Ягодка малинка

Первую неделю каникул Юнги проводит максимально асоциально, что для него на самом деле нетипично. Он смотрит один сериал за другим, много спит, по часу сидит на балконе, залипая в окно и размышляя о чём-то, он рисует, с упоением погружаясь в процесс, гуляет всё в том же небольшом парке недалеко от общежития. В прочем, полностью омега не обрывает общение с окружающим миром, да и невозможно это, когда делишь комнату с гиперактивным Чон-всё расскажи, покажи-Чонгуком, с которым они таки добираются до магазина для художников и набирают там кучу нужного и ненужного барахла. Младший всю неделю светится ярче полярной звезды на ночном небе. У них с Тэхёном было уже пять свиданий и даже поцелуй в щёку, о котором омега вспоминает с громкими вздохами и трепещущими ресницами. Юнги на это смеётся и качает головой. Ким хороший парень, за таких замуж выходят и рожают детей, а потом живут долго и счастливо до глубокой старости. Что до Хосока, то он уезжает на несколько дней домой, навестить родителей и сестру, шлёт много фото и голосовых, обещает привезти сувениров и чего-нибудь вкусненького. Об успехах младшего на любовном фронте он конечно же в курсе и теперь каждый раз дразнит Чонгука, заставляя краснеть, громко смеясь. Естественно в шутку, по-дружески. А вот о сближении Мина с главным плейбоем их университета пока не в курсах. Кстати о нём, заполучив номер Юнги, альфа ведёт себя неожиданно сдержанно - не донимает звонками, не строчит смс целыми днями, но досугом омеги интересуется регулярно. Они обсуждают сериалы, иногда обмениваются мемами и много флиртуют, делая порой чересчур откровенные намёки друг другу. Их желание, наконец, оказаться где-нибудь наедине без свидетелей настолько очевидно, что даже наивный и невинный Чонгук уже в какой раз задаёт Мину вопрос: "когда вы уже переспите?" Ведь и правда. Когда? Ответ находится сам, когда чат для тусовок в Какао пиликает сообщением от Банчана, гласящим, что его родители укатили на уикенд к морю, и он ждёт всех в пятницу к девяти. Новость мгновенно разлетается, и через пару минут чат уже разрывается от поступающих сообщений. Конечно, и наша троица собирается посетить сие мероприятие, потому все трое отписываются, что будут непременно.

2 AM (Matoma Remix) - Astrid S

Летние вечера особенно хороши, когда в опускающихся сумерках идёшь с друзьями по улице и беззаботно смеёшься, а внутри с каждым шагом скапливается приятное тянущее чувство предвкушения. Тёплый ветер ерошит волосы и обдувает открытую кожу. До особняка Банчана троица добирается на автобусе и около километра идёт пешком, наслаждаясь отличной погодой. Хосок успел заметно загореть за дни отъезда и сейчас выделялся на фоне даже смуглого от природы Чонгука и подавно на фоне аристократически бледного Юнги. Бета без устали рассказывает о поездке и даже на ходу умудряется показывать фото и видео. Малыш Гуки с интересом слушает хёна, но его тёмные глазки выдают внутреннее волнение, которое подмечает Мин. Ему не нужно спрашивать, чтобы понять из-за чего его сосед так переживает. Ни для кого не секрет, что большинство студенческих тусовок затеивается ради трёх вещей - познакомиться с новыми людьми, напиться и потрахаться. Именно третий пункт беспокоит Чонгука больше всего, с самой пятницы, когда становится понятно, что на вечеринке будет Тэхён, алкоголь и множество компрометирующих поводов, по типу игры в бутылочку, карты на раздевание или желание и тому подобное. Чон не из робкого десятка, но, когда дело касается человека, который ему нравится, то весь запал этого обладателя завидной фигуры сдувает ветром. Игривый, а зачастую и острый на язык омега превращается в скромника-обаяшку, который не пьёт, не курит, матом не ругается и, боже упаси, сексом не занимается. Хотя тут правда на стороне младшего - несмотря на активную школьную и теперь студенческую жизнь, невинность малыш Гукки сохранил во всех смыслах, даже первый настоящий поцелуй всё ещё был при нём. Сегодня, правда, он надеется подарить его небезызвестному альфе с кудрявыми каштановыми волосами и квадратной улыбкой. Парни подходят к дому, откуда уже во всю грохочет музыка, и раздаются крики и визги собравшихся. - Ну, готов? - тихо обращается к Чонгуку Юнги, спрашивая глазами, не передумал ли он и не хочет ли по-быстрому сбежать прямо сейчас, пока их никто не заметил. Младший сглатывает ком в горле и делает глубокий вдох, а потом кивает и широко улыбается своей кроличьей улыбкой. Мин треплет его волосы и обнимает за плечи, и они заходят. Огромная прихожая уставлена обувью, местами сумками и рюкзаками, а ещё забытыми пакетами с алкоголем и снэками. Юнги сразу же ныряет в один из таких и выуживает бутылку джина, довольно облизываясь. С пакетом в одной руке и с бутылкой в другой он проходит дальше в гостиную, где куча народу беснуется под мощные басы. Ребят встречает хозяин, раскрывая руки для объятий, и приглашает присоединиться к веселью и чувствовать себя как дома. Троица на время разбредается - Чонгук на поиски Тэхёна, Хосок в центр танцпола, а Юнги на кухню отнести продукты и раздобыть себе стакан и тоник. Найдя всё необходимое, Мин довольно пританцовывает в такт музыке и наливает себе алкоголь, добавляет лёд и дольку лимона, а затем щедро заливает сладко-горьковатым тоником. Идеально. - Хозяйничаешь на чужой кухне значит, - раздаётся за спиной, и омега, повернувшись, натыкается на лукавый взгляд карих глаз. - Мне сказали чувствовать себя как дома, - отпивает коктейль Мин, продолжая покачивать бёдрами, - тебе налить? - поднимает бутылку с голубоватой жидкостью. - Я планировал переходить на текилу, но от стаканчика не откажусь, - Чимин протягивает свой стакан. - Тут есть текила? - глаза омеги вспыхивают озорным заинтересованным огоньком. - Эй, эй, ягодка, что за нездоровый интерес к алкоголю? - блондин тянется к джину в попытке забрать бутылку, но её буквально вырывают из рук. - Ты что моя мамочка? - фыркает Юнги, - мы вообще-то на вечеринке, если ты не заметил, - смеётся и протягивает коктейль блондину. - Насчёт мамочки не знаю, но стать папочкой не отказался бы, - чуть понижает голос Пак и скалится, пробуя напиток. - Фу, - кривится омега, - что за пошлятина, - фыркает и машет кистью, - где ты понабрался этой похабщины? - Пообщался с одним розоволосым омегой, - дёргает бровью Чимин и подходит ближе. Юнги отступает на шаг, упираясь в столешницу, приподнимает подбородок и смотрит в упор. Его взгляд полон уверенности, а маленькие чертята так и резвятся блестящими бликами у карамельной радужки. - Идём, ковбой, - неожиданно выскакивает из надвигающейся ловушки и тянет за рукав в сторону зала.

Sexy Nukim (feat.RM of BTS) - Balming Tiger

Они протискиваются между людей, здороваясь с однокурсниками, и оказываются в самом центре танцпола. Юнги отпускает чужую руку и присоединяется к танцующим, периодически отпивая свой джин-тоник. Он поднимает руки, качает головой в такт, переступает с ноги на ногу и крутит бёдрами, улыбается так ярко, что ослепнуть можно, и звонко смеётся, машет знакомым, приглашая подойти поближе. Не проходит и десяти минут, как гости образуют большой круг, по очереди выходя на середину и красуясь. Омега не отстаёт, отдавая на время свой стакан, чтобы освободить руки. Он отплясывает один, потом с Чонгуком, вытащив того из толпы, а под конец все снова разбредаются и одним общим потоком двигаются, следуя ритму. Чимин какое-то время просто наблюдает, словно хищник во время охоты, примеряясь и оценивая добычу, но это занятие быстро ему надоедает и он идёт в наступление - обнимает стройное тело розоволосого омеги со спины, тычется носом в изгиб тонкой шеи, жадно втягивая ягодный аромат, который тонким шлейфом лежит на молочной коже. Юнги откидывает голову на плечо альфы, довольно улыбается и прикрывает глаза, но лишнего Чимину не позволяет, когда тот перемещает свои ладони на узкие бёдра, а потом собирается проверить уровень возбуждения своей жертвы. Мин разворачивается лицом, перехватив руки блондина, и качает пальчиком, смотря при этом игриво. Он продолжает танцевать, не отрывая взгляда, смеётся и улыбается. Свет в помещении приглушается и окрашивается яркими цветами светомузыки, громкие басы заставляют кровь пульсировать с бешеной скоростью и буквально стучать по венам. Игра в гляделки длится недолго, потому что обоих парней зовут выпить. - Ура, текила! - кричит Мин, хлопая и потирая ладони. - Все же знают правила? - спрашивает хозяин вечеринки, оглядывая присутствующих. Взгляд Чана останавливается на Чонгуке, когда тот отрицательно качает головой и поджимает губы. Альфа щёлкает пальцами и указывает на него, а потом рассказывает последовательность употребления известного мексиканского крепкого напитка. Лизнули, посолили, снова лизнули, запили и закусили долькой лайма. Ничего сложного, но слишком же скучно просто пить, когда ты в компании очаровательных омег и поджарых альф, потому Чан играет бровями, заставляя несчастного Гука ещё сильнее смутиться, и озвучивает, что соль нужно слизать с любого участка на теле соседа справа. Благо, таковым оказывается Юнги, поэтому младший облегчённо выдыхает, но потом вспоминает, что слева от него стоит Тэхён. Сосед Мина неслучайно от слова совсем конечно же оказывается усыпанным чернильными рисунками блондином. Стопки полны и вручены всем собравшимся, лайм нарезанный лежит на доске, осталось самое интересное. Каждый по очереди начинает посыпать соль на запястья или ладони соседей и опустошать рюмки. Когда очередь доходит до Ким Тэхёна, Чонгук протягивает ему свою руку, опуская голову, будто ждёт наказания, но альфа мягко обхватывает татуированную ладонь и переворачивает тыльной стороной вниз. Тёплые губы касаются тонкого запястья, оставляя нежный поцелуй, успокаивая, а когда огромные глаза омеги робко встречаются с янтарной радужкой Кима, горячий язык широко лижет гладкую кожу вдоль чуть выступающих вен. Гукки не успевает опомниться, как на влажный след насыпают соль и сразу же слизывают, вызывая новую волну удивления и смущения вместе с разрядом электричества. Тэхён с довольным видом жуёт кислый лайм, пока младший восстанавливает ритм своего чувствительного сердца. Юнги облегчает другу задачу, самостоятельно насыпав соль в углубление ладони и поднеся её ко рту омеги. Горьковатый вкус текилы обжигает горло, но кислота зелёного фрукта оттягивает неприятное ощущение, оставляя лишь тепло разливаться по телу. Вот теперь действительно интересное зрелище предстоит - Мин разворачивается к Чимину, который выжидающе смотрит и протягивает руку, но омега её мягко отталкивает и подходит близко-близко, а потом хватает за ворот просторной рубашки и ведёт языком вверх по шее. Белые крупинки не все удерживаются на влажной коже, скатываясь под чёрно-фиолетовую блестящую ткань, но оставшиеся Юнги ловко ловит и, оторвавшись от чужой шеи, опрокидывает стопку и вальяжно идёт забрать дольку лайма и кладёт ту в рот. Минутная тишина воцаряется на веранде, где ребята устроили импровизированный бар, но её разрывает задорный смех Хосока, который вместе с Намджуном подходит к столпившимся и интересуется, что те здесь делают. Все разом отмирают и как-то разбредаются, кто куда. Чонгук отводит бету в сторонку и шепчет на ухо о произошедшем только что. Чон на долю секунды перестаёт быть привычно сияюще приветливым и бросает настороженный взгляд на Чимина, но быстро возвращает свою белоснежную улыбку на лицо и говорит младшему не переживать и идти развлекаться. Градус веселья нарастает, как и уровень алкоголя в крови студентов, потому народ начинает сбиваться в группы по интересам - кто-то продолжает демонстрировать свои навыки в танцах, кто-то кучкуется на кухне, решив приготовить перекусить, кто-то рассаживается на диванах, чтобы обсудить какую-то нашумевшую тему, кто-то достаёт настолки или приставку, а некоторые уединяются в укромных местах, чтобы сполна насладиться друг другом без посторонних глаз. Ну и какая молодёжная тусовка без алкогольных игр. Компания из пятнадцати человек усаживается на полу, образуя круг, в центр которого ставят королеву этого вечера - ту самую бутылку текилы, которую распили полчаса назад. Играть решают на желание или правду по выбору загадывающего. Штраф за отказ выполнять или отвечать - стопка. Малыш Гукки и здесь принимает участие, хотя до ужаса боится, но оба его друга тоже среди играющих, так что он чуть успокаивается и отпивает свой апельсиновый сок, решив немного повременить со спиртным. Старт объявлен, первым раскручивает бутылку Джисон и громко ругается, когда горлышко останавливается не на Минхо, а на Чанбине, но быстро придумывает тому задание. Альфа под поддерживающие скандирования приседает кое-как три раза с хозяином дома на руках и, отлежавшись немного на полу, крутит бутылку дальше. Желания и вопросы становятся всё изощрённее и непристойнее, и вот один из таких достаётся Чонгуку. Паршивец Ли Минхо спрашивает, девственник ли он. Прямо вот так, при всех, при Тэхёне. К щекам приливает кровь, очень хочется сейчас встать и сбежать, но Гук не хочет стать посмешищем. Можно ведь просто выпить, но омега с детства привык говорить правду, да и его отказ отвечать только лишний раз докажет, что он девственник, да ещё и трус, потому Чон собирает всю свою храбрость и произносит тихое, но чёткое "да". Он бросает украдкой взгляд на сидящего неподалёку Тэ, но тот смотрит спокойно и привычно по-доброму улыбается, никак не отреагировав на только что озвученный секрет. Игра продолжается. - Юнги-я, - коварно скалится Минхо, когда стеклянное горлышко останавливается напротив розоволосого, - уверен, не я один мечтаю увидеть тебя в образе развратной шлюшки, - наклоняет голову вбок и сужает глаза. - Ну если ты так об этом мечтаешь, то как я могу отказать, - разводит руками Юнги, вызывая бурную реакцию находящихся в комнате альф. Такими провокациями Мина не пронять. Он знает, что привлекателен, умеет посмеяться над собой, не боится ошибаться и говорить, что думает. Так с чего бы ему робеть из-за каких-то переодеваний? Ли уводит омегу в соседнюю комнату, чтобы вручить одежду, а Чимин наполняется нетерпением, жаждя увидеть, во что хитрец Минхо хочет нарядить Юнги. Ох какой шок его ждёт, когда омега выходит из комнаты в чёрном кроп-топе, юбке и колготках в крупную сетку, на ногах у него ботинки на высокой подошве, а на тонкой шее чокер из искусственной кожи с крупным металлическим сердцем по центру. Громкий крик и свист наполняет пространство, а Чимин сглатывает скопившуюся во рту слюну, в паху тяжелеет. Юнги видит прекрасно реакцию и решает подлить масла в огонь, подмигивая, смотря прямо в потемневшие глаза альфы и усаживается на своё место. Бледная ладонь тянется к бутылке и запускает. Чимин внимательно следит за серебристой пробкой и практически молится, чтобы та показала на него, потому что до скрежета зубов хочет, чтобы Юнги загадал ему желание или что-то спросил, плевать что, лишь бы этот лисий взгляд был обращён на него. Однако, удача не на стороне альфы, и горлышко останавливается на рядом сидящем Намджуне. - Намджун-а, - намеренно повышает голос омега, делая его более похожим на девчачий, - пока я схожу припудрить носик, намешай мне, пожалуйста, джин-тоник, а потом порадуй всех суровым мужским тверком, - хлопает глазками Юнги и смеётся, - Хо, а ты проверь, чтобы всё было сделано, - обращается к Хосоку и встаёт. Намджун мешает коктейль и передаёт по кругу, прося поставить на опустевшее место, а потом изо всех сил пытается перевести тему и отвлечь компанию от второго желания, но отвертеться не удаётся. Хосок находит подходящий трек и кивает Киму, чтобы тот начинал шоу. Юнги поднимается на второй этаж и заходит в уборную, осматривает себя в широком зеркале и поворачивается обеими сторонами, позируя собственному отражению. Несмотря на вульгарность наряда, выглядит он хорошо, колготки, правда, давят немного, а юбка катастрофически коротка, но под ней благо боксеры, которые самую малость нейтрализуют весь этот куртизанский прикид. Подмигнув себе и поправив розовые прядки, омега выходит в коридор и направляется обратно к лестнице, но на полпути его ловят и заталкивают в ближайшую комнату. Мин знает, кем оказался прижат к стене, ощущает дурманящий аромат тёмного шоколада и позволяет себе глубоко втянуть его носом. Губы яростно атакуют, а талию сжимают в тиски. Омега позволяет чужому языку хозяйничать у себя во рту и отвечает охотно, укладывает руки на крепкие плечи. Чимин подцепляет пальцами сетку и тянет наверх, заставляя Юнги промычать, а потом опускает правую руку и запускает под юбку, чтобы сжать ягодицу. - Какой напористый, - хрипло смеётся, отрываясь от пухлых губ, - нетерпеливый, - глядит с вызовом в голодные глаза блондина. - Ты весь вечер испытываешь моё терпение, теперь моя очередь, - скалится Чимин и толкает Юнги к кровати. - Я люблю смотреть за реакцией, - опускается на покрывало и смотрит снизу вверх из-под подкрашенных пушистых ресниц. - И как? - Пак из последних сих сдерживается, поддерживая игру. - О, у тебя на лице всё написано, - хохочет Юнги. На этом тормоза слетают, и альфа валит его на постель, впиваясь новым поцелуем. Руки скользят вдоль стройного тела, оглаживают вставшие бусины сосков через тонкий трикотаж, обхватывают шею, давят на скулы. Чимин быстро расстёгивает рубашку и скидывает на пол, являя взору многочисленные рисунки. Их не разглядеть детально из-за полумрака комнаты, но теперь Юнги ещё сильнее хочет к ним прикоснуться и изучить каждую до малейшего завитка. Пальцы хватаются за край белья, захватывая и кромку колгот, и тянут медленно вниз. Альфа наслаждается зрелищем, а Мин продолжает провоцировать, раздвигая худые ноги шире. Язык мажет по пересохшим губам, а омега выгибает шею и призывно двигает бёдрами вверх. Джинсы летят к херам, и Чимин наваливается на хрупкое тело, вжимая в кровать. Юнги довольно стонет, когда его целуют под рёбрами, и закидывает ноги на поясницу блондину. Они трутся друг о друга и тяжело дышат, сплетают языки и кусают за губы до боли, изучают руками каждый изгиб, дразнят. - Презерватив, - на выдохе шепчет омега. - Блять, - ругается Пак, - сейчас, - спрыгивает на пол и принимается рыться в карманах. Найдя заветный квадратик, победно поднимает его и залезает обратно, сразу же разрывая фольгу и раскатывая латекс по члену. Юнги тянет к нему руки и утягивает в объятья, снова закидывая ноги на поясницу, самостоятельно направляя половой орган. Оба стонут сдавленно, внутри омеги так горячо и влажно. Чимин целует распухшие губы и толкается, выбивая новый стон, ускоряется сразу, не церемонясь. Никому из них это не нужно, оба чётко знают, чего хотят. Шлепки и хлюпанье смазки смешиваются с тяжёлым дыханием. Мин выгибается, подставляясь под размашистые толчки, закатывает глаза от удовольствия и открывает рот, но старается не шуметь слишком, что невероятно раздражает Чимина. Он давит на чужие согнутые в колене и разведённые в стороны ноги, увеличивая давление, и продолжает вколачиваться. Кончают они одновременно и валятся на кровать. Пот стекает по вискам альфы, а кровь пульсирует в ушах, тело расслабляется после полученной разрядки. Мин переворачивается на бок и подпирает щёку ладонью. Какой же ты, блять, охуенный - думает Чимин, смотря в довольные лисьи глаза, и тянется за поцелуем, уже более сдержанным, сладким. Снова наваливается и утыкается носом в запаховую железу, жадно вдыхая, пока Юн посмеивается и гладит его по спине. Этот момент такой интимный и непохожий на дикую страсть, которой они предавались минутой ранее. - Думаю, нам пора возвращаться, - мягко улыбается омега, водя пальчиком по татуировке бабочки на середине голой груди. - Уверен, что не хочешь на второй заход? - не остаётся в долгу Чимин, скользя подушечками по изгибу бедра. - Попридержи свой пыл, малыш, - хохочет в ответ, - вся ночь ещё впереди. Юнги встаёт и поднимает свои боксеры, протягивая бельё и альфе. Они одеваются и выходят из комнаты. Прежде чем отпустить чужую руку, Чимин крадёт очередной поцелуй и прикусывает выступающую скулу. Мин вновь смеётся и уходит в туалет привести себя в порядок, а альфа возвращается к остальным гостям. Игра всё ещё продолжается, хоть число участников уменьшилось вдвое. Пак ловит подозрительный взгляд Хосока, читая недоверие и ревность? Блондин никак не реагирует и подсаживается к Банчану, будто никуда и не уходил. Спустя минут десять приходит Юнги и интересуется, где его заказанный коктейль, который ему торжественно вручает Намджун. Остаток ночи тусовка гудит, понемногу стихая с приближением утра. Выпивка, танцы, игры, шутки и смех. В районе четырёх часов, Юнги понимает, что веселья ему на сегодня достаточно и пора бы найти, куда сложить своё бренное тело для отдыха. В итоге, омега, смыв макияж, возвращается в ту самую небольшую спальню на втором этаже. Здесь по-прежнему витает слабый аромат шоколада, который заставляет тепло внутри разлиться по венам, отзываясь нотками лёгкого возбуждения. Избавившись, наконец, от своего наряда, Юнги гасит свет и укладывается под одеяло. Стоит голове коснуться подушки, как тело полностью расслабляется, и Мин проваливается в царство грёз. Через какое-то время сквозь сон он чувствует, как кто-то ложится рядом, прижимаясь горячей кожей к спине. Юнги позволяет обнять себя и окутать сладким запахом с ног до головы, а после окончательно погружается в крепкий сон в сильных руках альфы.