Storyshift: Сброс.

Рорели вновь проснулась. Опять убийства, опять смерть и разрушения. Этот бесконечный и постоянный сон выматывал ее. Хоть она и привыкла к бессонным ночам, ее одолевала потребность организма в отдыхе, и приходилось волей-неволей погружаться в сон: Снова тот самый злосчастный коридор. Солнце светит так ослепительно и ярко, что видимость падает. Но не для неё. Снова слышатся шаги и входит Марионетка в руках опытного кукловода, который когда то давным для неё был нечто большим, но теперь это уже в прошлом. Бесконечно отыгрывать все тот же сценарий, все те же реплики и все та же бессмысленная надежда. Надежда на то, что он перестанет творить эту резню. Те же атаки, раз за разом. Затем внезапное предательство, острая боль и темнота. Осознание того, что ты раз за разом умираешь, и ничего не можешь делать, заставляло биться сердце чаще чем обычно. Однако с момента, как пустота по каким-то непонятным никому причинам отступила и мир возвратился, Себастьян пропал. Он пропал навсегда, исчез. Путь Геноцида был остановлен. Но один лишь вопрос мучал только её: ‘Надолго ли это?» -Просыпайся, соня! Завтрак на столе. Голос Азриеля «возвращал» в реальный мир Рорели. Она привыкла находится в этом мире, но старый добрый мир-улей Вальхаллы не забудет никогда. Ей хотелось, чтобы все откатилось назад, все вернулось в прежнее русло. Она хотела домой к родителям. И долго-долго по ночам, когда никто не слышит, она плакала проклиная свою Судьбу. Но в этот раз все было по другому. Решительность. Именно это ключ к возможному нахождению решения. Необходимо найти и добить эту тварь, кем бы она сейчас не являлась. Пусть даже в самой пустоте! И позавтракав, не убрав за собой (к чему козлик уже привык и даже перестал ворчать) та захотела выйти, как он её окликнул: -Ты сегодня чем то озабочена. Что то случилось? -А почему ты так решил? -Обычно ты всегда моешь за собой посуду, но в этот раз это не так. И дело точно не в твоей лени, ибо ее и так у тебя нет. -Да не, это просто случайность. -Случайности не случайны. Лучше расскажи мне в чем дело. Ответом стала телепортация. Рорели успела услышать: ‘Эй, я ещё не договорил! Вернись!» Она телепортировалась на сторожевую станцию прямо рядом с Руинами. С теми самыми Руинами, откуда должен прийти человек. Рорели уже смирилась со своей Судьбой. Она обычно тут сидит и ждёт, когда появится ребёнок. Ожидание было томительным и, по большей части наблюдений, не давало никакого результата. Незаметно, часовой начала задрёмывать, но затем быстро проснулась. Сон ей казался одной из самых страшных пыток, ведь сюжет всегда будет одним и тем же: хаос и разрушение. Вдруг раздались шаги. И причём шаги от Руин. Рорели встревожилась, однако была готова на все. Если шёл Себастьян, то она готова была убить его здесь и сейчас. Но какого же было удивление, когда это был Фиря. Живой и здоровый. -Чара! Я не думал, что ты будешь тут. -Хэй, привет. Я так понимаю ты больше не в его власти. -Конечно нет, — он улыбнулся, — я чист. -Ну и прекрасно. Надеюсь того, что было не повторится НИКОГДА. Вроде бы все пошло по старому. Путь пацифиста за путём пацифиста. Странновато казалось, что все так быстро закончилось. Однако это было неудивительно: Себастьян решил терроризировать во снах, поэтому полностью убрал своё влияние на материальный мир. -Ты такая странная. Голос был везде. Однако никто это не слышал и не замечал. -Что же, отчасти ты права. Я больше не могу влиять на материальный мир. Но кое-что ты упустила. Тогда ещё в Схоле ты подсознательно ‘впустила» меня в своё пространство, открыла дверцу в свой мир. Ты это я, а я это ты. Запомни это, дорогуша. -Изыди =), мне не составит труда побороть тебя и в своей голове. Я тебя найду, хоть даже в пустоте. -Дурашка, вот ты кто. Тебе меня не найти, ибо я нахожусь в том месте откуда нет выхода и входа. Искать будет бесполезно. Сама Пустота укрывает меня. Действительно, туда не попадёшь ни при каких обстоятельствах. Казалось, что же делать. Ведь это гадье достанет везде и всюду. Оставалось пока не поддаваться на любые уговоры и уловки Себастьяна, проще говоря игнорировать. Пока что это был единственный способ борьбы, который всплыл в голову.