everyone looks like you

Снова. Да, черт его побери, снова ее мучают эти гребаные кошмары. Снова этот офис, кабинет, множество бриллиантовых кнопок, одна из которых принадлежит Брайну Мапсу, Ботан, Брайн, Оливия бежит по лестнице быстрее, чем на нормативах по физкультуре, включение камеры, взрыв. Взрыв этажа, в котором сидел Ботан, наблюдая за таймером и Брайн, который не знал куда себя деть. Такие «веселенькие» сновидения всплывают у Оливии ежедневно, изо дня в день. И лишь иногда, когда она приходит домой совсем измотанная, ей не снится ничего. Абсолютно. Пустота. Черный экран. Но даже это было лучше, чем просыпаться каждую ночь от воспоминаний, колящих сердце.

***

Идя по промокшим от сильного дождя улочкам культурной столицы, Оливия направлялась прямиком к психологу. Шла, погруженная в омуте собственных мыслей. Она даже не заметила, как чуть не наступила на крохотную спящую кошку. Благо рефлекс и чуткий слух спасли ее кошачью, беззаботную жизнь.

***

Томко дойдя до входа громадного здания, около которого был красивый парк с деревьями, Оливия посмотрела на бумажку в правой руке: — Гражданский проспект, двадцать шесть... Точно здесь! Главное с именем не затупить теперь... – девушка вошла в помещение. Столик с двумя стульями, бегающие врачи, потрескавшейся в некоторых участках кафель. В нескольких метрах от входной автоматической двери приемная, у которой стояла милая девушка с ногтевой пилочкой в руках и недовольным лицом. — Арсений Николаевич, Арсений Николаевич, – тихо повторяла про себя Оливия, подходя к регистратуре. — Салам, Николай Арсеньевич в каком кабинете сидит? Только спустя две минуты она поняла, что вынесла из своего рта. Точнее, поняла по скептическому взгляду рабочей у стойки, которая не понимала, кто такой Николай Арсеньевич и с чем его едят. — Сорян, обосралась. Арсений Николаевич, во. Где он принимает? – Оливия максимально пыталась скрыть свое безрамочное смущение с помощью грубоватого акцента и вечно хриплого голоса. И это, кстати, всегда срабатывало! По ней и не скажешь, что она может стесняться. — Восемнадцать ноль один, идите налево, кабинет справа, – сказала блондинистая женщина с короткими волосами, которая недовольно перевела взгляд на свои ногти, на которых сиял красивый голубой маникюр с белыми звездами. Оливия направилась точно туда, куда направила ее секретарь приемной, смотря на таблички и ища нужный ей номер.

***

— Когда этот долбоящер припиздит сюда уже? Он людей лечит или калечит? – спросила Оливия у девушки, что сидела справа от нее на небольшом белом пуфике. Та лишь пожала плечами, мол: "А черт его знает".

***

— Здравствуйте. Каким ураганом Вас ко мне занесло, Оливия... Стар? – мужчина что-то рассматривал в компьютере, кликая по клавиатуре, будто печатая, периодически посматривая на пациентку. — Шиза занесла. Я не могу терпеть, крышак едет нахрен уже. Че делать? – подперев голову ладонью, Оливия выжидающе смотрела на психолога, ожидая ответа. — Давайте сначала поговорим. Что конкретно Вас беспокоит? С каких пор Вас преследуют видения? — Эм-м-м... А-а-а-а... Ну короче, там в здании Ютуба взрыв был, мои друзья взорвались там же, а я осталась. Я забыть их не могу, а хочу. Ну как хочу, хочу чтоб не заебывали меня своими приходами. Спать хочу нормально, – говорила Оливия, теребя пальцы. По виду можно было сказать, что она максимально напряжена от затронутой о них теме. — Ясно. А кто эти "друзья"? Они были Вам как родные или просто общались? – Арсений облокотился на спинку черного кожаного кресла на колесах, не отрывая руки от письменного стола. — Они братаны мои были. Мы жили втроем, все делали вместе. У нас как-то была такая шняга, мы разъехались. Брайн нас нашел потом, мы съехались обратно. В связи с этим все проблемы ко мне опять вернулись, – в голове Оливии творился полных кавардак. Все совместные моменты вспархнули на поверхность черепной коробки, набирая в ведро горькие слезы девушки и выливая их в ее измученные от недосыпа глаза. — Да, обычно такое нелегко забыть. А как звали третьего? Чем они занимались и как появились в Вашей жизни? — Зачем ты столько спрашиваешь?! Я пришла чтобы ты сказал мне то, что я и так знаю?! Ты психолог или просто попиздеть меня пригласил?! Пошли вы все! – крикнула Оливия, беря стакан с водой в руки, что стоял справа на маленьком кофейном столике, выплеснула его на психолога, который был не удивлен подобным последствиям. Тот спокойно сидел на стуле с мокрыми волосами темного цвета, белой рубашке и поистине красивым лицом. Девушка вышла из кабинета с громким хлопком двери. Хотя нет, выбежала. Она неслась по больнице, скорее ища выход из этого устрашающего здания. Люди, что сидели в очереди, смотрели ей в след, перешептываясь друг с другом. Выбежав из больницы и идя с мокрыми от слез глазами, Оливия тихо всхлипывала, осматривая окрестность. Добежав до ближайшей скамейки, она села, облокотившись на деревянную поверхность. Оливия пыталась скрыть все, что чувствовала сейчас. Пыталась, но тщетно. Слезы лили мощнейшим водопадом, от соплей забилась левая ноздря, от чего дышать становилось неприятней. Дрожащие руки наотрез отказывались слушаться хозяйку, оставаясь в изначальном положении. В конце-концов попытка поднять себя на ноги удалась, но идти до дома становилось трудней с каждым пройденным шагом. С трудом Оливия дошагала до супермаркета, где стояла около получаса, не зная, что выбрать: грибные чипсы или сырные сухари. — Может все сразу взять? – озвучив собственные мысли, Оливия, не сомневаясь, взяла три пачки вкуснейших чипсов и пять пачек изысканных кириешек. Направляясь к кассе, она заметила до чертиков знакомый задний вид и оранжевую куртку. — Брайн? – Оливия подошла сзади к парню, который стоял, выбирая между Кока-Колой и черничной Фантой. Он держал их в руке, видимо, сравнивая вес напитков. — Блять! – громкий крик раздался на весь магазин, а напитки с грохотом упали на кафельный пол. Консультанты с испугом посмотрели на двоих людей, чьи глаза были по пять копеек. Смотря друг на друга, те не смогли сдерживать радости на своих лицах. На лице Оливии показалась улыбка до ушей, а Брайн стоял в ступоре, не веря в происходящее в данный момент. Мапс широко распахнул руки, подзывая к себе свою давнюю подругу. Оливия повторила жест, глубоко утопая в объятьях друга. — Я скучал.