Язык поцелуев

— Дорогой! Принеси мне полотенце! — Доносится низкий голос из ванной комнаты. Брюнет вздохнул, нехотя встал с дивана и направился к шкафу в спальне. — И футболку захвати! — Да сколько можно, Феликс! — Я жду, Хёнджин! В очередной раз Хван вздыхает и достаёт с одной полочки белое полотенце, а с другой черную футболку большого размера. Подходит к закрытой ванной, открывает дверь и заходит. Феликс, заметив старшего, выходит с душевой кабины и забирает у него вещи. Хван ухмыляется, а Ли закатывает глаза. — Во сколько у тебя собеседование? — Спрашивает Хёнджин, пока Ликс надевает футболку на уже сухое тело. — В двенадцать. Что делать, если меня не возьмут? Эта работа очень важна для нас, — Младший озадаченно смотрит на Хёнджина, который подходит к нему и обнимает. — С чего им не брать тебя? Ты же закончил университет с отличием. — Я слишком много переживаю? — Он отстраняется от Хвана, смотря в его глаза, а старший улыбается и кивает, снова обнимая. Перед выходом, Феликс в очередной раз обнял Хёнджина и поцеловал его, пытаясь успокоить собственные нервы. Как никак, это первое собеседование. Ли только месяц назад закончил универ, и все ещё сильно волновался по поводу работы. Хёнджин сказал, что будет ждать его в два часа в их кафе. К двум часам Хёнджин приехал в кафе, куда они часто ходят по вечерам выпить американо с круассанами, которые так любит Феликс. Мужчина заранее сделал заказ и сидел ждал возлюбленного. Тот не пришёл в два часа и залетел в кафе в половину третьего, привлекая внимание посетителей. — Меня взяли! — Крикнул он, когда подошёл к столику. — Поздравляю! — Сказал Хёнджин и крепко обнял парня, — Я же говорил, что тебе не могут отказать. После коротких поздравлений, Феликс сел за стол и стал уминать круассан, возбужденно рассказывая о том, как прошло собеседование. — Теперь мы сможем жить без помощи моих родителей, — Облегчённо сказал Ликс, — Словно гора с плеч. Хёнджин опустил голову. Вся его зарплата уходила на оплату кредитов и жили они эти года на деньги родителей Феликса. Точнее его мамы. Отец наотрез отказался помогать сыну. Женщина часто приезжала, привозила продукты и готовила ужины или обеды, пока Феликс занимался учёбой, а Хёнджин проверял контрольные. Ли чётко решил отказаться от помощи матери, когда закончит университет и начнёт работать, и настоял на том, чтобы Хван как можно скорее расплачивался с кредитами, поэтому он и тратил всю зарплату за один день. Часто приезжала Оливия вместе с матерью. Она все ещё училась в школе и в этом году будет поступать в университет, который закончил Феликс. Уже взрослая младшая сестра хотела жить с ними, но мама решила отправить её в общежитие, чтобы не мешать парням, за что Ликс был ей очень благодарен. Он не против, чтобы Оливия жила с ними, но с учётом того, что каждую ночь по всей квартире разносятся громкие стоны, ей вряд ли это понравится, да и мама скорее всего именно поэтому и решила, что ей будет лучше в общежитии. Через некоторое время в кафе зашли трое парней и одна девушка. Они подошли к столику и Феликс весело обнял их, рассказывая недавние радостные новости. Недавно Хан заключил контракт с агентством, которому будет писать музыку. Феликс, наверное, радовался больше друга, потому что ему наконец улыбнулась удача спустя года провальных попыток. Джихё стала моделью. Удивлению парней не было предела, когда она после выпуска призналась о стажировке в агентстве, но она отказалась от неё после предложения пойти в модельный бизнес и дело пошло в гору. Чонин учился в университете на учителя начальных классов, а Сынмин помогал родителям с бизнесом и вскоре собирался унаследовать компанию отца. — Может лучше пойдём в бар поблизости? — Спросил Джисон, смотря на остальных, — Я бы выпил немного соджу. — Юный алкоголик, — Фыркнула Джихё и засмеялась. Как и остальные, кроме самого Хана. Через полчаса они уже весело разговаривали в баре в ожидании, когда вернётся Хёнджин с алкоголем. — Никогда бы не подумал, что буду пить соджу с собственным учителем, — Сказал Джисон, когда Хван разливал алкоголь по рюмкам, — Я же могу не называть вас учителем больше? — Если назовёшь меня так, всеку, — Хёнджин усмехается, — Я больше не ваш учитель. Просто Хёнджин. — Хорошо, дорогой, — Вставляет Феликс с улыбкой, а после берет Хвана за руку. — Хёнджин! — Голос Минхо заставил мужчину вздрогнуть от неожиданности и посмотреть в сторону звука. — Ты что забыл в Пусане? — Спрашивает он, а из-за спины Ли выходит ещё и Чан, — Вы оба? — Хотели сделать тебе сюрприз и связались с твоим ненаглядным, — Чан указывает на Феликса, который пожимает плечами под пристальный взгляд, — Неужели не рад нас видеть за четыре года? Как уехал из Сеула совсем забыл про друзей. — Я рад, — Хёнджин обнимает парней, которые садятся за их столик, — Просто растерялся. Они провели весь вечер за разговорами и шутками. Феликс и Хёнджин держались за руки, смотрели друг другу в глаза и оба не верили в то, что они все ещё вместе. Через слезы, крики и ссоры, эти двое продолжали любить друг друга без памяти и проводить каждый день вместе уже четыре года. Они даже хотели усыновить ребёнка, когда у Феликса будет стабильная работа, а Хёнджин выплатит все свои долги, но быстро забыли про эту идею, так как Хван заявил о том, что не любит детей и никогда не планировал заводить их, но не думал о серьёзности намерений Ли, поэтому сначала согласился. Внезапный звонок на телефон Хвана заставил удивиться всех. На экране вылезло "мать", а Хёнджин округлил глаза и долго медлил, отвечать или нет, но после одобрительного взгляда Феликса, он нажал на зелёную кнопку и приложил гаджет к уху. — Не думала, что ты ответишь, — Донёсся спокойный голос уже не молодой женщины, а Хёнджин вздохнул. — Не думал, что ты мне когда-нибудь позвонишь, — Отвечает он в той же манере, что и женщина. — Мы десять лет не виделись, и это все, что ты можешь сказать? — По чьей вине мы не виделись десять лет, мам? Скажи ещё, что по моей. — А разве нет? Ты позорил нас с отцом. — Ради этого ты звонишь? Если хочешь узнать, исправился я или нет, то тебя ждёт отрицательный ответ. Уже несколько лет я живу с парнем, которого люблю. Ещё есть вопросы? — Феликс посмотрел на Хёнджина и положил руку на его плечо, взглядом показывая, что он рядом. — Отец погиб. Утром в автокатастрофе, — Ответила женщина после долгой паузы, — Ты должен приехать. Он оставил тебе круглую сумму. — Он сказал, что мне не достанется ни копейки после его смерти, так к чему ему оставлять мне деньги? — Он оставался твоим отцом и постоянно интересовался жизнью единственного сына. — Не вешай мне лапшу на уши. Вы оба отказались от меня в то время, когда мне надо было учиться. Именно из-за вас я погряз в огромных долгах, — Ненависть и злость вскипали внутри, успокаивала только рука Феликса на плече, — Я приеду, но вы оба больше никогда не будете моими родителями. Расстроился ли Хёнджин из-за смерти отца? Нет. Ни капли. Для него родители умерли ещё десять лет назад, когда выгнали ребёнка из дома. Грустно ли ему? Нет. Хвану наплевать. Он вычеркнул этих людей из своей жизни ещё тогда и жил спокойно все эти года один, пока не появился Феликс, который сейчас сидит рядом и смотрит на проносящиеся за окном здания, сменяющиеся на деревья и поля. Они едут к матери Хёнджина. Если отец действительно оставил деньги в наследство, он наконец сможет расплатиться с долгами и перестать напрягать родителей Феликса и его самого. Феликс думает, что Хёнджину грустно из-за смерти отца. Переубеждать его Хван решает позже, а сейчас они едут на бешеной скорости в Сеул. Когда за окном показался огромный особняк, Хёнджин остановил автомобиль, а ворота внезапно открылись, и мужчина заехал внутрь. Феликс рассматривал внутренний сад особняка и начинал ненавидеть родителей Хёнджина ещё больше. Пока они жили в этом доме на широкую руку, их единственный сын еле сводил концы с концами. Около дверей особняка стояла немолодая женщина в деловом чёрном платье с длинными тёмными волосами и сложенными в крест руками. Хёнджин остановил автомобиль, отстегнул ремень безопасности и вышел. Феликс последовал его примеру. Пристальный взгляд женщины был наполнен гневом, даже когда она посмотрела на своего сына. — Ты привёз ещё и свою подстилку? — Её голос ещё более строгий, чем вид. Одна аура этой женщины пугала до чёртиков. — Закрой рот, — Хёнджин доволен не больше неё, — Мы здесь только ради денег. — Заходите в дом. Хёнджин взял Феликса за руку и повёл внутрь. Младший хотел сквозь землю провалиться и не видеть эту неприятную женщину. Как только она смогла воспитать такого сына? Зайдя в огромный особняк, в котором одна только гостиная как весь первый этаж родительского дома, парни сели на диван, а женщина напротив. Взяла лист формата А4 и посмотрела на Хёнджина своим равнодушным взглядом, от которого по телу Феликса пронёсся табун мурашек. — По завещанию, которое он составил в прошлом году, тебе отходит пятьсон миллионов вон и загородный дом в Инчхоне. Глаза Феликса округлились. Этих денег хватит, чтобы трижды выплатить кредиты Хёнджина. И ещё дом? Слишком щедро для этого человека. — Когда я могу забрать эти деньги? Женщина встаёт и подходит к камину сзади дивана, на котором она сидела. Над ним располагается огромная картина. Она отодвигает её, а за ней находится сейф. Прикладывает указательный палец к сканеру и он открывается. Достаёт огромную сумку, возвращается к дивану и кладёт её на стол. — Деньги, ключи и документы от дома здесь. Хёнджин встаёт и берет сумку в руки. Смотрит на Феликса, который поднимается за ним. — Завтра похороны, — Говорит женщина и смотрит на сына, взгляд которого обращен к Ликсу. — Тебе когда выходить на работу? — Хёнджин смотрит на младшего, который на секунду теряется. — Через два дня. — Значит приду, — Он смотрит на мать и снова отворачивается, направляясь к выходу. — Вы можете переночевать здесь. — Ты оскорбила Феликса. Думаешь, мы хоть на минуту здесь задержимся? Игнорируя пристальный взгляд матери, Хёнджин берет Ли за руку и спешно выходит из дома. — Хёнджин... — Я в порядке, не волнуйся. Эти люди уже не мои родители. Ты пойдёшь завтра со мной? — Конечно! Это даже не обсуждается! — Феликс сел в машину после того, как Хёнджин снял сигнализацию и сделал то же, что и младший. — Сейчас надо решить, где мы будем ночевать. — Можно у моих родителей, — Хван несколько испуганно смотрит на Феликса, — Мама тебя любит, ты же знаешь. — А отец нет. — Он вроде в командировке. Феликс решил не звонить маме и не предупреждать о том, что они приедут. Хёнджин молчал всю дорогу, стараясь не показывать своих переживаний. Сначала он уговаривал возлюбленного переночевать в отеле, но тот наотрез отказался, ведь им есть где остановиться в Сеуле. Феликс нажал на звонок, смотря в небольшой экранчик, на котором высветилось имя. — Феликс? — Голос младшей сестры раздался через минуту, а после небольшие ворота открылись и Хёнджин, сидевший в машине, после сигнала Ликса, заехал во двор. Девушка выбежала из дома и бросилась обнимать брата, стоило ему только подойти к коттеджу. — Ты снова подросла? — Феликс улыбнулся, глядя на сестру, а та засмеялась, стоило ему потрепать её по голове. — Хёнджин! Привет! — Крикнула Оливия, когда Хван вышел из автомобиля, он кивнул ей с улыбкой. — Родители дома? — Мама уехала по делам, а папа сказал, что вернётся только завтра. Какие-то проблемы с бизнесом. Хёнджин и Феликс переглянались. Они даже знают, что это за "проблемы". — Эти идиоты совсем не понимают в стиле! Я так зла! — Хлопнула входная дверь и раздался гневный голос женщины, — Им говоришь, как будет лучше, а они ничего не понимают! Идиоты! Переглянувшись, Хёнджин и Феликс усмехаются, а младший выходит из гостиной в коридор с улыбкой от уха до уха. Женщина застыла на несколько секунд с сумкой в руках, а затем крепко обняла сына. — Мам, задушишь, — Ликс засмеялся, но женщина и не собиралась его отпускать. — Я то думаю, что за машина стоит во дворе. Привет, Хёнджин, — Сказала она, когда Хван зашёл к прихожую, — Могли бы предупредить, я бы приготовила ужин. — Я уже приготовил, — Феликс улыбается. Как только они приехали, решили сразу сделать маме сюрприз. Оливия за пять минут убрала весь дом, потому что, по её словам, когда папы дома нет, мама иногда не ночует дома, а девушка разводит бардак. Потом возмущалась о таком внезапном визите, из-за которого она предстала перед Хёнджином грязнулей. Мужчина лишь посмеялся и уверил её в том, что она вся в брата и Хван привык к "творческим беспорядкам", что было чистой правдой. Очень часто Хёнджин убирал за Феликсом, который постоянно опаздывает и спешит куда-то. Будь то универ или подработка. И торопит Хвана, который каждое утро отвозить его по делам. Единственное, место где в их квартире всегда порядок — ванная, где элементарно нечего разбрасывать. На кухне постоянно грязная посуда, которую вовремя никогда не моют, в гостиной разбросаны вещи и Хёнджин постоянно находит в новых местах свои кисти и краски. В спальне мятая постель и одежда, валяющаяся по всей комнате. И в основном Феликса. Хёнджин привык. К тому, что Феликс ещё слишком "зелёный". Жить с мамой, которая выполняет всю работу по дому, а потом в школе, где комнаты убирали работники. Поэтому научиться самостоятельности Ли так и не смог из-за того, что Хван всегда закрывал на это глаза. Они ссорились, Феликс уходил, сильно хлопнув дверью, но ничего не менялось на протяжении нескольких лет. Ещё они ссорились из-за жуткой ревности младшего. Без каких-либо инцидентов, просто Феликс оказался жутким собственником и ревновал каждый раз, когда Хёнджин общался со своими учениками и другими красивыми людьми. Хван понимает причину его ревности. Их отношения так и начались. Феликс ученик, а Хёнджин учитель, который заинтересовался школьником и до его появления постоянно занимался сексом с подростками и вёл разгульный образ жизни. Но прекратил все, когда Феликса отправили в Австралию. И младший знает об этом. Знает обо всем. Но исправить ничего не может. Год назад, когда Хёнджина пригласили коллеги на ужин, Феликс устроил громкий скандал из-за того, что Хван решил выглядеть хорошо перед людьми, с которыми работает. Он чуть ли не обвинял старшего в потенциальной измене, ведь тот наверняка найдёт кого-то лучше и красивее вечером. До того момента Хёнджин всегда спокойно реагировал на ревность Феликса и просто разговаривал с ним, убеждая в том, что для неё нет повода и любит он только его, но в тот день Хван сорвался и наорал на младшего из-за недоверия. Ему действительно всё надоело, Хёнджин хотел закончить эти нездоровые отношения и в ту ссору постоянно тыкал в возраст Феликса, за что потом долго извинялся и не пошёл ни на какой ужин, так как Ли ушёл из дома и его пришлось искать по всему чёртовому Пусану. Хёнджин никогда не забудет тот злосчастный день. Он наговорил слишком много лишнего. Возраст, беспорядки, недоверие и назвал отношения слишком больными. Даже предложил закончить их, после чего Феликс и выбежал из квартиры, а Хвану понадобилось около двух часов, чтобы собраться с мыслями и осознать, что он натворил. После того случая Феликс долго не разговаривал с Хёнджином. Они жили в одной квартире словно соседи. Младший по-прежнему готовил еду на двоих, старался меньше разбрасывать вещи и позже возвращался с университета. Игнорировал звонки и сообщения Хвана, который извинялся каждый день за то, что наговорил. Они помирились только после пьяных слез Феликса, когда он вернулся в полночь и еле стоял на ногах, но каждую секунду повторял, как сильно любит Хёнджина и не хочет его терять не смотря ни на что, но был слишком обижен словами старшего. К счастью, потом все наладилось и парни перестали вспоминать тот случай. Феликс больше так сильно не ревновал, а Хёнджин старался не подпускать слишком близко к себе других людей, и жить стало им гораздо легче. Раньше Ли даже предположить не мог, что будет так сильно ревновать мужчину. Он обвинял его, как Чанбин когда-то. И чем Феликс лучше него в таком случае? За ужином мама Феликса болтала без умолку. Рассказывала о работе, о том, как устроилась Рэйчел в компанию, которае продвигает айдолов, Оливия готовится к переезду, а отец пропадает целыми днями в офисе. Когда входная дверь открылась, Феликс ожидал увидеть Рэйчел, которая в это время, по словам мамы, приходит с работы. Все пошли её встречать, но на пороге стоял Старший Ли, глаза которого округлились при виде сына и Хёнджина. — Вы здесь из-за похорон? — Спрашивает он, смотря на Хвана, который кивает. — Каких похорон? — Удивляется мама и удивлённо смотрит сначала на сына, а потом на Хёнджина. — Отец умер, — Спокойно говорит Хван и вздыхает, — Мы приехали из-за наследства и решили остаться на похороны. Женщина меняется в лице, на котором появилось сочувствие. — Ох, прими наши соболезнования, — Говорит она, а Хёнджин лишь улыбается. — Мы не были близки, так что все нормально. — Так он тебе все-таки что-то оставил? — Спрашивает Господин Ли без какого-либо упрёка в голосе, когда все заходят на кухню. — По сравнению с его богатствами, отец выделил мне лишь крошки. Расплачусь с долгами и куплю Феликсу машину. Глаза Ликса округляются, а отец наверняка доволен ответом Хёнджина, раз улыбается. — Ему бы на права сдать сначала, — Говорит мужчина, а Хван смеётся. — Сдаст. — Меня вы спросить не хотите, я так понимаю? — Возмущённо говорит Феликс, смотря на отца и Хёнджина, стоящих рядом. И когда только отец стал нормально относиться к Хвану? — Какая ещё машина? — Спрашивает Феликс, когда они остаются с Хёнджином вдвоём на кухне, под предлогом мытья посуды. — Я не смогу тебя каждый день отвозить на работу, — Отвечает Хван и обнимает младшего за талию, прижимая ближе к себе. Ли кладёт руки на плечи мужчины и слегка улыбается, — Ещё мы сможем сделать ремонт. Мне осталось выплатить сто миллионов, так что нам на все хватит. — Если все будет так, как ты говоришь, через пару лет мы начнём жить как богачи, — Ликс смеётся и обнимает Хёнджина, — Но ты точно в порядке? — Его голос в мгновение ока становится взволнованным. — Да, — Хван кивает, — Я их давно не считаю своими родителями. И, судя по всему, отец так и не принял меня, поэтому скорбить нет смысла. Феликс понимает. Если бы он принял сына, то оставил больше в наследство. А это так, для отвода глаз. Конечно, плохо искать выгоду в смерти человека, но Ли слишком сильно ненавидит этих людей, чтобы относиться иначе. И он верит Хёнджину, на лице которого не дрогнул ни один мускул, когда позвонила мать и сообщила о гибели отца. Главное, чтобы Хван был в порядке. Смотря на два чёрных смокинга, настроение упало ещё ниже. С чего Хёнджин должен надевать траурную одежду? Феликс же считал наоборот, мол, нужно уважительно отнестись к умершему человеку и не важно, какой он подонок, ведь все мы смертны. Хван понимает его, но все равно не хочет надевать этот чёртов смокинг, который Госпожа Ли откуда-то достала. В итоге, Хёнджин так и не надел его, как бы Феликс не уговаривал, и решил идти в той же одежде, в которой приехал, состоящую из светлой джинсовки, чёрных джинс и уже новой белой футболке из старого гардероба младшего. Ли застегнул предпоследнюю пуговицу чёрной рубашки и надел пиджак. Он посмотрел на Хёнджина, который играл во что-то на телефоне, сидя на кровати. Как только старший заметил, что Феликс готов, встал с кровати и убрал гаджет в карман. Они спускаются вниз, где их уже ждёт Господин Ли. — Вы поезжайте, я приеду позже, — Говорит он, берет ключи у жены, целует её и выходит из дома. — Будьте осторожны, — Встревоженно произносит женщина и обнимает обоих парней по очереди, а после те покидают дом. Зайдя в поминальную комнату, Феликс огляделся. По середине стоит портрет, окружённый цветами. Хёнджин нахмурился при виде фотографии отца. Людей много, что не удивительно, учитывая, какой шишкой был погибший. К парням подходит Госпожа Хван в чёрной одежде, стоявшая недалеко от входа в комнату. Феликс видит её гнев в одном только взгляде. — Ты во что вырядился!? — Она говорит шёпотом, чтобы не привлекать внимания всех людей, собравшихся в помещении, но даже так, её голос звучит очень злобно и рассерженно. — Траурную одежду разве не только близкие умершему надевают? — Как ни в чем не бывало отвечает Хёнджин, а Феликс испуганно смотрит на него. Это определённо перебор. Внимание людей приковывается к Хвану, который и не собирался говорить тише. Ли очень хочет ударить его сейчас, но сдерживается изо всех сил. — Сколько можно нас позорить? — Женщина делает глубокий вдох. Феликс вздрагивает от руки, которая легла на его плечо. Оборачивается и видит отца. — Госпожа Хван, примите наши искренние соболезнования, — Мужчина поклоняется и слегка давит на Ликса, чтобы он поступил так же, — Мы с сыном вам очень сочувствуем. Это что, способ унизить скорбящую женщину? Феликс непонимающе смотрит на отца, а затем переводит взгляд на Госпожу Хван. Её лицо с шокированного резко меняется на ещё более злое, чем минуту назад. Довольный вид отца пугает больше, чем её гнетущая аура. Именно поэтому он решил прийти? Феликс слышит перешёптывания людей, взгляды которых устремлены на них. " Это что, сын-гей погибшего? Зачем он вообще пришёл? Чтобы опозорить родителей ещё больше? Так он ещё и с сыном их конкурента! Разве этот парень не мальчишка? Ему ведь немного за двадцать!". Хочется заткнуть уши, чтобы не слышать этого абсурда. — Так ты ещё и помоложе любишь? — Продолжает Госпожа Хван шёпотом, — Решил совсем добить нашу репутацию? Хёнджин уже хочет что-то ответить, как его перебивает Господин Ли: — Хёнджин, ты бы мог взять нашу фамилию. — Так и сделаю, Господин Ли, — С улыбкой на лице говорит Хёнджин, а люди, включая его мать, шокированы, как и Феликс. Хван направляется к алтарю с фотографией отца и останавливается. Взгляды всех направлены на них. Презрение, осуждение и ненависть, вот что в этих глазах видит Феликс и делает вывод, что эти люди прогнили до самого своего основания. — Больше мне тебя позорить не придётся, — Говорит Хёнджин, смотря на фотографию, и усмехается, а затем поворачивается к матери и слегка поклоняется, — Примите мои соболезнования, Госпожа Хван. Феликс чуть ли не побежал за Хёнджином, который пулей вылетел из поминальной комнаты. Он задержался, чтобы послушать, что говорят люди, но они стали оскорблять мужчину, а Ли не выдержал присутствия этих идиотов. Не сказать, что Хван поступил ужасно, когда говорил все те вещи, но уж точно нельзя назвать его поступок хорошим. Ещё и отец, который, с какого-то хера, предложил ему сменить фамилию. Что с ним происходит вообще? Ещё месяц назад он спрашивал, не хочет ли Феликс бросить "взрослого педофила" с интонацией, которая не предназначена для оскорблений, а сейчас стал так хорошо к нему относиться? Ликс не так глуп, чтобы поверить в его резкую перемену. Абсурд. Хёнджин стоял на улице, около своего автомобиля и курил сигарету, смотря в небо. Феликс быстро подошёл к нему и взял за руку, кладя голову на плечо. — Ты действительно хочешь поменять фамилию? — Спросил Феликс через несколько минут, когда почувствовал на своей голове чужую. — Возможно, — Хван вздохнул, — Не хочу носить с ними одинаковую. — Хванов в стране достаточно. — Ты не хочешь, чтобы я стал Ли Хёнджином? — Он усмехается, а Феликс слегка бьёт его в бок локтем. — Не звучит. — Хм... Ким Хёнджин? А как тебе Ким Феликс? Младший смеётся, и его веселье подхватывает Хван. Они, вроде, несколько минут назад вышли с поминальной комнаты, а так радостно разговаривают. Феликсу, конечно, плевать, но совесть начала его грызть изнутри, поэтому он быстро прекратил смеяться, а затем обнял Хёнджина. — Как тебе предложение съездить на отдых? — Голос Хвана нежный, такой, который Феликс любит больше всего на свете и улыбается, — Ну... Например, на Мальдивы? — Сначала кредиты и ремонт. — И машина. — И права. А потом подумаем на счёт Мальдив. — Может объяснишь почему так резко поменял отношение к Хёнджину? — Феликс держит в одной руке телефон, а в другой вилку, которой ковыряется в тарелке. — Что мне ещё остаётся, если ты живёшь с ним уже четыре года? — Голос отца звучит несколько устало. После похорон он уехал на несколько дней в Инчхон по делам и все ещё не вернулся, — Да и он вроде не так плох, как я думал. — Просто старше меня на двенадцать лет и бывший классный руководитель, да? — Да. После короткого разговора с отцом, Феликс отключился и отодвинул тарелку с почти нетронутым завтраком. Льющаяся вода в ванной комнате говорила о том, что Хёнджин все ещё моется, поэтому Ли быстро выходит из квартиры, захватив по пути куртку. Возвращается Феликс через пару часов с пакетом продуктов в руках, который очень тяжёлый, особенно если держать его только одной, и мысленно матерится, когда Хёнджин не открывает дверь, а сам он ключи оставил на тумбочке. Зачем они вообще нужны, да, Ли Феликс? Спустя несколько минут настырных звонков и стуков в дверь, она отворяется и Ликс видит недовольного Хвана. — Для чего тебе ключи? — Рычит мужчина, а Ли закатывает глаза. — Я их снова забыл. — В следующий раз не открою, — Феликс проскальзывает внутрь, целуя Хёнджина в губы. Откроет, куда денется. — Ну же, дорогой, не злись, — Младший улыбается, пока снимает ботинки. Хёнджин забирает пакет из рук возлюбленного, и одновременно с этим слышит скул, доносящийся из Феликса. Он вопросительно смотрит на Ли, а тот лишь лучезарно улыбается и расстегивает куртку, из которой вылазит бело-чёрная маленькая голова. — Это Кками. Кками, это Хёнджин, — Ли берет щенка за лапку и протягивает мужчине, который смотрит на парня, будто тот сошёл с ума, — Я люблю говорить с животными, не смотри на меня как на безумца. Феликс уходит в гостиную и сажает собачку на диван. Животное не прекращало дрожать то ли от холода, то ли от страха и сразу же забилось в угол дивана под плед. — Кками, это твой новый дом, не бойся, — Феликс всеми силами пытался выманить щенка из под пледа, но тот продолжал постоянно скулить и дрожать, не двигаясь с места. — И где ты его нашёл? — Спросил Хёнджин, стоя в проходе и облокотившись плечом о дверной проем. — Купил. Подумал, что нашей семье нужно пополнение. — С животными возьни больше, чем с детьми... — Хёнджин явно не доволен самовольным поступком Феликса. — Хёнджин, у нас все только начало налаживаться, поэтому я подумал, что щенок станет словно наш общий ребёнок, о котором мы будем заботиться вместе, любить его. Если ты не хочешь, я отдам Кками обратно. — Да ладно тебе, я не против, — Хван почесал затылок и подошёл к дивану, тыкнув пару раз в щенка под пледом, — Кками, вылезай давай. — Не выйдет, — Феликс вздыхает, а щенок медленно движется к руке Хёнджина, а после облизывает её, — Это не честно! Я же первым тебя уговаривал! Хёнджин смеётся, смотря на возмущённого Феликса. Казалось бы, ничего не поменялось и Ли всё тот же ребёнок, но уже взрослый, самостоятельный. Хоть поступки временами и говорят об обратном. Как сейчас. Феликс притащил щенка и уже дал ему имя. Сидит, возмущается на Кками, что он его не полюбил, а Хёнджин не в первый раз смотрит на младшего и думает, как сильно любит этого человека. Со своими недостатками, милыми веснушками и лучезарной улыбкой. Временами глупого и наивного мальчишку, но в постели такого страстного и громкого, что приходится закрывать ему рот. Любит в нем каждую мелочь. Любит его вкуснейшие брауни, которые Феликс давно не готовил. Любит, как он чистит зубы, и ходит в это время по всей квартире. Любит, как он мило садится на диван в позу лягушки с попкорном в руках, и ждёт, когда Хёнджин включит фильм. Любит споры с Феликсом. Они слишком разные и часто не сходятся во мнениях, но Хван любит это. Он любит его целиком и полностью, чертовски ревнивого, но такого наивного и обаятельного. Хёнджин просто любит Феликса. Поэтому ждал его два года, поэтому уехал с ним в Пусан, поэтому бросил все ради него, поэтому отказался от предыдущего образа жизни, поэтому терпел постоянные истерики ещё незрелого Ликса и терпеливо ждал, когда его любимый станет старше. Время не щадит никого. Хёнджин это понимает, когда просыпается в день своего тридцатипятилетия. Он вздыхает и чувствует холод рядом, хлопает рукой по постели. Феликса нет. Настенные часы показывают половину шестого утра, а младший встаёт ровно в шесть. Даже Кками нет, хотя обычно он спит рядом. Хёнджин встаёт и направляется к двери, накинув на себя большую футболку, купленную Феликсом пару месяцев назад. Стоит ему только зайти в гостиную, как в лицо летит конфетти после громкого хлопка. — С днем рождения! — Низкий голос Феликса. Пока Хёнджин пытается понять, что происходит перед глазами, маленькие ручки младшего крепко обнимают его за талию. Рядом гавкает Кками, будто тоже поздравляет. — Половина шестого утра, Феликс, — Хван протирает глаза и открывает их. Перед ним стоят родители Ликса и его сестры. До сонного Хёнджина не сразу доходит, что он стоит в одной футболке и трусах. Госпожа Ли улыбается, как и девушки, в то время как мужчина явно чем-то недоволен. — С днем рождения, Хёнджин! — Кричит Оливия, когда Феликс осматривает семью, и подбегает к мужчине с небольшой коробочкой в руках. Удивление не сходит с лица Хвана. Он точно не спит? Никто так не поздравлял его с днем рождения раньше. Это впервые, когда кто-то сделал для него сюрприз. — Ты тоже часть нашей семьи, Хёнджин, — Говорит женщина, словно читая мысли Хвана. Она подходит и берет его руку, кладёт в неё свою коробочку, а в другую ту, что держала Оливия. Хёнджин стоит, не двигаясь, пару минут, пока в него не летят ключи, по всей видимости, от автомобиля. Он понятия не имеет, как поймал их с занятыми руками. Хван вопросительно смотрит на мужчину, а тот лишь вздыхает. — Вы ведь так и не купили новую машину, — Он злобно посмотрел на Феликса, который мгновенно отвёл взгляд, словно кот, совершивший пакость, — Из-за кое-кого, кто не может сдать на чёртовы водительские права уже год. Поэтому я сам купил тебе машину. Свою отдашь Феликсу, если он когда-нибудь получит права. — Да папа! Ты совсем в меня не веришь!? — Тебе вообще лучше не доверять машину, разобьёшь ещё, — Голос мужчины серьёзный, а Хёнджин смеётся. С того, как двадцатитрёхлетний парень спорит с отцом и говорит, что он может водить машину, но кто-то вечно мешает. — Спасибо вам... — Тихо произносит Хёнджин, опустив голову, — За то, что вы приехали. И за подарки спасибо. Самый главный ваш подарок для меня – это Феликс. Спасибо за него, — Он смотрит на младшего, лицо которого расплывается в улыбке. — Вообще, я хотела сама заняться ремонтом в вашей квартире, поэтому настояла приехать, — Сказала Госпожа Ли, а все присутствующие засмеялись. Впервые за полтора года, двери загородного дома в Инчхоне открылись. Внутри все заполнено мебелью, накрытой белыми тканями, а в воздухе чувствуется запах пыли. Феликс и Хёнджин смотрят друг на друга. — Это будет сложно, — Говорит Хван и улыбается. Ли кивает, открывая дверь на распашку. Весь оставшийся день парни вымывают дом от и до. Они открыли все окна и двери, убрали с мебели всю ткань, вымыли полы на двух этажах, выкинули кучу мусора. В общем, выдраили дом, чтобы он выглядел, как новенький. Пока Хёнджин заканчивал с уборкой, Феликс съездил за продуктами и приготовил карри. Хван плюхнулся на диван с громким стоном усталости. — Дорогой, иди ужинать! — Феликс кричал с кухни, а у Хёнджина закончились силы. Даже встать с дивана, который оказался очень мягким, не мог. — Не могу... — Протянул старший и вздохнул. Он даже предположить не мог, что уборка в доме может изнурить больше тренировок в зале. Белая макушка показалась из-за угла. Вопросительный взгляд Феликса сменился на понимающий и он снова ушёл на кухню, вернувшись с подносом в руках. Ли аккуратно поставил его на журнальный столик и повернул голову к Хёнджину. — Ты должен поужинать, — Строго говорит Феликс, а Хван с ним согласен. Он голоден так сильно, что готов хоть медведя целиком съесть, но сил совсем не осталось, — Может тебя покормить? Хёнджин с улыбкой на лице кивает и с большими усилиями встаёт, чтобы сесть на диван. Феликс ложкой зачерпнул карри с рисом и поднёс ко рту Хвана, который приоткрыл его, чтобы еда поступила в организм. Он удовлетворённо закрывает глаза и жуёт, наслаждаясь вкусом стряпни своего возлюбленного. — Я в раю? Тогда почему ем что-то настолько вкусное? — Феликс смеётся и снова кладёт в рот Хёнджина карри, — Кстати, ты Кками покормил? — Спрашивает Хван, прожовывая еду. Глаза младшего округлились. — Кками... Я не видел его в доме... Силы словно наполнили тело Хёнджина и он сорвался с места. — Кками! Кками! Оба вздыхают, когда слышат скул из переноски для животных. Феликс быстро открывает дверку, а собачка бежит на него и все также скулит. — Как мы могли забыть открыть клетку вообще? — Ругается Хёнджин, пока Феликс держит Кками на руках и гладит. — Если с ним что-то случится, никогда себе этого не прощу... Что, если начнутся проблемы со здоровьем из-за нашей забывчивости? Кками может заболеть или ещё что похуже! — Феликс, ты как мама, которая гиперопекает ребёнка, —Хван слегка улыбается и подходит к младшему, коснувшись мягкой шерстки Кками, гладит. — Кками наш ребёнок, Хёнджин. Хван поднимает голову и смотрит на Феликса. Он абсолютно серьёзен, говоря эти слова. И Ликс прав. Все время с того момента, как Феликс принёс щенка, они оба заботились о нем, как о человеке. Покупали все самое лучшее и даже поставили домик в гостиной для питомца. Младший постоянно заказывал одежду для собак, дорогущий корм и возил Кками к ветеринару. К счастью, он сдал на водительские права сразу после дня рождения Хёнджина, с которого прошло несколько месяцев. А ещё они разговаривали с Кками. Каждый раз, когда питомец появляется в поле зрения. Закрывали дверь в спальню и выгоняли его оттуда, когда собирались заняться сексом. Однажды у Хёнджина пропало все желание из-за скула собаки под дверью. Феликс тогда долго смеялся и до сих пор припоминает этот случай Хвану. Хёнджин кладёт руку на щеку Феликса и нежно гладит её большим пальцем. Ли закрыл глаза, наслаждаясь прикосновением мужской руки. — Я люблю тебя, Феликс, — Внезапно говорит Хван, а младший лишь улыбается этой лучезарной улыбкой, которая сводит с ума. — И я люблю тебя, Хёнджин. Обещай, что мы всегда будем вместе, — Феликс смотрит на мужчину, а в его глазах тепло и нежность. В его глазах безмерная любовь. Хван улыбается и кивает, — Обещай, что пройдём через все трудности вдвоём, преодолеем любую преграду и умрём в один день. — Обещаю, любимый.