Единственная причина жить

–Данюш! – сидя на диване в гостинной, услышал я оклик своей пока что девушки Евы. Ева–кареглазая шатенка немного ниже меня. Мы познакомились, когда мне было 16. На сегодняшний день мне 22, а Еве 21. Недавно я сделал ей предложение и она согласилась. Сейчас мы с Евой уделяем время блогерству, благодаря чему получаем деньги и подготовке к свадьбе. –Что малыш? – спросил я. –У меня очень важная новость, – улыбаясь, Ева подошла ко мне, пряча что-то за спиной. –Какая? –Я беременна, – она протянула мне два положительных теста на беременность. –Я стану папой! – я радостно вскочил с дивана, поднимая Еву на руки. И мы оба были счастливы. Спустя пару недель мы сыграли красивую свадьбу и я был неимоверно счастлив. Ближе к рождению у нас состоялось гендер пати, на котором мы узнали что у нас будет дочка. Так же мы с Евой предложили беби Некиту и Миланке стать крёстными нашей малышки, а те в свою очередь согласились. Так же как можно скорее купили кроватку, коляску, памперсы, пелёнки, соски, пустышки и вообще всё то, что понадобится для малыша. С этим нам помогла моя мама. Это было утро 18 мая. У Евы начались схватки и мы с скором времени как можно быстрее поехали в роддом. У нас планировались парные роды. К одиннадцати утра у Евы отошли воды. И вот в очередной раз к нам с женой вошёл врач, с серьёзным выражением лица. –Боюсь, у вас осложнённые роды, – сказал он. –В каком смысле? – спросил я, всё так же держа Еву за руку. –У вашей супруги отошли воды не характерного цвета. Мы посмотрели ребёнка на УЗИ и увидели, что пуповина закрутилась вокруг его шеи. При естественных родах ребёнок может погибнуть, – объяснил он. –А кесарево сечение? – спросила Ева. –При кесарево сечении, возможна смерть матери. Выбор за вами. –Ну что? – я взволнованно посмотрел на Еву. –Лучше умру я, чем ребёнок, – выдала она. –Нет, ты будешь жить, – я поджал губы. –Я выбираю кесарево, – громко заявила Ева. –Хорошо, тогда сейчас мы увозим вас на операцию, – сказал врач, а затем обратился ко мне. – Вы можете наблюдать из другого помещения через стекло. –Хорошо, – ответил я и врач ушёл. –Я надеюсь, что всё будет хорошо, – я видел, как Ева пыталась сдержать слёзы. –Малышка, – я крепко обнял её. – Я люблю тебя и всегда буду с тобой. –Я тоже тебя люблю. Сильно сильно. –Обещай, что будешь бороться за свою жизнь и жизнь нашей дочки. –Обещаю, – выдала она, вновь сжимая мою руку. Вскоре Еву увезли в операционную, а меня отвели в ту самую комнатку. Я с диким волнением и страхом смотрел на Еву, при этом слыша каждые переговоры врачей и звук пульса. Я не знаю сколько я там простоял, но в какой-то момент увидел на экране пульсоксиметра красную полосу и услышал писк, совмещённый с криком нашей малышки и криками врачей. Мне сердце бешено заколотилось. После трёх попыток, врачи вернули пульс и продолжили операцию, но снова этот писк и красная линия. Врачи несколько раз ударяли это током и в итоге сдались. –Всё, она ушла, – огорченно заявил один из врачей. –Нет. Только не это. Нет! – я пару раз ударил кулаком по стеклу, затем со слезами на глазах, я спустился по стенке. Вскоре я вышел из этого помещения и ждал врачей. Через несколько минут он вышел. –Примите мои соболезнования, – выдохнул он. – Она потеряла слишком много крови и не справилась. –Я понял, спасибо, – я закрыл лицо руками. –Какое имя вы хотите дать своей девочке, она кстати в полном порядке. –Эвелина, будет Эвелиной. Как хотела её мать. –Хорошо, езжайте домой. Если всё будет хорошо, то выписка состоится через три дня. –Я могу попрощаться с женой? – в надежде спросил я. –Ну если хотите, то можно. Я надел халат и вошёл в операционную, где на столе лежало тело Евы. –Малышка, – я провёл рукой по её щеке. Ком подступил к горлу, а слезы вновь наворачивались. – Ты же обещала бороться. Как же я без тебя, – я взял её за руку, сжав. – Я буду оберегать нашу малышку. Люблю тебя. До бесконечности. Через 20 минут я уже шёл из роддома с затуманенными мыслями домой. Весь оставшийся день я провёл ревя в подушку. В семь вечера раздался звонок в дверь. Я поплёлся открывать и увидел всех. Петрашку, Гладкого, Никиту и даже маму. –Поздравляем! – заявили они. –Ты чего? Не рад появлению дочки? – спросила меня мама. –Ева умерла, – я сново не сдержался, чтобы не заплакать. –Господи, – ужаснулись они. В итоге мы посидели о чём-то поговорив пару часов. –Дань, что то докупить надо? – спросил меня Артём. –Да впринципе ничего. Если только смеси для кормления. Я сам куплю. –Как скажешь, – выдал Петрашка. И вскоре они ушли, всячески поддерживая меня, а я с огромнейший камнем на сердце поплёлся спать.