новая личность, старые ошибки

вновь, Вероника валяется посреди мусора и остальных вещей, которым определённо не место на полу, в компании владелицы спальни. в очередной раз, очередной парень, казавшийся "навеки", ушёл, не забыв на прощанье раскаяться в истинном отношении к Демидовой. последний кусочек сердца вот-вот был готов треснуть и упасть ко всем остальным. сил делать хоть что-либо не было. да и не нужно. так как это всё происходит не впервые, все, кто мог, забили на последствия чужих злодеяний над их подругой. они все списывали это, то на девичью натуру, которой свойственно страдать по любым пустякам, то на показушничество. никого не волновало, что девушка не ест и не пьёт третьи сутки. даже её родителей. их отмазка звучала как "это подростковый период, настрадается и пройдёт". Веронике же не было дела до них. пусть говорят что хотят. пусть думают что хотят. пусть делают что хотят. она просто чувствовала себя мерзко и разбито. Демидова надеялась в первые дни, что всё это кошмар, очередной глупый сон. сейчас она проснётся и станет лучше. она придёт к нему и расскажет о сне, а он утешит её, поглаживая по волосам, с такой нежностью, с какой ещё никогда не касался Вероники. надеялась, что это окажется шуткой, что он напишет ей совсем скоро, сознается в глупости шутки, и они помирятся. обнимутся крепко-крепко. крепче, чем спирт. после осознания реальности, в голову лезли всякие недобрые мысли. и, к счастью или к сожалению, на их исполнение ни разу не хватало сил. сил не было, даже чтобы попросту взять телефон и посмотреть время. Вероника совсем не понимала, какое сегодня число, или какое сейчас время суток. остатки её сердечности треснули, готовые разлететься на кусочки от лёгкого дуновения ветра. неделю назад ещё никто не мог догадаться, что такое произойдёт. он заставлял Демидову летать на седьмом небе от счастья, она буквально могла почувствовать крылья за спиной. все месяцы редко можно было увидеть её без улыбки. она действительно была счастлива в этой сладкой лжи. на то она и сладкая - она заставляет тебя порхать, ведь твои розовые очки всегда на тебе. ты не видишь всей горечи настоящего мира. он просто не имеет смысла. ведь ты ощущаешь любовь, находящуюся внутри, отдаёшь её, и получаешь взамен чужую, но одновременно ощущаемую такой родной. розовые очки из сладкой лжи были лучшим спасением. лучше бы оно продолжалось и дальше. ведь розовые очки разбились стёклами внутрь, как и всегда. но повредили они не глаза, что так хочется вырвать, вместе с воспоминаниями о нём, а человечность, что, казалось всем, никогда не угасала, заставляя её вновь и вновь попадать в ловушку злых охотников за чужими любовью, вниманием и деньгами. хотелось, чтобы этой человечности никогда не существовало в сердце, и тогда бы не люди пользовались Вероникой, а Вероника пользовалась людьми, не чувствуя угрызений совести за малейшие проступки, не волнуясь о чужих чувствах, не подпуская никого к холодному сердцу. и всё же, Демидова была слишком невинна, любила людей и жизнь, хотела сделать всех счастливыми, что заставляло её быть слишком наивной, не замечать даже прямых намёков, кричащих ей "они пользуются тобой", продолжая отдаваться без остатка. это замечали люди, приходящие к ней толпами, притворяясь настоящими друзьями и любовью до гроба, а когда Демидова им надоедала, или же просто завершала свою роль, они попросту бросали её, никогда не забывая сказать ей плохие слова, обвиняя её в своих грехах. Вероника казалась ангелом, против которого были даже бездомные животные, коих она тоже пыталась осчастливить, подкармливая и давая ночлег. они опасались и царапали кожу так сильно, что приходилось время от времени наведываться в больницу. ангел, который случайно попал в мир злых и плохих чертей, подстрекающих на каждом углу, притворяющихся ангелами, чтобы подобраться как можно ближе, задев как можно сильнее. и всё же, каждый ангел может стать падшим. вся жизнь в ускоренном темпе пронеслась перед глазами. в сердце что-то треснуло. последний кусочек упал. резко появились силы на одну мысль. первый и последний грех в жизни ангела. грех, который полностью закроет врата в рай. Вероника поднялась с пола. спокойным шагом побрела на выход из комнаты. затем из квартиры. родители, который всё это слышали, даже не решились спросить, куда, зачем и почему. они спокойно продолжили заниматься своими делами. Демидова же даже не накинула куртку, чтобы не замёрзнуть в холодную зиму. даже обувь осталась на месте. она просто спокойно вышла на лестничную площадку, поднялась на крышу, которая, к счастью, была открыта. мороз ударил по телу. но ангел не ощущал его. тело будто бы пропало. осталась только неосязаемые внутренности. ангел подошёл к краю. ветер дул в спину, подгоняя совершить грех. даже воздух был пропитан дьявольскими желаниями. настал час поддаться им. вниз летел уже падший ангел, совершивший свой первый и последний грех.