Питер Паркер сломлен

      Фьюри и Паркер добрались до башни, на удивление, без приключений. Время было около двенадцати, до встречи оставалось минут пятнадцать, как раз вовремя.       — Ну что, проходи, — сказал Фьюри и открыл перед Питером дверь башни Старка. Зайдя внутрь, он остановился и осмотрелся. Его пробрало неизвестное чувство, то ли ностальгия и грусть, то ли страх, то ли вообще гнев.       «Как же я тут давно не был», — подумал Питер и двинулся за Фьюри, от которого успел отстать.       — Ник, стой, мы сейчас куда? — догнав того, спросил Питер.       — Ну как это куда, на собрание, разумеется. Знакомить всех с тобой буду, — ответил Фьюри и рукой пригласил его в лифт.       Оба прошли туда. Фьюри нажал на кнопку почти самого верхнего этажа — этажа Мстителей. Доехали они в абсолютной тишине. Двери лифта распахнулись.       «Вот она новая жизнь, Паркер» — выходя из лифта за мужчиной, подумал Питер.       — Эй, оболтусы, а ну тихо! — подходя к диванам, на которых сидели Мстители, крикнул Фьюри.       — Да ну Ник, чего так кричишь, — немного смеясь, сказал Тони.       — У нас вообще важное собрание, для тех, кто не помнит, — всё таким же холодным тоном, сказал Фьюри.       Питер все ещё стоял за Ником, поэтому ещё никто из Мстителей его не увидел. Страха нет, как и волнения, они вообще покинули Паркера давно. Сейчас он был абсолютно спокоен, можно сказать, что он был полностью расслабленным.       — Ну и что же у нас такого важного? Миссия не такая уж и сложная… — сказал Тор, сидя на диване возле Брюса.       — Да ну вас, у нас вообще-то новый член команды, а в вас ноль серьёзности! — больше смеясь, чем ругаясь, сказал Фьюри.       — Да ну чувак, серьёзно? — немного офигев от ситуации, спросил Клинт.       — Ну и кто же? — спросила Наташа, сидевшая подальше всех, в кресле.       — Фьюри, если ты шутишь, это не смешно, — на полном серьёзе сказал Роджерс.       — Если вы сейчас не успокойтесь, мы оба уйдём, — спустя кучу вопросов, сказал Фьюри. Ник знал, что Питер, в костюме разумеется, всё это время стаял за ним, поэтому после того, как он немного успокоил Мстителей, Фьюри отошёл немного влево, после чего все сидящие герои Земли увидели стоящего Человека-Паука.       — Всем здрасьте, — абсолютно спокойным и равнодушным тоном, поздоровался Человек-Паук.       Минута тишины и началось…       — Фьюри, ты, что, дурак?!       — Ник это вообще кто?       — Ой, как круто, надо отметить.       — Он пойдёт с нами?       — Что вообще происходит?       Тут все повернулись на только что вошедшую Ванду. За ней следом вошёл Вижн.       — Что тут…       Вижн хотел спросить, что здесь происходит, но увидел стоящего перед ним Человека-Паука.       — Да ладно, новый член команды? Привет, я Вижн.       — Да Вижн, новый член команды, это Человек-Паук, для тех кто не знал. Да, он пойдём с вами на миссию, и нет Тор, отмечать мы не будем. Он вас всех знает, так что без лишних слов, просто расскажите ему план и всё. Парень довольно умный, так что бываете, — Фьюри развернулся и ушёл в сторону лифта, больше ничего не сказав.       — Ну что паучок, давай присаживайся, будем рассказывать, — спустя пару секунд тишины сказал Тони и жестом пригласил Питера на диван.       От старого прозвища Паркер вздрогнул. Старые воспоминания начали потихоньку напоминать про ту жизнь, которую Питер старательно пытался забыть, но… воспоминания.       Это единственное, что с тобой будет всегда и порой будет приносить боль — это твои воспоминания. Воспоминания о первой встрече, о первом поцелуе, о первой прогулке с друзьями. Воспоминания о квартире, школе, семье, о друзьях, которые были в прошлом в твоей жизни. О первой поездке в другой город и его дальних огнях. О куче скуренных сигарет и написанных работ в стенах бывшей школы. Разбитые коленки, разбитое сердце, смех, слезы. Всё это навсегда останется в памяти, в твоём сердце и в сердцах тех, с кем ты разделил эти воспоминания (возможно). Ты всегда будешь помнить о том, через какую боль ты прошёл, и сколько причинял её себе. Сколько прятался за маской самого счастливого в мире человека, а по ночам ты умирал. Был ведь момент, когда самые дерьмовые моменты своей жизни, ты проводил в одиночестве, вытирая по ночам слезы и умоляя себя прожить ещё хоть день. Людям казалось, что тебе никто не нужен. А дело было в том, что ты был совсем один, когда нуждался в ком-то больше всего на свете. Но однажды ты найдёшь свой лучик света, хоть и в виде прилива новых сил. Найдёшь своё тепло и будешь знать, где согреться. Найдёшь любящие руки и сердце, но это не точно. Однажды ты излечишься, панические атаки перестанут убивать тебя, но на душе всё равно останется неприятный осадок пережитой боли и пустоты. Ты со всем справишься, но без болезненных воспоминаний ты не сможешь уйти. Они и делают нас живыми и теми, кто мы есть на самом деле. Воспоминания дополняют нас, создавая образ и формируя свой памятный архив. Там всегда будет валяться песня, с которой тебя что-то тесно связывает, запах, который будет вызывать болезненные флешбеки или фразы, которые будут валяться на пыльных полках твоего сознания, но именно всё это будет делать тебя тобой. Мы не мы без наших воспоминаний. Ты всегда сможешь сбежать из города, где тебе всё напоминает о прошлом, всегда сможешь слить ненужных людей, но от себя уйти не получится. Так и Паркер научился жить с собой. Жить со своим телом и разумом и жизнь стала куда проще. Если у тебя вдруг есть мечта, то иди к ней и не смей отступать. Попробуй, и даже если ошибёшься, то всегда сможешь повернуть. Иди до конца. Боишься — не делай, делаешь — не бойся. У тебя все ещё есть время быть тем — кем ты хочешь быть. Если у тебя есть чувства — делись ими. Делись всем, что чувствуешь, пока у тебя все ещё есть чувство, говори всё, что думаешь. Всегда лучше чувствовать что-то, а не ощущать переполняющую пустоту. Даже если ты обожжёшься. Будет больно. Но без ошибок и ожогов жизнь не строится. С тобой всегда будут воспоминания, и от них всегда будет больно.       — Паучок ты чего застыл?       Голос Тони вырвал Питера из раздумий и болезненных воспоминаний. Он, повернувшись, ответил:       — Да я просто задумался.       — Ну ничего, у всех бывает, — произнесла Наташа и, встав с кресла, пошла в сторону стола за какими-то бумагами.       — Это да, ну так что, присаживайся, — в какой-то тысячный раз повторил Тони.       — Да, спасибо, — сказал Питер и двинулся в сторону дивана, на котором сидела большая половина Мстителей. Паркер сел между Тони и Тором, так как это было единственное свободное место на этом диване: — Так какой у нас план?