Служебный роман

- У вас прекрасный дом, - вежливо заметил ЧунХён, - Особенно хороша гостиная. - Мы специально приглашали известного американского дизайнера. Посылали за ним частный самолет, - как бы невзначай сказала мать Хары, госпожа Ким ЧжиХе. ЧунХён про себя улыбнулся. Самодовольство и высокомерие, видимо, присуще всем членам этой семьи. Однако при таких мыслях парень, конечно же, не заметил того, что вливается в эту семью идеально. А даже если и заметил, то тут же отверг. ЧунХён не желал жениться вообще, что уж говорить о браке с Харой. Конечно, она была одним из самых лучших и красивых драгоценных камней в его личной короне, однако ЧунХён слишком высоко оценивал свою свободу. И насколько бы он ни был расчетлив, но продаваться этой семье он не собирался. Вопрос в том, учтут ли его интересы Гу ХаДон, председатель кабинета директоров компании, и Ким ЧжиХэ, владелица одной из крупнейших сетей салонов красоты по всей стране и за ее пределами... Служанки принесли второе, и ЧунХён помрачнел: мало того, что родители Хары впервые позвали его в свой дом, так и кормят первоклассно, будто редкое и породистое животное на убой. - ЧунХён, как тебе вчерашняя игра? - подал голос ХаДон-ним. - Футбол? Я не смотрел, вчера мы... - Мы с ЧунХёном провели вместе весь вечер, папа, - влезла в разговор Хара, сияя, как начищенный медный таз. - Рад узнать, что у вас все хорошо, дети, - спокойно улыбнулся седовласый мужчина, - А то ведь в последнее время Хара часто была... расстроена. ЧунХён напрягся. Все ясно. Наверняка, это Хара надоумила родителей на этот милый семейный ужин, чтобы немного припугнуть его и в дальнейшем контролировать. Предсказуемо и нисколько не оригинально. Путь, который выбирают все богатенькие капризные девочки: «если ты не будешь меня любить, я все расскажу папе». ЧунХён, вместо какого-либо ответа, сделал большой глоток из чашки с зеленым чаем. Хара поспешила заполнить паузу. - Ну что ты, папа! Отношения ведь не могут быть идеальными, всякое случается... Мы любим друг друга, и у нас все будет прекрасно. Правда, оппа? - повернулась она к ЧунХёну. Тот выдавил из себя улыбку. - Наверное, с нашей Харой много проблем? - вступила в игру ЧжиХэ. Несмотря на годы, эта женщина была красива, держалась величественно и вежливо, однако ЧунХён больше всего опасался именно ее. Такие люди опасны. У них есть власть, деньги, авторитет, а самое главное - крайне скверный характер. Рядом с ней ее уважаемый супруг казался невинной овечкой. - Женщины вообще сложные существа. Но именно из-за того, что они доставляют хлопоты, мужчины их и любят, - ЧунХён поднял бокал красного вина, жестом предлагая выпить за это. Глаза матери Хары немного сузились, но она улыбнулась и подняла бокал вслед за ним. - Золотые слова, ЧунХён, - одобрил ХаДон-ним, и звон бокалов заполнил гостиную. *** ХёнСын бледной тенью проскользнул в офис. Сегодня он снова опоздал, но на этот раз парня не волновало, поймает ли его на этом босс. ХёнСын вообще не хотел идти на работу, ему больше нравилась мысль вдруг растаять в воздухе, чтобы никто никогда его не нашел и не призвал к ответу. За девять лет дружбы Джина стала неотъемлемой частью его жизни. Она была точкой постоянства в этом меняющемся мире. Она была домом. Она была крепостью. Как бы это ни звучало, но он часто прятался за ее спиной, когда был расстроен, подавлен, унижен и просто жалок. ХёнСын всегда мог уцепиться за нее: одну из самых популярных девушек школы, а затем университета. Он порой невесело ухмылялся, когда понимал, что в их паре Джина - Королева бала, а ХёнСын - ее страшная подруга. Но где это видано, чтобы Королева вдруг переспала с Дурнушкой?.. Разве это правильно?.. И что теперь делать Дурнушке?.. ХёнСын крепко зажмурился и ущипнул себя за руку, пытаясь отогнать глупые мысли и смущающие воспоминания прошлой ночи. - Вижу, ты уже начал самопоедание, - фыркнул кто-то, распространяя знакомый и родной запах нежных цветочных духов. ХёнСын с большой неохотой открыл глаза и взглянул на Джину. Девушка покачала головой, разглядывая выражение лица парня, затем взглянула на настенные часы. - О! Перерыв! - Н-н-нет, еще десять минут, - трусливо возразил ХёнСын. - А ну иди-ка сюда, дорогуша! - распорядилась Джина и, ухватившись за ворот пиджака, вытащила парня сначала из-за стола, а затем протащила в коридор. - Джина, ты... - начал было ХёнСын. - Молчать! - Ладно. - Вчера все было замечательно, хоть и необычно. Мы оба были расстроены и пьяны. Поэтому это все - не наша вина, - с полной уверенностью втолковывала ему Джина, - Это вина этих придурков. Все просто, так что не парься! Мы - самые лучшие друзья, и одна ночь, проведенная вместе, этого не изменит. Ведь так? - угрожающе добавила девушка, буравя глазками своего приятеля. - Конечно, не изменит, - вздохнул ХёнСын. - Но ты опять делаешь такое лицо! - обвинила его Джина, резко выходя из себя. - Какое?! - Такое, что хочется дать по голове лопатой! А ну улыбнись и скажи что-нибудь! - Что именно?! - Что-нибудь, чтобы я поняла, что ничего вчера не испортила! В глазах Джины ХёнСын разглядел то, что его самого так гложило. Именно «гложило». Сейчас все снова в порядке. Она права: ничего не изменилось. - Ты ведьма, - спокойно констатировал парень. У Джины дернулся глаз. - Ты чокнутое существо с когтями в сантиметр длиной. Внутри у тебя желудок, вечно сидящий на диете, мозг, работающий только по 13-тым числам месяцев, с буквой «е» в названии, и сердце, стремящееся отдать всего себя своим дорогим людям, в число которых каким-то образом затесался и я. - Сколько комплиментов. Ладно, я тебя простила, - с видимым облегчением фыркнула Джина. - А еще у тебя внутри есть длинный раздвоенный язык. Когда ты его высовываешь - с него капает яд... - глубокомысленно добавил ХёнСын, отвлекаясь от действительности. Но действительность настигла его быстро, - ... Айщ! Больно же, НУНА! - Замолчи, мальчишка! Ты все испортил! Вот тебе еще! *** К концу обеденного перерыва ЧунХён возвращался в свой кабинет, когда увидел знакомую шевелюру. Горе-подчиненный стоял к нему спиной и разговаривал о чем-то с Джиной, своей покровительницей и защитницей. ЧунХён уже решил мимоходом бросить нечто колкое, дабы привлечь внимание Чан ХёнСына, однако что-то пошло не так. Джина вдруг обвила шею парня рукой, с таким видом, словно пять минут назад нежданно-негаданно случился стриптиз Ли МинХо на ее столе в офисе. - Дорогой, ты был просто зверем... Не ожидала от тебя такой прыти, - серебристый смешок девушки просто взбесил ЧунХёна, - Все дело в красном белье и моей непревзойденной сексапильности?.. ЧунХён молча прошел мимо, но, не сдержавшись таки, захлопнул дверь чуть громче, чем следовало бы. - Развлекаешься?.. Чан ХёнСын... - прошипел директор, со злости разламывая ручку надвое. *** Джина убрала свой каблук с ботинка остолбеневшего друга и выпустила его (друга, не ботинок) из своих железных объятий. - Идем, ХёнСына. - Ты... ты специально это сделала, - озарение нахлынуло на смятенного парня. - Что? - То, что наблюдало этот спектакль, а затем пронеслось мимо меня и хлопнуло дверью. - Пронеслось?.. Хлопнуло?.. У тебя галлюцинации, - постановила Джина и развернулась. ХёнСын удержал ее за локоть. - Джина... Что ты задумала? - Задумала?! Я?! - страшно удивилась девушка, - Дружок, сегодня не 13-ое число, а март не имеет в своем составе буквы «Е», боюсь, мой мозг в отпуске. - А я-то еще думал, что на тебя нашло! - хлопнул себя по лбу ХёнСын, опасливо теперь косясь на дверь директора. - Быть может, вспышки на солнце оказывают странное влияние на мой раздвоенный язык... - рассудительно заметила Джина. - Джина, лучше перестань... Ты делаешь хуже... - ХёнСына, пора работать, перерыв закончился уже... о, мой Бог! Минуту назад! Скорее бежим на свои места, пока Мистер-Я-Очень-Зол-Потому-Что-Ревнив нас не отшлепал, - подмигнула девушка, - Хотя... меня он, скорее всего, просто уволит. *** ЧунХён метался по всему кабинету, никак не успокоившись, но даже не задумывался о том, что ведет себя странно. Пока все его мысли занимало создание новых экспериментальных методов пыток с помощью канцелярских принадлежностей. В кабинет, осторожно постучавшись, вошла Хёна, однако босс ее даже не заметил. Только когда тонкий голосок на более высоких нотах пропищал нечто невразумительное, директор вернулся из своих извращенных фантазий. - Так что мне им ответить, сэр?.. Пауза затягивалась. Хёна неуверенно переступала с ноги на ногу, гадая, что же не так сегодня с директором. - Директор Ён... Отказать им?.. ЧунХён вдруг медленно приблизился к девушке и, мягко обхватив ее шею одной рукой, другой притянул за талию. - Отказать... И он подарил секретарше длительный страстный поцелуй. Не первый, но слишком настоящий и слишком возбуждающий. Жаль только, сама Хёна была не той (а точнее - тем), кому этот поцелуй предназначался. ЧунХён, наконец, оторвался, и спокойно глядя на совсем растерянные, полупьяные глаза Хёны, понял, что теперь ему лучше. - Вызови сюда Чан ХёнСына. К девушке лишь через минуту вернулась возможность понимать человеческую речь, и она, спотыкаясь на шпильках, поспешила выполнить поручение. ЧунХён же поправил одежду, привел в порядок мысли и стал ждать реванша. ХёнСын вошел в кабинет и предстал перед своим начальником. Социолог выглядел тревожным, даже нервным. ЧунХён сразу это почувствовал, и в нем проснулись привычные инстинкты. - Чан ХёнСын... Самый частый гость в моем кабинете. А все почему? Потому что выполнять свою работу вы совсем не умеете, - с садисткой улыбкой начал директор. ХёнСын пока молчал, он даже не сжимал кулаки, как это бывало каждый раз, когда он оставался с боссом наедине. Это молчание не устраивало ЧунХёна. Он намеренно провоцировал парня не просто на стычку, а на скандал. На крупный скандал. ЧунХёну хотелось уволить ХёнСына, чтобы больше никогда не видеть этой несуразной шевелюры, чтобы больше никогда не слышать этот голос с истеричными нотками, чтобы больше никогда не ощущать его присутствия в своих мыслях. Однако, несмотря на желание, уволить его ЧунХён не мог. Потому что оставить Чан ХёнСына на работе, рядом с собой - было его потребностью. - Ваши умственные способности оставляют желать лучшего, однако я ожидал, что даже вы сумеете справиться с отчетом по проекту №127... Реклама кукурузы - ну что может быть легче? - усмехнулся ЧунХён, внимательно следя за каждым движением, каждым взглядом ХёнСына. - Где именно я ошибся? - спросил ХёнСын, глядя прямо в глаза директору и нервно закусывая нижнюю губу. Это было слишком для ЧунХёна и заставило отвести взгляд от его лица. - Я бы сказал, с выбором профессии, но это уже не оригинально. - Да, вы мне уже об этом не раз говорили, - чуть повысил голос парень. - Ну надо же, вы запомнили. А запомнить, что копию таблицы соц.исследований нужно предоставить в статистический отдел все никак не удается? - Я сейчас же сделаю это, - на лице ХёнСына появилась кривая улыбка, глаза заблестели, - Что-то еще, директор? - Вопрос о ваших систематических опозданиях все еще открыт. И закроется, видимо, только с вашим увольнением, - вкрадчиво проговорил ЧунХён, ложа подбородок на руки и сверля странным, недобрым взглядом своего подчиненного. - Или моим уходом. - Это предложение? - А что, так не терпится выкинуть меня? - отбросив официальный тон, со злостью выкрикнул ХёнСын. - Так не терпится оказаться на улице? - напротив, понизил голос ЧунХён. - А вам како... - ХёнСын осекся, - Откуда вы знаете?.. Откуда? Парень сделал шаг вперед и наклонился. Его лицо оказалось почти на одном уровне с лицом его директора. - О чем знаю? О том, что у тебя долги? О том, что если ты потеряешь работу, то потеряешь и квартиру? - Откуда вы знаете? - глаза ХёнСына горели праведным гневом, - Я никому не говорил, а банк не должен раздавать информацию направо и налево! - Направо и налево может и не должен. А твоему начальнику - это уже другое дело, глупый, - ЧунХён отвечал наглым, снисходительным взглядом. - Я подам в суд на них и на вас. - Валяй. ХёнСын выпрямился, повернулся было к двери, но словно вспомнив о чем-то, вдруг задал вопрос, который вывел ЧунХёна из равновесия. - А откуда такой интерес к моей скромной персоне?.. А, директор?.. - Хм... Даже не знаю... Может, потому что таких неудачников редко можно встретить? - с издевкой предположил ЧунХён, впрочем, отведя взгляд в сторону. - А может, потому что такие неудачники вас... привлекают? ЧунХён мгновенно растерялся. Он с видимым замешательством и опаской взглянул на ХёнСына, который смотрел на него, явно торжествуя. - У кое-кого завышенная самооценка по этому вопросу, - парень попытался сказать это как можно ироничней, - Или наоборот, заниженная. - Неа, - покачал головой ХёнСын, - не убедительно... Директор. Хмыкнув и смерив ЧунХёна еще одним торжествующим взглядом, ХёнСын вышел. *** Джина залетела в офис, плюхнулась на свое кресло и опустила голову на стол. - Что случилось? - обеспокоенный ХёнСын присел рядом. - Семинар по рекламной кампании утром и отчет только что - вот, что случилось! - не поднимая головы, расстроенно ответила девушка. - Что именно? Директор?.. - громким шепотом спросила ГаЮн, подкатывая свое кресло ближе. - Козел он, а не директор! - не потрудившись понизить голос, сообщила Джина. - Америку ты не открыла, - заметила ДжиЮн, спокойно что-то отмечавшая в своих бумагах. - Весь семинар меня доставал. Но это полбеды. Там ведь было куча народу, так что особо развернуться ему не удалось. Зато на отчете отыгрался. Нам всем досталось, - кисло улыбнулась Джина, - ГаЮн, одна из твоих групп попала в опалу. Там один идиот разругался с какой-то теткой. А у той климакс и вес - 90 кг. В общем, вам грозит судебное разбирательство. - Что?! Впервые об этом слышу! - ГаЮн тут же схватилась за телефон. - Повестка пришла сегодня. Этот парень, наверное, и сам не знал, что добрая тетя пожаловалась в правоохранительные органы. Причем пожаловалась сразу на всю компанию. Ерунда, конечно, но тебя по головке не погладят. Иди к нему… И удачи. ГаЮн не сдержалась от нецензурных слов брани, и направилась к кабинету директора. - У ДжиХён невыполнение графика, - Джина повернулась к рыжеволосой скромнице, - Ты плохо контролируешь свои группы. Они у тебя распустились и работают так, что лучше бы НЕ работали. У остальных проблем нет. - Шутишь? А как же я? - удивился ХёнСын. Джина поманила парня ближе и стала негромко рассказывать. - Теперь я точно знаю: он на тебя запал. Ну или по крайней мере хочет. - Нуна, ради Бога, тише... - прошептал ХёнСын, опасливо оглядываясь на своих коллег. - Он сегодня мне столько гадостей наговорил, причем с улыбкой маньяка! Почти, как ты, когда злишься, но у него лучше получается, - хмыкнула Джина, - И разговор несколько раз коснулся тебя. Ему очень интересно, есть ли у нас отношения, и он бесится. Так что можно брать тепленьким, дорогуша. Видишь? У нас все получилось! - В свахи решила заделаться? - хмуро пробормотал ХёнСын. - Будь ты хоть немного инициативнее и умнее - сам бы справился, но боюсь, природа обделила тебя всеми лидерскими качествами. Теперь очевидно, кто будет снизу, - пожала плечами Джина, мило улыбаясь. - НУНА! - прошипел красный, как рак, ХёнСын, - Я вовсе не собираюсь!.. - Собираешься. И соберись уже побыстрее. Я же говорю: он в ловушке, нужно брать его. - Кто в ловушке? - поинтересовалась ДжиЮн, подозрительно глянув на парочку. - Ты не представляешь, ДжиЮн! Зверь, - доверительно сообщила Джина. *** - ЧунХён! - кричала в трубку Хара, - Ты снова меня обманываешь! - Нет. Я же сказал: у меня работа! - начал выходить из себя парень. - Знаю я твою работу! - Вряд ли, ты и старшую школу еле-еле закончила, - не сумел удержаться от ехидного замечания ЧунХён. - Ты назвал меня тупой?! - Разве я такое говорил? - удивился ЧунХён. - Ты имел это в виду! - Ты меня неправильно поняла. - Оппа! Если ты сегодня не приедешь, я... я скажу отцу! - окончательно разозлилась Хара. - Да хоть матери! - И ей тоже! - Вперед и с песней, дорогая! - Если это Виктория, я!.. - начала было Хара, но терпение ЧунХёна лопнуло, и он в полной ярости рявкнул в трубку: - Еще раз посмеешь следить за мной на своих кривеньких ножках, и все кончено. Ты со своими истериками мне надоела! - У меня?! У меня кривые но... ЧунХён отбился и выключил телефон. В полной ярости он сел в свою машину и захлопнул дверь так, что задрожали стекла. - Как эта стерва смеет... Вот мелкая сучка!.. Резко газанув, ЧунХён выехал со своего места на парковке и поехал к воротам, не переставая ругать и Хару, и ее родителей, и идиотов-подчиненных, которые вроде тут и не причем были. На выезде со стоянки, из бардачка, который ЧунХён не закрыл, выпала фотография. Этой секунды хватило на то, чтобы парень отвернулся от дороги. По бамперу ударило нечто твердое, а затем врезалось в стекло. ЧунХён, зажмурившись, изо всей силы вдавил педаль тормоза. Тело человека по инерции вынесло вперед, и, прокатившись пару раз, оно осталось лежать на холодном асфальте.