Дочь десептиконов.

      Странности творившиеся в Иаконе продолжились и теперь не только Би их видел. Их видели все. И автоботы ума не могли приложить куда вдруг пропали их враги? Бамблби решив показаться в этом вопросе долгое время проводил на базе. К слову Оптимус так же его и наказал. Теперь разведчик сидел на базе, а патрулированием занимались Арси с Смоукскрином. Вести, которые они приносили были одни и те же: десептиконы просто взяли и испарились. Куда? Никто не знал? Иакон был совершенно пустым, чему некоторые автоботы очень обрадовались и только Бамблби чувствовал что что-то изменилось с их домом. С их планетой, она как будто бы умирала. «Они восстанавливают дома, но они не замечают самого главного», — думал Би. — «Наш дом умирает...»       Блондин лежал на своей кровати, когда у нему пришёл Оптимус. Вид у лидера автоботов был не очень, что сразу заметил Би. Но разведчик, как и было прежде молчал. Он был обижен на Прайма и злился на себя, что не мог рассказать все то, что знал. Оптимус прошёл вглубь кварты своего разведчика, и зевнув сел на край кровати. Блондин, как это обычно бывало не реагировал. Обида за то наказание все ещё была сильной. — Би, ты хотел мне что-то показать? — спросил Оптимус. — Ты был тогда в тот злосчастный день в Иаконе... — Не в день, а в утро, — поправил Прайма блондин. — «Тогда наступало утро!»       Но тот не заметил. Он продолжил говорить, в то время, как блондин уселся на кровати, уткнувшись спиной в стену. Обычно синеволосый частенько приходил к нему после каждого донесения Арси и Смоуксрина, говорил, что те донесли и получая молчаливый ответ уходил. Так и продолжалось, но сегодня было что-то не так. И Би напрягся. Оптимус смотрел на него грустным и виноватым взглядом. «И теперь я должен что-то сделать», — подумал блондин. — «Пусть даже он будет говорить обо мне всякое, если узнает…»       Он невольно вспомнил о своем сводном брате. Определённо Старскрим имел нечто важное, что все десептиконы были вынуждены оставить свои посты и отправиться на поиски этого самого нечто важного. Обнимая Оптимуса, отчего синеволосый вздрогнул, Бамблби думал о том, что именно он упустил находясь тогда на корабле десептиконов, в плену. Все это было полно странностями, что буквально пугало и заставляло хмуриться... Опомнился разведчик только тогда, когда его поцеловали... ...Оптимус поцеловал... ...глаза автобота поползли наверх, а руки, словно им давно уже дали свободу, вовсю хозяинчали... ...оторвавшись от Би, синеволосый мужчина был малиновым, в то время, как блондин зарезал на месте... ...его глаза все ещё были круглыми... ...что-то в Прайме, его пугало... Продолжение следует...