Наверное я слишком влюблен

На лавочке у реки

Ты, глядя в глаза похожие на летнее небо, протянулась к его губам. На удивление ты оказалась не первой, Юра наклонялся к тебе и вот, ваши губы в нескольких миллиметрах друг от друга. Ты смотрела Юре в глаза и понимала, что ничего плохого он тебе не сделает, но было тревожно из-за другого: это будет твой первый поцелуй. Юра увидел в твоих глазах проблеск страха и остановился. — Не бойся.. все хорошо — Шёпотом сказал Юра. И вместо ответа ты кивнула. А после почувствовала на своих губах сладкий вкус губ Шатунова с горечью от недавно выкуренной сигареты. Шатунов медленно и аккуратно перебирал твои губы своими, пытаясь не спугнуть тебя. Ты вначале уступила Юре права над своими губами, но потом начала отвечать, целуя его в ответ. Хотелось чтобы эти прикосновения губ длились вечно, но предательский воздух, который закончился в ваших лёгких, заставил вас оторваться друг от друга и обратить внимание на встающее солнце. — Похоже уже рассвет. — Сказал Юра не отдышавшись. — Да, нужно возвращаться. А то искать будут. — С грустью произнесла ты, уходить отсюда не хотелось так же, как и не хотелось чтобы эта ночь заканчивалась. — Да, тогда пойдем? — Юра начал вставать с скамьи и потянул тебя за собой. — Идём. Вы дошли до гостиницы в тишине, не разговаривали, зато держались на руку и не на миг не отпускали. Разорвали руки вы только когда пришлось расходиться по своим номерам. Чуть постояв в тишине смотря друг другу в глаза, вы соприкоснулись губами, на считанные секунды, и разошлись.

Утро

Ты, так и не заснувшая этой ночью, услышала требовательный стук в дверь и пошла открывать. Отворив дверь, закрытую на щеколду, ты увидела злого Аркашу. — Что то случилось? — Ты даже представить не могла, что его разозлило, ведь он всегда был спокоен, как удав. — Живо в сто семнадцатый номер! — Окончив говорить, он ушел. Его голос прозвучал слишком громко для тебя, и ты даже от испуга шелохнулась назад. Молча ты закрыла дверь и последовала в сто семнадцатый, даже не подозревая, что уже происходило там.

В сто семнадцатом номере

Ты не стучала и просто зашла в номер. Но от увиденного, твои глаза округлились: Юра, с красными полосами от провода на руках и ногах, сидел на своей кровати, опустив голову. Остальные ребята сидели в другой стороне номера, а кого-то и вовсе не было. — А ну быстро села к нему! — Зло проговорил АркаДИЙ. Ты села и сразу спросила у Юры: — Юра тебя, что били? Почему ты.. — Договорить тебе не дали. Разин перебил. — А я вот не понял. Вы что такие взрослые стали? Маты — ладно, алкоголь по праздникам — тоже, сигареты — тоже позволено. Но вам блять мало. Вы сбегаете! Вы уходите без предупреждения. Когда хотите и куда хотите — Андрей кричал. — Мила, я вот тоже понять не могу. Неужели, если бы вы попросили погулять наедине днём, мы бы не отпустили? Да гуляйте сколько влезет. Ну неужели нужно сбегать. — Замолчите. — Тоже крикнула ты. — Боевая девчонка — Подал признаки жизни Кузя, до этого стоявший молча в стороне. — Объясните мне. Почему Юра в полосках. Вы что его били?! — Ты соскочила с кровати и подошла к Разину вплотную. — Заслужил. — Прошипел тебе в лицо Андрей. — Чем? Объясни мне, почему ты, взрослый мужик, у которого есть ребенок, бьешь чужих. — Не хотела ты говорить об этом, но он сам вынудил. Все опешили, открыв рты. — Или что. А. Ой. Извини. Я забыла. Твой сын тебя даже не знает. И никогда не узнает. Если только про тебя документальный фильм не снимут, с каждой деталью, и даже про то, где, с кем, и при каких обстоятельствах ты трахался. — Каждое слово ты выплёвывала в лицо Разину, а после развернулась на пятках и пошла в сторону Юры. Юра сидел с открытым ртом, впрочем как и все. — Пойдем отсюда. — Ты аккуратно взяла руку Юры, чтобы не сделать ему больно. Вы с Юрой уже подходили к выходу, как Разин выдимо осознал все, что ты ему сказала. — Стой! — Крикнул он и побежал за тобой. — Что? Спросишь откуда знаю? А я отвечу. Бабушка твоего сына работала в моем дед–доме. Она и рассказала нам про такую сволочь, как ты. — После этих слов ты открыла дверь номера и вы с Юрой вышли.