Кажется, яойщица влюбилась

Третий день в лагере начался с серого неба и накрапывающего за окном дождя. Тренировки школ проходили поочерёдно, сначала была наша школа, потом школа моего «парня». Мне приходилось отсиживать две тренировки, чтобы сначала помочь Киеко, поскольку являюсь вторым менеджером по документам, и чтобы потом побыть со своим «любимым», от которого шли мурашки по коже. — Момо-чан, мне нужно поговорить с тренером о тренировках на улице из-за погоды. Отнеси мячи за меня в подсобку, прошу. — передо мной появилась Шимизу, но я не смогла разглядеть ее, наверняка, волнующееся лицо, потому что она тут же скрылась на выходе из спортивного зала. — Хорошо, Киеко-семпай! — успела я выкрикнуть девушке, даже не надеясь, что она услышит меня. Я, нехотя, встала с лавочки и убрала телефон в карман, настраиваясь на работу. Один мяч за другим, и так постепенно все они оказались в корзинке, оставалось только закатить её в подсобку. С неприятным скрипом в колёсах, корзинка с мячами оказалась в подсобке. Я вздрогнула, когда увидела знакомый силуэт возле стеллажа со старыми учебниками по физической культуре и бумагами. Услышав, как я вошла, парень резко обернулся. Серо-голубые глаза обеспокоенно взглянули на меня. «Кагеяма?! Я думала, что все уже ушли из зала. Главное не показать ему, что я волнуюсь.» Мои руки подрагивали, когда я закатывала корзинку в дальний угол подсобки. На затылке я чувствовала небольшое жжение, парень пытался прочитать меня взглядом, просверливая в моей голове дыру. — Чего смотришь? — спросила я, резко развернувшись. Словно сабли, наши взгляды пересеклись. После моего вопроса, глаза Кагеямы удивлённо раскрылись, будто он не ожидал, что я заговорю. Тишина, возникнувшая между нами, была неловкой. — Это все правда? — заговорил парень, укладывая старый учебник обратно на полку. — О вас с Оикавой, я имею ввиду. «Блин, я так и знала, что он заговорит сперва об этом. Но почему его голос сейчас звучит так неуверенно? Скорее даже грустно. Где вся его ненависть, которую он недавно так усердно выливал на Хинату?» — Тебя это не должно волновать, Кагеяма. — на лице парня и моем были похожие эмоции отчаяния. — Оставь в покое Оикаву, и проблем не будет. «Не понимаю, почему сказала это. Фактически, вся месть пойдёт коту под хвост, а также и мой договор с Оикавой.» — Зачем я должен терпеть то, что мозолит глаза? — брови парня медленно свелись, показывая, что он начинает раздражаться. — Что, прости? Что тебе глаза мозолит? — я отпустила корзинку мячей и подошла к парню, тыкая ему в грудь указательным пальцем. — И самое главное, причём тут я? — Потому что ты пришла к «нему» даже после моих слов остерегаться его! Ты мне не поверила или что? — голос Кагеямы постепенно становился громче, срываясь на крик. — Я думал, что ты послушаешь мой совет, Момо. — на его лицо вновь вернулась горькая печаль. В подсобке раздался громкий треск, и слабый свет, исходящий от единственной лампочки, пропал. Свет в большом спортивном зале постепенно погас, и воцарилась кромешная темнота. Весь главный корпус лишился электричества из-за попавшей в него молнии. — Что это было?! — завопила я, пытаясь найти хоть какую-то опору в темноте. — Кагеяма! Черт, хоть глаз выколи. Глаза медленно привыкли к темноте, и сознание перестало бить тревогу. Я маленькими шажками дошла до стеллажа с книгами и встала возле него, прижавшись спиной. — Кагеяма? Ты где? — не услышав ответа от парня, я начала переспрашивать его. В темноте не было понятно, где находится брюнет. — Я тут, — голос парня дрожал, чему я удивилась. Мои руки вытянулись в разные стороны, в попытках найти парня. Я испугалась, когда наши руки неожиданно встретились. — Похоже из-за грозы свет рубануло. — Да я это поняла уже, но это даже забавно. — я хмыкнула, подходя ближе к Кагеяме и хватаясь за его руку сильнее. — Так мы перестали собачиться. Я не смогу тебе что-то сказать, если не увижу. «Это я так напомнила ему о том, как он говорил обо мне, срываясь на рыжика. Злость во мне уже утихла, была лишь только глухая обида. Её перебивает лишь какое-то странное чувство. Я сразу заметила, что его рука отличается от рук Оикавы. Она немного меньше, но намного приятнее. А что будет, если я возьму его за руку?» Моя ладонь сама скользнула к чужой и ухватилась за неё. Сердцебиение пропускало по несколько ударов из-за неизведанных ощущений. Я чувствовала, как на моем лице появляется неловкая улыбка, а щеки заалели. «Правильно говорят, что в темноте некоторые чувства затупляются, а некоторые заостряются. Кстати, а Кагеяма может сейчас тоже смущен? Боже. Я опять забылась.» Я отпустила чужую руку, но её тут же взяли обратно. Из моего рта вышел вздох удивления. — Не отпускай. Пожалуйста. — голос парня был тихим, словно шёпот. Моё тело медленно притянули за руку, и я почувствовала, что нахожусь в крепких объятиях. Приятный запах одеколона, исходящий от одежды парня, лишь подливал масло в огонь, разгорающийся внутри меня. Я поддалась мимолетной мысли и обняла парня в ответ, сначала проведя ладонями по его телу. Злость и все недопонимание, возникнувшее между мной и Тобио, испарились, во мне бушевало совсем иное чувство. Прижавшись сильнее к парню и уткнувшись носом в ворот его футболки, я вдыхала приятный аромат. Всем телом я почувствовала мелкую дрожь, исходящую от парня, и замерла. — Ты дрожишь. — сказала я полушёпотом. — Боишься темноты? Раздался шум грома после чего тело парня вздрогнуло ещё раз, и его руки сжали меня сильнее. Кагеяма, держа меня в объятиях, опустился на пол. Я послушно села рядом, не прекращая обнимать. Моя ладонь осторожно поглаживала его спину, успокаивая. — Я боюсь ни темноты, ни грозы. — неожиданно сказал парень и уткнулся в мою шею, обнимая. — Я боюсь, что меня бросят. «Но, все же, будем честны, ты боишься и того, и того. " — Поэтому ты весь трясешься? Но ведь тебя не бросили одного, я тут, Кагеяма. — Ты не со мной. Ты с этим придурком. — руки парня обвили мою талию, из-за чего в животе разбушевались бабочки. Смущение вновь накрыло меня. — Всё это время я места себе не находил. Я боялся, что он сделает с тобой что-то ужасное. В темноте раздался всхлип, и я сильно удивилась этому. Я почти не дышала, чтобы услышать больше, пока моя рука также осторожно поглаживала спину парня. Всхлипы Кагеямы учащались, а тело подрагивали вместе с ними. — Я так не хочу, чтобы он забрал у меня все, что дорого мне! Я просто не позволю этому случиться. «Он плачет? Боже, только не говорите мне, что это опять из-за меня. Неужели я приношу только страдания ему. По плану это так и должно было быть, но почему я не довольна результатом?» — Борись за это. Только борьба делает человека сильнее. — Я безнадёжно вздохнула из-за того, что не могла понять себя. Слушая всхлипы парня, мои глаза заполнились слезами и моргать стало тяжело. «Я почувствовала те же эмоции, что и Кагеяма?» Слеза скатилась по щеке, но утирать её я не стала. Момент откровений, казалось, прекратился — в большом зале медленно загорелся свет, возвращая возможность видеть. Лампочка над нашими головами вновь загорелась, и я увидела, как мы сидим на полу и обнимаем друг друга. Я резко отпрянула от него и встала на ноги. Внутри меня смешалось несколько эмоций, и они выходили из меня горькими слезами. Мои ноги понесли меня к выходу из зала, и только тогда я дала себе волю разреветься. Меня не волновало, что кричал мне вслед брюнет. Пока я бежала, слезы скатывались с щек быстрее и тут же слетали с моего лица на пол. Я направлялась в комнату, находящуюся в корпусе школы Аобаджосай. Выйдя на улицу и немного успокоив себя, мои лёгкие захватили свежий воздух. «Гроза закончилась.» В далеке, хоть и расплывчато, из-за слез на глазах, я увидела группу парней, направляющихся в главный корпус; настало время тренировки другой школы. Я медленно пошла к ним на встречу и высматривала среди всей группы лишь одну персону. «Оикава как всегда идёт первее всех. Как он отреагирует на меня при своих ребятах?» Парень заметил меня и помахал рукой. Я помахала в ответ и замерла на месте, ожидая, когда он подойдёт ко мне. — Ты сегодня решила встретить меня еще на улице, Мо, — сказал Оикава, оглядываясь на команду и демонстрируя милую улыбку. Когда его голова вернулась обратно, он резко стал серьёзным. — Почему у тебя заплаканные глаза? — его ладонь легла на мою щеку и утерла мокрую дорожку после слез. — Тебя кто-то обидел? «Ну же, Оикава, покажи мне свою сообразительность. Ты, должно быть, радуешься внутри, зная, что если я плачу, то, значит, серьёзно поссорилась с Кагеямой.» Я специально молчала и не давала ответов на его вопросы. Заметив это, парень обнял меня, прижимая мою голову к его грудной клетки. Резкий запах его духов заставил меня зажмуриться. — Ребят, идите без меня, скажите, что колено прихватило, и я задержусь. — вся остальная команда прошла мимо нас, ещё иногда оглядываясь. — Видишь, никого больше нет рядом. Как только парень отпустил меня, я сразу же сама утерла мокрые глаза. — Неужели ты опаздаешь на тренировку из-за меня? Оикава закатил глаза, не получив ответы на ранее заданные вопросы. — Конечно, задержусь, моя девушка приходит ко мне в слезах, а я не знаю, кто сделал это с ней. «Его девушка? Это звучало сейчас так натурально.» — Когда никого нет рядом, можешь не играть спектакль, Оикава. — Я не играю, а делаю так, как сам хочу. — хмыкнул шатен, скрестив руки на груди. — Так что случилось? Кагеяма? — Верно. — по всему телу прошлась приятная волна тепла лишь от воспоминаний о крепких объятиях Тобио. — И я не знаю, куда приведёт это все. — добавила я, находясь частично в своих мыслях. — Неужели принцесса струсила? — парень приобнял меня за плечо и мы медленно пошли к главному корпусу. — Теперь есть принц, который защитит тебя от огня «дракона». Так что можешь бесить его сколько хочешь, я помогу. «Неужели под драконом, он говорил про Кагеяму?» Я тихо засмеялась из-за слов парня и продолжила идти с ним до спортивного зала, больше не сказав ни слова.