нескончаемой болью вырвался из его уст. Кажется, он был готов умереть от этой огромной всепоглощающей чёрной дыры внутри его сердца. Дальше всё как в тумане. Он лишь отголосками слышал звук приближающейся скорой помощи и полицейских машин. Отрывками видел лица соседей на которых застыл дикий ужас при виде этой картины. Правильно, не каждый день встретится возможно увидеть собственными глазами человека залитого кровью, лежащего на полу и обнимающего разлагающийся труп. В тот день Дазай пообещал себе, что найдёт человека, который так жестоко поступил с его любимым. Брюнет будет долго пытать его и морить голодом, нанесёт те же увечия, что были на теле голубоглазого юноши, после чего сделает так, что бы тот не выдержав всех этих мучений собственноручно убил себя. Да. Тогда эта чёрная дыра внутри Дазая заполнится и он обретёт душевное спокойствие, а до того момета ни на секунду не успокоится, и если придётся, то будет до самой смерти искать этого человека, а после смотреть как гниёт его труп.