Ты — моя надежда на спасение

Зеркало — это мой лучший друг, потому что когда я плачу, оно никогда не смеется.

Чарльз Чаплин

За окном шёл нескончаемый дождь. Молодая девушка лежала у себя на кровати, смотря на потолок и думая о своём. Она хриплым голосом произнесла: — Как же скучно… После сказанных ею слов дверь в комнату медленно открылась, и в неё вошла девушка с чёрными волосами под каре и со светло-коричневыми глазами. Она поклонилась в уважительном поклоне. — Госпожа Эмили, — произнесла она, и девушка, до этого лежавшая на кровати, приподняла голову и повернула её, дабы увидеть, кто нарушил её страдание фигнёй. — Что такое, Юки? — так же хрипло сказала уже сидящая Эмили, надевая свои домашние тапочки. Юки выпрямилась. — Вас ждут на семейном чаепитии, — улыбнувшись, сказала она. Когда Фурукава услышала слово «чаепитие», то холодное выражение лица спало и вместо него пришла счастливая улыбка. — Уже иду, — весело сказала Эми, и, выйдя из своей комнаты, она направилась в соседнюю, чтобы позвать старшего брата. Эмили остановилась у его двери, после чего костяшками правой руки три раза постучала по дубовой поверхности. Не услышав ответа, девушка решила зайти в комнату. Она увидела драматичную картину: тёмная комната, которую даже не освещает свет луны, разбросанные вещи и сам парень, который сидел у окна, смотря на дождь. Это девушку напугало, ибо её брат был тем ещё весельчаком и его редко можно было увидеть в таком состоянии, но сейчас он и вправду был в плохом настроении. Эмили подошла к своему старшему брату и обняла его со спины. — Что-то случилось? — спросила она, сильнее обнимая брата. Через несколько секунд отпустила его, чтобы взглянуть в глаза. Сэтоши повернул свою голову к сестре и встретился с взглядом зелёных глаз, которые смотрели на него самого с печалью. Фурукава заметила, что брат был далеко не в лучшем состоянии: мешки под глазами, запутанные волосы, которые похожи на птичье гнездо, а глаза… Эмили могла с лёгкостью прочесть в голубых глазах парня растерянность и печаль. Девушка, которая была настроена на весёлый вечер, поняла, что он будет далеко не весёлым, ибо из-за такого состояния брата ей стало уж слишком грустно. — Эм… — произнёс Сэтоши и притянул сестру к себе, чтобы обнять. Эмили, оказавшись в объятиях брата, обняла его в ответ и через несколько секунд спросила: — Не держи всё в себе. Расскажи, что случилось? Ты выглядишь растерянным… — промолвила она, покрепче обнимая его. Не услышав ответа и не увидев действий, она добавила: — Ты можешь мне доверять, Ши. Мы же брат и сестра всё-таки. Фурукава-старший отпустил младшую из своих объятий и, встав с подоконника, направился к двери. — Отец тебе всё расскажет на чаепитии, — через плечо бросил парень. Девушка лишь тоже встала с мраморного подоконника и пошла вслед за старшим братом.

***

Эмили и Сэтоши зашли в довольно просторную комнату, где весь интерьер выглядел богато, но со вкусом: большая люстра с подсвечниками, вазы с красивыми цветами по всей комнате и небольшой деревянный прямоугольный стол, который был покрыт бежевой скатертью, а на скатерти стояли различные сладости и четыре стакана с чаем. Рядом со столом были и стулья, которые расположены по углам стола. Девушка подошла к одному из столиков и села на него, слева от неё сел старший брат, а спереди — отец с матерью. Внезапно она заметила, что лица обоих родителей были какими-то бледными. Её сердце слегка сжалось от такого зрелища, она решила спросить: — С вами всё в порядке? От заданного вопроса девушке хотелось разодрать себя на мелкие кусочки, так как она понимала, что состояние опекунов было далеко не лучшим и что такой вопрос был неуместным. Но, несмотря на всё это, ответ всё-таки был услышан от отца: — Не буду врать, что всё хорошо, наоборот скажу тебе, что плохо. Очень плохо, — с серьёзным выражением лица проговорил отец девушки. Эмили сжала край юбки и прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы хоть как-то успокоиться. Она сейчас так сильно нервничала, что не описать словами. — На нас планируют охоту, — безразлично сказал отец Эмили и Сэтоши. После услышанного слова отца ещё десятки раз прозвенели в ушах. «Охота? Какая охота?! Кто мог посметь организовать на нас охоту? Мы же аристократы!», — подумала Фурукава. Мужчина, сделав два поспешных глотка чая, окинул взглядом каждого участника семьи и продолжил: — Поэтому мы будем предпринимать срочные меры. Я и Сэтоши будем искать решение этой проблемы. — Эмили окинула взглядом своего старшего брата и отца. — Вашу маму мы отправим обратно в Америку к своей сестре. А что насчёт тебя, Эмили…— мужчина сделал маленькую паузу, на минутку задумавшись о чём-то, а потом и добавил: — Ты останешься в Токио. После услышанного брат Эмили хотел вмешаться, но был остановлен на полпути одним лишь жестом отца. Сама Эми была напугана до смерти, ведь лишь одна мысль о том, что её могут прикончить в любой момент, заставляла сердце забиться в три раза быстрее. — Ты будешь переведена со своей школы в обычную. Так будет лучше для твоей безопасности. А ещё ты будешь жить в другом доме с обычной семьёй, пока это всё не закончится, — сделав ещё несколько глотков уже немного остывшего чая, произнёс мужчина. На уголках глаз девушки появились солёные капли. — А сколько это будет продолжаться? — еле-еле выдавила из себя Фурукава, сильнее сжимая подол бежевой юбки-гофре. — Мы предполагаем, что это трудное время будет продолжаться шесть месяцев, — сложив руки у торса, сказал мужчина, но потом выражение его лица поменялось, будто бы что-то вспомнилось. — А ещё твоя школьная форма и учебники с расписанием находятся у тебя в шкафу. Завтра ты поедешь в школу, а через две недели переедешь в обычную семью, чтобы они могли защитить тебя. Конечно же, в этой семье будет человек, который занимается боевыми искусствами. Из глаз Фурукавы потекли слёзы, и она, приподнявшись со своего удобного стула, сказала со всхлипом: — Я пойду к себе. Она направилась в свою комнату, вытирая слёзы. «Да плевать мне хотелось на эту учёбу с высокой колокольни!», — со злостью про себя сказала девушка, поднимаясь по лестнице. Зайдя к себе в комнату, закрыв дверь за собой и повесив на внешней стороны двери таблицу с надписью «Не беспокоить», Эми бросилась к своей большой двухспальной кровати и обняла свою нежно-розовую мягкую игрушку-кота. Слёзы лились сами по себе из ярких зелёных глаз. Эмили не хотела их останавливать, отдавая всю себя эмоциям. Через некоторое время девушка уснула, так и оставаясь в домашней одежде, не заменив её на пижаму.