***
Антон боялся дней рождений, учитывая, что происходило в каждый из них. В 17 лет Антонова жизнь перевернулась с ног на голову – он ушел из дома. Тогда, Майя обвинила его в том, что он разрушил ее молодость, что зря вообще родился. Причины к таким словам не было. Просто сын не оправдал надежды. Кричала и кричала, пока отец тихо слушал. И по тогу, Антон собрал вещи и уехал в Москву в тот же вечер. Деньги он попросил у отца, и тот дал. Он открепился от своей школы и закрепился в Москве за другой, там же сдал ЕГЭ и позднее поступил на менеджера. У Сергея жизнь была иной. Его родители очень любили, это было понятно по рассказам его нового знакомого. С какой любовью он говорил про то, как он учил сына рыбачить, охотиться на фазанов в лесу. Как часто водил его купаться к реке, и также часто ходил с ним в походы в горы, до которых от деревни было рукой подать. Ребенок рос в любви, родители поощряли все, к чему он стремился. И, поэтому, когда его призвали воевать против Османской империи, все стало рушиться. -Знаешь, Антош, - вспоминал Андрей Никитич,- Дом наш всегда был радостью наполнен, такой необыкновенной. Сынка пел здорово тоже, голосом тоже звонким отец вездесущий наградил. Но когда его забрали… Маруся тогда слегла с горя, и так и болела до первого письмеца от Сережки. Как я был рад вновь улыбку на лице видеть женушкином, она душу грела в то время, когда я и сам медленно загибался от тоски. Ты сам ее, когда узреешь, такое тепло ощутишь,- на мгновение взгляд собеседника Антона стал глубоким, и в нем читалось, что он далеко от бренной земли, затем прояснился и направил взор на Тошу,- и, знаешь, чуднО,? Ты тоже поешь. Может, напоешь, какую песню старику? Антон задумался, а что он споет? Ему так хотелось поднять настроение новоиспеченному «отцу». И в голову пришла мысль спеть красивую песню Любэ – «Конь». И он затянул: «Выйду ночью в пооллее с конем….». А Андрей Никитич закрыл глаза и стал слушать, такой красивый вокал ему не доводилось слышать. А ведь парень даже клавишнок* не использует. Как так? Сергей когда-то пел нежно и красиво, а Антоша – неподражаемо, словно голос возрождал к жизни. -Антош, какой ты умница. Спасибо за кусочек души твоей. Ибо я чувствую, что ты не глоткой поешь, а душой. Бог услышит тебя, и счастья даст. - мужичок улыбнулся, - считай, мое доверье к тебе, его первым даром. Антона так тронули эти слова, что он проронил слезинку. Горячие слезы потекли по щекам, потихоньку переходя на всхлипы. Его оценили искренне, сказали, что он молодец. Разве не этого он ждал от матери? Он рыдал….Опять …. а нет, снова. И тут его обнимают за плечи крепкие, грубые от тяжелой работы и морщинистые от возраста руки. -Ну, ну, ты чего раснюнился? Мальчик ты совсем, вижу же. Один, брошенный. Ну, не выливай из себя ведро! Давай, бери себя в руки. Я верю, что жизнь не случайно так с тобой играет. Судьба выкинет еще козырь другой. – Андрей Никитич, продолжая обнимать Антона за плечи, улыбнулся, и вдруг в шутку возмутился,- Ох уж, этот, Стасик, притащил из-за границы карты свои и научил меня играть. Понахватался всяких изречений я, что аж стыдно. Обычный крестьянин, говорю заморские словечки, успокаивая паренька с чуднОй прической! А ведь у Антона действительно была необычная прическа: волосы от природы кучерявились при любой влажности, из-за чего русый цвет превращался, чуть ли не в пшеничный. Глаза были налиты ярко-зеленым окрасом. И самое смешное то, что при росте почти в 2 метра, парень больше походил на красивую швабру. Самое заметное, что еще сильнее подчеркивало его экстраординарную внешность – уши. Он от рождения был лопоухим. Да еще и школьная кличка усугубляла положение. Конечно же, это сильно задевало. Хотя Эдик всегда ему говорил, что его внешность необычна, это очень даже привлекательно. А волнистыми волосами природа наградила, а не наказала. Ушки… так вообще дар вселенский! А так как погода не особо порадовала Антона - прошел дождь, то и волосы его закучерявились. Однако именно непогода позволила провести вечер с Андреем Никитичем наедине. Не пойдет же мужчина под проливным дождем пахать землю? Да и сам он сказал, что как минимум неделю они просидят по домам. Да и женушка останется пока у сестры в городе, письмецо прислала. -Далек путь до наших краев с Святого Петра*. Природа пожелала, чтобы мы неделю прожили с тобой вдвоем, Антош. Маруся приедет, и так счастлива будет. *** Дождливый вечер знакомства Антона и Андрея Никитича продолжался в тишине после разговора про Марию Ивановну и плача Антона. Парень сидел у окна и смотрел, как льется дождь. Создавалось ощущение, что природа решила пролить слезы за всех, кто страдал: и за Антона, и за Андрея Никитича, и за всех остальных, кто как в 18, так и в 21 веке, морально был сломлен. Тишина продолжалась долго, каждый думал о своем. Ее прервал сам Антон. -Андрей Никитич, расскажите про вашего сына больше. Я хочу максимально правдоподобно сыграть образ Сергея. Мужчина улыбнулся, плеснул еще травяного отвара в кружку Антона и сел подле него: -Сынок часто гулять ходил в одиночестве, цветы собирал для засушки в полях по-весне, животинку разводил сам. Часто за доброе слово помогал жителям деревни. Девушку свою любил, Ирочку, она даже и не знает, что Сережа отмолил уж свой последний час у господина высшего нашего. Ирочка ждала его, сЫнка ведь замуж ее позвать обещался перед отбытием в роковой поход. Она все помогала и мне, и Марочке. Да, хорошая девчинка, так и не спуталась больше не с кем. Сережку любит до забвения…А также….- Антон вдруг занервничал и прервал собеседника. -Андрей Никитич, то есть у него невеста была? А если она подтвердит, что я не Сергей. – Антон испугался и перебил монолог мужчины. Она же может разрушить его запланированную в мыслях жизнь всего одной фразой... -Да, что ты, Антош, как уж она может то понять, что ты не он. Коль два года миновать уже посмело времячко. Не уж-то она помнить то будет. Она сердечком любила его, не глазами, сохранила тот образ, что сердечку милее. Если ты боишься чего, то скажи, что контузило тебя, запамятовал ты все то, что было в ваших отношениях. Ну..или расстанься с девчонкой, даруй ей свободу, а сам начни строить отношения с другой девицей. Как тебе поступить я не волен указывать. Антона поразила проницательность мужчины. Он ведь понял, что парень больше всего боится факта того, что про их личную жизнь с девушкой ничего не знает. А как сыграть роль идеального молодого человека, если не знать прошлого? Особо больше про сына он рассказывать ничего не стал. В деревне Сережа нередко выступал в роли организатора праздничных гуляний, и после его отъезда деревня затихла. В полях пахал землю, обрабатывая ее для посевного. Этого было вполне достаточно для первого раза. -А также, Сережа любил сам мероприятия вычудновывать*. И такое, и сякое придумает. Такая отрада для глаз моих была его творческая натура. Видно было, как сильно любил отец сына.***
В течение дня Антон и Андрей Никитич провели за разговорами на различные темы, стараясь не касаться лишний раз прошлого друг друга. По сути, они оба стремись найти общий язык. Ближе к 6 часам вечера Андрей Никитич пошел стопить баню, как и обещал. А Антона отправил в горы за мыло-травкой. Путь до гор проходил через всю деревню, и у парня появилась возможность рассмотреть ее ближе. Он брел по улице, которая вела к храму. Вдоль тянулись небольшие домики. Перед каждым двором цветы посажены, камушками выложены тропинки. Видно, что жители любят Шеминовку. Храм представлял собой красивое здание с тремя куполами. Территория была полностью засажена молодыми березами, во дворе цвели полевые цветы. Все это было невероятно красиво. В деревне было много зелени: деревья, цветы, трава - все создавало неописуемую словами красоту. Так, он добрел до спуска в лощину и в течение часа собирал названное растение для купания. Вернулся к моменту, когда банька была готова. Андрей Никитич принес небольшую деревянную бутылочку в баню и сказал: - Опробуем с тобой мою настойку на хмели. Стас рассказал про это удивительное пойло, да и заставил приготовить. А сам умотал к своему молодому графу на именины. Вот так и опробую с тобой ее. Ты не против? Как понял Антон, это домашнее пиво. Почему бы и нет, если предлагают? -Я не откажусь, Андрей Никитич…- начал, было, Антон. -Называй меня отцом. Так будет проще и мне, да и тебе. Хороший парень ты, Тош. Коль уж связала судьба, то давай ей поддадимся. Антона тронуло такое отношение со стороны Андрея Никитича, но вдруг он осознал, что мужчина упомянул графа Попова: -Отец,- было непривычно так говорить,- Станислав Владимирович водит дружбу с Арсением Сергеевичем Поповым? - Да от чего ж им ее не водить. Стасик - помещиков сын от рождения, я помню Владимира Григорьевича, суровый был мужичок. А мы со Стасиком с детства дружим, - казалось, мысли мужчины уже очень далеко отсюда, - Странная, неправда ли, у нас с ним дружба? Я ведь рос без отца и матери, подле двора помещика конюхом служил, там и сдружился сначала с Закатом, конем Стаса, а затем и с его хозяином. Стас очень добрый малый. Помладше все-таки. Так и кликаю его Молой, - он рассмеялся,- Арсюша самый мелкий из нашего трио был, я ему не особо нравился. Ну, мне вот шел тогда 12 год, Стасику- 10, а вот Арсюшке вообще 8. Это сейчас, мне 31, Шеминову – 29, а Арсу - 27. Ну вот исполнится 28. Взрослые мы лбы все.- мужчина отвлекся на вычисления и продолжил, - Так вот, я ему не по душе был. Знаешь ли, барская кровь не терпит челядь. Но играть всегда принимали. Солнечный был человек, творческий. Я даже хотел Сережу к нему отправить. Сеня театр держит и по сей день, как когда-то этим промышлял Сергей Васильевич. Но к нам сюда ездить перестал, только Стаса зовет к себе. А все годы, служба, обязанности перед царем батюшкой, - тут мужчина выдохнул, - Как все это печально. А зачем ты спросил про Сеню? Антон слушал внимательно, все больше понимая, что не случайно именно к этому мужчине он подошел. Все вокруг связано с Арсением Поповым заочно. -Вы о нем и Станиславе Владимировиче много говорите, мне захотелось узнать.- соврал Антон. После они с мужчиной обсуждали новый посевной сезон и как грамотно расходовать зерно. Антон сказал, что хорошо разбирается в цифрах. Когда же хмель окончательно ударил в голову, мужчины стали мыться. И на закате Андрей Никитич оставил парня, давая обещания, что утром они попробуют во дворе учиться пахотному делу. Антон пожелал спокойной ночи и вновь устроился на лавке, постепенно окунаясь в подсознание. «Надо завтра расспросить про отношения Марии Ивановны с Сергеем. Обязательно надо.» - подумал парень и закрыл глаза. И ему стал сниться сон…***
Длинная тропинка. Витиеватые заборчики в греческом стиле протянулись вдоль. Он шел по длинной алее, в которой стояло такое приятное благовонье. Будто бы девушка дорогой французский парфюм разлила. Антон оглянулся, и его лицо озарила улыбка. Это был огромный сад, полностью состоящий из кустов роз самых разных цветов: и алые, и белые, и розовые. Антон словно оказался в самой яркой своей мечте – уж очень он любил розы. Он, пританцовывая, отправился внутрь сада. Одна роза упала на землю, возможно от ветра или же непогоды. Все-таки это постоянные спутники Петербурга. Антон поднял ее, поднес к носу и вдохнул приятный сладковатый запах. Где-то там была жизнь, а здесь и сейчас Антон вдыхает розовый запах и думает лишь о том, как хорошо может быть от мелочей, о том, как он скачал по ставшему родному ЕГО* городу. А, где он сам? Неужели не встретит… самая любимая алая роза? Он шел, напевая до боли, знакомые строчки песни, что он посвятил незнакомцу из автобуса когда-то очень давно. «..Я тебя отпускаю…. И не возвращайся….»-звучало из уст паренька. Вдруг теплые руки обвивают его талию, прижимая все сильнее и сильнее к себе, губы касаются шеи, дыханием обжигая нежную кожу, а голос так томно спрашивает: -Кого ты отпускаешь, Шастик? Неужто меня? – звук лился как песня, а сами действия были такими интимными, что Антон, вероятнее всего, наяву покраснел. Он пришел! -Мой граф, разве могу я, вас отпустить? - сказал Антон с такой счастью, - Арсений Сергеевич, как же я скучал по тебе. Не переживай, это лишь песня. Я начал писать ее настолько давно… Это была другая жизнь, ее я почти не помню. А вас… я…-он решил умолчать продолжение. -Шастик, называй меня просто Арс…- собеседник явно возмутился, но вдруг эмоция сменилась на улыбку, - Тош, этот сад был посажен только ради тебя. Это все твое. Я ждал тебя, так ждал... И хотел частичку твоей души в дом принести. Для меня она живет в цветах, что твоему сердцу милы, в голосе Марка, что так смело, называет меня отец.- Арс смотрел в глаза парня нежно и с любовью, как когда-то в автобусе, будучи еще незнакомцем,- Не исчезай больше. Нет меня без тебя…… И вдруг, Антон целует графа… Поцелуй, теперь уже не нежный, как в автобусе. Ему снился жадный, местами даже грубый поцелуй с Арсением. Арс ему отвечал, их накрыла страсть, о которой Тоша читал в книгах. Они кусали губы друг друга, запускали руки в волосы, им явно не хватало воздуха. Каждое касание обжигало кожу, дыхание было прерывистым. Оба парня перестали понимать, что происходит. -Антон…Тоша… - стонал в губы Арсений, - откуда ты, такой великолепный. Боги, вселенная, как же я давно хотел этого…- руки Арса стали опускаться все ниже гуляли по спине парня… И на этом моменте прокукарекал петух….Антон, к своему несчастью, проснулся.