У судьбы всё же есть чувство юмора

В Москву вместе с золотыми листопадами, бесконечными дождями и лужами на половину улицы пришла осень. Птицы, прощаясь с родными местами, улетали в тёплые края, а люди, остающиеся в столице, отчаянно им завидовали. Хотелось послать к чертям все заботы, дела и проблемы, покидать в чемодан купальники, платья и шорты и махнуть куда-нибудь к Средиземному морю, чтобы продлить свое лето. Но, к несчастью, это были лишь несбыточные мечты. По улице торопливо шагала молодая девушка, на ходу роясь в увесистом рюкзаке, висящем на её плече. На ней был плащ насыщенного ультрамаринового цвета и светло-голубые джинсы, а на ногах красовались яркие желтые резиновые сапоги – этакое яркое жизнерадостное пятно в суете бесконечных серо-скучных будней большого города. Выудив, наконец, из рюкзака мобильный телефон, девушка принялась сосредоточенно набирать номер, когда проехавшая мимо машина щедро окатила её грязной водой из лужи, и первое, что услышали на другом конце провода, было: — Твою ж мать! О, привет! Не думала, что ты так быстро возьмёшь трубку. Ты представляешь, я сегодня просто эпицентр невезения! – на другом конце хмыкнули, явно осознавая, что беседа затянется на долго, видимо, такое было уже далеко не в первый раз. — Вот что ты опять хмыкаешь?! Ведь прекрасно знаешь, что только тебе я могу излить душу. Поэтому не хмыкай, а слушай, — в ответ на это прозвучало нечто невнятное, но, скорее всего это было: "Слушаю, куда же мне от тебя деться, всё равно не отстанешь", потому что девушка довольно ухмыльнулась и продолжила тараторить. — Ты не поверишь, ЧТО сегодня случилось! Утро началось с того, что я нашла разрезанными свои вещи! Реально разрезанными и, что самое обидное, это были мои самые любимые футболки, круто сидящие на мне джинсы, пара тетрадей с важнючими лекциями и свитер, который мне подарила твоя мама! Да! Тот самый, который я почти год носила не снимая! И это всё из-за того, что парень соседки заявил ей, что она тварь и они расстаются. Я-то тут причём?! Ну, показала ему пару фоток, где она, мягко говоря, обнимается с другим, но она же это заслужила, ведь я просила её не читать мои заметки, которые, как ты помнишь я пишу почти всегда и почти обо всём, так она их ещё и своим подругам показала! Я их за прочтением и высмеиванием застукала. Но добила меня записка: "Это тебе мой подарочек. Он показывает всё моё отношение к тебе. Твоя соседка, Катя". Её в комнате не было, поэтому выплеснуть на ней всю ярость я не смогла. Потом в институте ко мне клеился старикашка физрук. Я ему отказала. Так этот старый пердун начал меня зажимать, ну а я ему расквасила нос и сломала руку. И этот козёл влепил мне пару. Пару! Ты представляешь?! Да у меня никогда таких оценок не было! Я пошла к директору, подняла скандал, мне сказали, что разберутся. Через полчаса оценку исправили, но на три дня я отстранена. Насолил-таки, хрыч. После института пришла я в общагу, увидела соседку... Отомстила, когда та ушла в ванную – все её золотые побрякушки, дорогие шмотки и какой-то модный телефон улетели в окно, а я собрала вещи и ушла. И знаешь, у кого я теперь буду жить? Правильно! У тебя! Я уже на полпути, и вот только-только меня окатила из лужи машина... Давай заедим горе? Я куплю мороженое "Венеция" и вечером им объедимся, хорошо? — Ладно, сладкоежка, но если завтра будут проблемы с физруком, наберешь мне, хорошо? Я приеду и обеспечу ему путевку в больницу, а после приедет отец и отправит его в бессрочный отпуск. Ты ж ему как дочь. А пока я пойду в душ и буду переезжать на диван – как я помню, тебе нужны удобство и мягкость, а я на этой кровати спать не могу. Уже хотел было за матрасом новым ехать, чтоб пожестче был. Жду твоего прихода, вторые ключи, если что, есть у охранника внизу. До встречи! — Спасибо за заботу, Кость! Скоро буду, – улыбнувшись, девушка спрятала телефон в рюкзак, достала почти целую стипендию и отправилась на поиски любимого другом мороженого.

* * *

Вокзал жил своей жизнью. Через стеклянные, непрерывно хлопающие двери, входило и выходило бесчисленное множество людей, которые натужно пыхтели, пытаясь поднять тяжеленные чемоданы, торопливо проверяли карманы в поисках билетов, бесцельно бродили по зданию вокзала в ожидании поезда или, уже опаздывая, со всех ног мчались по перрону, размахивая руками и крича, чтобы поезд не вздумал отправляться без них, наивно полагая, что железная многовагонная махина послушает их и послушно остановится, ожидая нерасторопных пассажиров. С трудом прокладывая себе путь среди людского потока, из здания вышел молодой человек под два метра ростом, с большим кожаным чемоданом, так плотно обклеенным марками и наклейками из разных стран и городов, что уже невозможно было определить точно, какого цвета он был изначально. Одет он в тёмные джинсы и пальто иссиня-чёрного цвета, которое идеально подчеркивает его спортивную фигуру. У данного представителя homo sapiens имеются глаза потрясающего шоколадного цвета, в количестве двух штук, и непослушная светлая шевелюра, а на губах играет вечная, чуть ироничная усмешка. Молодой человек только что сошёл с поезда, привезшего его из культурной столицы в столицу фактическую, и сейчас направлялся на съёмную квартиру, которая должна была стать его домом и крепостью на ближайшие полгода. Только он выбрался из толпы, окружавшей здание вокзала, и вдохнул полной грудью относительно чистый московский воздух, как в его кармане запиликал навязчивый мотивчик, извещая о входящем звонке. — Прости, друг, сегодня форс-мажор, я не смогу с тобой в клуб поехать. Ты не в обиде? — Неа, просто делать нечего, вот и предложил. Я же только на полгода в Москву перебрался, пока на полгода... Соревнования закончатся, и я обратно в Питер, всё сдавать... Экстерном, блин... — Я помню. Ну что ж, как-нибудь в другой раз тогда. До связи. — Угу. Нам обязательно надо на неделе встретится и обмыть мой приезд. — Без вопросов! Только он убирает телефон, как в него врезается какая-то несуразная взбалмошная девица на вид лет пятнадцати. И на его дорогущем фирменном пальто оказывается огромное пятно... Зелёного цвета... — Моё мороженое! Блин, что ж за день-то такой! Мужчина, вы хоть смотрите куда идёте! А то одним пятном вы бы не отделались, и на вас бы висело убийство такой маленькой и хрупкой меня! — Девочка, а тебе не кажется, что ты слишком дерзко отвечаешь? Ты мне чем химчистку оплачивать будешь, детсад? — Слушайте, дядя, если вы не смотрите куда идёте, то я не обязана ничего вам оплачивать! И вообще, это вы мне ещё должны за ущерб, причиненный моей собственности. Если вам не понятно, то объясню для амеб: давай покупай мне второе мороженное! — Хрен тебе, а не мороженое. Вали отсюда! Делаю скидку на твой возраст и мою неимоверную спешку… — Побухать — это спешка? — Да... Нет... Стоп, откуда ты?! Ты не о том подумала... Дура, блин. — У тебя на лице написано: "Я приехал, надо где-то напиться". Элементарно, Ватсон. — Вали отсюда, раздражаешь! Я тебя найду и отдам пальто, чтобы ты отнесла его в химчистку, а пока иди...холоп. — Что!? А ты не охренел ли?— начала повышать голос негодующая девушка. — Пока, мелочь, — подойдя к девушке и, приобняв её за талию, шепнул ей на ухо парень, светясь улыбкой от того, что нашёл себе посыльного, ушёл, но через пару метров обернулся и закричал.— Мой номер у тебя в кармане, позвони! — Да ни за что... — выдохнула девушка, задыхаясь от негодования. Через пять минут... Поднимаясь по лестнице, наша знакомая опять набирает номер друга, возмущённо спрашивая: — Кость, что у тебя с телефоном? Я дозвониться минут пять не могла! Я говорила, что этот ужасный день закончен? Нет? Значит, была права. — Я приеду минут через пятнадцать, и ты мне всё расскажешь. Только не начинай без меня есть мороженное! — Давай быстрее. День ещё не закончился, а оказалось, что утро – это только начало, и всё может быть намного хуже...