Help im alive

17 февраля.        Погода стала ещё на несколько градусов холоднее, Тони замечает это, когда выходит из машины, одетая в одну футболку и широкие джинсы, удерживая в руках ящик вишневой колы. Аккуратно открывает дверь, прислушиваясь к тишине дома. Встаёт на пороге и смотрит на ящик колы. Зачем? Почему её мозг решил взять этот напиток, словно действуя девушке на нервы? Тони очнулась уже тогда, когда стояла посреди разбитых бутылок, стёкла которых врезались в пятки даже через белые носки. Она зажала рот рукой, а когда поняла, что её никто не услышит закричала, что есть силы, ещё несколько раз наступая на осколки.        Её ломает уже несколько месяцев. Каждую кость в теле, каждую клеточку разрывает. Сладкий напиток впитывается в белые носки, перемешиваясь с кровью на ступнях.  — Я не пью газировку, но спасибо.       Поднимается по лестнице вверх, игнорируя боль от осколков, которые даже не собирается вытаскивать из кожи. Трясущимися руками удерживает пакет, а когда вспоминает, что хотела поесть внизу, то спускается назад так же быстро, как поднялась. Она игнорирует стены этого дома, стараясь не зацикливаться на предметах, чтобы не провоцировать саму себя на очередной нервный срыв. Наливает себе стакан воды из под крана, а после садится, чтобы вновь поковыряться в еде вилкой, но в итоге ничего не съесть. Тони так устала. Устала прокручивать в голове одни и те же моменты, мысли, ситуации. Её тошнит уже от количества попыток найти причину по которой всё рухнуло.  Три месяца назад.       Шерил задвигает длинные шторы, чтобы когда они проснулись, их не потревожил свет из окна. Тони уже лежит в кровати, в руках какая-то книга, которую освещает тусклым светом ночник. Шерил подходит к кровати, укладывая голову на грудь своей девушки,нежно обнимая за талию, когда та, оставляет поцелуй на её макушке.  — Выключи лампу, пожалуйста. Давай будем спать. — Блоссом шепчет куда-то в сердце Тони, глубоко глубоко, куда никто больше не может. Ставит неопровержимую точку сладким поцелуем туда же. — Малышка, я хотела поговорить. — В глазах Тони скользит беспокойство, которое Шерил без усилий замечает, тут же настораживаясь. — Мы обе знаем что тебе пришлось пережить, милая, мы убегали от этого так долго, старались забыть, но это не правильно. Я уже говорила о помощи профессионала, и сейчас, я думаю самое время. У меня появилось свободное время, и если ты захочешь, я буду рядом на каждой встрече, ты только скажи.        Тони вываливает на бледные плечи не самую приятную информацию, ожидая ответ. Но Шерил только кривит брови. В любой другой ситуации Тони посчитала бы это милым, но сейчас, честно говоря, становится страшно. Её девушка определенно зла. — К чему это? Я чувствую себя хорошо, и не вижу смысла заставлять себя проживать это снова, а тем более в кресле незнакомого человека. — Она встаёт с Тони, забирая своё тепло, и скрещивает руки на груди. — Шер, пожалуйста, выслушай меня, я не говорю что с тобой что-то не так, лишь хочу чтобы в будущем, это не мешало тебе жить счастливо.. — Блоссом скользит по ней обжигающим взглядом, будто ещё секунду, и она точно взорвется. Не выдержит, выливая своё недовольство на невиновную девушку.  — Я уже сказала, что в порядке, и не собираюсь менять своё мнение. —Надменно закатывает глаза, собираясь закончить диалог на этом. Защищается. Впервые от Тони. У последней из-за этого сердце колит от вины. — Выслушай меня.. — Просит мулатка, но её перебивает полный злости голос. — Моё прошлое - принадлежит мне. Только я решаю, кому рассказывать обо всём этом дерьме, и это точно не будет какой-то незнакомец. Ясно? Не заставляй меня проходить через всё это заново! — Гневно, сквозь стиснутые зубы говорит. Так и льётся из неё обида в перемешку с желчью. Мулатка, кажется, видит секундное разочарование в родных глазах, что пугает с неимоверной силой.        Холод наполнил их спальню, оставляя за собой вкус неозвученных обид и слёз. Тони хочет обнять девушку, успокоить и снова попытаться донести до неё свои мысли, но та лишь отворачивается, пустым взглядом прожигая дыру в стене. Она знает, что не должна была так реагировать, но ничего не смогла с собой сделать. Ей до безумия обидно.  Тони лежит совсем рядом, но рыжеволосая не чувствует её привычных объятий, только тихие всхлипы слышит. Это она сделала ей больно, не захотела даже слушать. Закрылась, отвернувшись на другую сторону кровати. Они засыпают, первый раз за эти два месяца, не в объятиях друг друга, а в холодной тишине недоговорённости, где ни одна не посмеет пересечь чужую половину кровати. Настоящее время.         Вина накрывает с головой, мешаясь с жгучей обидой. Тони совершенно потеряла контроль над своей жизнью, над своим телом, сознанием. Никто этот контроль ей не вернёт, не заставит поднять голову и уверенно двигаться дальше.        Тони смотрит, как солнце садится, ощущая его холодные лучи на своей коже даже через кухонное окно. Шерил здесь больше нет. От того и холодно. Она ушла, забрав с собой весь контроль. А Тони осталась тут, пропитанная Шерил насквозь.       Мулатка в этот стол проваливается, прирастает к деревянной поверхности так же, как к ней прирастает отчаяние, такое липкое, затуманенное, словно все светлые чувства пропадают так же как и солнце за линией горизонта.