Help im alive

      Утро казалось для Шерил чем-то плохим. Особенно последние два года. Именно не само утро, а тогда, когда она просыпалась, открывала глаза и представляла как мучительно долго будет проходить день. Старалась вновь уснуть, чтобы не видеть кошмара, который сотворила с ней собственная мать. Не видеть солнца и ясного неба потому, что всё это режет глаза. Потому что это всё было не для неё; птицы и зелёные деревья, которые доставляют кислород прямо ей в нос. Шерил даже не могла их поблагодарить, хотя ей хотелось. В ту пору у неё было куча желаний, самых обыкновенных, будь то еда из любимой закусочной или прогулка по парку. Она не успела оглянуться, как её лишили всего этого в один миг. Перекрыли доступ ко всему, кроме собственных мыслей, принуждая прокручивать их раз за разом. Шерил научилась не слушать собственный разум в попытках не сойти с ума.       Теперь приходится учиться заново. Она учится радоваться новому дню, ночи или вечеру, наслаждаясь тем, как идёт время. Медленно или быстро; ей до этого нет больше дела, потому что рядом с ней всегда Тони, сейчас спящая на боку и от чего-то хмурящаяся. Шерил смотрит время на телефоне, а после откидывает его куда-то в ноги. Придвигается к своей девушке, обнимая за плечи и прижимаясь носом к волосам на её затылке. Вдыхает запах моря и такой успокаивающий - зелёного чая. Сегодня небо ясное, без единого облачка, поэтому всё кажется спокойным. Время словно останавливается, и его скоротечность выдаёт только шум волн и их биение о песчаный берег.       Шерил улыбается в затылок девушки, потому что такое утро её устраивает. Самое умиротворённое и нежное. Нет никакой суеты, скандалов, истерик. С мулаткой она привыкла чувствовать себя в безопасности, которую потеряла два года назад, принимая таблетки без назначения.       Через собственные размышления, рыжеволосая, слышит мычание Тони, которая переворачивается на спину. Её лоб покрыт испариной, а щёки бледнее чем обычно. Девушка морщится будто от боли, и Шерил взволнованно садится на кровати, убирая темную прядь за ухо мулатке. Аккуратно целует в лоб, чтобы проверить наличие температуры. Тони не горячая, но и не холодная, что пугает Шерил. Она стягивает с неё белую простынь, которой они укрывались всю ночь, оставляя на смуглом теле только чёрное кружево. На полной груди Тони тоже виднеются капли пота, поблёскивая в дневном свете. Как бы красиво это не выглядело, Шерил, переживает за состояние мулатки, испуганно оглядывая её с головы до ног.       Ей больно видеть её такой, после того, как они несколько часов назад целовались до отключки, гладили плечи и бёдра друг друга, наслаждаясь медленными, обжигающими касаниями. Чувствовали кожу друг друга и её жар, не переходя черту простых касаний. Тони касалась робко, не желая давить или пугать. Шерил же наоборот. Желала чувствовать больше, углубляя поцелуи и позволяя своим рукам гулять по телу мулатки. Она хотела дать ей понять, что не является хрустальной, что желает Тони во всех смыслах. Только вот мулатка будто не позволяла заходить дальше, прерывая всякие попытки прикоснуться к чему-то более интимному. Мягко просила не спешить, с улыбкой поглаживая талию Шерил. Последняя, конечно, сразу прекратила, не желая доставлять дискомфорт своей возлюбленной. – Мои солнце и звезды, просыпайся. – С тревогой просит рыжеволосая, поглаживая смуглое плечо. Тони что-то шепчет, словно в бреду, а после резко хватается за живот правой рукой, слегка ударяя по нежной коже.       Ровные брови изгибаются, когда Тони облизывает сухие губы, а потом резко открывает глаза, замечая перед собой девушку, сидящую на коленях в одной белой футболке. В её взгляде куча тревоги и волнения. Хватается пальцами за край большой футболки и кусает полные губы, оставляя на них ранки. – Что с тобой, Тони? Тебе плохо? – Задаёт вопрос Шерил, придвигаясь ближе, надвисая над своей девушкой. – Болит живот, малышка. Я... Твою мать! – Не успев договорить, Тони, хватается за живот уже двумя руками, болезненно шипя от боли. – Тони! Я вызову скорую! – Вскакивая с кровати и ища свой телефон в одеялах, оповещает Шерил. Слишком волнуется, чувствуя себя беспомощной. – Нет! – Тони говорит через сжатые зубы и мотает головой, до сих пор держась за живот. – Это просто месячные. Они очень болезненно проходят.       Шерил резко поднимает взгляд с экрана телефона, чувствуя себя смущенной и до сих пор беспомощной, не способной лишить мулатку боли. Тони смотрит на неё ещё секунду, прежде чем свернуться на кровати в клубок, держась за живот из-за режущей боли. Сколько она себя помнит, у неё всегда было так. Обезболивающие спасали всегда, поэтому мулатка не беспокоилась. Вчера она приняла одну таблетку перед тем, как лечь спать, но её действия не хватило до утра и теперь девушка не может даже встать, чтобы найти её. Просто смотрит на то, как рыжеволосая быстро удаляется из комнаты в ванную. Оттуда доносятся звуки открывающихся тумбочек и возмущения Шерил, произнесённые шепотом.       Ещё через минуту рыжеволосая выходит из маленькой комнаты, держа в руках всевозможные средства гигиены, которые покупала для себя. Кладёт на кровать, а после сама садиться на неё. – Я не...не знаю, что тебе нужно... – Шерил заикается, начиная перебирать упаковки. – Всё в порядке, малышка. Просто дай мне обезболивающее. Оно на тумбочке, мне станет легче. – Заверяет девушку Тони, до сих пор испытывая жгучую боль.       Шерил быстро встаёт с кровати и идёт к трубочке со стороны её девушки. Достаёт из блистера таблетку, а после подходит к своей тумбочке, чтобы взять стакан с водой, который ставит туда каждый раз перед сном. – Держи. Выпей больше воды. – Шерил отправляет таблетку в рот мулатки, придерживая её за голову, чтобы дать отпить из стакана.       Тони вытирает рот тыльной стороной ладони, а потом буквально падает назад, думая о том, сколько пройдёт времени до тех пор, пока таблетка не начнёт действовать. – Тебе...тебе не нужно что-то из этого? – Неуверенно спрашивает рыжеволосая, кивая на несколько упаковок, лежащих в ногах. – Нет, малышка. Я пользуюсь тампонами, иначе я бы не спала в нижнем белье. – Объясняет мулатка, смотря на то, как её девушка кивает несколько раз, прежде чем лечь рядом. – Почему тебе больно? – Задаёт интересующий вопрос рыжеволосая, перебирая пряди Тони, лежащей в позе эмбриона. Её колени прижаты к груди, а руки к низу живота. – Так было всегда. Каждый месяц я умирала от боли, пока не стала пить обезболивающие. До этого был ад на земле. Мой организм тяжело переносит это. Часто доходило до обмороков. – Боль немного утихла, позволяя мулатке спокойно говорить, не думая о ней. Не хотела пугать свою девушку, которая и так уже перенервничала этим утром. – Я буду с тобой, пока не станет легче. Целый день буду. – Твёрдо произносит Шерил. Не оставит даже на секунду, пока видит, как больно её девушке. Хочет убедиться, что всё в полном порядке. – Нет, малышка, тебе надо съездить на почту и отправить картину. – Напоминает Тони, облегчённо выдыхая. Таблетка начала действовать, поэтому беспокоиться не стоит. Тем более, Шерил, должна отправить свой первый заказ сегодня и мулатка знает, как для неё это важно. – Нет, детка, – передразнивает девушка, упрямо скрещивая руки на груди. –Я останусь тут и даже если начнётся ядерная война никуда не денусь. Моё решение не обсуждается, поэтому советую тебе не сопротивляться и лежать спокойно!       Конечно, Тони, знает о характере своей девушки, но та всегда сдерживает его рядом с ней, оставаясь мягкой потому что любит. Но иногда протесты Шерил слишком явные и мулатка не знает; плюс это, или минус?       Да, рыжеволосая, всегда готова уступить своей девушке, но не сейчас, когда Тони корчится от боли, заставляя её сердце больно биться в груди. Находится рядом - это меньшее, что Шерил может сделать на данный момент. – Когда нибудь ты прекратишь упрямиться? – С усмешкой спрашивает мулатка, наконец разгибаясь из своего положения и ложась на бок, лицом к лицу со своей девушкой.       Уголки губ рыжеволосой ползут вниз, а глаза округляются. Она чуть отодвигает голову назад, чтобы лучше видеть лицо мулатки. Это её привычка: делать так, когда возмущена. – Это я упрямлюсь? Тебе плохо! А мне невыносимо видеть как тебе плохо! И только попробуй сказать, что всё в порядке! Я буду ходить за тобой по пятам весь день! Назло! – Шерил угрожающе щурится, тыча указательным пальцем себе в грудь. – В туалет тоже со мной пойдёшь? – Тони натягивает на себя белую простынь, улыбаясь. – Пойду.

***

      Тони ставит сериал на паузу, нажимая на пробел ноутбука и садится на кровати, прислушиваясь к разговорам снизу. Уже пять часов вечера, и всё это время она провела в кровати, рядом с Шерил, которая не позволяла ей встать за исключением похода в туалет. Включила сериал на нетфликс и сказала лежать не двигаясь, а после закрыла все окна, создавая из комнаты парилку, щебеча о том, что не дай бог Тони продует.       Не то, чтобы мулатка жаловалась на всё это. Просто ей непривычна такая забота. Никто и никогда. Никто не спрашивал о её состоянии каждые пять минут. Никогда не трогали лоб губами, пытаясь обнаружить температуру. Тони привыкла заботиться о себе сама ещё с пятнадцати лет, а когда поступила в университет это стало уже чем-то нерушимым. Теперь у неё есть Шерил. Она окружает своей заботой и контролем, который не выходит за рамки. Просто рыжеволосая делает это по своему, полностью пытаясь забрать боль мулатки и выкинуть её куда подальше. И последняя не знает, как жила до всего этого. Жила без прикосновений и строгих, но таких тёплых в глубине глаз взглядов. Без закатывания глаз и цоканья языком - жесты, которые официально являются визиткой Шерил Блоссом.       Им ещё многое предстоит узнать друг о друге, но чем больше Тони узнает о своей девушке, тем сильнее её любовь укрепляется. Несмотря на то, что сейчас Шерил живёт полноценной жизнью, ей необходимо восстановиться полностью и тогда, Тони, уверена, что рыжеволосая полностью вернёт свой характер. Для этого необходимы сеансы с психологом и мулатка обязательно предложит их своей девушке, ведь как бы они не старались не касаться темы прошлого, где Шерил лежала под действием таблеток целых два года, это всё равно не пройдёт бесследно. Это одна из травм молодой девушки, и если она не будет проработана - будут последствия.       В комнату врывается Шерил, шелестя двумя пакетами, которые наполнены доверху. Она заказала доставку час назад, чтобы не ехать в магазин и оставлять Тони одну, как и заверяла. – Ты заказала половину магазина? – Мулатка поднимает одну бровь, а после берёт свой телефон, чтобы посмотреть в каком магазине была оформлена доставка. – Мне не пришла смс... Ты расплатилась наличкой? – Нет, я расплатилась своими деньгами. – Пожимает плечами Шерил, ставя оба пакета на кровать. – Мне пришли деньги за картину. – Получается, что это - твоя первая зарплата? – Удивлённо произносит Тони, садясь на колени. – Получается, что да. – Рыжеволосая улыбается и достаёт из пакета шоколадное мороженое, но не успевает поставить его на тумбочку, как к ней буквально подлетает мулатка, обнимая и целуя. Первый поцелуй приходится в щеку, а второй в нос. Коробка с мороженым падает на кровать.       Шерил смеётся, удерживая девушку на кровати за талию, ощущая тепло её кожи. Позволяет целовать всё своё лицо и тает от этих поцелуев. –Поздравляю, малышка! Ты такая молодец! – Восклицает Тони, действительно радуясь тому, что её девушка занимается любимым делом и получает за это деньги. Не то, чтобы мулатка против обеспечивать её хоть до конца жизни. Просто она видит, как Шерил неудобно пользоваться её картой, и Тони прекрасно понимает это. Каждый хочет иметь свой доход и Шерил не исключение. – Если бы не самая лучшая девушка на планете, то я бы так и сидела без дела! Спасибо тебе, Тони...– Шерил искренне улыбается и благодарит, а после притягивает мулатку за талию. Запечатлеет долгий поцелуй на её губах, стараясь сдержать улыбку. Тони мычит в поцелуй, но не углубляет, заправляя прядь волос за ухо девушке. – Одним спасибо не отделаешься, а вот... – Мулатка отстраняется и проводит по Шерил, одетую в одну белую футболку и короткие шорты взглядом. Игриво кусает собственную губу с блеском в глазах. – Я вчера предлагала свою благодарность, но ты отказалась. – Усмехается рыжеволосая, закатывая глаза. – Но я теперь понимаю почему. – Как только эта пытка закончится - я вся твоя! – Тони щёлкает девушку по носу. – Ты и так вся моя, но поверь, у меня в планах много того, что я хочу с тобой сделать. Тем более, ты даже не представляешь как у меня играют гормоны! – Очередное закатывание глаз и Тони просто растекается в руках Шерил, особенно после того, как та поделилась довольно интересным фактом. – И как...как они у тебя играют? – В голове у Тони туман, окутывающий её с ног до головы. Она крепче сжимает талию рыжеволосой, будто стараясь удержаться на коленях.       Хитрая улыбка появляется на розовых губах перед тем, как Шерил наклоняется к уху мулатки. – Хочу тебя постоянно. Всю. – Шепчет прямо в чувствительное ухо, а после наблюдает, как Тони нервно сглатывает, тяжело выдыхая. Её глаза открываются в удивлении, ведь услышать такое от Шерил - до боли приятно. – А теперь снимай бюстгальтер!       Тони непонятливо хмурится, когда рыжеволосая отодвигается от неё, продолжая разбирать пакеты. – Но... Я не могу сейчас...Ты же знаешь. – Мулатка садится ягодицами на свои пятки, совершенно не понимая свою девушку. – Боже, детка! – Шерил цокает и подходит к ней, а после самостоятельно тянется к застежка кружева, пока Тони смотрит на это большими глазами. Бельё падает к ней на колени и Шерил смотрит на полную грудь несколько секунд, изучая родинки и очерчивая взглядом соски, а после быстро разворачивается к шкафу. Открывает дверь и достаёт большую черную футболку. – У тебя, должно быть, болит грудь. Ты валяешься в нижнем белье весь день, а это вредно! – Боже. – Мулатка смеётся, пока Шерил надевает на неё футболку через голову. Чувствует запах порошка, который выбирала именно она. – Точно не болит? М? – Рыжеволосая серьёзно смотрит, а потом мягко целует в лоб, задерживая губы на коже для проверки температуры. – Сейчас всё в порядке, малышка, правда. Прекрати нервничать. – С трогательно улыбкой просит Тони, заглядывая в карие глаза. – Тони. – Шерил тяжело вздыхает и садится на рядом. – Я знаю, что я давлю на тебя. Прости за это. Я просто не могу допустить того, чтобы с тобой что-то случилось. Я тебя люблю и наверное, мой мозг, требует, чтобы ты была в полной безопасности. Контроль - неотъемлемая часть моей жизни. Всегда была. Я потеряла его два года назад, а теперь не хочу допустить того же. – Эй, послушай, – Тони разворачивается к девушке и берёт её за руку, ловя взгляд карих глаз, где плещется беспокойство. – Ты не давишь на меня, ладно? Если бы это было так - я не стала бы молчать. И я понимаю, как тебе необходимо держать всё под контролем, по другому быть не может, потому что всё произошедшее с тобой - оставило отпечаток. Я прекрасно понимаю твоё желание заботиться обо мне, ведь каждую секунду своей жизни я чувствую тоже самое по отношению к тебе, потому что люблю. Мы любим друг друга. Мне, например, забота - непривычна. Но не потому что я не хочу её получать, а потому что у меня не было человека, который дал бы её мне. И не было человека, которому я могла бы её отдавать. Но мне настолько приятно это делать, как и тебе, даже сквозь беспокойство. Мы теперь есть друг у друга и будем заботиться друг о друге. И даже не смей думать о том, что ты давишь на меня!       И вместо ответа Шерил обняла её. Крепко обвивая талию и размещая поцелуй на плече. Она вдыхает запах порошка и зелёного чая, ощущая нежные руки на своей спине, которые выводят круги по ткани футболки. Тони права, они есть друг у друга. Могу дарить заботу, не думая о том, что она навязчива. И Шерил никогда не думала, что у неё будет такое сильное желание заботиться о ком-то. Раньше она отдавала всю заботу Джейсону, своему брату, а потом, когда потеряла его, словно забыла об этом качестве. Забыла о том, что способна заботиться о ком-то, даже о себе. Оставалась холодной, не интересовалась чужими чувствами, отчасти потому что об её - никто не беспокоился. Тони вновь открыла в ней это качество. Она заботится и позволяет заботиться о себе, хотя тоже не ощущала этого чувства; ни от родителей, ни от других людей. Они безумно похожи, хотя на первый взгляд этого не скажешь. Каждая сломана по разному, но одинаково тяжело. – Значит... Каждый месяц без пререканий, несколько дней, ты будешь находиться в моих объятиях круглосуточно. – Оповещает Шерил и лучезарно улыбается, отодвигаясь, чтобы взять что-то из пакета. – Я согласна жить в твоих объятиях. – Заверяет её Тони, а потом кладёт ладонь на бледную щеку, чтобы притянуть для мягкого поцелуя.       Нежно сминает губы рыжеволосой под одобрительное мычание и поглаживает её щеку, не собираясь углублять поцелуй. Шерил наслаждается звуками поцелуя, пробуя на вкус слегка потрескавшиеся губы, полностью расслабляясь в руках мулатки, которая неторопливо двигает губами. – Люблю тебя. – Тони ещё несколько раз коротко целует влажные губы, которые вот-вот растянутся в головокружительной улыбке. – И я тебя. Люблю как солнце Малибу. – Шерил не удерживается и крадёт ещё один поцелуй,улыбаясь прямо в него. – Что это? – В руках Шерил мягкая игрушка в виде чёрной пантеры и мулатка указывает головой на неё. – Это грелка, она должна облегчить твою боль. Там был медведь и пантера. – Девушка пожимает плечами и передаёт небольшую игрушку в руки девушки. – Но ты больше похожа на пантеру, поэтому я взяла её. – Цветом кожи? – Тони смеётся, когда выражение лица рыжеволосой приобретает недоумение. – Я не думала об этом. – Шерил хмуриться, серьёзно задумываясь о сказанном. – Просто пантера грациозное животное, прямо как ты, а ещё безумно красивое. – Малышка... – Каждый комплимент от Шерил, мулатка, хранит в сердце, потому что каждый раз млеет от теплых слов.       Она вновь аккуратно целует девушку в губы, игриво покусывая, пока та смеётся. – Я пойду согрею пантеру. Там соль внутри, надо положить её в духовку. – Шерил берёт в руки игрушку и встаёт, облизывая губы. – Ты собираешься положить в духовку пантеру? – С наигранным удивлением спрашивает мулатка, прикладывая руку к сердцу. – Ты жестокая, Шерил Блоссом! – А ты такая себе актриса. – Закатывает глаза рыжеволосая и уходит из комнаты.

***

      Тони набирает на ложку шоколадное мороженое и не отрываясь от экрана ноутбука отправляет её в рот своей девушки, которая тоже увлеченно смотрит сериал, лежа на боку. Мулатка лежит сзади неё, подперев голову одной рукой. Между ними лежит игрушечная пантера, на уровне живота Тони и поясницы рыжеволосой. Это действительно помогает, тем более, когда игрушка лежит в таком положении. Греет живот мулатки и спину Шерил, что тоже на пользу. – Он - ублюдок. – Констатирует рыжеволосая, указывая пальцем на героя сериала.       Тони хихикает ей в шею, мысленно соглашаясь с мнением своей девушки. Этот вечер один из лучших, несмотря на то, что они проводят его за просмотром сериала, как и весь день. Обе рады такому домашнему уюту. Тому, чего обеим никогда не хватало: просмотров сериала, поедания мороженного и теплых объятий. Будут ценить каждый день, проведённый рядом. Ценить каждый поцелуй и каждое объятие. А пока солнце медленно заходит за горизонт Малибу, обещая появится завтра.