Ты — моя надежда на спасение

Был школьный день, а точнее, утро. Я сидела на грёбаном уроке, недовольно косясь то на учителя, который повторял вчерашнюю тему урока, то на одноклассников, которым, как и мне, было насрать на происходящее. Занятия в этой школе были скучными, потому что темы урока я знала наперёд. Если меня спросят следующую тему, с лёгкостью могу ответить. Когда я проходила эту же тему в академии, была в девятом классе. Было странно, что они это всё проходят во втором триместре, да ещё и в десятом классе. Это у них программа отстаёт или у нас все «гении» и мы идём впереди всех? Меня сегодня очень сильно раздражал тот факт, что я вообще сегодня припёрлась в школу. Я же, блять, планировала сидеть дома. Может, я и хотела съесть грифель от карандаша, чтобы заболеть, но в ту же секунду вспомнила слова своей новой «подруги», когда общались по телефону перед сном. — Даже не думай съесть грифель от карандаша. Я однажды пробовала и попала в больницу. Врач сразу понял, в чём дело и рассказал родителям, а они не впервые слышали о том, что можно заболеть с помощью съедения грифеля, и о том, как этим пользуются школьники, чтобы прогулять уроки. В итоге я осталась без телефона на целый месяц. Может, я и не пошла в школу, но училась самостоятельно дома без передышки, так что так делать не советую, — сказала она мне. Ну и вот результат: я сижу на уроке японского языка и раздумываю над побегом. Если честно, слово «Аристократия» не сочеталось со мной от слова «совсем». Я жила в Америке больше трёх лет и даже там успела пойти в частную, элитную академию. У меня подруг было не так много, но те, что были, были просто ахуенными, что не было слов. Они тоже были из влиятельных семей, но знали далеко не десять матов. Они даже некоторые сами придумывали! Вот гении, серьёзно! До знакомства с ними я была той ещё тихоней и пай-девочкой, которая была уж слишком «правильной». Они меня поначалу тупо игнорили, но одна из них меня пожалела и начала со мной общаться. Ту девушку звали Мэри. Она познакомила с остальными, и мы славно сдружились. Они начали меня учить тому, как круто и стильно надевать джинсы, научили отвечать обидчикам, если будут нарываться, научили более двадцати матам и прочее. С ними я поменялась, поменялась до неузнаваемости. Я впервые тогда за всю жизнь начала чувствовать себя как настоящий подросток. Впервые поняла, что я личность и никто не вправе за меня решать. Впервые поняла, что такое «свобода». И именно поэтому я была им очень благодарна. Им всем. Сейчас в школе я не притворялась пай-девочкой и вела себя так, как мне захочется. Не хотелось ни о ком думать, никого ставить на первое место, кроме себя, и захлёбываться в слезах из-за кого-то. Просто хотелось уделить время себе и своему внутреннему состоянию. Эгоистично? Пожалуй. Стерва? Однозначно. Но это моя жизнь и я её буду жить так, как я пожелаю. После звонка на обеденную перемену я решила не выходить в коридор, потому что сегодня, может и несколько дней, коридор являлся для меня опасным местом. Если же я вдруг выйду, то исполню их цель под названием «Схерачить на хуй», а мне этого ой как не хочется. Вместо этого я попросила Ёко принести мне обед, я, конечно же, дала ей деньги, она мне его купила и мы славно пообедали. Когда мы разговаривали в классе, мне понадобилось сходить в туалет. Я же, блять, не стала бы настаивать на том, чтобы Ёко вместо меня пошла. Выходя в коридор, я направилась в уборную. Зайдя в него, я сделала все дела, помыла руки и вышла, направляясь в класс. В классе меня ждала, Ёко и мы вышли подышать свежим воздухом, как ни странно, не на улицу, а на школьную крышу. Я всегда хотела побывать на школьных крышах, как показывали в аниме, но, увы, в моей уже предыдущей школе ученикам было строго-настрого запрещено посещать школьную крышу. Даже сейчас, не знаю, почему, но как мне, вроде, говорила моя предыдущая одноклассница, крыша школы была местом фотостудии. Почему именно эта крыша? Хуй знает. Но я предполагаю, что из-за того, что школа «элитная», крыша тоже должен быть на уровне элегантности, и именно поэтому и хотят заснять моменты с признаниями в сериалах или же фильмах про «школьную любовь» именно здесь. Школьная крыша была самой обычной, так что и удивляться я не стала. Пройдя несколько шагов, я поняла, что забыла телефон. Может, кому-то другому было бы плевать с высокой колокольни на забытый телефон в классе, но точно не мне. Всё ещё помню, с какой серьёзностью говорил мне отец всегда носить его с собой, пополнял счёт, когда я даже этого не просила, покупал различные повербанки, чтобы телефон не разрядился, и всё это было ради того, чтобы не потерять со мной связь. Зайдя в класс, я поспешно взяла телефон с сумки и, как только попыталась выйти, тут же была окликнута чьим-то голосом. Повернувшись всем телом, я посмотрела на девушку, которая меня окликнула, и начала оглядывать с ног до головы. Девушка была явно крашенная, с ярким макияжем она была больше похоже на курицу, нежели на человека. Я ей взглядом дала понять, что долго ждать её не собираюсь и чтобы она подошла ко мне первой. После моего «намекающего взгляда» она подошла ко мне и тихо сказала так, чтобы услышала только я: — Давай выйдем. Мы хотим с тобой поговорить. Я окинула её непонимающим взглядом. Мы? Доверять ей не хотелось уж слишком сильно. Похожа на подозрительную личность. Для чего я им могла понадобиться? Может, познакомиться хотят? Нет, точно нет. Если бы хотели, то могли бы это сделать прямо в классе или же позвать в определённое место. «Давай выйдем» говорят, когда хотят сказать что-то личное, но мы с ними не близки, чтобы они могли бы мне доверить какие-то там секретики. Может, они узнали, что я…? Нет-нет, глупости какие. Если не пойду, не узнаю, а если не узнаю, буду жить с камнем на душе, а если буду жить с камнем на душе и он не спадёт, умру с печалью. Нет, нельзя так прощаться с жизнью. Сделав нерешительный кивок, направилась за ними, чтобы это чувство заинтересованности не растерзало меня изнутри. Может, я и согласилась, но у меня было плохое предчувствие, как будто они хотели не просто поговорить, а сделать ещё одно дело, о котором я не знала. Ещё я волновалась за Ёко, которая всё ещё ждала меня на крыше. Пока мы выходили в коридор, я написала короткое сообщение ей, чтобы та не волновалась.

«Я немного задержусь»

После нажала на кнопку «Отправить» и положила телефон в карман пласированной юбки. Нас было четверо, я и ещё другие трое девушек, которые вели меня хер знает куда. Потом мы оказались в школьном бассейне, он был довольно большим и чистым. Мне было непонятно одно, для чего они принесли меня именно в бассейн, а не в другое место? Кроме нас никого не было, что ещё сильнее начинало меня волновать. Одна из девушек, по-моему, её звали Рука, закрыла дверь на ключ. Нервно сглотнув, я сделала несколько шагов от них и посмотрела на висящие часы у двери. До конца перемены осталось ровно полчаса, а это значит, что я выберусь отсюда уж нескоро. — Для чего притащили-то? — задала вопрос я, убирая выпавшую прядь волос за ухо. Рука нервно ухмыльнулась и начала подходить ко мне, остальные последовали за ней. — Верни то, что украла, — так же с нервной усмешкой сказала она, всё ближе и ближе подходя ко мне. Когда я сделала несколько шагов назад, поняла, что прислонилась к бетонной стене. Все трое окружили меня, сердце уходило в пятки, незаметный холодный пот скатился с моего лица. Я уставилась на них с непонимающим взглядом. — Вы нормальные? Я ничего не крала. Да и вообще, у кого и что я, по-вашему, что-то украла? — голос у меня не дрожал, но сердце колотилось как бешеное. Я же ведь ничего не крала. Меня что, подставили? — Ты у меня украла линзы, ТАК ВЕДЬ?! — уже с рыком сказала она мне. Надо было держать спокойствие. Спокойно, Эми, спокойно. — С чего вы взяли, что это я? — холодно ответила я, пытаясь смотреть на них с такими же холодными глазами. — Ты меня уже начинаешь бесить. Никто не поверит, что у тебя натуральные волосы и глаза. А теперь верни мне мои зелёные линзы, которые ты украла! А ещё как бесстыдница надела. Невозможно, чтобы у тебя глаза были такими большими, и грудь тоже, наверняка пластика, — сказала она, а затем взяла мою чёлку и начала оттягивать. Ну всё, им хана. Я взяла её запястье, которым она держала руку, и сжала так сильно, что она ослабила хватку. Она отошла на несколько шагов назад, больно стонала. Я была уже в ярости. — Слышь ты, мразь, — холодно начала я. — Как ты смеешь на меня повышать голос? — я сделала несколько шагов вперёд. — ТЫ НЕ СМЕЕШЬ СУДИТЬ МОЮ ВНЕШНОСТЬ, НЕ ЗНАЯ, КТО Я — НИКТО, СЛЫШИШЬ, НИКТО НЕ СМЕЕТ НА МЕНЯ ПОВЫШАТЬ ГОЛОС, А ТЕМ БОЛЕЕ ПОДНИМАТЬ РУКУ. НЕДОВОЛЬНА?! ТОГДА ЕБИСЬ. ГРЁБАНЫМ. КОНЁМ! Я орала на весь школьный бассейн, не жалея ни горла, ни сил, ни нервов. Как же они заебали-то пиздеть полную хуйню. Совсем охуевшие. Тяжело дыша, я повернула голову на остальных двоих и громко, чуть ли не перейдя на крик, сказала: — Это вас тоже касается! И не крала я ваши линзы-херинзы. Можете даже обыскать мой школьный рюкзак. А ещё, когда я вчера пришла в школу, тебя не было, Мизуки. Но я же пришла с зелёными глазами, верно? До свидания! Хуёво было провести с вами время, — бросила я напоследок. Подойдя к двери, я попыталась открыть её, но когда она не открылась, я вспомнила, что она заперта ключами, и повернулась к Руке. — Ключи, — холодно бросила я, а затем послышался звон тех самых ключей. Взяв их, я попыталась открыть дверь, но замок будто заклинило и она не открывалась. Я попыталась ещё раз, но без толку. Она не открывалась, ключ подходил, но сама дверь не открывалась. — Дай я попробую, — сказала обеспокоенно Рука, пытаясь открыть дверь. У неё тоже не получилось, как и у меня, а затем она тихо сказала с дрожащим голосом: — Мы заперты. После услышанного я взяла телефон и попыталась набрать Ёко. Бесполезно, сеть не ловит. Чёрт. Зачем именно сейчас сеть не должна ловить? Внезапно послышались чьи-то шаги.

***

Примерно десять минут назад Ёко смотрела на голубое небо, думая о своём. Ей стало немного не по себе, и она решила всё же поискать подругу, которая не появлялась, хотя должна была. — Эми-чан, конечно, говорила, что задержится, но у меня плохое предчувствие, — сказала она, томно вздохнув. Выходя на основной коридор, она начала искать её везде. В туалете, в классе, на школьном дворе, в столовой. Можно сказать, что всю школу обыскала, но её нигде не было. Пробежав ещё несколько минут, она увидела тех парней, с которыми Эми вчера поссорилась. Сейчас, может, это было и глупо признавать, но они были единственными, у кого она могла попросить помощи. Побежав к ним, она положила руки на колени, тяжело дыша. Майки и Кен почти сразу обратили на неё внимание и окинули девушку непонимающим взглядом, оглядываясь друг на друга. — Эми… её… н-нет… — непонятно мямлила она из-за тяжёлого дыхания. — Успокойся и скажи что надо, — сказал Дракен, смотря на Ёко заинтересованным взглядом. Она, немного успокоившись, дрожащим голосом сказала: — Её нет… её нигде нет… ОНА ПРОПАЛА! — чуть ли не срываясь на крик, сказала Ёко. — Кого нет? Кто пропал? — на этот раз спросил Майки. Ёко сделала глубокий вдох. — Эмили нигде нет. Она сказала, что задержится на несколько минут, но прошло где-то полчаса, а её всё ещё нет. У меня плохое предчувствие. Пожалуйста, Сано, помоги. — С каких пор мы должны искать эту курицу? — нервно выдал Дракен. Может, Ёко такой ответ не устраивал, но он был чертовски прав. Только вчера же поссорились, а теперь она просит помощи у них. Но Ёко не собиралась так легко сдаваться и, поклонившись, сказала: — Я очень сильно извиняюсь за Эмили, за то, что она тогда вам наговорила, пожалуйста, простите. Ей очень жаль. Пожалуйста, помогите мне найти её, она моя единственная подруга и я очень волнуюсь за неё. Майки окинул взглядом девушку и вздохнул. Ему, конечно, было жаль деваху, но после всего, что она наговорила, было немного нечестно так всё прощать. — Хорошо, мы поможем, — ответил парень. Дракен с удивлением посмотрел на друга, а затем грубо сказал: — Ты что, совсем ебанулся? Только вчера же эта деваха гадостей наговорила, а теперь хочешь её поискать? — Её подруга извинилась, а это значит, что мы поможем ей, — ответил Майки своему другу, а затем повернулся к девушке. — Ты её везде поискала? — задал вопрос парень. — Да, везде. На крыше, в классе, в коридорах, в туалете, в столовой, на улице. Можно сказать, что везде. — А в бассейне смотрела? — немного задумавшись, спросил он. — Нет, не смотрела, — ответила Ёко. Майки же начал идти по коридору, напоследок бросив: — Есть вероятность, что она именно там.