Ошибка Палпатина (бывшее Побег)

— Куда мы летим? — незаметно возникла за его спиной Лея. — Куда Сила укажет туда и летим… — честно ответил Энакин, с удовлетворением отмечая как округлились глаза у принцессы. — Сила? — скептически переспросила она. — Я думала, мы попробуем связаться с Альянсом. — Я не говорил, что после побега мы отправимся туда. — устало прикрыл глаза Скайуокер. Назревал неприятный разговор, который нельзя было больше откладывать. — Как? — удивленно хлопнула глазами Лея. — Дело в том, что там мне не очень рады. — уклончиво ответил Энакин, стараясь не смотреть дочери Падме в глаза. — Но почему? Вы же джедай! — искренне недоумевала принцесса, очевидно задумавшись об его душевном здоровье. — Бывший джедай. Меня исключили из Ордена незадолго до приказа 66. — отстранено заметил он, замечая краем глаза, как вытянулось лицо Леи. Энакин уже не раз говорил ей о том, что он бывший джедай, но об его официальном исключении из Ордена она узнала лишь сейчас. — За что? — решительно сложив руки на груди, хмуро спросила у него Лея. Этим жестом она словно давала понять, что так просто от него не отстанет. — За убийство джедая и покушение на убийство Верховного Канцлера. — с тяжелым вздохом признался он, внимательно наблюдая за реакцией Леи на его слова. — Что? — мгновенно бледнея, спросила принцесса, наградив его потрясенным, недоверчивым взглядом. Такой же, помнится, был у Падме на суде, когда зачитывали приговор… — Да, Лея, меня обвинили в убийстве не просто джедая, а моего учителя, магистра Оби-Вана Кеноби. Вы слышали о нем? — Джедай, который пожертвовал жизнью, чтобы спасти будущего императора Палпатина от сумасшедшего рыцаря, который раньше времени в одиночку принялся за осуществление злодейского плана Ордена? В Империи его представляют героем, одним из немногих оставшихся верным законной власти джедаем. Вы… были тем «сумасшедшим»? — недоверчиво подняла на него взгляд мгновенно потеплевших глаз Лея. — Всё ведь было совсем не так, да? — Оби-Ван был слишком дорог мне, чтобы такое предположить… Да и мы не знали о том, что за маской Верховного Канцлера прячется тот самый ситх, которого Орден безуспешно искал все эти годы. — Император — ситх? — ахнула Лея, задумчиво проговорив. — Нет, конечно, слухи разные ходили, особенно в Альянсе, но никто и не думал, что это правда… А не старая шутка… Об Его Ситхском Величестве. — тут принцесса усмехнулась. — На самом деле смешного тут мало, Лея. — тихо сказал Скайуокер. — Дарт Сидиус, он же Палпатин, с легкостью меня подставил, уверив всех в том, что я убил Оби-Вана. А я… Я был слишком слеп, чтобы догадаться раньше… Я не успел спасти друга… — Простите. — запоздало прижала ладонь к губам Лея, непроизвольно кладя вторую руку ему на плечо. — Всех? Даже… мою мать? — Нет, твоя мать верила в меня, но ничего сделать не могла. — Энакин отвернулся, маленькая ладонь принцессы, покоящаяся на его плече, давила странной тяжестью, но сбросить её он не мог… не имел права… Хотя бы потому как сейчас смотрела на него… дочь Падме. — Мне жаль. — В глазах у неё стояли слезы. — Мама мне никогда о вас не рассказывала… Только истории о двух безымянных рыцарях и юной королеве, впрочем, финала истории я так и не узнала… — тут голос Леи сорвался. — Простите, — она отвернулась, чтоб утереть слёзы. — До сих пор не могу поверить, что мама погибла вместе с Альдерааном… — Возможно, она жива. Ты форсюзер, Лея, ты бы почувствовала её смерть… Вспомни, что чувствовала в тот момент. — робко предложил Энакин, толком не зная куда деться и что предпринять. За это время он порядком отвык от женских слёз… — Я… Лучше не вспоминать… Это было ужасно… — уже громко всхлипнула она, — Как будто миллионы голосов закричали, через секунду всё стихло, осталась лишь… Пустота. — подобрала она наиболее подходящее слово. — Я думала, что сойду с ума в камере от этих воспоминаний… Но появились вы. — Лея прямо посмотрела него. — Кем бы вы не были, Энакин, но вы стали для меня якорем в этом ситховом океане безумия, куда нас забросил один и тот же человек. — Лея… — впервые не нашел, что сказать Скайуокер. Она словно прочла его мысли… Очевидно, Сила не зря свела их вместе. И плевать, что девочка Органа… Для него в первую очередь это дочь Падме, посланная ему самой Силой. — Если Падме жива, то мы найдем её, обещаю. — Он постарался, как раньше широко улыбнуться — вроде бы получилось не так уж плохо, раз зареванная принцесса мягко улыбнулась ему в ответ. — Спасибо… Но я не могу просить вас сейчас связаться с Альянсом… Для начала нужно как следует подумать, как убедить их в вашей невиновности. — Я предлагаю для начала наведаться к одному моему старому другу. — порадовался про себя смене её настроения Энакин. — И, Лея, простите за нескромный вопрос, но мне нужно знать, сколько вам сейчас лет? — Мне? Сейчас, наверное, уже все двадцать. А что? — подозрительно уставилась на него принцесса. — Я так и думал… И все равно ни ситха не ясно. — Словно не услышав её последнего вопроса, пробормотал Энакин. — У вас есть старший брат или сестра? — Я единственный ребенок в семье. — продолжала недоумевать Лея. — А у вашей матери? — прямо спросил он. — Что? — начала догадываться принцесса. — Вы что всерьез думаете… Эм… Насколько я знаю нет. — А ваш отец… — Всегда хорошо ко мне относился. — предупредила его вопрос Лея. — Тогда, вероятно, я ошибся. Сенатор Органа меня всегда недолюбливал… И он вряд ли бы стал… — немного погрустнев заметил Скайуокер. — А то что я форсюзер? — робко спросила Лея. — Возможно, просто совпадение. — пожал плечами Энакин. — Но тогда ваш ребенок… — замялась принцесса. — другой ребенок моей матери… Что с ним стало? — Я тоже хотел бы это знать, но если Падме мертва, то вряд ли кто-то уже знает правду… — Вы обещали найти её! Вдруг она в это время тайно отлучилась по делам Альянса. — воспрянув духом, предположила она. — Все возможно. И мы это выясним… Но для начала нанесём визит к моей старой ученице. — Она выжила после чистки? — удивилась Лея. — Я чувствую её присутствие. Она здесь недалеко… Асока ушла из Ордена раньше меня, возможно, поэтому ей удалось выжить. — Вы не думаете, что она могла… — Лея запнулась, заметив вмиг посуровевший взгляд Энакина. — Нет, Шпилька не могла. Скорее всего она примкнула к вашему Альянсу, но я уверен, нас она не сдаст. — Хорошо, мне интересно познакомиться с вашей первой ученицей… — Ей я, думаю, тоже. — чуть улыбнулся Энакин. — Вы на самом деле похожи, но в то же время очень разные. — Наверное, разница в воспитании. Врагу бы не пожелала моих альдераанских тетушек с их бесконечными советами и нравоучениями. — Которые вы с успехом игнорировали. — не спрашивал, а утверждал он. Все-таки ему повезло, что Лея была так похожа на Падме, ведь будь она хоть немного похожа на Органу, то это был бы форменный кошмар. — А ведь у меня даже было не первоочередное право наследования… — Что? — Да так… Теперь же неважно. — отмахнулась от него Лея, но Скайуокер успел заметить, как её это задевало, что само по себе наводило на мысли… — О, смотрите мы уже подлетаем к станции. Кажется, это наши. — принцесса отвлекла его от бесконечных теперь уже размышлений на тему, чья принцесса дочь. Действительно, со станции уже посылали сигнал с требованием сдаться. Дивное дело! Забредший в их края одинокий имперский шатл… — Я знаю коды, правда, они уже очень старые… — сев на место штурмана и надев наушники, начала вводить данные Лея. Он не стал ей мешать. На встречу им вылетело четыре крестокрыла-перехватчика. Всего-то? Для Энакина Скайуокера это слишком мало… Для неизвестного имперского пилота — слишком много. — Они в эфире. Говорят, что коды старые, вновь предлагают сдаться. — Попроси командира Тано. — Говорят, такого нет… — Ты слышишь меня, Шпилька? — потянувшись к Силе, спросил он. — Учитель? — с небольшой задержкой откликнулась изумленная Асока. — Нам дали разрешение на посадку. — тут же известила его немного удивленная Лея. — Отлично. — кивнул Энакин, тщетно уверяя себя в том, что он не нервничает.