My morning

Новый день начался тяжело, Макс мучился всю ночь, а на утро был вялым и совершенно сонным. Его грызли тяжелые мысли, они съедали парня по кусочкам, чавкая и издеваясь, прокручивая острые воспоминания по кругу. Хотелось бежать, бежать от себя, от осуждающего отношения к себе, которое он обязательно получит сегодня. Парень боялся холода со стороны мужчины, принимая, что сам облажался, но готов был оправдываться, готов был грустно улыбнуться, когда увидит отвращение на чужом лице. Такие ожидания панически загоняли в угол, создавали неразбериху и стресс, ощущалось, как будто тебя вырывают с корнем, бедное умирающее растение. Вокруг всё ватное, раннее небо застилает непроглядная серость, низкие облака, через щель которых можно заметить дрожащий золотой свет. Неспокойно, хотелось остаться дома и заснуть долгим непроглядным сном в объятьях одеял, но Крис просил помочь на ферме, возможно, к полудню просветлеет. Бринли хотел содрать с себя кожу, соскрести все веснушки и родинки, чувствуя грязный слой стыда, свой позор, это по детски глупо, ведь Лора взрослая и ответственная, она волнуется за него, волнуется за будущее, Трэвис взрослый, который работает и помогает семье, спасает людей, а Макс неразумный ребёнок, поступает совершенно безответственно и сгоряча. Интересно, что шериф надумал про Бринли за вечер, наверное, что нибудь ужасное, что нибудь, что будет читаться в его взгляде. О Боже, парень не сможет поднять больше глаза на него, это будет самая тяжелая ноша, которая провесит ярлыком на Максе всё лето, пока их машина не скроется за плотными ветками деревьев, уезжая далеко-далеко. Но уже в пути к «Hackett’s Farm»мысли немного развеялись, когда вокруг проносились покосившиеся домики и заборы, а на горизонте виднелись зелёные холмы. Вся природа ждала, пока сможет снова наполниться яркими красками. Было легче дышать влажным воздухом, когда свежесть впитывается в тебя с ветром, таким живым и сочувственным, осталось только разочарование в самом себе и неприятный осадок. Бринли принимает решение отстраниться от мужчины, чтобы не позорится сильнее, буквально проваливаясь под землю. Лора заботливо переключает песню, пытаясь развеять плохое самочувствие парня, но от этого становилось тошно, горло пересохло. *** Знакомые пейзажи, знакомые люди, Макс не думал, что ему посчастливится увидеть "внутренности" фермы Хэкеттов, за огромным забором таились просторы для сельского скота, сразу около входа стоял небольшой загон с крупными собаками, в основном овчарки ютились и возбужденно кружили вокруг себя, приветствуя молодую пару. Вблизи они казались совсем не страшными, даже оглушительный лай не пугал. Рядом их расслабленно поджидал Крис, он выглядел непринуждённо и свободно, как всегда, не понятно только, как в этом человеке умещалось столько серьезности и ответственности. - Ну что, Хэкеттёры, готовы к работе? Лора улыбнулась непривычному прозвищу, осматриваясь вместе с Максом. Справа располагалось небольшое здание, служившее складом, видимо, чуть позже сверху достроили шаткий деревянный домик, скорее всего он являлся помещением для рабочих. Дальше шла огороженная территория, там разводили живность, петухи и гуси гуляли по зелёной травке свободно, в отличие от другой более крупной категории, проживающей под навесами и в загонах. - Вот это красотка! - Бринли в стороне отвлёкся на белого алабая, это был ещё щенок, который преданно виляет хвостом, выбегая из-за угла здания. Такая крупная собака сразу выбрала парня объектом своей любви, может, тот просто первый словесно заласкал её. - Это Люси, наша гордость. Ещё совсем малышка. - Крис с любовью смотрел на приближающегося монстра, который теперь будет клеится к Максу, пока тот не уедет. - Подрастёт и станет нашей главной охранницей. - Я смотрю, ты уже завёл себе подружку, - Лора насмешливо покосилась в сторону парня, но тот был слишком занят, зарываясь пальцами в мягкую белую шерсть. - О, нет, нет, - у Люси явно были другие планы, например, как встать на задние лапы и беспощадно испачкать чистые джинсы Макса. В этой собаке отражалась бесконечная любовь, ласка, она совсем не была похожа на охранника или сторожа, это сама нежность, которой только дружелюбно тереться о чужие ноги. Было даже грустно, что такая прелесть зачерствеет в клетке с овчарками… - Кейли и Калеба подвёз Трэвис пораньше, так что ребята уже на месте. Тугая пружина, которую удерживал Бринли, резко разжалась, накрывая былой неуверенностью и нежеланием. Ноги разбухли ватой, стали весить неподъемную силу, весь путь до следующего блока, где находились клетки, Макс с трудом переставлял их, как бы врастая в дорогу, ещё и Люси крутилась вокруг, не понимая резкой перемены настроения своего любимчика. Возможно, от того, чтобы развернуться и уехать его отстраняла только Кирни, явно наслаждавшаяся чистым воздухом и далекими звуками работы тракторов, ей нравилось это место, нравилась прохлада и быстрые порывы ветра, которые можно просеять между пальцев. У Макса же немели руки. Сетчатый забор тонко скрипнул, открывая перед ними небольшую калитку. Клетки для животных выглядят непривычно, они точно новые, но сама конструкция напоминала маленькие домики под общей крышей на деревянных поддержках, как будто кукольные. На самом деле, так и было: в деревянных "комнатах" будут проживать по несколько видов кроликов, все отходы собирались в ведро, установленное внизу конструкции, а сами животные могли спрятаться от яркого света в темной части своей новой норы, ведь ночь у них наступала намного раньше, чем заканчивался день. Таких сооружений было большое количество, они занимали огромную часть в этом отсеке, вряд ли завтра все наполнятся жителями, но часть из них - точно. Вблизи на лужайке разместились три узнаваемых силуэта, скорее всего, они обсуждали предстоящую работу и то, как лучше её выполнить, а может, что нибудь семейное, дальнейшие планы. Крис махнул рукой старшему из них, подзывая, а Бринли поник за чужими спинами. Почему же ему так не везёт сегодня? - Трэвис, скажи ребятам, что сено за домиком. Нужно заполнить несколько пустующих рядов и протереть сами клетки. - Хэкетт прикрывает глаза, как будто вспоминая всё, что мог забыть. - Крис, документы. - Трэвис выдергивает брата из раздумий. - Да, да, точно. Пойдём. - мужчина спешно замотал головой, принимая быстрое решение. - Ребят, помогите нам, кто-нибудь. Макс? Бринли совершенно не хотел помогать, совсем не хотел лезть туда, где был полицейский, где была эта семья, поэтому он и спрятался в тени, чтобы его не заметили, как мышь замирает под пролетающей совой. Но всё вновь идёт каруселью, будто она вертится вокруг него - кажется, что проблемы уплыли в сторону, но тут же выплывают сбоку. - Я не уверен… - нужно было придумать что-то, но его размазывали два взгляда по земле, они вгрызались ему в горло и не отпускали, давили. - Просто Лора, я думаю что… ну должен быть рядом. На миг всё почернело, как в угольной ночи, только два горящих глаза приближались, отдавая желтым, слюна стала горькая, как осина, такая вязкая, что не сглотнуть, два волка порвут его на кусочки, почуяв сладкую ложь на устах парня. Но это был краткий миг, в который лишь брови шерифа приподнялись в удивление. - Ничего, па, я сделаю. - скромно выступил Калеб, спасая своим светом от монстров Макса. Всё оказалось совсем не страшно, как чудилось секундой ранее, у Криса просто не было времени разбираться в подростковых проблемах, даже его образ не казался таким хищным, как и его брата. Может, Трэвис вообще не смотрел на Макса, может, его мимика совсем не изменилась, даже удивление казалось надуманным. Только Лора хмурилась в стороне, провожая трёх отдаляющихся фигур. Бринли снова чувствовал себя глупо, но надеялся, что работа отвлечёт его от навязчивых мыслей. Свежее сено приятно кололо ладони, когда его складывали в пустующие кормушки, витало что то горьковатое от него, смешиваясь с древесным запахом от недавнего ливня. Под ботинками пузырилась грязь, а в тени железного навеса гуляла прохлада, но лучи уже прорезали вату на горизонте, прогнозируя на завтра чистое небо. Максу посчастливилось спокойно протирать измученной тряпкой железные тонкие прутья, вставленные в дерево, как окошки. Хаотичные действия успокаивали его, но тяжесть расползалась по плечам парня, будто он маленький мальчик, который ждал наказания от взрослых, это чувство вины, чувство своей ошибки. Хотя, он не сделал ничего плохого, всего лишь сказал, что с радостью возьмётся за другую тяжёлую работу. Или это звучало не так убедительно? Например, как отмазка, чтобы… чтобы - что? Чтобы больше не видеть привлекательное лицо шерифа. Незаметно начался последний длинный ряд, самый тихий и дальний, тут не так слышен голос Лоры, тут живое стрекотание насекомых, шелест высокой травы за забором, как бы затишье. Затишье перед бурей. Бринли даже задержал дыхание, концентрируясь на звуках природы, на тихом пении птиц, на медленных шагах, под которыми шипит и булькает вязкая земля. Может, это Кирни направляется к своему парню, чтобы поделиться новостями? Такие тихие и бесшумные, как у хищников, совсем не похожи на девушку. Девушку, которая разговаривает где-то позади. Маску показалось, что он почувствовал горячее дыхание, приближавшееся вместе с опасностью. Бринли медленно попятился, как зайчонок, успевая обогнуть предыдущий ряд, когда под ним с другой стороны промелькнули чёрные ботинки. Макс догадался - кто это был, теперь осталось придумать, как тихо улизнуть. Они словно в игре поделились на роли грозного волка и пугливого зайчика, стоит сделать неверный шаг, как над твоей головой блеснут острые зубы, разрывая тонкие нити слюны. Мужчина сделал ещё пару твёрдых шагов, останавливаюсь, принюхиваясь, чуя тревожного Макса. Парень тем временем очень тихо перешёл за следующую конструкцию, он слышал, что Трэвис властно развернулся и сделал тоже самое, показывая мол: «Привилегии на моей стороне» А Бринли панически перебежал рысью, чувствуя, как напрягаются ноги и плечи. Возможно, со стороны это смотрелось комично, к таким ситуациям подходит фраза "раздувает из мухи слона", но парень только ускорялся, вокруг всё чаще мелькали пустые проходы, самое главное - разминуться там с шерифом, который наверняка тоже бежит за парнем, ведь точно увидел его ноги под конструкцией, но из-за громкого стука сердца Макс ничего не слышал. Спасительный первый ряд маячил на периферии зрения, встречая на скорости вылетевшего из лабиринтов Бринли выдуманными аплодисментами. Парень хотел уже юркнуть вдоль забора, даже был вариант залезть в кусты, но Лора опередила необдуманные решения, хватая Макса под локоть. - Торопишься? - девушка скептически осмотрела загнанного Бринли. - Что? - совсем хрипло вырвалось, явно не похоже на то, что Макс отдыхал последние минуты. - Давай прогуляемся. - Кирни сладко улыбнулась на непонимание со стороны парня. *** На обочину летела пыль с дороги, ребята отошли совсем далеко от участка, продолжая плестись друг за другом, вокруг неизменные и молчаливые поля, они простирались на долгие километры так, что казались необъятными, только неровный горизонт из чёрных верхушек ёлок выдавал их слабости. Пахло бензином, машины проносились редко, а облака всё теряли свою густоту, открывая бледный напуганный небосвод. Макс шаркал по небольшим камушкам, пиная их и раздумывая, зачем девушка потащила его по дороге, а ещё, что Трэвис просто заблудился в миакро*. Парень даже не заметил, что по левую руку от него раскрывается очередное "желтое поле", пока Лора не остановилась в нескольких метрах. - Ты куда это? - Бринли хмуро взглянул на спутницу, она подошла к краю обочины, которая была выше, чем сама равнина, как и дорога. - Просто иди за мной. Девушка аккуратно спустилась с возвышенности, оказываясь по пояс в рапсе. Лора улыбнулась и зашагала дальше, будто плывя, Макс окунулся в душистый омут следом, нехотя пропитываясь сладковатыми цветочными нотками. Тут всё смотрелось прекрасно, как будто вокруг тебя россыпь ярких звёзд, от которых рябит в глазах. Кирни неожиданно развернулась, дожидаясь, пока её парень подойдёт ближе. - Ты же знаешь, что это частная территория? - девушка расцветала на глазах, становилась ещё прекраснее, будто это место дополняло её, являлось частичкой души. - Э, да, наверное? - Макс хмыкнул, улыбаясь в ответ. - Это всё из за Трэвиса, да? - Что? Лора отступила, продолжая улыбаться, но уже как-то по другому, оставляя Бринли в замешательстве. - Я не дура, Макс. - девушка вновь разворачивается, но парень не смотрит на её лицо, он даже не двигается. - Я вижу все ваши перегляди, это даже забавно, знаешь. А у Макса сердце встаёт, наверное, это прекрасное место и станет его могилой. Метафорически конечно, но то, что он почувствовал сравнимо с душевной гибелью, ещё мгновение и его задавит груз вины. - Поговорите наконец, не хочу постоянно видеть тебя таким кислым. Изумрудные глаза поднимаются, будто на казнь, но видят лишь снисхождение на лице девушки. Оно по прежнему прекрасно, по прежнему идеально гармонично в такой обстановке, его не пронзает разочарование и ненависть, только понимание расцветает между ними. - Прости… - Макс прерывается, видя поднятую руку, Лора просит его не говорить этих слов. Спустя столько совместно прожитых лет парень чувствует одобрение со стороны подруги. И он прощает сам себя. - Мне нужно подвезти Кейли, ты не против, если я возьму нашу машину? - между ними что-то рухнуло, но это облегчило тяжелую ношу, от которой они не могли избавиться долгое время. Наконец чувствовался покой, умиротворение и договоренность, прошлое перестало душить парня, за что Бринли был благодарен девушке. - Думаю, ты доедешь в другой компании. - Лора. - Парню не нравилось то, куда клонила Кирни, он шутливо-возмущённо нахмурил брови, на что спутница только хихикнула. - Не напрягайся ты так, мы уже договорились и, кажется, кое кто совсем не против подвезти тебя… Лора непринуждённо хлопнула Макса по плечу, огибая его. Может быть, всё налаживается, просто очень медленно? Бринли не знал, но решил "плыть по течению", всё таки, всё что нас не убивает - делает нас сильнее. Куда бы не выплыла эта ситуация, через несколько лет её можно вспоминать со смехом. Если парень не обманывает себя и не тонет сейчас в слишком бурном течении. - Чёрт. *** Полицейская машина одиноко дожидалась ещё одного пассажира, который тянул время слишком долго. Но дверца со щелчком открылась, всё было по прежнему, такой же въедчивый одеколон, такие же чистые сидения, даже водитель по прежнему не удостоил Макса взглядом. Внутри было тепло, не так ветрено, уютно, что хотелось закрыть зудящие веки и провалиться в прерывистую дремоту. Авто безразлично двинулось по заросшей сельской дороге, и вправду ничего не поменялось, ни хвойный лес вдали, ни заброшенный родник, даже молчание под звуки двигателя казалось уже давно привычным. Бринли чувствовал каждый оборот колес, с тоской ожидая конца пути, хотелось врезаться в очередной столб, разбиться насмерть, а лучше начать кричать, чтобы увидеть страх в чужих глазах, можно было бы просто прозвать себя сумасшедшим, безответственно оправдывая свои действия. Но парень спокойно сидел на своём месте, не подавая виду, кажется, пропуская в задумчивости пару лишних поворотов, совсем не замечая, что они едут в незнакомое место. Ещё один раз Трэвис свернул, и машина резко замерла перед пшеничными колосьями, по бокам росли берёзовые рощи, а солнце сползало всё ниже и ниже, уже перевалив на другую сторону неба. И Макс готов выйти из салона, совсем не важно где он и почему здесь, ведь Трэвис откинулся на сиденье, рассматривая несомненно прекрасный вид, но означало ли это конечную остановку? Ведь всё осталось как раньше, сейчас они вновь разойдутся, а Бринли вернётся в душный серый город, будет разгребать свои проблемы, и все эти яркие дни будут смотреться одним сплошным неуместным сном, который так же быстро забудется. - Что происходит, Макс? - голос звучал твёрдо, будто перекрывая пути к отходу, а заодно к кислороду у парня. - А, ничего? - Бринли неуверенно взглянул на профиль шерифа. - Ничего? - Трэвис с долей возмущения развернулся на сидении к парню. - Ничего, Макс? Вчера ты трешься о мою ногу, а сегодня убегаешь при одном моём появлении. У Бринли воздух закончился, будто лёгкие сжались и пульсируют, вот она - точка невозврата. Кто бы знал, что проходить её так страшно? Вместе с дыханием затихли и слова, моментально испаряясь из памяти. Наверное, его выкинут где нибудь в лесу, либо задушат голыми руками, а Макс будет смеяться от того, насколько иронично всё в итоге сложилось. - Я повторяю свой вопрос ещё раз. Что происходит, Макс? - Кажется нервы сдавали не только у парня. - Просто, ну знаете. А, черт! - Бринли прижал свои ладони к лицу, чтобы слова звучали неразборчиво, он просто пытался скрыть своё отчаяние и пунцовое лицо, жмурясь так сильно, что болезненные звездочки летали вокруг. - Я просто смотрел и, ну, знал, что смотрю, а потом начал делать, и как бы, продолжал смотреть, а потом мне стало стыдно, ну типо и.. а дальше она мне говорит, что всё знает, а я сам ничего не знаю, типо, но мне страшно смотреть, но хочется, ну… Его бессвязный поток сознания прервали шершавые тёплые пальцы, которые обвили запястье Макса, отводя его руку в сторону. Может, Трэвис серьезно собрался его душить? Но парень поддался, со стыдом всматриваясь в лицо Хэкетта. - И Вы тут такие, ну… - Тише, тише. Бринли послушно заткнулся, пытаясь спрятать глаза где-нибудь в стороне, но шериф направил другой рукой его лико на себя. Сейчас Макс казался мужчине прекрасным, все его идеальные веснушки и лохматые волосы, особенно огромные глубокие зрачки, радужка которых впитала весь зелёный сок этого мира. Ещё мгновение и Трэвис нежно прильнул к горячим губам парня, обхватывая сначала верхнюю, а потом нижнюю, совсем тихо выдыхая горячий воздух через нос. Он обжигает кожу, Макс плавится на глазах, разрываясь искрами внутри, такие действия переворачивают новую страницу в их жизни, а Бринли кусается в ответ, давая полное согласие на ещё одну главу. В объятьях друг друга так тепло, что холодные маски из прошлой жизни трещат по швам, кажется, им суждено было встретиться. Ведь улыбчивому парню сама жизнь сулила человека, который будет мужественно съедать все кислые лимонные конфеты из общей пачки, только чтобы его рыжее чудо счастливо жевало лишь клубничные. А холодному копу боги космоса послали человека, с которым можно поздней дождливой ночью готовить спагетти в сливочном соусе и легко пританцовывать под джаз или приносить прохладным утром пышный букет полевых ромашек. А вообще, какая разница - кто именно заставил их встретиться? Самое главное, что они вместе, сейчас, в этот чудесный пряный закат они рядом, так же, как и в первые робкие лучи зари они будут рядом друг с другом. А изуродованное тело останется покоиться в речке, привязанное своей разбухшей конечностью к камню, ещё загадочная глянцевая папка останется на столе у Криса, скрывая, возможно, страшные тайны небольшого городка, и никто не узнаёт, какие существа бегают по ночам по лесу - это останется тихой глубокой тайной. Пока что.