Затмение

. . . Ты правильно поступил, ведь так? Ты защитил то, что Тебе так дорого, пусть и ценой своей жизни!.. Цветок мёртв. Ты мог всё это остановить, но не стал. Кто Ты тогда, Сол? Ты способен плакать, смеяться, кричать от боли, испытывать чувства и эмоции, действовать как человек... Большего и не стоит ждать от столь жалкого, безжалостного создания, что лишь пытается имитировать жизнь, пытается найти то, чего и в помине не должно быть. Холодная, расчётливая машина, что следует лишь по заранее заданным маршрутам и алгоритмам. Раз за разом. Но в этот раз Ты встал на моём пути и в этот раз я тот, кто вершит судьбами. Не Ты и КТО-ЛИБО ЕЩЁ! Твои дни бессмысленного существования сочтены. . . . Треск. Похоже, нам пора прощаться. Пусто. Ты не знал, куда себя деть. Что-то пожирает изнутри, копошится во внутренностях, выворачивает Тебя наизнанку. Сеть трещин разрасталась, пробивалась в плоть, выжигала всё до кости. Все до единого нервные окончания сборели* в агонии. Ты не в силах кричать, не имея рта - нижняя челюсть пала звонкой россыпью белоснежных осколков. Повсюду белый свет. Даже с закрытыми глазами - повсюду. Ты не мог от него спрятаться. Свет не слышит Твоей мольбы о пощаде. «. . .» Болезненно пульсируя, разрастаясь, сгорая на свету!.. Тьма всё не наступала – оставался в сознании. Никаких действий. Никаких мыслей. Никаких чувств. Ничего из этого не осталось, но боль никуда не ушла. Беспрерывная, нескончаемая боль продолжалась. Единственная надежда... Всему этому вскоре придёт конец и Ты чувствуешь это, не так ли? . . .

***

«И снова потолок. Я проснулся?..» . . . Честно, с такими снами пора бы записаться к Гогу на пару приёмов, ведь он единственный, кто поймёт и поддержит Тебя. Кому Ты вообще нужен? Хоть кто-нибудь помнит о Тебе? Хоть одна мысль о Тебе у них не вызовет лишь чувство горечи от утраты и ностальгии?.. В силах их вспомнить самому? Нет? Нуждаешься ли в них тогда и не сделаешь им от этого лишь больнее? Не значит ли то, что вновь останешься... Один? «Где же ты?.. Гог! Ты тут! Я так рад видеть тебя!» . . . Ничего не происходит. «Вы шутите надо мной?.. Сон во сне значит, да? Чёрт... Голова раскалывается... И почему такая тревога на душе? Я в опасности? Тогда почему я не проснулся? Надо бежать!.. Это действие не имеет никакого смысла в подобном месте. Остаётся только смириться? Сдаться и просто умереть? Все же сны так заканчивались, так почему этому не должен прийти тот же конец!? Но... Я не знаю, почему мне так страшно переживать очередной пустяковый кошмар. Мне страшно, пожалуйста, кто-нибудь, помогите!» . . . «Пфф, нечего мне ныть тут. Подумаешь – охотится за тобой какая-то хрень, знающая про тебя намного больше, чем ты сам. Что может тут пойти не так?.. Ладно, хватит. Пока эмоции подавлены – стоит вернуться к "действительности"» Вдох... Выдох... Опираясь кое-как дрожащими ладонями, неуклюжими и вялыми, о дощатый пол, Ты сразу обращаешь внимание, что находишься явно не в своей комнате. Твой взгляд упирается в дверь в правом, ближнем углу, с которого просачивается мягкий, фальшивый свет, лишь пытающийся казаться тёплым. Спокойно проворачиваешь голову на сто восемьдесят градусов... Буквально. «Я и забыл, что так могу, хе-хе-хе!» С некоторым весельем позабавившись с поворотами головы, обнаруживаешь, что можешь неограниченно долго вращать голову... Причём во все стороны одновременно и именно в этот момент ты и останавливаешь себя. Сейчас не время для веселья и отдыха. «Здесь не только с этим местом далеко не всё.. Хорошо. Я... Определённо не человек. Чувствую. Это не мои мысли. Зашибись. Просто замечательно! Так на чём мы остановились?» Осмотр. Поворачиваешь голову к огромной кровати, стоящей в дальнем левом углу. Над ней висят пустые фоторамки, покрытые пылью. Правее – горшок с продолговатым, расцветшим растением, затем книжный стенд, над которым возвышаются яркие, пышные, золотые цветы. Самые живые в этом унылом, одиноком месте. Чуть правее них растут кактусы. Рядом со стендом находиться тумба с ещё одной, хоть и пустой, но огромной фоторамкой. Эта комната навевает какую-то неведомую печаль, сожаление о прошлом не только своим интерьером, но и большим, не занятым пространство, в котором должно быть нечто важное, про что хочется забыть, но то чего так не хватает. Сами стены в полумраке отливаются глубокими, голубыми тонами. Ощущение, будто бы за владельцем этой комнаты стоит какая-то история, о которой тот пытается забыть. Ты, наверное, задашься вопросом, почему Сол так серьёзно всматривается в столь незначительные детали? . . . Ты знаешь, кто является владельцем этой комнаты, хотя крайне насторожен тем, что... Вообще узнаёшь комнату, которую даже в теории Ты не должен в ней быть в принципе. Ответ – Ториэль, монстр, спасший Тебе жизнь. Её странное поведение, необыкновенно огромная забота, а также детская комната, намекающий, что Ты далеко не первый, кто падает сюда... Однако отсутствие тех самых детей напрягает. Возможно, она и есть причиной их «ухода»... «Так, хватит с меня этой мути. Сосредоточься на главном» Тебе не хочется роиться в собственных домыслах, ведь один хуже другого... И Ты так долго размышляешь... Здесь. Так много сомнений и мыслей. Просто... Уже давно не знаешь, как жить с мыслями, воспоминаниями и по-настоящему чувствовать, не проживая свой счастливый день, как последний. Остаётся лишь приятно проводить время с друзьями. Играть с сестрой. Вместе с родителями быть... И при этом всём разрастается какая-то глубочайшая из пустот внутри... Всё размыто... В полном хаосе. Нигде нет ключей от безмолвного ужаса, что никто не в силах описать лишь словами. Единственное, что в силах сделать – провести свои последние дни рядом со своей семьёй, но... Даже подобной сладостной иллюзии теперь лишён. Что-то пытается прорваться наружу. Подавить. Забыть. Пододвинув к себе ноги, обхватываешь те в объятья, одинокие и болезненные. Даже зная то, как всё это решить, зная, что делать дальше... Тебе не описать словами то, что испытываешь в данный момент. Страх. Каждый раз. Каждый раз... Пытаясь хоть что-то сделать, чувствуешь себя полностью разбитым, истощённым, даже при мысли об этом. Именно мысли... Именно это и делает такой сон чем-то неестественным, неправильным, будто бы кто-то прямо сейчас зарывается острыми руками-спицами в голову, вырывая и разрывая всё сокровенное пред Твоими очами на части. Закрывает все выходы и отступления. Постепенно загоняет Тебя в ловушку, из которой останется лишь единственный выход. . . . «В любом случае комната... Это ложные воспоминания? Такое возможно, ведь они попадались мне время от времени в грёзах. Но тут уже ни в чём не уверен... Где же ты, друг, когда ты так мне нужен?..» Усталый выдох. Это не Твои грезы. Не Твой сон. Не Ты. Глубокий вдох... Выдох... «Становится лишь запутанней и странней... Остаётся только одно» Осмотреть. Встав на слабые ноги, подходишь к ранее подмеченному столу у изголовья кровати. На нём: лампа, всякие письменные принадлежности, кипа бумаг. Рядом с последним в центре стола открыт дневник. Решаешь почитать лишь некоторые строки: «Почему скелету нужен друг?» «Потому что он чувствует одиноКОСТЬ. . .» На этом моменте Ты закрываешь дневник. Остальная часть страницы расписана примерно того же качества. Закончив со всем важным, направляешься к двери и смело открываешь ту, не так как в прошлые разы. Перед выходом из коридора Твой взгляд что-то зацепляет. Прямо напротив Тебя у дальней стены висит зеркало, «вглядывающееся» в Тебя. Круглое с обрамлением, похожее на «Солнышко». От последнего слова проходит лёгкая дрожь по коже. Оно разбито. Скрытая тьма в глубинах зеркальной поверхности пожирает Твой взгляд сполна. Ощущаешь как что-то льдяное*, слизкое касается плеча. Моргаешь. Ничего. Лишь голые, апатичные стены бессмысленно напоминают, что здесь должно быть нечто важное. Но воспоминания... От недавно произошедших событий Тебя охватывает дрожь, сужаются зрачки, сердцебиение лишь ускоряется. «Сол Младший. М-мне так жаль. У нас обоих не было выбора... Воспоминания? Почему они не стерлись!? Что здесь происходи-» Застываешь на месте. Последние мгновения сна. Его завершение... - Аааагх! Нет! нет! НЕТ! Прекрати! Остановите поезд! – Рьяно хватаешься за волосы от взрыва панических мыслей и взбушевавшихся эмоций, но всё это заглушает боль. Боль. Боль. Она не хочет заканчиваться. Безгранична в своей сути. Дыхание сбито, Ты отчаянно глотаешь воздух, отчаянно пытаешься, хоть за что-то зацепиться, лишь бы не упасть. Лишь бы не поддастся мощному порыву паники, что вот-вот собьёт с ног... «Тише – это не твои воспоминания! Просто игнорируй... Игнорируй!» Дрожащий вдох... Выдох... Вдох... Выдох... Кое-как сопротивляясь всё наплывающим воспоминаниям в охваченную пламенной изморозью голову, толкаешь дверь, ввалившись в коридор на подкошенных ногах. Прижмуриваясь от резкого света, осматриваешь коридор. Ты точно у Дома Ториэль и Вы явно соседи по комнатам. Отмечаешь, что все остальные золотистые цветы в вазах – вялы и не ухожены. Это несправедливо по отношению к цветам и кто-то да должен бороться за справедливость!.. Но это уже после того, как вообще сможешь проснуться, конечно же. Тем более на других вазах прорастают камыши, что довольно необычно. Повернув голову за спину, решаешь выяснить, что находиться в конце коридора. Дверь с табличкой: «Комната на ремонте», а также рядом стоящее зеркало. Жаль, что там нет отражений – лишь да углядишь глубины смольных чернот. . . . Так тихо в столь гиблом месте. Абсолютно никаких запахов, никого рядом и нет, ни грамма звука отбившегося в мечущемся сознании. Слишком тихо. Слишком затхло. Слишком холодно. . . . По необъяснимой причине чувствуешь, будто не только само тело тает, но и Ты сам. Жар, неконтролируемый, разгорается с новой силой. Сердце пропускает удар. В полной дрожи и настороженности Ты оборачиваешься... Вместо очередного чудища видишь лишь пустоты. Взгляд размывается, а сам дом искривляется, с громом в ушах разрывается на части. Глубокий вдох... Выдох... «Держись... Не дай себе расфокусироваться – он этого только и ждёт» Зрение вновь возвращается в норму, но последствия разрушения уже видны – коридоры свёрнуты в спираль, смешаны с горными породами и неизвестно откуда взявшемся месивом плоти и органов - давних, мертвых. С потолка до сих пор спадают глазные яблока, смотрящие в Тебя. «Кажется, иного выхода не остаётся... Мне нужны ножи» Делаешь шаг. Потом ещё один. Медленно и осторожно продвигаешься вперёд. Пока не останавливаешься у дверей вестибюля, выхода в Руины. Тебя что-то останавливает у неё. Какая-то тревога... Какое-то горе сокрытое за ней. Это... Сложно объяснить, но всё это прекрасно чувствуешь и знаешь. Скрип Дверь приоткрывает огромная массивная рука, чьи кривые, острые когтища оставляют борозды за собой. Кажется, кто-то едва удерживается за саму дверь, но пока не спешит входить в само помещение. Понимая, что дело плохо, Ты пытаешься немедленно добраться до кухни. Скрип затихает. Останавливаешься. Слышишь глубокое, рычащее дыхание, гарь и пыль забивают лёгкие. Глубокий голос, раздираемый мириадами голосов, шепчет лишь одну фразу: «Я здесь... Моё... Дитя» Всё сжимается в быстро пульсирующую напряженную нить, но пока сдерживаешься от резких действий. . . . Нежное прикосновение к правому плечу. Тело сшибает током. – Прошу... Не уходи. «. . .» Вырвавшись, припадаешь к земле. Над головой что-то свистит. Встав, шипит, растворяется кожа чем-то въедливым. Чёрт! Рвёшься вперед. Стискивая зубы, не замечаешь, как вся левая рука в сквозных, обугленных провалах. Те только с большой силой разгораются. Агония. Стремглав свернув за угол, немедленно открываешь дверцу. Острейший росчерк холодного металла умерщвляет одну с оплавленных конечностей существа. Глаза расширяются в удивлении, постепенно перерастая в ярость пред увиденным кошмаром. Тот кто наблюдает, явно не хочет отпускать Тебя из этого места. Рядом стоит тающее, обезображенное, лишь отдалённо напоминающее Хранительницу Руин, чудовище. Беспрестанно горит, тает, рассыпается и собирается с опавшей пыли, хрипит болью, отчаянием и разочарованием. Почему оно не пытается атаковать Тебя?.. Неважно. Огонь уже у шеи. Однозначно конец. «Если это так...» Руками подносишь дрожащий нож к сердцу. Тишина. Долгая и томительная, прерываемая хриплой гарью, витающей в воздухе непоколебимой решимостью. От дыма слезятся глаза, а боль от сгоревших нервных окончаний распространяется по всему телу. Спазмы обвиваются, прошивают мышцы мириадами раскалённых спиц. Все внутренности сжимаются, разжимаются. Расфокусированный взгляд, пространство постепенно сминается, разрывается на части. Резкий выстрел. Лежишь на полу. Леденит, пальцы в судороге сжимаются, царапают пол кровавыми следами, не дышишь, остановлено. Что-то холодное пронизывает Тебя насквозь. Улыбаешься.

***

. . . Молчаливо вглядываешься в потолок. Остекленевшие, налитые кровью глаза неподвижны. Со стороны выглядишь, как бледный мертвец. Но вот слышится редкое биение сердца. С глаз текут тихие слезы. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Сожжённые легкие, горло и полость ротовая. И даже несмотря на это спокойным, ровным тоном говоришь, – Гог, сколько мне осталось жить? Не приходится дожидаться ответа. «Рад, что Вы проснулись, объект номер Е-11. Перед тем, как перейдём к новостям должен ответить на Ваш вопрос вопросом: "Как Вы себя чувствуете? Опишите симптомы, пожалуйста"» – Я просто чувствую это… Со мной что-то не так, пусть я и не могу сказать, что именно. «Так и должно быть. Теперь к новостям. Начать с хороших или плохих?» «. . .» «Плохая новость – Вы больны Аресцентемией. К сожалению, от неё не существует какого-либо лечения, а мои возможности в данный момент ограничены. Хорошая новость – у меня есть один из вариантов решения данной проблемы, но это может вам не понравиться. От Вас требуется лишь дать согласие на полноценный контроль не только над Вашим телом, но и над Вашим сознанием и разумом, поскольку это поможет предотвратить на время летальный исход. Соответственно — повышаются шансы на то, что Вам удастся найти того, кто поможет остановить развитие этой болезни. У Вас нету выбора» Он прав... Если Ты откажешься, то будут очень серьёзные последствия. Уже мысленно пытаешься ответить ему. «Почему... Ты. Не дашь. Мне... Прекратить всё. Это?» «Я не могу Вас убить, даже случайно или косвенно быть причастным к этому. И даже после этого моя цель всё ещё не будет прервана, так как Вы продолжите жить дальше в любом случае. Также заметил прерывистость Ваших мыслей — один из симптомов болезни» «А. Что. Такое. Аресцентемия?..» «Аресцентемия (от латинского "увядание") – это редкое заболевание, при котором весь организм начинает постепенно разрушаться, несмотря на то, что это свойственно только мёртвому человеку. Механизм возникновения и работы для данного процесса, пока не до конца изучен, но была обнаружена корреляция между заболеваемостью аресцентемией и людьми, которые пережили клиническую смерть, получили смертельные раны или же страдают от других тяжёлых травм. Заболевание развивается в две стадии, каждая из которых может привести к смерти. На первой стадии больной испытывает сильнейшую боль, спазмы, тошноту, помутнения сознания, нарушение мыслительных процессов — его мысли становятся путаными, а речь обрывистой. В это время органы постепенно перестают функционировать, как и весь организм в целом, и смерть обычно наступает в течении от пары минут до часа. Если этого не произошло и тот остался жив, уже спустя множество часов наступает вторая стадия, в ходе которой ткани организма быстро разрушаются. Если говорить более неформальным языком — человек буквально сгнивает заживо и в любом случае всё придёт к летальному исходу» «Это. Значит-» «Да, до второй стадии лишь небольшая часть людей доживала, в число которых входите и Вы сами. Все эти симптомы уже проявились с Вашего падения и в данный момент мне удастся лишь замедлить её прогрессию. С Вашим согласием все протекаемые процессы растянуться до двух недель» «Ясно... Я. Даю. Согласие» «Добровольное согласие с Вашей стороны принято. Активируются специальные протоколы» . . . «Вам придётся ещё немного подождать, поскольку тут есть некоторые… Сложности с получением доступа к скрытым базам данных. Такого не должно быть. Возможно какой-то внутренний сбой в системе произошёл» «Лааааадно...» - Подозрительно тянешь. Очень. . . . Минуты ожидания тянуться в вечность. Внезапно чувствуешь какую-то странную дрожь. Голова тяжелеет и невольно опускается к ладони. Она тает. Не в смысле, что Ты уже снимаешь с себя седьмой пот, а буквально тает… Также и с другой происходит. Будто в припадке во все стороны стреляют, выгибаются, буквально разрываются на части и пересобираются вновь и вновь. Впрочем и со всем телом так происходит. Наверное, хорошо всё-таки, что Гог не даёт возможности чувствовать хоть что-либо… Погодите, а с чего телу нужно буквально разваливаться и пересобираться на части? Такое даже ребенок, коим Ты и являешься, наверное, должен признать, что это явно не нормально. Это значит сон во сне во сне — реально? Или же тут есть ещё какая-нибудь абсурдная теория заговора про скрытое правительство, что делает из Вас оружие судного дня? Либо уже не знаешь, что к чему тут и чему верить на слово, а чему нет… «Эх...» Что более важно — тот явно о чём-то серьёзном умалчивает, зная, что Ты его подозреваешь и больше не доверяешь ему, пока не объяснит, что происходит. Мда... Пару минут, а уже начинаешь жалеть о том дурацком догово- «Процесс завершен» «Пожалуйста, не сбивай меня с мыслей!» «Хорошо» «Фух… Вот и замечательно!» «Также я должен Вам кое-что сообщить» «Что?» «Аппаратный компонент системы был кем-то умышленно повреждён. Вам не стоит волноваться на этот счёт — угроза успешно ликвидирована» - Умышленно!?.. Глубокий вдох... Выдох... - Ладно, проехали. Мда… Дела обстоят хуже некуда. Буквально живой мертвец по словам дражайшего друга и не долог час, когда Твой мозг начнёт отмирать! Никто не в силах Тебе придти на помощь и глупо надеяться на то, что Тебе удастся выйти, будучи под землёй, где в принципе не узнать, какое время дня сейчас. Интересно, какое небо там — наверху?.. . . . Ни с кем не связаться. Просто. Умирать в полном одиночестве и муках. Никто не услышит Твоих последних слов. Всё бессмысленно… Тяжёлый выдох. Не теряя времени, встаёшь с кровати и случайно упираешься не той рукой о мягкий матрас… Рана жжётся неимоверно сильно. Кое-как сосредоточив все имеющиеся усилия и внимание, замечаешь, что простыня вновь измазана кровью. Пахнет гнилью и холодным привкусом металла. В этот раз не издаёшь никаких вскриков или писка. Всё через пелены подводных туманов проходит. Так приглушённо, невыносимо размытая осознанность происходящего. Очень сильно хочется спать, но просто не можешь физически даже сомкнуть век. Уже не так уверенно встав, Ты включаешь лампу, и осторожно приподнимаешь руку над лицом, имея не самое лучшее удовольствие наблюдать за тем, как нечто тёмное и вязкое оплетает руку и с глухим плеском спадает к полу, отравляет доски, постепенно разъедает ворс под ногами. Ладонь – нездоровая и блеклая, а фаланги, покрытые плотью - плохо слушаются. Впрочем, как и сама рука. Кончики пальцев темнеют, ужасно болят, а с рваной раны на месте выстрела вытекает сквозь туго затянутые бинты загрязнённая кровь, отражённая мягким золотом. «Ясно... Всё начинается с ран на теле. У нас нету времени» Думаешь Ты, замечая схожую ситуацию и с раной под грудью. Стиснув кулак, ощущаешь, как от жжения изгибаешься в дугу. «У нас нет времени» Небрежно бросив конечность к спинке кровати, резко схватываешь одежду. Перед тем, как выйти оборачиваешься к тарелке с давно остывшим куском ириска-коричного пирога. Моргаешь… Уже пуста тарелка. «Хех, времени не теряешь зря, Гог» Почувствовав себя немного лучше, натягиваешь улыбку, выходишь в коридор и сразу заворачиваешь к предполагаемому зеркалу у конца коридора. Время временем, но Ты должен хотя бы раз увидеть себя. Разве о многом просишь? Под голыми стопами чувствуешь мягкий ворс, а сам дом наполняет Тебя теплом, уютом и приятной ностальгией по ушедшим дням. «И всё выглядит, как в том сне...» И подходишь к двери с табличкой, что гласит: «Комната на ремонте», а рядом с ним стоит жаждущее Твоего внимания отражение. «. . .» Ты лишён дара речи. Это не можешь быть Ты. Этого человека никак не узнаёшь и не желаешь признавать в сем внешнем виде ходячего трупа — себя. Лишь пронзительные карие, потемневшие от времени глаза — выдают в Тебе по-настоящему живого человека. Светлые, кучерявые волосы. Давно спутаны, въедливы под кожей. Ничего светлого в них давно нет — лишь седина, скрытая под слоем налипшей грязи. Кожа обтягивает скелет. Впалые щеки, скулы выпирают, а под глазами глубокие мешки. Губы треснуты, лишь выдают скупую улыбку, особенно с таким мертвеющим взглядом. Конечности худы, проглядываются кости, мало мышц или хоть чего-либо, что даст Тебе возможность хотя бы стоять. Понятно теперь с чего в принципе не можешь стоять на ногах без помощи системы жизнеобеспечения... Единственное, что хоть как-то радует — больше нет надобности круглосуточно ходить лишь в одном и том же халате, если можно так назвать грязную рванину после побега. Ты по нему точно не будешь скучать, ведь даже с ним так чертовски холодно. Пусть и не узнаёшь себя... «Это Ты, Сол... Пусть уродлив и ненавидимым всеми, но это всё ещё Ты» Прикасаешься скрытой под кожей пластины. Мерное гудение приятной волной проходит по пальцам, отчего становиться как-то спокойней на душе. . . . «Так. Не отвлекаемся» С трудом оторвавшись от завороженного взгляда собственного отражения, направляешься в сторону вестибюля. По пути проверяешь двери. Первая дверь — повешенная табличка гласит: «Комната на ремонте». Дверь заперта. Следующая... Вспомнив прошедший сон, мотаешь головой. «Будет некрасиво заглядывать в чужую комнату без чьего бы то ни было разрешения. И так увидел то, чего не должен был знать» . . . Тебе здесь не место. Тебе не рады и Ты должен уйти. Как можно скорее... Чувствуя всё нарастающую вину, стремглав проходишь мимо своей комнаты, где мелькают на краю зрения зловещие, тяжёлые тени. Проскользнув тенью из вестибюля к залу, встречаешь Хранительницу Руин, уже привычно сидящую в кресле и увлечённо читающую какую-то книгу. Предпочитаешь не замечать повисшую в воздухе некую напряженность, а также то, что за каждым Твоим действием теперь пристально наблюдают. Камин горит. Отправляешься на кухню. Ничего примечательного нет. Завидев холодильник, что-то очень недовольно сжимается и бурчит от голода. Так давно... Ни еды, ни воды. Это ощущается так... по-неправильному нормально? В любом случае остаётся лишь загадкой то, как в принципе живёшь, да с полным "здравым" рассудком, ха-ха! Открыв морозильную камеру, видишь огромный пирог. Незаметная деталь, но заметно, что здесь должен пустовать лишь один кусок, а не два, если оценивать примерные объёмы съеденного пирога. Пока ещё рано делать выводы, но всё же — кто-то по невероятному совпадению тоже может оказаться в этом подземелье... Надеешься, что не с тем же злым роком, что и у Тебя. С отягощёнными мыслями от столь аппетитно выглядящей еды с усилием закрываешь дверцу, отклеиваешь от пола ноги и медленной деревянной походкой выходишь из кухни. Сдерживайся и дальше — Ты этого не заслуживаешь. Слишком эгоистично подобного жаждать, не думаешь, Сол? Уже в холле подходишь к камину и тянешь кончики пальцев прямиком к языкам сгораемого света... А тем временем пытаешься из всех сил отдернуть руку от столь безрассудного поступка. Ничего не выходит. Паники нет предела. «Что ты делаешь!?» «Как вы себя чувствуете?» «Что?-» Совсем сбитый с толку от внезапного вопроса — запинаешься и... Всё как-то темнеет перед глазами, а затем оказываешься пред серой, высоченной дверью. Повернув дверную ручку, из открывшегося проема стекаются клубы густого дыма. «Что здесь происходит? Зачем Тебе это делать?..» В неверии и некотором страхе спрашиваешь Гога. «Пройдите через дверь» Сильный ток обвивает тело, прошивает то насквозь. «Л-ладно, если ты так настаиваешь...» Немного поколебавшись, нога, а затем и Ты сам оказываешься в подозрительно знакомой комнате с окном. Две кровати по бокам, разбросанные игрушки. Пылающий свет заполоняет комнату, прошивая окна насквозь... «Я не сплю? Почему я здесь?» . . . «Не знаю, чего от меня хотят, но у меня нету выбора» Обыскав комнату, находишь рисунки... Протираешь глаза. Нет, Тебе не кажется. Это те самые рисунки из той открытой коробки с семейной фотографией. Конкретно привлекает лист с нарисованными на нём человечками-палочками, прощающимися со стаей синих птиц под тему осени. Берёшь тот, подносишь к оледенелому стеклу, а затем, опустив тот, застываешь на месте. Картина. Яркий и тёплый свет закатной звезды ненадолго прощается с этим миром, медленно уступая место ночному спутнику Земли. Бескрайние поля цветов, прощальный клич птиц, отбросивших синие тени, а их провожает беззаботная радость двух детей у одинокого старого дерева... Один с кучерявыми солнечными волосами, а другой с прямыми, короткими тёмно-каштановыми. Высунув руку из оконного проёма, чувствуешь, как последние лучики приятно щекочут кожу, вызывают ощущения, отдающиеся где-то в далёких глубинах Души. Умиротворение. Прикрываешь глаза, вдыхая свежий аромат. Это незабываемо. Раскрыв их, комната погружена в глубокий мрак, мрачные тучи надвигаются, цветы срываются под шквальным ветром, а на дереве сидит тающий, едва заметный образ птенца. Зияющие провалы в тоненьких глазницах заглядывают в Тебя, знают то, какие грехи за Тобой скрыты. Почему Ты ослепил его, Сол? За что столь невинное создание поверглось столь страшному року? Свет заходящего Солнца начинает отливать кровавыми оттенками. Вздрагиваешь от мягких соприкосновений множеств рук на Твоих плечах, а дверь начинает подозрительно скрипеть за спиной. «. . .» Молчание значит, хех. Таков ответ меня устраивает. «. . .» Глубокий вдох... Выдох... Перед Тобой всё тот же горящий камин, в котором "горит" Твоя рука. Ты хочешь отдернуть её, но... В ней так хорошо и уютно. Как там до Его прихода. Без особой охоты высунув из явно-магического-огня начавшую гнить руку, замечаешь, что она теперь выглядит здоровее. Засовываешь обратно. «Гог. Что это. Только что. Было?» Более сдержанно спрашиваешь у друга. «А Вы не рады вернувшемуся воспоминаю? Я могу их стереть вновь по Вашему желанию» «Нет, нет... Не стоит. Только...» «Да, именно Вы попросили меня вернуть их. Это... Я читаю сейчас Ваши мысли и намерения и не могу подтвердить или опровергнуть Ваши догадки и домыслы — Вы пока не готовы к "Правде", как любит говорить этот "другой Вы"» «Но всё же-» «Нет! Вы прекрасно знаете, что с меня снято часть ограничений, лишь благодаря Вашему доверию к моей персоне и разблокированному речевому модулю, объект номер Е-11. Я прошу лишь одного — доверия, несмотря на то, что произойдёт дальше. Я знаю, что у Вас всё также остаются множество вопросов, но на них просто физически не смогу никак ответить. Приношу личные извинения» «И Ты вот так вот будешь предавать меня со столь лестными словами? Катись к чёрту!» . . . «Опять молчит...» Грубый и бестактный разряд пролетает по нервным окончаниям бедной черепушки. «...И обиделся? Впервые вижу его таким» Пребывая в размышлениях, с ленцой вытаскиваешь руку с под магичного огня. Точно! Твоими же желаниями и предпочтениями занимается теперь и Гог, но тот пока лишь подталкивает к определённым действиям. «Ты здесь. Ты есть Ты и никто не помешает достичь позабытой цели — свободы» Высунув руку... Чувствуешь, как жар охвачен огнём, а тело слегка и непроизвольно начинает подёргиваться. Тяжелый вдох... Выдох... Голова болит. Шум везде! Всё заполонено. Слышишь ли Ты меня... . . . Кого обманываешь? Лишь смотришь Ты в пустоты стеклянным взглядом в надежде, что всё это лишь очередные больные фантазии. Твои мысли сбиты, а сам не способен осознать и толику сего ужаса давно позабытого. Так почему бы не кануть к лету? Сжав вспотевшие ладошки в кулаки, встаёшь и выходишь к вестибюлю. Стоишь у лестницы. Ты знаешь, что это Твой единственный выход, но не до конца понимаешь, с чего это так. Дрожишь. Ладони сами собой зарываются в волосах. Липкий, удушающий холод металла под кожей. Потрескивания, щелчки. Выражение лица не меняется. Ты больше ничего не можешь чувствовать, помимо счастья и пустот внутри. Сколь долго прячься — будешь лишь глупей и смешней для меня. «. . .» Скажи мне... Как Тебе по вкусу сама Ториэль? «Не понимаю о чём ты говоришь» Как скажешь! «Чего тебе от меня надо?» С чего ты так холоден сразу? Неужто в зеркало взглянуть решил наконец таки? Или же... «Мх! Отвали...» Собираешься уйти из жизни, не попрощавшись? Как грубо. «Я не собираюсь играть по твоим грёбанным правилам, мразь» *Тяжелый вздох* Тяжело с Тобой... И как это ржавое ведро терпело Тебя всё это время?.. КХМ! Меняем правила игры! Повышаем ставки! Пируем над мертвыми и живыми! Всего одна попытка! На кону стоит всё, самонадеянный мальчишка. Так пройди же этот путь и дойди до самого его конца! Там ждут с превеликим нетерпением Твои награды и проклятья. Наигранно жду великих "свершений" от так называемого "Сола". И больше никаких приставок "младший"! . . . Глубокий вдох... Выдох... Повисший мрак над головой постепенно отступает, а притихшую комнату рвёт омертвевший шёпот, - идём. Несмотря на сказанное, Ты всё стоишь на месте. Взирая на лестницу, возникают противоречивые ощущения. Выход, с которого нет пути назад. Единственный из возможных. Прикосновение. Как удар током сшибает Тебя с ног. - На что смотришь, моё Дитя? — Раздаётся уже столь привычное едва заметное беспокойство Ториэль. Поднимаешь голову, где та ловит Твой взгляд. — Может, нам лучше прочесть какую-нибудь книгу? - Нет. . . . Что на этот раз будешь делать, Сол? Каков выбор окажется для Тебя важней? Это мы и узнаем...