Guilty or innocent

➰ Я вас любил. Любовь еще (возможно, что просто боль) сверлит мои мозги.➰

Гермиона помнила вечер пятницы кусками. Письмо Миссис Уизли пришло Рону около семи. Спустя три минуты за ним уже пришла Макгонагалл, отправляя его с братьями и сестрой к камину с летучим порохом. — Только Уизли. Мисс Грейнджер и Мистер Поттер, вы остаётесь в школе. — строго проговорила женщина, а потом мягко улыбнулась, будто извиняясь за свои слова. Гарри хотел возразить, но Гермиона взяла его за руку, усаживая на диван. И Макгонагалл скрылась с четырьмя рыжими детьми. Она не помнила, как именно узнала, что Артур Уизли мёртв. Сказал ли это Рон? Или дал Гермионе прочитать письмо? Но в памяти Гермионы отчетливо отразилось воспоминание, когда она узнала, кто именно это сделал. В конце была небольшая приписка. Неровным почерком Миссис Уизли добавила, что это сделал Люциус. Гермиона помнила, как ей пришлось удерживать Гарри, когда тот хотел выскочить, чтобы пробраться в гостиную Слизерина и «убить этого ублюдка». — Это сделал не он, Гарри. Это был его отец. — молила Грейнджер, крепко сжимая руку друга. — Пожалуйста, Гарри, ты должен остаться. Остаться со мной. Уже ничего не изменить. Она отчетливо помнила визг Джинни, как лицо ее подруги исказилось, как она упала на колени, прижимая руку ко рту. Как Гарри помог ей привстать, крепко обнимая. Она помнила, как заметила, что Гарри уснул под утро в гостиной, крепко сжимая ее руку. Утром она стояла в ванной, кусая свой кулак и постепенно сползая по стене. Всё казалось настолько неосязаемым, нереальным, что впору было сдирать с себя кожу или взвыть во весь голос до хрипоты, чтобы понять, что она не в каком-то запутанном ночном кошмаре. С каждым мгновением что-то надламывалось, с треском летело вниз к ней под ноги. Что-то гнилое, прямо из её грудной клетки. Переворачивается, напоминая о немыслимой боли, царапает рёбра и вновь затихает, как будто наслаждается её реакцией. Включив душ, Гермиона села на холодный кафель, пока струи воды стекали по ее коже. Она чувствовала вину перед друзьями. Будто это с ее палочки слетела Авада. Она пыталась успокоить себя, глубже дыша, но ничего не выходило. Гермиона не выходила за пределы территории, принадлежащей Гриффиндору до утра среды. Невилл заботливо приносил ей три раза в день еду, поглаживая по спине, просил поесть хоть немного. Гермиона благодарно кивала, но почти не дотрагивалась до угощений, пару раз лишь съела немного хлеба. За все это время ей не пришло ни одно письмо ни от кого из семьи Уизли. Она была за это благодарна. Гарри писал им каждое утро, подписывая и от себя, и от Гермионы. Но все они оставались без ответа. За все пять дней Малфой никак не объявился. Он не пытался с ней связаться, не приходил. В среду утром Грейнджер вышла на завтрак. Спустившись вниз, она села к Гарри, опустив голову вниз, избегая любых взглядов. Это не помогло: Гермиона чувствовала взгляд прикованный к ней со Слизеринского стола. Она не продержалась и трёх минут, быстро вскочив. Гарри поднял на неё понимающий взгляд. — Ты пойдёшь на уроки сегодня? — спросил парень, крепко сжимая руку подруги. Гермиона отрицательно качнула головой. Направившись к выходу, она почувствовала резкое движение в стороне Слизеринского стола. Рванув со всей силы, Гермиона пробежала несколько коридоров, пока не скрылась в комнате для персонала. Громко хлопнув дверью, она прижалась к ней спиной, сползла вниз, обнимая колени. Ее сердце будто только что обожгли горящим лезвием. Внутри было ощущение пламенной боли. Она пыталась убедить себя, что возненавидела его. Но на деле лишь еще больше поняла, насколько это сумасшедшие чувства, насколько неправильные, насколько болезненные. С четверга она окончательно вышла. Отсидела завтрак и обед, на ужин сил не хватило. И посетила все уроки. Невероятно, но ему хватило такта не трогать ее. В пятницу был их первый совместный урок. Зелья. Гермиона вошла в пустой кабинет за пятнадцать минут до начала. Усевшись за последнюю парту, она развернула пергамент. Постепенно в класс начали входить люди. Грейнджер не поднимала глаза, боясь встретиться с ним взглядом. Снейп входит, а сразу за ним он. Они пересекаются взглядами. Гермиона резко опускает глаза на пергамент, пытаясь сосредоточиться на тексте. Сильное чувство, будто она вот-вот разревётся, как маленькая девочка, пронзает ее. Сильное чувство тошноты все перекрывает, в глазах появляются слёзы. Вскочив со стула, она резко выбежала из кабинета, оставив все вещи на столе. — Мисс Грейнджер! Что вы себе позвол...? — раздражённый голос Снейпа был будто где-то очень далеко. — Мистер Малфой! — ещё более возмущённо произнёс преподаватель. Она бежала. Старалась скрыться за поворотами, но шаги все ещё были сзади. Сбежав вниз по лестнице, она резко остановилась, понимая, что это тупик. Вжавшись в угол стены, Гермиона опустилась на пол, сжимая руками колени. Его тень появилась на лестнице, он спускался медленно, каждый его шаг раздавался эхом в ее голове. — Грейнджер. — остановившись в двух шагах от девушки, произнёс парень. Она не поднимала глаза. — Гермиона. — преодолев расстояние, он сел на корточки напротив неё. — Гермиона. — тихо шепчет снова, сжимая ладонями плечи девушки. Только тогда Гермиона поняла, что уже захлёбывается в своих слезах. Ее дыхание сбилось, она пытается ухватить ртом воздух. Его рука скользит от плеча к спине, притягивая к себе девушку. Гермиона хватается за мантию Малфоя, опуская голову ему на грудь. Он аккуратно поглаживает ее спину, второй рукой придерживая голову, впутываясь пальцами в кудри. — Гермиона. — снова шепчет он, продолжая водить руками по ее спине. — Я клянусь, я не знал, что собирается сделать мой отец. Я бы сказ тебе. Я клянусь, я бы сказал тебе. — он продолжает что-то шептать. Гермиона не разбирала слов, жадно вдыхая его запах. Ее руки скользнули по его плечам, крепче ухватываясь за него. Он опустился на колени перед девушкой, сильнее прижимая ее к себе. — Я так боюсь, Драко. — шепчет она сквозь слёзы. — Я так боюсь, что ты обманываешь меня, Драко. Я так боюсь, что это всего лишь игра. — он продолжает гладить ее по спине, нервно сглатывая комок в горле. — Я клянусь, Гермиона. Я все расскажу тебе. — Драко продолжает шептать, тесно прижимая ее к себе. — Я не смогу без тебя. И как я теперь должен следовать за Темным Лордом или за отцом? Они потом отнимут тебя, не дав мне даже попрощаться. И я не смогу это пережить. — он стал резко серьезнее, отодвигаясь немного, чтобы поднять за подбородок лицо девушки и заглянуть ей в глаза. — Я не переживу, если с тобой случиться что-то. Я дам непреложный обед, подтверждающий, что я полностью в твоём распоряжении, что я буду защищать тебя до последнего вздоха. — Гермиона опустила глаза, прижимаясь к груди Драко. — Я серьезно, Гермиона. Мы должны сделать это как можно скорее. Нужно только найти человека, который скрепит из обет. Гермиона зарыдала ещё сильнее, обнимая Малфоя.

***

Гарри стоял между ними. Гермиона опустила глаза вниз, Малфой смотрел на неё, нервно потирая костяшки рук. — Гермиона, я спрашиваю в последний раз. Ты уверена? — нервно спросил Гарри, почесывая затылок. — Ну... это же... Малфой. — Гарри, мы обсуждали это уже много раз. Мы... это никак не может навредить мне. — она подняла глаза на Малфоя, неуверенно на него смотря. — А ты... Ты точно уверен, Драко? — Да, мы тоже с тобой говорили об этом уже миллион раз. — усмехаясь, сказал он. — Давай уже, Поттер. Гарри встал между ними. Драко с Гермионой обхватили руки друг друга. Девушка устремила взгляд на Малфоя, нежно улыбаясь. — Обещаешь ли ты, Драко Малфой, — между их руками появилась магический огонь, скрепляющий их. — что ты будешь предоставлять всю важную информацию о ходе войны Гермионе Грейнджер и, несмотря ни на что, будешь защищать ее. — Обещаю. — коротко и ясно. Огонь погас. Казалось, что все вокруг испарилось за ним, что Гарри куда-то ушёл, пол провалился. И остались лишь они. По лицу Гермионы стекла слеза, которую быстро смахнул большим пальцем Малфой. — Драко. — прошептала девушка и припала к его губам.