Аlguien especial

      Звук отбивающегося мяча об сетку рикошетом пронёсся по масштабному полю, издавая характерный свист. Но мне этого не хватило, чтобы вовремя предугадать траекторию мяча, за счёт чего он пролетел точно на другой конец поля.       Глухой стук об плексигласовую ограду отдался слишком шумно в моих ушах, пока на поле стояла гробовая тишина, которая в буквальном смысле глушила. Никто не смел сдвинуться со своего места, все присутствующие на какое-то время затаили дыхание, будто бы не смея дышать.       Когда Вороны оставались наедине с друг другом, где не было камер и вечно бегущих гуськом СМИ — они все превращались в одно никчёмное стадо, которое беспрекословно слушалось своего хозяина, в буквальном смысле дрожа крупной дрожью перед ним.       Такой контраст меня почему-то всегда забавлял. Это всё выглядело чересчур жалко, и было откровенно противно находиться в стаде баранов, которые никого и ни во что не ставят. Однако выбора мне не предоставили. Поэтому приходилось каждый день, словно в порочном круге, впахивать тут. Наверное, если бы не экси, и ещё кое-кто, то я бы с лёгкостью здесь сошёл с ума от безвыходности. Однако раньше, такая горячо любимая игра, предоставляла мне куда больше наслаждения, чем сейчас, благодаря зверским методам. — Натаниэль! — рявкнул рядом стоящий Рико, отчего я повернул голову в его сторону, — Ты ведь совсем меня не слушаешь.       Даже через шлем было прекрасно видно то, насколько разъярённо лицо Мориямы, но я всё ещё не понимал, что прослушал. Видимо не стоит так погружаться в мысли во время тренировки, особенно когда король находится в дурном настроении.       Сильный толчок в грудь ощетинил меня, и уже через несколько мгновений моё тело было прижато между Рико и оградкой. Посмотрев на японца сквозь сетку, я старался не выдавать болезненные ощущения, которые прошлись точно по спине. Наверное швы всё же разошлись… — Ты должен слушать и обращать внимание, когда с тобой говорю я, — его испытующий взгляд прошёлся от головы до ног, пока на поле стояла мёртвая тишина, которую не смели нарушить, боясь, что Первый номер переключит на них своё внимание.       Я, хоть убей, не мог сдержать ухмылку, что поразила моё лицо, и которую не смог увидеть Рико благодаря шлему. — Ох, прошу простить меня, — наиграно театрально вздохнул я, отпихивая руки Мориямы от себя, — что не услышал очередной пустой трёп, изученный до дыр.       Я не мог видеть, но точно мог сказать, что глаза Рико опасно заблестели, а аура вокруг нас заметно сгустилась. И пока не началась очередная потасовка, я резко отпихнул Морияму от себя, прежде чем пойти в другую сторону, по пути снимая душный шлем.       Все взгляды, как обычно, были обращены на меня, но я не понимал, чему они так удивлялись — это не первый и не последний раз, когда у нас происходят подобного рода склочки, и здесь знали все, что я мог ответить Морияме младшему, даже если знал, что позднее об этом пожалею.       Просто мне не хотелось собственноручно садиться на поводок, так любезно предоставленный Рико. Не хотел становиться его зверушкой, не хотел, чтобы он владел мною. Я не хотел его слушаться и выполнять все прихоти, которые только могут взбрести ему в его больную голову. Ведь я был подвластен лишь одному человеку. Неизменно.       Я прекрасно слышал за собой тяжёлые шаги, и уже был готов к тому, что последует за этим. Абсолютно каждое действие этого человека было настолько предсказуемым, что невольно становилось забавно. И то, как он резко повернул меня лицом к себе, и то, как нанёс один чёткий удар рукой по моему лицу, в тотчас разбивая губу. Конечно, я мог бы остановить или попробовать заблокировать удар, однако есть ли в этом толк? Если развяжется драка, то Тетсуи способен без еды и воды оставить, а это будет уже посерьёзнее, чем минутку прописать Морияме по таблу.       Конечно, зря я снял шлем, однако в ином случае удар мог пройтись клюшкой по телу, а оно и так не без ушибов, так что лицо могло и потерпеть.       От удара лицо резко повернулось в сторону, но я по-прежнему остался стоять на месте, боковым зрением замечая, как тяжело вздымается грудь Рико от злости. Я всегда удивлялся, как было легко разжечь в нём пламя, словно зажжённую спичку кинули на дорожку разлившегося бензина. И самую малость, что он мог сделать на тренировке — это ударить по лицу. — В следующий раз, я растопчу тебя на месте, — угрожающе проговаривает Морияма, подходя чуть ли не впритык.       Я правда хотел кинуть очередную колкость, только чтобы вновь узреть разъярённое лицо напыщенного индюка, однако нас прервал строгий и громкий, средь тишины, голос. — Веснински, — Тетсуи стоял в конце поля, держа в руке неизменную резную трость, — твоя тренировка на сегодня закончена. Немедленно в комнату.       То, какой самодовольный взгляд я бросил на Рико, чьё лицо на доли минуты потеряло всю серьёзность превращаясь в недопонимание — мог быть красноречивей всех фраз на Земле. Единственное, что не мог делать Рико — ослушиваться своего дядю. Хозяина. А так как приказ отдал он, то и трогать меня никто не станет. Хотя что-то мне подсказывало, что приказ отдал далеко не Тетсуи…       В прочем это не играло особо важную роль, пока я с яркой ухмылкой уходил с поля, оставляя Воронов наедине с их Королём, который, если бы мог, наверняка испепелил взглядом.       На переодевание и лёгкий душ ушло минут десять, не больше, ибо мне поскорее хотелось вернуться в свою комнату и просто отдохнуть ото всех этих лиц, которые приходилось видеть каждый божий день. От этого круговорота голова шла кругом. Я видел их везде, и с каждым новым разом желание перерезать их стремительно возрастало.       Быстро выключив кран, я насухо протёрся полотенцем, прежде чем ступить на холодный чёрный кафель, надевая чёрную футболку и те же шорты. Удивительно, но только сейчас я понял, что всё это время моя губа кровоточила, а кровь не прекращала хлыстать даже после душа. Тёплая и такая знакомая алая жидкость скатывалась по губе, плавно перетекая на подбородок. — Японский выблядок, — грубо выплюнул я сам себе, поддевая пальцем кровь.       Глухие звуки ударов мяча об клюшку (а может и не только об клюшку) которые слышались отдалённо, меня отрезвили. Чем раньше я приду в комнату, тем больше у меня будет времени наедине с собой и своими мыслями. Хотя лучше обойтись без последнего. Всё равно ничего хорошего и утешающего в голову не приходит.       Быстро закинув форму в корзину с грязным бельём, я буквально вылетел из раздевалки, направляясь к себе. Длинные и тёмные коридоры Эвермора были запутаны и однотипны так, что любой другой человек, который пребывал здесь впервой, по-любому бы заблудился, однако не Вороны. Все проживающие знают их как свои пять пальцев, и могут прийти к себе в комнату даже с закрытыми глазами — скорее просто по привычке.       Завернув в ещё один поворот, я наконец дошёл до своей комнаты, на секунду останавливаясь напротив чёрной лакированной двери. Повадка. Я всегда прислушиваюсь, прежде чем зайти в свою комнату, ибо в этом гадюшнике есть везде глаза и уши. Но пока все были на тренировке можно позволить себе хоть чуть-чуть расслабиться. Хотя я знаю, что не получится этого сделать. В этом месте мне никогда не будет спокойствия, и я уже давно с этой мыслью свыкся.       Когда гробовая тишина продолжалась уже с минуту, я всё же провернул ручку, входя в помещение. Комната встретила меня с привычным мраком красно-чёрного интерьера, который в первое время очень слепил глаза. Помню, в детстве я никак не мог с этим свыкнуться. Но разве у меня был выбор? У меня хоть когда-то или на что-то был выбор? Не помню такого.       Войдя, я плотно закрыл двери, прежде чем едва не подпрыгнуть от неожиданности, когда напротив меня, деловито облокачиваясь об изножье кровати, смотрела пара серых глаз. — Ты что здесь делаешь? — я постарался произнести это как можно более безразлично, но кажется мой голос выдавал всё удивление.       Я облизнул пересохшие губы, чувствуя железный привкус на языке, тут же вспоминая про рану. Повернув голову в бок, я всеми силами старался не встречаться взглядом с Ичиро, но того обмануть было не просто, если вообще возможно. — Мне захотелось прийти к тебе, — размеренным голосом произнёс Морияма, всё так же не сдвигаясь с места, но пытаясь словить мой взгляд, — Имею право.       Я слегка усмехнулся, рассматривая рабочий стол на котором стояла лампа — единственное, что освещало комнату, помимо красных лампочек, что были размещены по периметру помещения.       В комнате образовалась непонятная тишина, которая вроде и не была неловкой, но и что-то было в ней не так. Возможно, из-за того, что я не хотел смотреть на мужчину, который это явно успел заметить, но пока никак не реагировал, что было подозрительно. — Поверни голову, — послышался его голос, от которого по спине пробежались мурашки, — Натаниэль.       Однако я всё ещё делал вид, что не замечаю его, с таким интересом рассматривая свою же комнату. Я знал, что Ичиро был выше по статусу и его нужно было слушаться, однако мне бояться его незачем. Этот человек всегда был сильнее не только статусом и достижениями, но ещё и расчётливостью, одним только своим видом он внушал доверие. Ичиро — полная противоположность Рико, и именно из-за этого я его уважал.       Погрузившись в свои раздумья, я и не заметил, как Морияма уже стоял напротив меня, всего в нескольких сантиметрах, прожигая своим проницательным взглядом. Мне всегда казалось, что Ичиро знает и видит слишком много. От этого становилось даже как-то неловко. — В чём проблема? — Ичиро смыкает пальцы на подбородке, перед тем как повернуть мою голову на себя.       Я всё-таки не выдерживаю. Смотрю прямо в серые, бездонные глаза мужчины, не смея откосить. Когда мы впервые встретились с наследником якудзы, я впервые занервничал в чьём-то присутствии и, честно говоря, был напуган. Своей аурой Ичиро внушал уважение, однако и заставлял сердце сжаться от волнения. А может и не только от него.       Сейчас же всё иначе. Смотря в эти глаза, я не мог отвести взгляда, даже если хотел, он будто гипнотизировал, притягивая к себе.       Внутри всё переворачивается, когда Морияма чуть нахмуривает брови, большим пальцем проведя по ране на губе. От неожиданности мне не удаётся сдержать сморщивание и тихое шипение, которое непроизвольно вырывается из меня. Рико, сучёнок, силы хоть отнимай — меньше всё равно не станет. — Что это? — произносит Ичиро ровным тоном, но отчего-то становится не по себе, — Кто это сделал с тобой, Натаниэль?       Пальцы на подбородке не оставляют мне иного выхода, как смотреть прямо на Морияму, стоя вот так вот в паре сантиметров от его лица. Его серые глаза внимательно изучали меня, а пальцы сжались сильнее, напоминая о вопросе. — Будто ты и сам не знаешь, кто это сделал, — я чуть морщусь, прежде чем отойти на шаг назад, едва не сталкиваясь спиной с дверью, — Твой неуравновешенный родственник.       Лицо Мориямы настолько стремительно помрачнело, что я невольно поёжился. Он вновь захватил своими пальцами мой подбородок, но только для того, чтобы оценить ущерб. Неодобрительно покачав головой, Морияма отпустил моё лицо, подталкивая в глубь комнаты. — Сядь, — приказал он мне, кивая на застеленную чёрными простынями кровать, — Сядь, я сказал.       Сдерживая порыв закатить глаза, я всё же послушался мужчину, падая на простыни, и смотря снизу вверх на него. Губа всё ещё нещадно саднила, но я привык к боли, а уж тем более её терпеть, однако ощущение от этого приятнее не становились. — Ты что-то хотел? Выглядишь напряжённым, — я старался перевести тему, лишь бы только разбавить напряжённую обстановку между нами, — Видимо, твоя встреча с отцом прошла не гладко. — Молчи, — останавливает меня Ичиро, мягко взмахивая рукой, — это не столь важно.       Ну да. Не столь важно, при этом он пришёл в таком настроении. Несмотря на отполированную хладнокровность — я видел Морияму почти так же хорошо, как и он меня, потому как у нас двоих было много общего, не смотря на то, что, по сути, мы были совершенно разные.       Я поднялся с кровати, встав точно напротив лица японца, однако в то же мгновение был оттолкнут назад, и мне пришлось вновь сесть на кровать. Неодобрительно цокнув, я пытливо посмотрел в лицо мужчины, ища ответы на вопросы, которые крутились в голове. — Твоя рана, — напомнил Ичиро, головой кивая на моё лицо.       Я машинально поднёс палец к губе, из которой до сих пор чуть сочилась кровь, но так и не понял, что имеет ввиду японец, не смотря на то, что обычно мы понимаем друг друга с полуслова. Просто сегодня у Ичиро не совсем удачный день вышел. Ну, а про себя вообще нет смысла говорить: каждый мой день, как одна сплошная ошибка. — И что? Бывало похуже, — получается чуть грубо, но кажется Морияма не обращает на это внимание, — Послушай… — Нет, это ты послушай, — отрезает Морияма, и его взгляд не может не заткнуть меня, — Ты спокойно сидишь, пока я делаю то, что нужно.       Все протестующие слова встали в горле, пока я недоумевал, что он имеет ввиду под: делаю то, что нужно. Я внимательно наблюдал за мужчиной, который прошёл в другой конец комнаты, роясь в одной из тумбочек моего стола. Сморщив брови, я попытался рассмотреть, что Ичиро там ищет, пока японец не изъял из чёрной тумбочки…аптечку?       Неужели Ичиро хочет меня подлатать? Это уже начинает набирать новые обороты и становиться всё интереснее. — Ичиро, что ты… — слова вновь покинули меня, и я едва не смутился, когда Морияма подошёл ко мне ближе в руках с аптечкой.       Японец присел на кровать рядом со мной, пока я в упор смотрел на стену впереди, будто бы стараясь не замечать мужчину. Нет, конечно, когда он приходил, всё менялось, однако его присутствие меня и радовало и одновременно приводило в некий ступор. Потому что стоило молодому лорду появиться в периферии зрения — мой стальной и независимый характер разлетался в дребезги, разбивался, словно хрусталь. — Посмотри на меня, — просит Ичиро уже более мягким тоном, и я всё же поворачиваю голову, будучи не в силах противиться этому человеку.       Я заглядываю в серые глаза и отвести взгляда больше не могу. Вижу, как он берёт из аптечки ватку и смачивает её обеззараживающим раствором, медленно поднеся к моей губе. Я замираю, пока Ичиро на удивление мягко промачивает нижнюю губу, сосредотачиваясь лишь на своём деле. Наши лица были настолько близки, что я чувствовал его тёплое дыхание, которое успокаивало.       Прикрыв глаза, я прислушался к тишине, которая на этот раз была успокаивающая, а не неловкая. Стоило Ичиро чуть сильнее нажать ваткой на губу, как я тихо шикнул и отпрянул, чувствуя жжение. — Потерпи, — проговаривает Морияма, выглядя чересчур сосредоточенным, отчего становилось невольно забавно. Наверняка, тот делал это впервые, и от этой мысли почему-то становилось приятно, — ещё немного.       Когда рука вновь потянулась к моему лицу, я мягко перехватил Ичиро за запястье, останавливая в паре сантиметров. Вскоре моё лицо приближается к Морияме, и тот, не прерывая зрительного контакта, опускает свою руку, наблюдая за моими действиями. — Не думаю, что моей губе станет легче, — шепчу прямо в губы, пока Ичиро вопросительно наклоняет голову, — но вот ты, будешь получше всяких растворов.       Я чуть расслабляюсь, когда на лице Мориямы проявляются отголоски ухмылки. Будучи более решительным, Ичиро первый преодолевает между нами то жалкое расстояние, прильнув к губам напротив. Усмехнувшись, я зарываюсь пальцами в смоляные волосы, стараясь перетянуть инициативу на себя, даже не замечая лёгкой улыбки, что непроизвольно появилась у меня на губах. Руки Ичиро отложили вбок аптечку, пока я забвенно исследовал его рот своим языком, проходясь по ряду зубов и десне.       Всё между нами произошло так неожиданно и спонтанно, что изначально и не хотелось осознавать. Ведь единственное, что нас объединяло — это работа. Я был растерянным и в тот момент не понимал, как мне реагировать, когда будущий лорд мафии поцеловал меня прямо на нашей третьей встрече. Такое было со мной впервые, и я долгое время избегал его, после понял, что так лишь только больше начинаю думать о нём.       Это стало походить на какое-то нездоровое помешательство, ведь я стал буквально теряться во всём. Возможно, иногда просто нужно принять то, что есть и не выёживаться. Хотя со вторым у меня были небольшие…проблемы.       Вдруг Ичиро переложил свои ладони на мои плечи, заставляя спиной упасть на чёрные простыни, утягивая японца за собой. Тот, конечно, не растерялся, и почти сразу навалился сверху, не прерывая столь долгожданного поцелуя.       Удивительно. Мы не виделись всего-то неделю, а я уже жду «столь долгожданный поцелуй». Эта привязанность явно ни к чему хорошему не приведёт, однако я уже стал сомневаться, что это была простая привязанность. Нет, было здесь другое что-то. Более глубокое и, наверное, чувственное. И об этом, по правде говоря, думать пока не хотелось. Даже если все мысли были исключительно об этом.       Я чувствую, как его рука проходится по моей ноге, поднимаясь всё выше, чтобы в итоге остановится возле шнурка на шортах. С большой неохотой разрывая поцелуй, я с опаской перевожу взгляд на дверь, воспоминая, что в любой момент может прийти Рико. А если он увидит нас в такой…скажем, провокационной позе, то скандала не избежать. С учётом ещё и того, что Ичиро не хочет даже в лицо видеть своего младшего брата, как бы тот не старался заполучить хоть долю внимания главной семьи. Я, конечно, не боялся Рико, однако и такого допускать было нельзя. Излишняя предосторожность никогда не будет лишней. Но Ичиро, кажется, это совсем не волновало, судя по тому, как он повернул мой подборок на себя, проделывая дорожку поцелуев по скуле, переходя к молочной шее.       Ну, если Морияму не волнует такое — меня подавно не должно. Откинув голову на мягкую простынь, я глухо простонал, почувствовав, как его рука сжимает мой член сквозь плотную ткань шорт. — А если войдёт Рико? — хрипло поинтересовался я, на что Ичиро в тотчас замер, вдруг отрываясь от моей шеи.       Я знал, что в эту комнату могут зайти только два человека (Ичиро не в счёт) — это Рико и Тетсуи, но так как тренер приходит сюда только когда в комнате находится его племянник, то остаётся лишь один вариант. — Мне всё равно, — мрачно проговаривает Ичиро, смотря на меня из-под полуоткрытых век, — пусть знает, что ты не его.       Весело фыркнув, я притянул Ичиро за лацканы костюма к себе, соединяя его губы со своими в медленном поцелуе, что неспешно перерастал в более востребованный, особенно когда рука Морияма чуть оттянула резинку шорт, пробираясь к члену.       Однако как только я потянулся расстёгивать рубашку мужчины, в дверь неожиданно раздался стук, который поразил меня больше, чем если бы в комнату в этот момент влетел Рико. Это было странно, ведь в Эверморе никогда и ни к кому не стучались.       Я хотел отпихнуть от себя Ичиро, но у того были другие планы. Он остановил движение руки под моими шортами, но не сдвинулся ни на шаг, продолжая нависать надо мной. Вид прекрасный, бесспорно, однако не тогда, когда в дверь стучатся уже во второй раз. — Молодой господин, — послышался незнакомый голос за пределами комнаты.       Было нетрудно догадаться, что это был телохранитель Ичиро, который пришёл очень не кстати. И уже только из-за этого мне хотелось его убить.       Ичиро же вновь ни на дюйм не сдвинулся, продолжая сверлить взглядом серых глаз дверь так, как будто бы оттуда должно было что-то выпрыгнуть. Мне даже показалось, что Морияма сильнее прежнего прижал меня к себе. И всё бы ничего, если бы я не вспомнил, что после трёх стуков они имеют право выбить двери, а это означало, что телохранитель наведёт много шумихи. Нет, этого нам не нужно. — Ичиро, ответь ему, — шикнул я на японца, чуть толкая того в грудь, — он же сейчас выбьет дверь.       Морияма недовольно косится на меня, но вопреки всему всё же соизволяет ответить телохранителю: — Входи, — кидает японец, поднимаясь с меня, подавая руку.       Я быстро поднялся с кровати, спешно поправляя свой внешний вид, и выглядел я куда более несобранней, чем Ичиро, которого ничего не выдавало, кроме всё ещё слегка затуманенного взгляда. И как он может быть собранным даже в такой ситуации?       Помешавший нам головорез быстро прошмыгнул в комнату, кидая на меня какой-то странный, с ухмылкой, взгляд. Недовольно скривившись, я вновь опустился на кровать, наблюдая за их разговором. — Что тебе? — Ичиро встал у подножья кровати, сверля своего подчинённого непроницаемым взглядом. — Молодой господин, Ваш отец ждёт Вас у себя, — пролепетал довольно молодой паренёк, смотря то на своего босса, то на меня. — Сейчас? — Немедленно.       Ичиро едва удалось сдержать разочарованный выдох, но он прекрасно понимал, что встреча с отцом важна, особенно, если это немедленно. Телохранитель, услышав положительный ответ, быстро ретировался за дверь, напоследок кинув на меня очередную ухмылку. Этот выродок наверняка знал, что помешал нам и был этим доволен. — Ненавижу, — с чувством произнёс я, откидывая спину на мягкую кровать. — Знал бы ты, как я ненавижу, — хмыкнул Ичиро, становясь напротив меня, — но нужно идти.       Театрально вздохнув, я принял вертикальное положение, обивая руками талию мужчины, головой прижимаясь к его торсу. — Мы решаем вопросы с Рико и дядей, — задумчиво произносит Ичиро, зарываясь пальцами в мои мокрые, после душа, волосы, — это не может подождать. — Я бы не прочь посмотреть, как ты всадишь пулю своему братцу в голову, — усмехнулся я, смотря на мужчину снизу. — Натаниэль, — цокнул Морияма, чуть потянув за рыжие прядки, заставляя посмотреть точно в лицо, — отложи свои прихоти на потом. По крайней мере, до тех пор пока мой отец жив.       Я сдержался от очередного нелестного комментария, неохотно отпуская Ичиро из кольца рук. Поставив ладони позади себя, на моём лице появилась тень настоящей улыбки, когда Морияма, наклонившись, мягко прильнул к моим губам. — Я приду, — обещает он, напоследок проведя тыльной стороной руки по моему лицу. — Я знаю.       Смотря, как Ичиро выходит из комнаты, тихо закрывая дверь с обратной стороны, я думал, что наверное он и был единственным проблеском света и шаткой надежды в моей жизни. И я бы соврал самому себе, сказав, что жалею о встрече с ним. Возможно, это никуда не приведёт, однако Ичиро единственный, кто давал мне обманчивое чувство безопасности, в котором я так нуждался. Для всех я — безжалостный и разбалованный сын Мясника, но для него я всегда буду кем-то особенным, и, наверное, единственным.