Юбка

Этот спор изначально был каким-то смешным — укради у Белоногова булочку из-под носа и не попадись. Тогда к их с Геной затее присоединился Макс и ставка на проигрыш повысилась со ста рублей на желание выигравшего. Или выигравших. Саша изначально пытался возражать на счет такого, ведь Максу украсть у своего начальства было проще простого. А вот они с Геной, вьющиеся вокруг Белоногова, выглядели бы очень подозрительно. Да и сто рублей было не так жалко, чем выполнять какие-то извращения мозга друг дружки.  Саша точно уверен — его подставили, а желание придумали задолго до спора. И вообще, все это продуманная ловушка и сам Белоногов делал ставки. Ну как иначе объяснить то, что он проиграл. Даже Гене удалось без изъяна утащить сосиску в тесте и торжественно схомячить перед остальными. Максим не напрягался от слова вообще. А вот на Сашку свалился весь гнев не только Белоногова, чуть не оставшегося без еды, так еще и от Ильина с Подколёдным, которые не могли найти его на рабочем месте. И тетя Валя вставила свое слово, сказав, что это непростительно глупо — играться с белоноговской едой. В общем, Саша уже тогда, погрязая в гневе и насмешках коллег, понял — ему кранты.  Ольга не совсем и тихо смеялась в кулак, протягивая пакет. Саше хотелось надавить на жалость и слиться, по крайней мере это не запомнят так же, как выполнение его желания. Сашка фыркался и бесился, пытаясь свести все с шутку и переубедить парней. Но сами прокуроры, кроме вредного змея, поддержали эту идею. Коллеги. Теперь он стоял у себя в кабинете, держа в руках пакет. Он был легок, но его ручки врезались в кожу, клеймя будущим позором. Коллектив ждал за дверями его кабинета — конец сегодняшнего рабочего дня приблизился слишком быстро. Все были в нетерпении, когда уже Александр выйдет из своего кабинета. Тот будто специально тянул время, тупил, не зная, как еще можно отмазаться. Подбадривания из-за двери как-то не очень подбадривали, лишь угнетали и без того ужасное положение. Саша кинул пакет на стул. Его руки легли на джинсы, не решаясь их снять. Парень вздохнул. Чем быстрее он это сделает, тем быстрее все закончится. Фоточки и память коллег никто не отменял, они это еще ближайшие две недели будут вспоминать, а потом на каждом корпоративе, нежно улыбаясь этим сладким воспоминаниям. Тогда уже и сам Сашка будет отшучиваться, а стыд и вовсе позабудет.  Сейчас нужно было поторопиться. Кроссовки стукнулись об пол, затем джинсы, которые парень перешагнул. Его рука юркнула в пакет, ощупывая слегка жесткую ткань, и потянула содержимое наружу.  Мерзость. Саша тянет вещь в стороны, чтобы рассмотреть узоры. Красивая бело-голубая клетка идет к его рыжим волосам. Только не тогда, когда является юбкой. Страх и стыд расползается по телу. Он позволяет себе потратить еще пару секунд, прежде чем его вновь начинают торопить. Парень с дрожью в руках надевает эту чертову юбку. Краснеет, когда застегивает боковой замочек. Тянет ткань ниже, надеясь, что она прикроет больше, чем должна. И откуда у красавицы-умницы Ольги такая пошлость? Неужели устраивают ролевые игры с Максом аля прокурорская проверка в постели? Саша даже думать не хочет, иначе умрет со стыда.  Дверь открывается с каким-то жутким скрипом, Сашка на секунду задумывается, всегда ли было так. Повисает пауза — все точно шокированы тем, что рыжий и вправду это сделал. Они больше ожидали то, что парень сбежит через окно, чем наденет юбку. Но вот он, Александр Бесфамильный, собственной персоной стоит перед ними в юбке, нервно теребит и тянет края, красный как помидор. Все начинают смеяться, слышатся звуки камеры. Саша гордо вздергивает голову и, не смотря ни на кого, делает шаг вперед. Его задача — пройтись по этажу до конца и обратно. Он думает, что это не очень и милосердно — мог просто надеть, а тут еще ходить надо. Для чего — неизвестно. Поэтому Саша, как только позволяет юбка, шагает быстро, дергая все время ткань вниз.  Путь вперед длится бесконечность. Но когда парень доходит до конца коридора, то понимает — путь назад не такой и долгий. Еще пара минут и его позор закончится. Тем более коллеги уже всласть успели насмеяться. Белоногов, Ильин и Ольга отстали на середине небольшого пути, а Макс и Гена следили за ним до конца, чтобы не умыкнулся куда-нибудь. И куда, по их мнению, Сашка мог улизнуть в таком виде. В женский туалет? Саше душно. Он чувствует противный жар, от которого раскалывается голова. Жалостливо смотрит на веселых парней, сипит что-то про мужской туалет и что он быстро, и, как ни странно, его пускают, обещая подождать снаружи.  Вот только надежда на легкую передышку ни черта не спасают Сашку. Зайдя в туалет, он, не разбирая ничего на своем пути, врезается во что-то. Или кого-то. Поднимает глаза выше и краснеет пуще прежнего.   — Я думал, у нас прокуратура, а не бордель, — произносит Подколёдный, бросая на Сашку презрительный взгляд. И какого черта он до сих пор не ушел домой?  Сашка не отвечает, опускает голову ниже, так, что рыжие пряди лезут в глаза, и быстро ретируется к раковинам. Слышит смешок за спиной и вдох – кажется прокурор хочет добавить что-то едкое, что будет хуже всего того шоу, что Сашка тут устроил. Рыжий включает холодную воду на полную и окунает в нее вспотевшие ладони. За спиной хлопает входная дверь и слышатся затихающие шаги.  Парень нервно выдыхает, глотая воздух ртом. Умывается и дрожит от холода. Выключает кран, опирается на белый кафель и думает еще минуту, прежде чем выйти прочь. Его руки еще не высохли, а рыжие прядки спереди потемнели от воды — Саша умывался очень небрежно и не удосужился вытереться после. Он идет по коридору, выходит из-за угла, обнаруживая там всю компанию. Они встречают его появление радостными возгласами. И всей процессией доходят до сашкиного кабинета.  Парни жмут ему руку, прокуроры смеются с фотографий на телефоне, Оля учтиво улыбается. Саша вынужден отказаться от предложения подождать — надо завершить работу, которую он, из-за этих детских шуточек, не успел завершить раньше. Ильин шутит, что эта работа точно как-то связана с танками, и все в хорошем настроении освобождают территорию у кабинета. А Сашка быстро юркает к себе и, прижимаясь спиной к двери, не может поверить, что все это закончилось.  Сердце в груди бешено стучит. Сашка не знает, сколько стоит вот так вот, прислонившись к двери в попытках восстановить дыхание и сердечный ритм. В попытках унять внезапное возбуждение, от которого бросает в жар и подкашиваются ноги. Это сначала он мог держаться и отгонять подобные мысли, но с каждым шагом, с каждым легким прикосновением ткани к ноге его все больше и больше захлестывали до ужаса неприличные мысли. Саша хочет что-то с этим сделать, но не понимает что. Он дрожит от желания, прогоняя в мозгу различные варианты. Все они такие заманчивые и интимно-горячие, что зубы сводит. Наверное, неплохо начать с… Стук в дверь как ведро холодной воды — Саша вздрагивает, а в животе тут же скручивается противный ком липкого страха. Наверное, уборщица хочет узнать, когда освободится кабинет. И надо ей ответить, что скоро, и поскорее убираться со своими фантазиями домой.  Саша неохотно отлипает от двери и поворачивается. В его сознании будто прошло уже несколько минут, а на деле какие-то пару секунд. Парень делает шаг назад и приоткрывает дверь, выглядывая в коридор.  Холодеет.  Отступает внутрь кабинета, желая впустить пришедшего. Снова руки ложатся на юбку, в попытках прикрыться. Жар красными пятнами расползается по лицу.  На Сашку сморят откровенно жадно, темными от желания глазами, и это подкупает. И заводит. Парень шумно выдыхает, одаривая вошедшего аналогичным взглядом. Подколёдный закрывает за собой дверь нарочито медленно, не спуская взгляда с раскрасневшегося Саши. Весь он, красный, с растрепанными рыжими волосами и до неприличия короткой юбкой, выглядит чертовски сексуально. Подколёдный очень хочет запомнить этот момент и наслаждаться им после.  Прокурор подходит ближе, не разрывая зрительного контакта. Его руки аккуратно ложатся на талию парня, скользят вниз по ткани юбки, задевают чувствительную кожу. Саша на эти манипуляции ведется, шумно дышит и кладет свои руки сверху. Его мягко подталкивают к столу, и Саша покорно ступает, пока не упирается спиной в край. Тут же рука Подколёдного ныряет под ткань, очерчивает бедро, поднимается выше, задирая юбку. Сашка бесстыдно скулит, поддаваясь вперед, дабы прижаться ближе к партнеру. Подколёдный игру принимает, наклоняется, чтобы Сашка уткнулся лбом ему в плечо. Рука прокурора нагло ползет выше. Шершавые пальцы раздражают чувствительную кожу; Саша закусывает нижнюю губу, чтобы не сорваться в голос.  Руки Саши трясутся, сжимая предплечья мужчины. А тот не торопится переходить к чему-то более серьёзному. Гладит, распаляет, но не более. Саша не может, Саша рыдает в подставленное плечо от возбуждения.  — Поехали домой, — шепчут ему на ухо, — и я обязательно сделаю все, что ты захочешь. Саша отрывает голову от зарёванного плеча. Смотрит и тянется за поцелуем, который получает тут же. Подколёдный аккуратно вытирает его слезы, целует нежно и чувственно, желая успокоить парня. — Поехали, — наконец-то шепчет в губы прокурору Саша, — устраивать бордель дома.