Спасибо, что тогда ты предал меня

       Великое древо было уничтожено. Из земли выглядывал обгорелый пень с разрушенным стволом, рядом лежало несколько обломанных ветвей, а остальные сгорели мгновением ранее. Ствол, а вернее то, что от него осталось, значительно потемнел. Из цвета молочного шоколада он превратился в практически черный. Розоватый огромный кристалл, который был сердцем древа, треснул и потерял свой цвет. Пепел и горящая листва были раскиданы под остатками древа.        Вокруг лежали Винкс и специалисты, которые потеряли сознание Нимфы, маги и Айси ещё держались. С трудом, но все же они сохраняли рассудок. Ударная волна была слишком сильной. Маги истратили почти все волшебство на заклинание, но это было не в первые. В последний раз они чувствовали такое опустошение сил в Омеге, когда они из последних сил пытались защититься. Ослабленные, почти лишенные волшебства, огорченный утратой друга, они продолжали бороться. Но бой был не совсем честным. Их было всего трое, а Винкс помогали все Земные феи. Тогда они проиграли. Они проиграли свои цели и амбиции, но сейчас... Сейчас на кону стоит жизнь всего Волшебного измерения.        Айси около получаса назад истратила все волшебство для спасения Даймонда. А минут десять назад она вообще была без сознания. Если бы не Анаган и Лавилия, она была бы мертва. Айси использовала всю магию для снятия печати Ведьмы-Шамана и спасения Меньшего древа Даймонда. Всю свою жизнь она стремилась овладеть силой, чтобы спасти свою планету. Сколько неудач она потерпела, а стоило всего лишь найти настоящих друзей и того, кто тебя любит тебя целиком и полностью, того кто не использует тебя для выгоды.        А первые Нимфы… Они уже мертвы, они лишь души. Они тратят большую часть сил, чтобы поддерживать свое существование в земном мире. Наория была самой бодрой из подруг, так как ее тело все ещё было живо. Да и убить ее куда сложнее, чем обычного человека. Проклятие Бессмертия дало о себе знать.        Но все же, план Альянса Зла удался. — Вот и все, — устало произнесла Демария.        Ведьма с трудом встала на ноги опираясь на косу, которая спустя несколько минут вновь вернулась в своей было обличие в виде перстня с алым рубином.       Несмотря на усталость, Демария выглядела весьма бодро. Она прошлась ладонями по подолу платья, отряхивая пыль и грязь, что скопились на нем. Пальцами заправила прядь выбившихся волос за ухо.        Вот только, казалось, что ведьму не заботило Древо, которое она так стремилась уничтожить. Ее взгляд был прикован к красноволосому магу. Он единственный стоял на ногах: он не участвовал в заклинании, его не снесла ударная волна, от него всё ещё исходило сильное волшебство. Его магия заинтересовала Демарию. Она до последнего надеялась, что ошибалась в своих предположениях. — Так ты значит Огрон, — произнесла Нимфа Смерти подойдя ближе. — И твою старшую сестру зовут Одри. Отец — потомственный маг с Эсперо. Ты рос без матери. Твой отец был одним из величайших магов, который мог стать одним из хранителей дара Великого Дракона. Твоя сестра обладает необычным волшебством архива, которое она смогла раскрыть только после своей гибели. — Откуда ты это знаешь? — удивленно спросила маг.        Таких подробностей о его прежней далёкой жизни не знали даже Гантлос, Думан с Анаганом. Никто об этом не знал. Он ни разу никому не говорил, кто его отец. Ведь именно из-за этой родословной темные маги Магикса и заприметили его. Именно из-за силы своего отца он стал членом и лидером Черного круга. Он не винит отца в этой силе, он ей даже благодарен. Отец воспитал его, обучил многому, начиная от древнего волшебства, заканчивая «как повесить полку». Матери у него никогда не было, он ее не знал. Конечно, иногда ему хотелось узнать кто она такая, но это не имело особого значения в его жизни. А вот сестра… Одри была самым родным человеком для него. Когда умер отец, они сплотились ещё сильнее. Он всегда ее оберегал, всегда ей помогал, но все же оставался для нее маленьким братишкой. Она часто его ругала и выражала недовольство, но, чаще всего, сразу же улыбалась и отшучивалась. Одри и правда была слаба в волшебстве, но это при жизни. Огрон догадывался, что ее душа не ушла, а где-то там. Ведь он не раз слышал ее голос, она не раз помогала ему в трудной ситуации. Но все же, он до сих пор чувствовал вину перед ней. Вину за то, что не смог защитить. — Откуда ты все это знаешь? Откуда знаешь, что Одри развила свою силу после смерти? — Огрон спрашивал спокойно, хотя внутри закипал. — Я же Нимфа Смерти, — устало улыбнувшись произнесла Демария. — Я знаю, что происходит с каждой душой попавшей на тот свет. Вернее, раньше знала, когда следила и искала определенных людей. Я искала своего мужа и детей. Я переживала, что их бросила и не смогла стать достойной женой и матерью. Я узнала, что мой муж умер счастливой смертью. Он достойно воспитал наших детей. Но когда я узнала, что моя дочь умерла, я готова была скинуться с обрыва. Но перед этим я бы уничтожила ту, кто это сделал. Я долго искала и нашла. Но она уже была заточена на острове. Она пробыла там множество веков, пока ее и других Земных фей не спасли. А о сыне… о нем я ничего не знала… А ведь это он отомстил за сестру…        Голос ведьмы дражал, а по ее щеке скатилась одинокая слеза. Огрон не понимал почему он ей верит. На мгновение он даже испытал к ней какие-то теплые чувства, но сразу же отбросил их в сторону. — Что происходит? — тихо спросила Наория у рядом лежащих Нимф. — Пусть поговорят, — произнесла Эгерия. — Они оба натерпелись слишком много.        Демария подошла еще чуть ближе, между ней и Огрон было всего пару метров. — Мой сын вырос великим магом, как и его отец. Он достойно держался все это время. Несмотря на то, что он потерял сестру и любимую девушку он все ещё стоит с поднятой головой и стражается. Я бы хотела ему сказать только одно — пусть, он не забывает, чтобы у него ещё есть друзья. Друзья, с которыми он прошел очень много и на которых он модели положиться. — Что Вы имеете в виду? — маг был ошарашен такими словами. — Я… Я ведь не просто так решилась на это заклинание. «Вратарь Ада» — сильнейшее заклятие в Волшебном изменении. Я долго изучала его, а потом ещё дольше искала другие пути к своей цели. Я хотела… Я все ещё хочу сделать так, чтобы все, что я сотворила… Чтобы все мои злодеяния, убийства, заговоры — все это исчезло. Чтобы все вернулось на круги своя. — Но ведь, тогда изменится история, — он все понял. — Вы бы не встретили бы мужа, не родили бы детей, не стали бы одной из величайших волшебниц. Вы бы не повернули Эсперо в лучшую сторону, не стали той, кто Вы есть. Все Ваши поступки, понесли за собой стечение обстоятельств. Многое произошло, чего не изменить. Но оно не к лучшему разве?        Женщина стояла опустив голову как пятилетняя девочка, которую отчитали за пакость. — Я сотворила слишком много грехов. — Так ответь за них, — послышался девичий голос позади Огрона.        Маг обернулся на знакомый голос и обомлел. Перед ним стояла девушка с черными волосами и голубыми глазами. Лишь сейчас маг заметил на сколько Одри и Демария схожа. Огрон хотел обнять сестру, но у него это не получилось — она была бестелесна. — Я мертва, — улыбнувшись произнес Одри. — Здесь я как хранитель Архива мертвых, который должен кое-что вам передать от одного человека. Хранители Архива иногда спускаются в земной мир, чтобы передать сообщение от особых гостей. Один из таких гостей — предыдущий хранитель, его послание я и хочу передать. «Демария, ты совершила много грехов, но ты способна за них ответить. Я любил тебя тебя до последнего своего вздоха, и даже после не переставал думать о тебе. Я беспокоился, что ты не выйдешь на встречу свету, надеялся, что наши дети тебе помогут. Я до последнего ждал и не уходил.       Когда умерла наша дочь Одри, я понял, что ты опомнилась и начала искать путь исправления. Я полностью доверился Огрону, который стал силен и могуч. Уверен, что он поможет тебе. Огрон, я воспитал тебя как истинного мужчину. Если Одри вам смогла предать мое послание, то ты спас свою маму. Не вините ее, дети. Она прошла через слишком сложную дорогу. Помогите ей. Пусть несколько десятилетий, но мы были настоящей семьей. А до этого я и Демария были по уши влюблены другу в друга очень много лет. Я рад, что все стало на круги своя. Одри, спасибо, что согласилась на эту авантюру. Это заклинание не сработало бы, если бы ты не хотела помочь так же как и я. Моя вина, что я смог раскрыть твой волшебный потенциал только тут. Ваш любящий отец и, не менее любящий, муж.», — дочитала дрожащим голосом Одри. Девушка смахнула слезы и скрутила свёрток в исходное положение.        Все стояли в том молчании, никто не хотел говорить, но все же пришлось. — Это послание просил передать вам отец, когда вы встретитесь, — все ещё дрожащим голосом произнесла Одри. — Это была его последняя воля. — Так значит… — Огрон взглянул на Демарию. — Ты наша мама?        Демария лишь молча кивнула. — Я… не стоит меня так называть, я не заслужила. Вы папины дети, а не мамины. — Знаешь, когда я об этом узнала, — начала Одри. — Я была очень зла. И когда ты убила Флору, я была ещё злее. Именно благодаря ее волшебству вы видите меня. Она помогла мне завершить это заключение. Я сделал все, чтобы ее душа застряла и не ушла… — Раз я могу видеть тебя, то и ее смогу? — в надежде спросил Огрон. — Нет, — тихо произнесла Одри. — Я использовала силу Архива, так как я связанна с ним. Конечно, Архив тоже пострадал, и Флора предложила свою помощь, чтобы я оказалась тут. Нимфы здесь за счёт своих сил и Архива. Флора же была связанная с Великим древом, которое уничтожено. Ей не откуда взять волшебство. — Демария, пожалуйста, сдайся и понеси наказание, — произнесла Наория.        Первая Нимфа Равновесия встала на ноги и подошла ближе. — Да, это будет тяжело. Но ведь потом, ты сможешь жить обычной мирной жизнью, а потом уйти на покой. Ты стремилась к бессмертию и силе. Я же хотела от этого избавиться, ты не представляешь, как я рада, что смогу умереть через несколько десятилетий. И я это сделаю искупив все свои грехи. Ты можешь сделать то же самое. — Как? Как можно искупить то, что я сделала? Я не верну Великое древо, я не воскрешу всех тех, кого я… — женщина очнулась. — Я… — В наше время есть суд, который определит для тебя наказание. Я обещаю, что это не будет заточение в тюрьме или казнь. Ты сможешь искупить свои злодеяния другим способом, — произнесла Наория, положив руку на плечо Демарии. — Но есть проблема, — произнесла Нимфа Смерти. — Заклинание уже начало действовать.        Все осталбенели. Молчание нарушил гром где-то в дали, который с каждым ударом становился все ближе и ближе. Вода выходила за края берегов, земля трескалась, образовывая обрывы в никуда, вулканы одновременно начали извержение, которые не прекращалось. Вокруг начался полный хаос. — Как это остановить?! — Если лишь один способ, — произнесла Демария отмахиваясь от поднявшиеся пыли. — Великое древо. Именно оно поддерживало равновесие Волшебного изменения. — Что для этого нужно? — Это… Это не возможно, — опустив голову произнесла Наория.        Обстановка вокруг ухудшалась. Земля обвалилась, ветер, поднявший песок, дул с ужасной силой, темные тучи заполонили небо… Это был ад на яву. — Одри… — прошептала Огрон глядя на сестру.        Хранительница архива с каждым мгновение становилась все более прозрачной. Девушка исчезала. И не только Одри, но и Нимфы тоже. Волшебство потеряло стабильность и перестало подчиняться. Несколько секунд и вместо пяти Нимф и хранительницы Архива осталась лишь волшебная пыль, которую тут же унес ветер. — Это конец.