Мечта без реальности. Огонь в сердце

Перед глазами мадам Юй расцветал лишь красный цвет, этот злополучный цвет, что преследовал её с юности, но также догнал про её жизненном угасание. Женщина умирала, тянувшись рукой к своему мужу. Любила ли она его? Возможно. Ни Юй Цзыюань, ни Цзян Фэнмяню не дали выбора, в этом они были равны. Но больше ничего не было, потому закрыв глаза, пред взором женщины проносились туманные эпизоды, которым не суждено сбыться.

***

— Я нежности люблю, — положил ладонь своей госпожи обратно на свою макушку и ткнулся носом в шею, тихо выдыхая в неё, прикрыв глаза, все так же обнимая. Услышав эту фразу, Цзыюань всё же была счастлива. В действительности ей повезло с мужем. Хотя в некоторой степени была грусть по Фенмяня, но это была его судьба уйти из её жизни, не удержался бывший глава Цзян возле неё. Надеюсь на этот раз, в случае главы клана Вэнь он будет с ней всегда или больше времени. — Нежности я тоже люблю, будешь тогда ими баловать, но от меня их редко услышишь. Женщина продолжала гладить мужа по голове, сидя в её любимой беседке, куда редко кого приглашала. Жоханю было тепло рядом с этой женщиной, хоть та и была немного чёрствой, но очень даже милой, и ему хотелось обнимать этого котенка всегда. — Госпожа не голодна случем? — промурлыкав вопрос и приподнявшись на уровень лица своей прекрасной мадам, Вэнь Жохань смотрел в глаза жене. — Пожалуй не полностью, но перекусить что-нибудь можно. Я отправлю слуг, хай подготовят. Жохань и вправду олицетворял символ своего клана, он как бы был солнцем и грел её сердце. Хоть и внешне, Цзыюань была холодной и жёсткой, но не внутри, всё же это в ней воспитал клан Мейшань Юй, Фенмянь не вывел её из этого состояния за все года совместной жизни, но вот пришло её персональное солнышко с неба Поднебесной. Пока она размышляла, пришли слуги, спросив, что их госпожа хотят на перекус. — Так, А-Хань, что хочешь? — спросила с улыбкой фурэн из клана Цзян. Рассматривает длинные тонкие пальцы своей госпожи, то сжимая то разжимая ладонь в своей руке и поглаживая её пальцы. — Я хочу пироженки… Сладенькие, — мужчина спрятал нос в груди своей жены, нежно мурча и поглаживая её спину. Муж продолжал её обнимать и рассматривать с любовью в глазах, это в некоторой степени было неожиданно увидеть от главы Вэнь. Но как говорится — любовь всех меняет, и перед ней сиди полулёжа доказательство. Хотя в этом всём и есть наглость, любит он такое видимо. Кроме солнца, Жоханя можно назвать наглым котом, который обожает хозяйку. От этого становилось странно и смешно, немного. Пока Юй размышляла, Вэнь продолжал держать её руку в своей, и она уже подумывала пустить пару искор Цзыдяня, а то посмотрите так и не хочет выпускать из плена своих рук. Но дочь клана Юй согласна в них быть, так как тепло становилось от мужчины, и не только на душе. Услышав, что он хочет сладеньких пироженок, она не полностью согласилась. Для здоровья много сладкого не нужно употреблять, потому попросила слуг принести ещё фруктов и семян лотоса, пока Жохань на пристани пусть попробует традиционную для них еду. Время в ожидании выполнения заказа слугами, Цзян-фурэн решила поднять актуальный вопрос: — А-Хань, давай организуем путешествие по великим орденам? — встав со стула, чтобы пройтись по беседке, спросила Цзыюань. Она посмотрела в сторону своего солнца, который чуть ли не засыпал, вроде уже не глава клана, но за ним осталась должность главного заклинателя, потому муж часто устаёт. Хотя у неё оставался титул старшей госпожи ордена Цзян, так как Цзян Ваньинь, её сын, так и не нашёл жену. Сколько было организовано встреч, но ничего не вышло. Она догадывалась в чём дело, но решила отложить этот вопрос на некоторое время. Пусть его не отвлекают от дел клана, хотя будущий наследник ордена Цзян должен родиться. Для неё дела клана Цзян не столь утомительны, потому она решает помочь мужу в деятельности сяньду. Мужчина шевельнувшись, открыл глаза посмотрев на неё. В ответ на взгляд, она тепло и легко улыбнулась. Спустя некоторое время она вернулась на кресло, где полусидел Вэнь Жохань, всё же был сонным он, скорее всего не понял, что произошло, потому Юй Цзыюань обняла мужа, начав теребить его волосы. — Через пару часов разбужу его, а сейчас хай ещё поспит, — в пустоту проговорила женщина, — Слишком уж видимо Вэнь-сяньду устал. В тот же момент слуги тихо принесли фрукты, семена лотоса и сладости, и также ушли, для них было главным не мешать своим господам. Медленно засыпая глава клана Вэнь, продолжал держать руку своей госпожи в своей, и конечно тыкаться носом в её живот, довольно мурча. Подползя поближе и свернулся клубочком, начиная потихоньку засыпать. Услышав вопрос, проснулся обратно и привстал, устало смотря куда то в окно. — Конечно, я не против, с какого хочешь начать? — недовольно, но всё равно отпустив ручку жены, что бы она походила и размялась. Проурчав, подставил руку под голову и прикрыл глаза. — Солнце… А когда кушать принесут? — обняв вновь жену, ткнулся в её шею носом и нежно поцеловал, вновь прикрыв глазки, до этого смотря на госпожу из полуприкрытых век. Уснув на плече своей жены через пять минут, начал тихо сопеть под ушком женщины, обвивая руки на её талии. Неожиданно она и сама задремала, всё же последние дни хоть и не были тяжёлые, но как-то были заполнены многими делами. Но мысль про путешествия по орденам и визиты к главам кланов, прельщала Юй Цзыюань, потому в мыслях она начала строить маршрут. Тем более после пробуждения мужа, который спросил, куда сначала поедим, это стало ещё более актуально.

***

Вэнь Жохань сильный заклинатель, человек со строгим и железным нравом в её присутствие становился ленивым наглым котом. Кто бы увидел или услышал, поднял бы это на смех всех. Видимо такова их судьба, быть на людях под масками, а наедине, быть настоящими. Возможно она зря, не прислушалась к совету старшей тётушки, которая говорила что лучшей партией будет тогда ещё наследник клана Вэнь, а не Цзян. А отец, решил, что выгоднее Цзян-гунцзы. Прошлого не вернёшь, и тем более сегодня они вместе, их теперь никто и не разлучит. Когда слуги принесли блюда с фруктами и сладостями, она начала чистить семена лотоса, так как не доверила это дело никому больше. Неожиданно, её муж проснулся, недовольно урча, спросив: — Солнце… А когда кушать принесут? — Ты всё проспал, А-Хань, уже принесли, — показав рукой на стол, сказала женщина, — Я тебя угощу семенами Лотоса и некоторыми фруктами с Юньменя. Они сели за стол, в тишине, которой они желали, перекусив вкусностями. Позже вернувшись на кресла, Жохань вновь начал засыпать, потому Цзыюань вытащила с сундука покрывало, что должно утеплить их сон. Сейчас было лето, и на улице не так было холодно, потому если дрёма их накроет не будет ни холодно, ни страшно.Супруг как всегда обнял её за талию, поставив голову на плечо. Кот самый настоящая, кот, что продолжает хотеть обнимашек и поглаживаней. Ну думаю, про наш путь по империи можно подумать и завтра, — откинувшись на кресле поудобнее, при этом не нарушая сон Жоханя, Цзян-фурэн закрыла глаза, щекой прислонившись к голове Вэнь-сяньду. *А он даже последнюю фразу не услышал, полностью заснул. Может разбудить, чтобы в покои перейти, хотя ещё не ночь.* …её мысли угасали под туманом сна.

***

Прижимая жену к себе ближе, мурлыча тихо и нежно в её плечо, Вэнь Жохань находился между реальностью и сном. С его госпожой было очень уютно и он всегда рядом с ней был собой, а не строгим главой клана, держащим всегда высоко голову. Он мог расслабиться, обнять и открыть свою кошачью натуру своей господе, а та его погладит и возможно поцелует, чему он всегда безмерно рад. — Как всё принесли… Я спал так долго?.. Привстав и усевшись за стол, рассматривая всю еду, потянулся к фруктам и затем за пироженами, съедая довольный всё и чуть ли не светясь, по детски улыбаясь. Попробовав семена лотоса, мужчина съел половину тарелки, оставиа вторую половину вкусности жене, продолжая дальше кушать сладости и так же оставив ей половину. Как поели, лениво встал и завалился на диванчик, принимая одеяло от женщины и укрывая им нас обоих, вновь проваливаясь в сон через пять минут, обнимая крепко свою жену. Хоть они и засыпали в беседке, позже они перешли в свои покои. Не пристало им, как простому люду спать на улице, кроме случаев походов или охоты на темных существ. Возможно они зря здесь задремали, чувствовала она себя не очень, видимо она себя пресытила сном. Зато Юй Цзыюань достаточно выспалась, чтобы организовать ночную прогулку. Неожиданно её вновь унесло в глубокую дрёму, во сне она как будто вспоминала былые дни учёбы в Гусу Лань, а также приключений её поколения в Поднебесной. Их дружбу можно лишь вспоминать с улыбкой, позже когда молодые господа поженились, а девы вышли замуж, при этом их дороги разошлись окончательно. Но сейчас спустя столько времени возможно всё наладится, особенно после будущего похода по орденам. Как она помнит, именно Вэй Чанцзе, Цзян Фенмянь и Лань Цижень были душой компании, а своеобразным сердцем был именно Вэнь Жохань. *Мое солнечное сердце, и вправду* В мыслях улыбнулась Цзян-фурэн. Потому проснувшись уже ближе к ночи госпожа Юй разбудила мужа и предложила прогуляться по ночной Пристани. — Жохань, ты слышишь меня, проснись! — сначало прислонив руку к лицу мужа, а потом она начала практически его щекотать за бок, пытаясь его разбудить. Мужчина начал просыпаться, хоть и очень медленно. *Значит подействовало, а то спать вздумал тут. Надо перейти в покои, а перед этим прогуляться* — пронеслись в голове мысли. Давай прогуляемся по Пристани, хочу показать тебе её ночную. Ты не часто тут бываешь в такое время, — Цзыюань посмотрев на Жоханя, отошла к столику, где недавно принесли новые угощения. — Итак куда хочешь для начала пойти, в пустые доки, где фактически теперь сад или прогуляться окраинами пристани, где ночь много живности. Пожалуй это самые красивые места здесь: ночь, лунный свет орошает цветки лотоса, а деревья колышутся от лёгкого ветра.

***

Глядя в даль женщина вспоминала вспоминала свою юность, когда она впервые попала на Пристань и как она удивлялась красоте этого места. Ей кажется и муж будет восхищаться этой местностью, невозможно не любить край озёр и рек, особенно если он дитя гор и вулканов, а Жохань был именно таким. Увидев, что муж полностью пробудился ото сна, Цзыюань подошла к нему и обняла. — А-Хань, так что устроим себе прогулку. Представим, что мы те, кто были 20 лет назад и устроим свидания под покровом ночи? — с дразнящей улыбкой вновь спросила Пурпурная Паучиха у Вэнь-сяньду. И вышла моментально с беседке, так как нужно было переодеться в другое ханьфу. — Жду через час возле входа в зал предков. Твои покои ты знаешь где! — крикнув напоследок, она исчезла с горизонта, войдя в главный корпус резиденции ордена Цзян.

***

Тихо сопя, глава Вэнь, параллельно думал о прошлом, как раньше было хорошо и весело нас всем вместе, как охотились, сбегали и потом прятались от старших за какие-то поступки неподобающиим далеко не последним людям в клане, и улыбнулся от воспоминаний, сам того не заметив. Промычав от того что разбудили, ещё с сонными глазами посмотрел на свою госпожу. — Дорогая, что такое? — мужчина рассматривал с нежностью лицо жены, взял её руку в свою и осторожно поглаживая, постепенно сам просыпаясь. — Хорошо, если моя госпожа хочет прогуляться, так оно и будет. С неохотой опустив женщину к столу, сам встал через минутку и подошёл, садясь напротив, начиная потихоньку кушать угощения. — Почему бы не сходить в оба этих места? Я уверен мне понравится, — слушая как ветер беспокоит растительность, краем глаза лишь видел как покачивались лотосы. Отпив вино, немного улыбнулся, чувствуя насколько атмосфера становится приятнее. Удивившись немного, но поставив бокал обратно и приобнял в ответ свою госпожу, тихо мурча как котик. — Свидание? А давай, — улыбнувшись, мужпоцеловал её коротко в щеку и потом проводил взглядом до резиденции, вскоре допивая своё вино, и сам встал, направляясь в свои покои что бы себе что то подобрать. Час времени отведённый на подготовку к прогулке, прошёл довольно быстро. Цзыюань переодела женское ханьфу клана Цзян, так как большинство времени она носила видоизменнное мужское, и для романтичной прогулки оно совсем не подходило. Потому, даже не приказав служанкам ей помочь, она сама переодела верхнее ханьфу, оно было прелестно. Вышитые белые и красные птицы на фиолетовом и белом фонах, которые пересеклись с черной паутиной. Эти елементы символизировали её, сшито в честь её титула Пурпурной Паучихи. Ткань была лёгкая, и как будто воздушная, но в тоже время наряд не выглядел слишком летящим. Эти одежды, даже молодила её, хотя как заклинательница она старела медленно, она выглядела на лет тридцать. Так же как и Вэнь Жохань, на вид были моложе в два раза от своего настоящего возраста. Позевывая на ходу глава Вэнь вошел в свои покои и принялся выбирать одежду, более приличную, для свидания, чем свои лёгкие черные одеяния для обычной жизни вне ордена. Вздохнув он наконец выбрал, такие же лёгкие одежды но слоев было больше и деталей на нем. Тоже черные одежды но с золотыми рисунками длаконов на рукавах и на полах ткани узоры огня. Закрасив слегка свои уставшие глаза, а точнее еле видные синяки под ними, сделал после высокий хвост из части волос и остальную оставил развиваться по воздуху вместе с одеждами. Время идёт и лишь наша душа терпит изменения, которые не поддаются нашей логике, — мадам Юй не думала, что сегодняшний день наступит и она будет счастлива с Жоханем. Выйдя с покоев она шла по ночной Пристани Лотоса, Уже наступила тишина, так как адепты и слуги должны были спать. Мысли Юй Цзыюань не были важны в этот момент, её окружала красота ночной природы, которая цвела не исчезая месяцами. Пройдя правыми галереями резиденции ордена Цзян, она вышла к мостикам в направлении западным беседкам.Именно оттуда Юй Цзыюань хотела начать прогулку с Вэнь Жоханем. Долго его ждать не пришлось, через минуту муж появился рядом с ней. Она легко улыбнулась, поцеловав его в губы. — Итак как тебе ночная резиденция моего клана? — с прищуром глаз спросила мужчину Цзян-фурэн. Она увидела, что он был смущён, ну конечно, она сама его не часто целовала, это не было в её характере, а тут такой подарок. Но женщина была готова ждать ответ мужа. А тем временем на небе начали расступаются тучи, показывая Луну, которая осветила их совместный путь. — Очень красивая, как и ты, — приобняв Вэнь-цзунчжу, под светом луны повел на свидание свою жену. Они шли по мощёным мостикам резиденции ордена, практически нога в ногу, то и дело поглядывая друг на друга. И всё-таки за годы разлуки их любовь тлела на дне души, но в один момент расцвела пишным цветом, как будто возродился феникс, как будто возрос новый лотос, показывая себя во всей своей таинственной красоте. — Ты также прекрасен, и вправду я Луна, ты Солнце. А наша жизнь это небо, — Цзыюань посмотрев на луну, и вспомнив некоторые моменты из жизни, признала, что это похоже на неё, быть Луной. — А кто же звёзды в нашей жизни? Дети? Адепты? — прильнув к Жоханю женщина приобняла его. Продолжая идти к западной части Пристани, между ними стояла тишина, но оба этих заклинатели, жаждали её. В тишине послушать не только звуки окружающие их, но также их стук их сердец. А этот шум рек, которые обтесывают Пристань со всех почти сторон, напоминал, уже замужней паре, о времени учёбы в Гусу и их горных водопадах.

***

Спустя некоторое время, они дошли до западного крыла резиденции, там размещались летние террасы, которыми были личными для главы клана и его супруги. После смерти Фенмяня, они были только её, Цзян Чэн, её любимый сын, позаботился об этом. — Западная терраса самая отделанная от самого центрального комплекса Пристани, потому их уже несколько поколений занимает главная семья для отдыха от суеты городка и жизни ордена, — продолжала жена рассказывать мужу разные истории про Юньмень Цзян. Так как он, хоть фактически не член этого ордена, Вэнь-сяньду нет нужды оставаться в неизвестности. И всё же зайдя на террасу, перед ним открылась прекраснейшая картина, на реке перед ними отражались блики Луны, эти мерцающие блики восхищали. Юй Цзыюань с искрой любви посмотрев на мужа, поцеловала его в губы. Как она и говорила ранее, она не умеет полностью выражать чувства, но внутри всё это переполняли её, женщина пыталась передать это в поцелуе. Её руки лёгким касанием переместились по груди, зарывшись в волосы. Она с обожанием смотрела на волосы мужа, так как они были великолепны, и в своей длинне, и в своём блеске. — Солнце моё, — проговорила женщина, после этого отошла от Жоханя, сев на диванчик террасы.

***

Мадам Юй была сильной всю свою жизнь, но к сожалению всё подходит к концу, она во второй раз проиграла в дуэли с жизнью. Её реальное счастья, одновременно потеряно, и в тоже время его никогда не существовало. Сердце женщины разрывал огонь пустоты, иллюзии преследовавших всю её явь, а также той лживости в которой Юй Цзыюань должна следовать ради блага её кланов. — Солнце, солнце, я надеюсь в следующий жизни нам повезет, — шёпотом проговорила женщина дотронувшись к руке Цзян Фэнмяня, который уже угас, — и мои любимые дети, где вы не были бы, я надеюсь у вас всё будет хорошо. И в тот же мир для женщины окончательно потух. Пурпурная Паучиха покинула мир живых.