Help im alive

      Вокруг были сплошные поля, а солнце светило прямо в глаза. Небо было чистое, без единого облачка, такое голубое, словно на картине. Шерил зажмурилась из-за солнца, продолжая идти прямо. Всюду зелёная трава, девушка словно попала в сказку. Непонятно откуда, рядом появилась голубая река. Шерил подошла ближе, смотря на своё отражение в воде. Она коснулась рукой водной глади. На бледную руку девушки приземлилась чёрная птичка. Шерил присмотрелась к ней, отмечая, что некоторые пёрышки на крыльях птицы розовые. Она никогда не видела ничего подобного. Птичка продолжила ворковать на её ладони, но это умиротворение прервал камень, с неимоверной силой упавший в воду. Шерил открыла глаза, оглядываясь по сторонам. Никакого поля и рек. Птички на руке, конечно, тоже не было. Вокруг только красные простыни и её комната. В окна светило солнце, заставляя девушку прищурить глаза. До неё долго доходило: ей только что приснился прекрасный сон. Шерил учащённо задышала, чувствуя, как её голова идёт кругом. Ей давно не снились сны. Последние два года своей жизни она видела лишь пустоту, каждый раз закрывая глаза. Шерил быстро вскочила с кровати и села за мольберт, стараясь держать картинку из сна как можно дольше. Она наносила краски на поверхность холста с неимоверной скоростью. Когда картина была закончена, Шерил оценила свою работу и отправилась в душ. Она не знала сколько сейчас время, но если Тони до сих пор не пришла её будить - было слишком рано. Пока Шерил стояла в душе, мысленно отметила, что сон практически забылся. Хорошо, что она его запечатлела на холсте. Она не принимала таблетки уже четыре дня, с тех пор, как они с Тони нашли их на кухне. Ей становится определённо лучше - мысли постепенно приходят в порядок, сонливость медленно уходит, а силы вновь возвращаются. Всё это было настолько нереально, что Шерил ущипнула себя несколько раз. Её самый главный страх - вновь проснуться в комнате, замечая рядом какую нибудь сиделку, что держит в руках синие пилюли. Шерил никто не был нужен, кроме Тони, которая появилась слишком быстро. Рыжеволосая не знала, каким богам молиться за то, что они послали ей такую чудесную Тони. Она делилась с ней мороженным, защищала от монстров и кажется, верила, что Шерил ничем не больна. Но рыжеволосая знала, что больна, так сказала ей мама и её психиатр, которого она ей нашла. Шерил намерена как можно больше времени проводить с Тони. Пусть это будет нелегко, пусть она никогда не сможет стать ей подругой и дать совет, пусть никогда не сможет поддержать мулатку - Шерил будет довольствоваться тем, что есть. Она навсегда сохранит в своей больной памяти моменты, проведённые с этой прекрасной девушкой. Шерил вышла из душа, замечая Тони, сидящую на табуретке и что-то печатающую в своём телефоне. – Доброе утро! – У Тони сегодня хорошее настроение из-за замечательной погоды. У Шерил на самом деле тоже, просто по ней не скажешь. Шерил вытерла свои влажные волосы и села на кровать, напротив девушки. Она хмурилась и смотрела на смартфон в руке девушки. – А... – Мулатка поправила волосы, она совсем забыла о телефоне в её руке, как только Шерил вышла из душа. Мокрые волосы девушки спадали каскадом на пижаму, а щёки немного покрылись румянцем из-за температуры воды. Тони немного зависла, но потом вспомнила, что искала. – Я ищу в картах больницу, но никак не могу найти. Не подумай, я не заболела, просто хочу посмотреть, куда меня привезут в случае чего. Шерил нахмурилась, мол - " с головой всё нормально?". Она помнила нахождение больницы лишь потому что провела в ней достаточно времени, для того, чтобы дойти до неё с закрытыми глазами. Шерил выхватила телефон из рук девушки и начала быстро что-то печатать. – Эй! – Тони следила за тем, как пальцы рыжеволосой что-то быстро набирают на клавиатуре, а после передают телефон назад. Тони подняла брови вверх : на её телефоне был адрес больницы. Она немного посмотрела на карту прежде чем вернуться к Шерил, которая поджав губы, чего-то ждала. Тони обратила внимание на мольберт, где красовалась новая картина. Девушка не помнит, чтобы вчера Шерил рисовала, наверное, она сделала это с утра. И это было прекрасно. Тони внимательно изучала зелёную траву и голубое небо. Настолько реалистично, что у девушки в ушах стоял шум травы. Пока Тони изучала картину, Шерил изучала эмоции девушки. Её глаза округлялись всё больше, а рот слегка приоткрылся. Шерил прежде не замечала, какой красивой была её сиделка. Пухлые губы с родинкой сверху, большие глаза и волосы с розовыми прядями. Она где-то видела такой цвет, но уже не может вспомнить. Мысли Шерил были не спутаны, как прежде, и она могла трезво оценить девушку перед собой и честно признаться, уже была готова писать с неё картины. – Ого... – Тони до сих пор смотрела на картину с открытым ртом. – Я будто побывала в деревне своей бабушки, это просто прекрасно. Я имею ввиду картина, а не...короче, картина такая же прекрасная, как и её автор. Тони поспешила закрыть свой рот, пока не сказала лишнего, но было уже поздно. Шерил нахмурилась и отвернулась от девушки. Ну вот опять мулатка всё испортила своим длинным языком. Но вообще, она сказала правду, поэтому ей было не так стыдно. Через минут двадцать, девушки спустились завтракать. Грейс убиралась на кухне, в то время, как девушки вошли в комнату. Женщина сразу удалилась, видимо, боялась Шерил. Тони только улыбнулась и открыла холодильник. Шерил села на своё привычное место. – Чего же она вас так боится, мисс Блоссом? – Спросила Тони, наливая себе чай. После она достала колу для девушки. Шерил развернулась и пальцем указала на кружку чая, которую несла Тони. Рыжеволосая помнит, как опрокинула напиток на кого-то, но на кого не помнит. Да ей и без разницы как-то было. Значит, он заслужил, кто бы это ни был. Может даже сама Грейс. – Я заметила твою страсть к опрокидыванию вещей. – Тони поставила перед девушкой кусок вишнёвого пирога и сама принялась есть. – Кстати, я как-то раз плеснула в своего отца виски. Это был пожалуй лучший момент в жизни восемнадцатилетней Тони. Хантер, сидя за семейным ужином говорил о том, как отвратительна нетрадиционная сексуальная ориентация, а Тони была немного пьяная. Ну так и получилось. Она до сих пор помнит глаза своего отца и пощёчину помнит. Тони вспоминает это с улыбкой,чего грустить то? Шерил открыла рот в удивлении и Тони поняла, что смогла увидеть её настоящее удивление - нахмуренные брови и приоткрытый рот, а глаза по пять центов . – Что? Думала только ты можешь кидаться в людей напитками? – Тони усмехнулась, запивая пирог чаем. –Не думай, я сделала это за дело, уверена, как и ты. Шерил откусила пирог и опустила голову вниз. Она бы тоже посмеялась, если бы помнила как это делается. Правда, Тони удивила её. Шерил не думала, что всегда спокойная и солнечная Тони могла вытворить такое, да ещё и со своим отцом. Рыжеволосая подумала, могла бы она когда нибудь сделать что-то подобное со своей матерью. Не могла, но почему-то очень хотелось. Но Шерил уверена, что скоро вспомнит почему, ведь её память возвращается, хоть и слишком медленно. Они закончили завтрак и Тони ушла в больницу, заверив Шерил, что скоро будет. Та лишь села за мольберт и начала набирать краску на кисть. По навигатору девушка дошла до больницы ривердейла, в её голове был хороший план - любым способом достать медицинскую карту Шерил и убедиться в правильности своих догадок. Но вот проблема появилась откуда не ждали - карту ей не выдали просто так. Оно и понятно, кто она такая,чтобы забирать карту рыжеволосой? Тони села на сидение, рядом с какой-то девушкой и начала думать, как достать карту. – Тоже кого-то ждёшь? – Девушка рядом заговорила и Тони повернула на неё голову. У незнакомки были чёрные волосы и приятные черты лица. На её шее красовалось жемчужное ожерелье. – Нет, думаю совершать кражу или нет. – Тони пошутила, решив, что в серьёз её слова не воспримут. – Смотря в каких целях. – Девушка улыбнулась и протянула руку. – Вероника Лодж. – Тони Топаз. – Мулатка пожала руку Вероники и представилась сама. – Топаз? – Вероника нахмурилась, словно что-то вспоминая. Тони лишь промычала что-то по типу "угу",когда девушка рядом открыла рот в удивлении. – Из семьи Топаз? Тони кивнула ещё раз. Естественно её семья Топаз, раз сама таковой является. Она не понимала, почему Вероника так удивлена. – Твои родители - владельцы виноделен по всему миру, чёрт возьми. – Шокированно сказала девушка. А вот тут кажется до Тони дошло. Опять узнали не её, а её богатую семью. Всё всегда крутилось вокруг её родителей и продолжает крутится. – Я сказала что-то не так? – Вероника спросила, ведь увидела, как Тони грустно улыбнулась. – Моя семья - не то, о чём я бы хотела вспоминать. – Тони отвернулась к окну, надеясь, что Вероника решила, что разговор окончен. – Я понимаю тебя. – Вновь подала голос девушка. – Мы сотрудничали с твоими родителями и они не лучше моих, поверь. Порой тяжело жить в золотой клетке, так? Тони развернулась. Неужели есть хоть один человек, который понимает её? – Значит твоя семья тоже не бедствует? – мулатка попыталась пошутить. – Типо того. – Вероника грустно ухмыльнулась, переводя взгляд на операционную. – Вон там - мой отец. Ничего серьёзного, просто ему надавали по морде за то, что он хочет прибрать к рукам весь Ривердейл. Я даже рада, может его энтузиазм поутихнет. Ого, жизнь в этом городе не такая спокойная, как казалось Тони до разговора с Вероникой. Ей было даже в радость поговорить с кем-то, кто отвечает словами. Тем более, Вероника и она были похожи. Их жизни были похожи. Девушка рассказала Тони о том, как её отец торговал наркотиками и впутывал её в это, рассказала о том, как она с ним борется, стараясь сохранить маленький город прежним. И Тони понимала её. Понимала, как тяжело быть не услышанной собственной семьёй. – Так что ты хотела украсть? – С улыбкой спросила девушка. – Мне тут ещё кучу времени сидеть, так что могу помочь. Тони долго думала, рассказывать Веронике или нет, но решила, что не теряет ничего,если только девушка не решит рассказать о планах мулатки персоналу, который тут же выгонит её из больницы. Тогда её план станет труднее. Но брюнетка не выглядела, как последний предатель, поэтому Тони всё же решила рискнуть. – Мне нужна медицинская карта. – Мулатка вздохнула и потёрла переносицу. – Не моя конечно. – Если я тебе её достану, то ты мне расскажешь зачем тебе это? – Вероника сощурила глаза, предлагая сделку. Тони кивнула, ведь это была не большая цена, за здоровую Шерил. – Окей, назови имя и фамилию. – Шерил Блоссом. Вероника, которая собиралась встать, упала назад на стул, чуть ли не плача. Лицо девушки стало неестественно бледным, а руки сильно тряслись. – Что случилось, Вероника? – Тони испугалась. Она знает Шерил? Кем она ей приходится? Мысли перетекали из одного полушария головы в другое. – Она.. – Брюнетка уже захлёбывалась слезами, а её тушь уже размазалась по щекам. – Что? Вероника! Не молчи! – Нервы Тони начали сдавать, поэтому она перешла на повышенный тон. – А ты? Кто ты? – Хрипло прошептала Вероника, вытирая остатки слёз. Ой чувствовала Тони, что это - не последние слёзы за сегодня. – Я её сиделка, Вероника. – Ответила девушка, наблюдая как глаза брюнетки бегают из стороны в сторону. – Шерил... Господи.. – Слёзы девушки вновь полились рекой. Тони достала платок из своей сумочки и передала Веронике, получая благодарный кивок головой. – Кто ты Шерил? – Задала вопрос Тони. Ей было больно наблюдать за тем, как плачет незнакомая девушка, но информация про Шерил была на первом месте. – Лучшая подруга, я... – Вероника судорожно вытерла слёзы, продающие прямо на синее платье. – Я не видела её два года, с окончания школы. Она просто пропала. Пенелопа запретила мне приходить к ним в ТислХаус. Эта дрянь угрожала мне и моей семье. А их семейка настолько больная, что могут сделать всё во вред их врагам. Но Шерил... Боже, она не такая. Что с ней, Тони? И тут Тони начала свой рассказ. С того момента, как попала в дом Блоссомов, как стала сиделкой Шерил, как Пенелопа накачивает девушку таблетками, которые, кажется ей не подходят. Рассказала о том, что Шерил больна шизофренией. Рассказала, как собственноручно смывала таблетки Шерил в унитаз,что рыжеволосая словно зомби под их действием . Вероника всё время плакала, её глаза покраснели, а рот судорожно глотал воздух. – Какая к чёрту шизофрения!?– Зло закричала девушка, сжимая в руках платок. – Что она с ней сделала? Моя девочка... – Почему ты ничего не делала все эти два года? – Тони действительно было не понятно бездействие лучшей подруги Шерил. – Ничего не сделала? – Вероника грустно кивнула, шмыгая носом. Её голос дрожал, как и руки. – Пенелопа сказала, что увезла её в интернат где-то в Калифорнии. Так я объехала всю чёртову Калифорнию, каждый интернат и каждую психушку, куда эта деспотичная сука могла засунуть Шерил. Ничего не нашла! Никакой Шерил Блоссом! А оказывается - всё это время Пенелопа держала её в доме, словно в личном чистилище. Одна из догадок Тони подтвердилась - Пенелопа не та любящая мать, за которую себя выдаёт. Остался вопрос зачем она всё это делает с Шерил? По рассказам Вероники девушка была абсолютно здорова и не болела никакой шизофренией. Радовало Тони только одно - на этой войне она теперь не одна. Вероника обещала, что поможет в любом случае, лишь бы её подруга вернулась. – Как она? – Девушка немного успокоилась и задала так давно интересующий её вопрос. – Когда я приехала, Шерил была словно куклой. – У Тони защемило сердце при одном воспоминания о безжизненной девушке, лежащей на постели и смотрящей в потолок. – Она только лежала и принимала таблетки. Сейчас она рисует, мы даже вместе спускаемся на кухню и едим, когда никого нет в доме. Вчера мы ели мороженое и ей, кажется, понравилось. – Рисует... – словно в трансе пробормотала Вероника. – Что же с ней сделали. – И есть ещё одна проблема. – Тони сглотнула. – Она не говорит. Совершенно. – Как же так. – Слёзы вновь потекли по красным щекам. – Что же я за подруга такая... – Ты не могла ничего сделать, не вини себя. – Постаралась успокоить девушку Тони. – Главное, что сейчас есть шанс спасти её, так? Я рядом с ней двадцать четыре часа и ты теперь рядом. Мы вытащим её оттуда. –Зачем это тебе? – Вероника подняла на девушку заплаканные глаза. – У меня появился шанс сделать кого-то счастливым, раз с собой у меня это не получилось. – Призналась Тони. – Я знаю, что такое отвратительные родители и хочу, чтобы у Шерил был шанс избежать той судьбы, которую приготовила для неё чокнутая мамаша. – У тебя до сих есть шанс стать счастливой. – Вероника ободряюще улыбнулась и положила руку на плечо Тони. – Но он выпадает только раз в жизни,главное понять, что это именно он. – Спасибо, Вероника. – Тони действительно почуствовала прилив сил, для того, чтобы бороться за свою жизнь, которая будет свободна от родителей. – Но сейчас мы - последний шанс Шерил. Потому надо достать её карту. Вероника кивнула и удалилась к регистратуре. Тони наблюдала за тем, как девушку с лёгкостью пустили внутрь комнаты, где хранятся все данные о больных. Либо у Вероники была хорошая сила убеждения либо она хорошо врала. Тони удивлённо приняла из рук девушки карту. – Как тебе это удалось? – Девушка говорила шёпотом, листая всю информацию о болезнях Шерил. – Я сказала, что врачи потеряли карту моего папочки, и попросила поискать её. – Вероника пожала плечами. – Соврала, что доктор разрешил мне найти её самостоятельно. – Ты находчивая. – Тони почти дошла до конца карты, так и не найдя ничего про шизофрению. – Поверь, если бы меня не пустили туда, я бы сама вошла. – Заверила девушка с улыбкой до ушей. – Всё же из-за моей семьи, многое сходит мне с рук. Это плюс. И Тони опять понимала её. Сама прикрывалась статусом семьи, когда её пьяную, забирала полиция из очередного клуба. – Сломаная рука, растяжение лодыжки, ничего больше. – Мулатка закрыла медицинскую карту. – Последнее, что было у Шерил - небольшой нервный срыв. Никакой шизофрении, как мы и думали. – Как ты все так быстро разобрала? Я их почерк в жизни не разберу. – Удивлённо сказала девушка. – Так я на психолога училась. Это кстати одно из того, что не устроило моих родителей. –Ты смелая, раз решила пойти им наперекор. – Вероника улыбнулась. – Значит не всё потерянно.