Охранник

— Ким Намджун. 35 лет. — Мужчина смотрит на маленькую девочку в белом халате в окружении игрушечных медицинских приборов перед ним, стараясь сдержать улыбку. — Сделайте мне этот укол, иначе я… — Намджун театрально кладёт руку на сердце и зажмуривается. — иначе я погибну, ох! — Мужчина валится на спину, а девочка подбегает к нему с игрушечным шприцем. — Я помогу! — Девочка прикладывает не острый конец шпица к руке отца и делает «укол». Где-то со стороны слышится женский смех. — Джун-а, заканчивайте. Тебе на работу пора, а Даён в садик. Завтрак ещё стынет. Девочка обиженно надувает губы, будто вот-вот заплачет и глазами «бусинками» смотрит на «выздоровевшего» отца. — Даён. — Намджун садится и касается плеч девочки. — Я приеду с работы и мы продолжим игру, хорошо? Девочка кивает и убегает в сторону кухни. — Джун? — Женщина смотрит на Кима, который все ещё сидит на полу в окружении детских игрушек. — Не идёшь завтракать? —Наён… — Намджун поднимает взгляд на девушку. — Я так устал. Может мне все это не нужно? — Ты ведь так старался подняться для Даён, неужели тебе действительно так тяжело? Серьезно? — Наён усмехнулась. Кан Наён 28 лет. С Намджуном она познакомилась 7 лет назад в самом странном клубе, который можно найти в Сеуле. Намджун возможно не любит ее вовсе, но Наён умоляла Кима в том, чтобы тот полюбил ее. Намджун не знает, что такое любовь, потому что не любил никогда по настоящему, но семья нужна. Особенно в его возрасте. Наён красива, умна и в целом прекрасная девушка, поэтому Даён они достойно воспитывают. Только мешает постоянная ругань. Даён родилась через два года после знакомства Намджуна и Наён. Ким был очень рад рождению дочери, а Кан… возможно да, но не на все сто процентов. — Да, я тоже человек. Я тоже могу устать. — Папа? Мама? — На ругань родителей в комнату забежала испугавшаяся Даён. Ее глаза полны слез и Намджун это заметил, поэтому сразу изменился в лице, натянув свою самую светлую улыбку. — Малышка, все хорошо. Одевайся скорее и поедем в садик. — Вы опять ругаетесь? — Девочка говорит тихо. Она боится того, что из-за этого между папой и мамой не будет любви, а потом сама Даён потеряет для них смысл. Хотя любви итак нет, но Даён этого не знает. Пусть ещё пару лет подумает, что между ее родителями огромная и ценная любовь, а когда она повзрослеет, Намджун разведётся и скорее всего заберёт дочь себе. — Нет, малыш, что ты… все хорошо. Мы с мамой… просто придумываем то, как мы можем поиграть с тобой. — Намджун улыбается как можно ярче, чтобы успокоить свою малышку, но она все ещё стоит на пороге, близко к Наён и шмыгая носом, трёт маленькими кулачками глазки. — Пойдём одеваться, Даён. — Кан берет дочь за руку и отводит в детскую комнату. Когда они скрываются, Намджун встает с пола и уходит в спальню, чтобы переодеться.

***

— Пап… — За спиной слышится детский голос. Ким сосредоточен на дороге, но все равно внимательно слушает Даён. И услышав голос своей дочери, сердце наполняется тёплом. — Что такое? — Когда ты заберёшь меня из садика? Неужели опять поздно? Ты обещал, что мы поиграем… а как мы поиграем, если папочка устал? Намджун вздыхает. Он уже устал от всей этой работы, он устал от Наён, которая не даёт отдохнуть. Он устал. Намджун хочет поиграть со своей малышкой и сводить ее в самый лучший парк аттракционов. Но когда это выйдет? Не успеешь оглянуться, а Даён уже будет 10 лет, а потом и 15, 20, 25… Намджун не хочет упускать моменты ее детства. Он хочет подарить самые лучшие воспоминания. Чтобы в первом классе, Даён рассказывала своим подружкам о том, какой ее папа крутой и как ее любит. — Милая, сегодня мы обязательно поиграем. Я ещё успею поспать, а подарить моей малышке смех и улыбку - нет. Если я не сделаю этого сейчас, то не сделаю потом. — Обещаешь? — Да, Даён, даю самое верное слово. Намджун паркуется и выйдя из машины, открывает дверь Даён. Взяв малышку за руку, помогает ей вылезти. — Не испачкалась? — Ким быстро осматривает розовенькие колготки и пышную голую юбку дочери. — Все хорошо, папуль! — Девочка сжимает маленького голубого коалу в одной ручке, а второй рукой держит крепкую отцовскую руку Намджуна. Ким широко улыбается. Пожалуй это самые счастливые моменты отцовства.

***

Зайдя в детский сад, Намджун проводит дочь в ее группу, а после выходит из здания. На входе в детский садик стоит охранник. Достаточно красивый охранник и это действительно стоит подметить. У него пухлые губы и невероятно красивые глаза. А ещё на нем невероятно красиво сидит форма охранника. — А… здравствуйте? — Смущённо спрашивает парень. — Со мной что-то не так? — Парень смотрит на то, как Намджун нагло осматривает его. Это очень смущает. — А? Здравствуйте, простите… — Ким отворачивает голову в сторону, — я задумался. Охранник улыбается. — У вас здесь дочка? — Да-а… я ее частенько вожу в садик. — А жена? — Жена? — Ким на секунду замолкает. — С каждым днём я все больше уверен в том, что любит она лишь меня. Наён странно относится к Даён. Она не играет с ней, редко водит в садик. Когда Даён была малышкой, она лишь кормила ее, остальное было на мне. А когда она только родилась, больше всего был счастлив я, не Наён. Я хочу подарить Даён лучшие воспоминания о детстве. Я не хочу, чтобы она постоянно пряталась от мамы. Хочу, чтобы даже не смотря на это, Даён чувствовала любовь. А так… когда Даён подрастёт, я разведусь с Наён. Парень слушает все. Внимательно слушает. Ему интересно это. Ему интересно слушать о том, как родители детей рассказывают о том, как делают все для того, чтобы их дети улыбались. — Как Вас зовут? — Внезапно спрашивает охранник. Намджун останавливается и вылупляет глаза на парня. Он не знает, что его удивило в этом вопросе. — Намджун. Ким Намджун. — Произносит мужчина с паузами. — Я Джин. — Просто «Джин»? — Просто Джин. — Хорошо. Вы выглядите молодо, Джин. Сколько Вам? — Неловкие и внезапные вопросы видимо общая черта Намджуна и Джина. — Мне 27 лет. Удивительно то, что я такой молодой и работаю здесь, да? Ведь обычно охранниками работают те, кому есть хотя бы сорок. — Нет, меня это не удивляет. Удивляет другое… — Намджун отводит взгляд от парня и заливается лёгким румянцем, потому что то, что он хочет сейчас спросить, действительно смущает. — Вы так красивы. Почему охранник? Почему не… модель? Вам подходит эта работа. — Джин улыбается и поворачивает голову в сторону детского садика. — Я люблю детей. А ещё я не хочу, чтобы в подобных заведениях происходили какие-то трагедии. Я хочу, чтобы все дети были счастливы и проживали своё детство достойно. — Джин замолкает, а через минуту продолжает. — Ваша девочка в безопасности. Я обещаю. — Он снова улыбается и смотрит на Намджуна, а потом обратно на садик. Намджун ещё никогда не встречал таких невероятных парней. Таких… сказочных. Сказочно красивых, сказочно милых, сказочно добрых. Джин будто не отсюда. Его будто нет здесь. Он слишком добр для нашего времени. У него такие детские мечты. Что-то вроде: «я хочу мира без войны». Только он хочет, чтобы не было людей, которые бесчеловечно относятся к детским жизням. — Вам наверное пора? — Внезапно прерывает тишину Джин. — Я наверное задержал. — Нет, все хорошо. Но мне действительно пора идти. Мы… ещё увидимся? — Да. Если сегодня Вы будете забирать Даён, то увидимся. — Вы… запомнили имя моей дочери? — Кима это удивило. Он не знает чем, но этот охранник все больше удивляет. — Да. Оно очень красивое… — Джин будто ещё что-то хочет сказать, но не договаривает. — Да, я заберу ее сегодня. До встречи, Джин. — Намджун широко улыбается из-за чего на его щеках выступают ямочки, в которые очень любит тыкать пальчиком Даён. — До встречи. Намджун садится в машину и перед тем, как уехать, снова смотрит на Джина, который спокойно стоит возле садика. «Хочется познакомить Даён с ним». Мельком проносится в голове Намджуна эта мысль, которую он откладывает на потом.