his only sweetness

В лунном свете на террасе винокурни две фигуры сливались в одну единую тень. Небольшие ладони — совсем бледные и холодные — оглаживали сильное крепкое тело. На бочке, что стояла неподалеку от двух силуэтов, стояло недопитое вино, шлейф которого витал в воздухе и пьянил и так нетрезвую голову Архонта. — Ты же обещал, что не будешь больше, Дилюк, — прошептал Венти, касаясь сухими губами его рубахи. В силу своего роста ему не удалось достать до его шеи и, тем более, губ. Запах Рагнвиндра кружил его голову, отчего он, буквально тёк и, то и дело, вздрагивал от его рук, что придерживали его тело, не давая ему свалиться с ног. — Что не будешь больше меня доводить до такого. — А ты обещал, что не будешь более пить моё вино, — твёрдо и сдержанно сказал Дилюк, однако его руки делали совсем иное — гладили его рёбра через шёлковую рубашку, кончики пальцев касались открытых — и слишком доступных рядом с ним — ключиц, ладони оглаживали шею, мягкие по-мальчишески щёки, ушки, веки и большие пальцы совсем настырно давили на его плотно сжатые губы. — Ты нарушил своё обещание, а я своё. По-моему, всё честно, — Рагнвиндр усмехнулся, обдавая горячим шёпотом его и так красное ухо. Венти выдохнул, напрягая всё тело и сильнее сжимая свои губы. — Как ты можешь быть таким? — Дилюк вдохнул запах волос — запах одуванчиков, солёной карамели и вечной юности — Венти и оставил лёгкий поцелуй на макушке. — Строишь из себя невинного мальчишку? — потихоньку терпение Рагнвиндра терялось, отчего его прикосновения к маленькому, хрупкому телу, были резче и грубее. Он протянул свою руку до бутылки вина, взяв её отпил и, не глотая, приблизился к лицу Архонта. — Я не строю, я и есть… — Венти попытался держать самообладание, но когда под коленками подхватили крепкие руки Дилюка, поднимая его вверх, отчего лицо оказалось в паре сантиметров от лица Рагнвиндра, ему стало действительно не по себе от того, как сильно его охватило желание вновь отдаться ему. — Хватит уже мной играть, Мастер Дилюк, — сказал он возмущенно, но ногами обвил его поясницу, прижимая к себе. Затуманенный взгляд Венти хаотично бегал по его лицу в поисках хоть каких-либо эмоций, однако взгляд Рагнвиндра был нечитаемым и серьёзным. Дилюк приблизился к губам Архонта практически касаясь своими сомкнутыми и, надавив большим пальцем на чужой подбородок, приоткрыл рот Венти, практически тут же целуя, давая ему немного вина, что всё время держал у себя во рту. Язык Барбатоса ласкал чужие губы, которые, к тому же, были на вкус как его любимое вино и слизывал стекающие на подбородок капельки, сладко мурча в поцелуй. Рагнвиндру было тяжело терпеть подобные выходки Венти, потому что тот и так был для него его слабостью и сладостью. Но, что иронично, Дилюк ненавидел сладости. Покрепче сжав чужие ягодицы в своих ладонях и вжав Венти в себя, опустился поцелуем на его тонкую шею, сразу же оставляя несколько укусов. Рагнвиндр не мог держать себя в руках, когда Архонт был таким — податливым, мягким, мурлыкающим, словно кошка, сладким на вкус. Дилюк оставил ещё несколько меток на чужих ключицах прежде, чем усадил Венти на стоящую неподалёку бочку и опустился на одно колено, смотря снизу вверх на ошеломлённое лицо юноши. — Ты? Невинный мальчишка? — усмехнулся Дилюк. — Тогда о чём же ты сейчас думаешь, когда я вот так вот сижу перед тобой? — Рагнвиндр обхватил щиколотку Венти пальцами, поражаясь его худобе и хрупкости и, приблизившись совсем близко, оставил лёгкий поцелуй через тонкий капрон чулок. Юноша вздрогнул, сразу же сводя колени вместе. — Ни о чём таком… — Венти резко выдохнул, когда Дилюк вновь поцеловал его, высовывая язык и оставляя мокрый след на капроне. Рагнвиндр прошёлся дорожкой поцелуев вверх, к его коленям, и оставил ещё несколько мокрых и громких поцелуев. Архонт наблюдал за его губами и так и не постарался закончить свою первоначальную мысль. Глаза Венти сверкали в темноте и Дилюк не мог не отметить то, как сильно его возбуждал этот взгляд — взгляд предвкушения и желания. — Тогда… Если так? — пальцы Рагнвиндра добрались до кромки чулок и поддев большим пальцем, немного приспустил их, оголяя гладкую и бледную кожу. Дыхание Венти вмиг сбилось и он пискнул, отчего Дилюку послужило это отличным сигналом, чтобы продолжить мучить Архонта. Оголяя юношеские колени от капрона, Рагнвиндр принялся оставлять невесомые поцелуи на его коже, стараясь не сойти с ума от того, какой она была гладкой и нежной. Колени Венти были для Дилюка верхом превосходства — его заводило то, как они были скрыты для всех и доступны только для него одного, какими они были острыми и совсем иногда в синяках. Дилюк принялся оставлять слабые засосы на его бедрах, поцелуями то поднимаясь к самим шортам, то опускаясь до щиколоток. Архонт старался молчать и не подавать виду того, как он, на самом деле, сходил от всего этого с ума. Как его возбуждал Дилюк, как он, на самом-то деле, представлял его губы на себе каждый раз, когда пил его вино, как он действительно думал о разных непотребствах, стоило только Рагнвиндру появиться в поле его зрения. Венти то и дело сдвигал колени вместе, стараясь не перевозбудиться от ласк Дилюка, однако спустя мгновение, тот, словно прочитав его мысли, раздвинул его ноги шире, смотря прямо в глаза снизу вверх. — Я знаю, о чём ты думаешь, — Дилюк погладился щекой о внутреннюю часть бедра Архонта и, облокотившись о бочку руками, поднялся, сокращая между их лицами какое-либо расстояние и заглянул в блестящие изумрудные глаза, ладонями оглаживая его спину и придвигая тело Венти к себе, вжимаясь своим пахом в его. — Хватит мной играть, Мастер Дилюк, — выдохнул в его губы Венти, но так и не посмел коснуться их своими, всё ещё пытаясь сопротивляться соблазну. — Венти, ты же начал первый, разве нет? — руки Дилюка хаотично гладили его тело, сводя Архонта с ума и остановившись на волосах, Рагнвиндр потянул за них вниз, открывая доступ к тонкой шее. Дилюк лизнул его адамово яблоко, а затем оставил один большой и громкий засос, отчего Архонт сладко простонал, впутывая свои пальцы в ярко-рыжие волосы Рагнвиндра и оттянув его от себя, запрокинул голову назад, тихо посмеиваясь. — Я люблю твои ключицы, — начал вновь Дилюк, проходя кончиками пальцев вдоль его шеи, где красовались следы. — Я люблю твои щёки, — Дилюк затуманенным взглядом приблизился к его лицу и слабо укусил его за мягкую щёчку, тут же зацеловывая короткими поцелуями. — Я люблю твои коленки, — одной рукой Рагнвиндр скользнул сверху вниз к его бёдрам, оглаживая их, проходя невесомыми касаниями сначала до коленок, а затем, опускаясь до щиколотки и сжимая её в кольце пальцев. — Я люблю твои волосы, — Дилюк оставил на лбу Венти легкий поцелуй прежде, чем вдохнуть запах его волос и, закатив глаза, снова оставил поцелуй где-то на его щеке. — Я люблю как ты смущаешься и строишь из себя невинного мальчишку, — Рагнвиндр притянул тело Архонта за талию и вжал в себя с силой, почувствовав, как твердо было в его шортах. — И мы оба прекрасно знаем, что ты таковым не являешься, — Дилюк опустил его щиколотку и, спустя пару мгновений, обхватив его лицо обеими ладонями, огладил большими пальцами его мягкие щёки, поцеловал его влажные губы, которые Венти то и дело облизывал и покусывал, пока Дилюк говорил ему всё это. Поцелуй вышел глубоким, вдумчивым, по-настоящему взрослым, горячим и вкусным за счёт недавно выпитого Венти вина. Рагнвиндр рвано дышал в поцелуй то и дело его прерывая и целуя вновь, а Венти тихо-тихо постанывал, совсем теряя связь с реальностью. Ластился к телу Дилюка, словно кот, так и прося дать ему больше ласки. — Дилюк, ты же обещал… — руки Венти, наконец, осмелились коснуться его. Он огладил его сильную спину и, опустившись на ягодицы Рагнвиндра, притянул к себе, потираясь своим пахом о его и сладко простонал, закатывая глаза. — Но я больше не могу терпеть, — Архонт раздвинул ноги — настолько широко насколько мог — и не уследил момент, когда чулки совсем соскользнули с его ног. Его руки то и дело старались гладить, щипать, царапать тело Рагнвиндра и его самого это заводило не меньше, чем Дилюка, который буквально рычал куда-то ему в шею. Он был в одной рубашке и это позволяло ладоням Венти чувствовать жар его тела, ощущать каждую мышцу, что напрягались каждый раз, когда Дилюк вновь прижимал тело Архонта к себе, создавая трение. — Ты признаёшь, что любишь все эти непотребства? — горячо прошептал Рагнвиндр на ухо Венти и совсем не случайно коснулся языком его мочки, от чего Архонт вздрогнул и покрылся мурашками. — Признаешь, что ты не невинный и хочешь этого? — Рагнвиндр опустил свою ладонь на его возбуждение, сжимая через шорты и губами ловя его судорожный выдох. — Д-да, Мастер Дилюк, я… — Венти был сплошным натянутым нервом и каждое касание Рагнвиндра, каждый последующий его поцелуй доводили его до звёзд перед глазами. — Я не невинный мальчишка, пожалуйста, — он потёрся пахом о его руку и промычал, безмолвно прося коснуться его под тканью шорт. Руки Архонта то и дело царапали его шею и цеплялись за волосы, взлохмачивая и без того взъерошенные и густые волосы Рагнвиндра и такие простые действия убивали остатки разума моментально. — Ты меня сводишь с ума, знаешь это? — Дилюк отстранился, снимая с себя рубашку и усмехнулся, когда Архонт, не сводя взгляда с него, облизал свои губы и практически прокусил их в кровь. Он приблизился к Венти и, взяв обе его обнажённые от чулок ноги в одну руку, постарался снять с него шорты, практически тут же их отбрасывая куда-то на пол террасы. Взгляд Архонта был только на его торсе, рёбрах, сосках и ему безумно — до дрожи в коленях — хотелось коснуться его кожи губами, не пропуская ни сантиметра облизать его и оставить столько следов, чтобы Дилюк стеснялся более ходить обнаженным по пояс по своей винокурне, собирая на себе взгляды служанок. Расстегнув корсет и после — подняв руки Венти вверх и сняв с него рубашку, он отошёл на пару шагов, смотря на Архонта так, словно тот был произведением искусства. — Знаешь же? — Знаю? — Венти, усмехнулся, раздвигая свои ноги шире и прослеживая тот момент, когда зрачки Дилюка поглощали радужку. Архонт запрокинул голову назад, прикрывая глаза и проходя ладонью по своему телу, очерчивая кончиками пальцев свои соски, рёбра, впалый живот и, обойдя свой пах, спустился на ноги, проводя пальцами по коленке и вздрогнул, когда почувствовал на своей талии крепкие горячие руки. Рагнвиндр прикусил губу Архонта и, зализав укушенное место, вновь поцеловал его, сразу же проникая языком внутрь. Дилюк, повторяя движения рукой Венти минутой ранее, огладил его тело и ладонью остановился у его паха. Взяв в руку возбуждение Архонта, Рагнвиндр сжал головку его члена, удивляясь тому, каким он был мокрым и, дождавшись когда Венти выдохнет от удовольствия в поцелуй, обхватил его ствол кольцом пальцев, сразу же опускаясь с головки до основания, растирая по возбуждению смазку. Венти дёргался от того, настолько ему было хорошо, когда он его ласкал и Дилюк, подхватив его под ягодицы, поднял на руки, стараясь как можно быстрее оказаться в комнате. Уложив Архонта на свою огромную с шёлковыми изумрудными простынями кровать, Дилюк навис над ним, смотря в глаза. — Это вновь происходит, да? — намекая на то, что их первый раз уже был, усмехнулся Рагнвиндр. — Ностальгически… Эта же кровать, эта же комната, — Дилюк провёл указательным пальцем по его шее и надавил на ярко-красный след от засоса. — Такие же яркие следы, такие же вкусные губы, — Рагнвиндр облизнул губы Архонта и вмиг отстранился. — Ты вновь течёшь, — приподнимаясь, Дилюк принялся расстёгивать свои брюки и уже через пару мгновений избавился от них. В освещении свечей и совсем немного — лунного света, Дилюк мог отчётливо видеть румянец на щеках Архонта и то, какими красными и искусанными были его губы. Дилюк взял ноги Венти за щиколотки и закинул себе на плечи, попутно целуя нежное место под коленками. Взяв свои же пальцы в рот, не прерывая зрительного контакта ни на секунду, Дилюк обильно смочил их слюной и вынув, тут же подставил несколько к сжатому колечку мышц Архонта. Немного надавив, удивился, как легко те вошли. — И что же это? — усмехнулся Рагнвиндр, потираясь щекой о чужую щиколотку. — Называл себя невинным мальчишкой, а сам… — пальцы Дилюка легко входили в податливое тело и Венти то и дело ёрзал на простынях от удовольствия, сжимая их в своих кулачках до побеления костяшек. — Это… Я сам, — Венти зажмурился и прикрыл ладонями лицо, сгорая от смущения. — Скажи честно, — Дилюк входил в Венти уже достаточно легко несколькими пальцами и поняв, что тому не причиняет дискомфорт, подставил своё возбуждение ко входу. — О чём или о ком ты думал, когда делал это? — Дилюк провёл кончиками пальцев по головке своего члена, размазывая смазку по всему стволу и, посмотрев вновь на Венти, покрылся мурашками от того, как сильно он его хотел, почувствовал, как в руке пульсировал его член и с нетерпением вошёл одной только головкой, выжидая время. — А какой ответ ты хочешь услышать, Мастер Дилюк? — Венти чувствовал, как внутри его тела всё сгорало от нетерпения, как его член сочился смазкой и как сильно зудели его губы и тело нуждаясь в ласке. — Ты знаешь, — Дилюк навис над Архонтом, щекоча его щёки волосами, оттого Венти собрал их все в кулак и сделал своеобразный — новый — хвост. Это давало ему возможность направлять губы Рагнвиндра куда только ему вздумается, но он терпеливо ждал, когда тот закончит свою мысль. Но тот, не смея медлить ни секунды, принялся плавно и аккуратно вводить своё возбуждение внутрь, срывая с губ Архонта шипение и тут же ловя его губы своими, стараясь сгладить неприятные ощущения. Опустившись над Венти на локтях, одной рукой начал ласкать его хрупкое и бледное тело, то и дело отвлекая от неприятных ощущений внизу — впалый живот, ключицы, зацелованная шея, ушки, его возбуждение. Огладив его всего и войдя в Архонта до самого конца, Рагнвиндр взял его член в свою ладонь, позволяя ему привыкнуть и начал ему мастурбировать. Он то сжимал головку его члена, позволяя смазке вытекать ещё больше, то кончиками пальцев размазывал её по всему стволу, то опускался гораздо ниже, там, где внутри него пульсировало возбуждение Дилюка и, выждав некоторое количество времени, поднялся, вновь оказываясь на коленях. Поцеловав снова нежное местечко под чужими коленками, принялся плавно и нежно двигаться, смотря Архонту в его блестящие изумрудные глаза. Венти то и дело ворочался, собирая под собой простыни. Его тело словно разрывало на части от некоторой боли и удовольствия одновременно и Дилюк, постаравшись поменять угол, постепенно ускорялся наблюдая за тем, как лицо Венти меняется. Архонт уже совсем не мог сдерживать свои эмоции и, протяжно застонав, как только Рагнвиндр вновь вошёл в него до самого конца, закатил глаза и кончил без рук, пребывая сам в некотором ошеломлении от того, насколько быстро у него получилось это сделать. Дилюк усмехнулся, продолжая набирать темп, не меняя угол. Венти был слишком чувствительным и слишком красивым после оргазма и Рагнвиндр не мог не начать кусать его, сразу же зализывая укушенные места. Архонт пытался свести колени вместе — из-за полученного оргазма внутри всё сжималось и трепетало — и Дилюк не мог не пойти на уступки. Сбросив его худые ноги со своих плеч, он развёл их как можно шире в стороны и, притянув Венти впритык к себе, принялся вбиваться в него, стараясь запомнить на лице Архонта каждую последующую эмоцию от удовольствия. — Мастер Дилюк, я… — он выгибался в спине словно кошка и хмурился от переизбытка эмоций, его член вновь стоял и уже привычно истекал смазкой, отчего Венти то и дело кричал каждый раз, когда Дилюк попадал в особое место. — Мне так нравится, когда ты внутри, — в уголках глаз Венти появились капельки слёз и он, вновь залившись румянцем, постарался это скрыть. Рагнвиндр сам испытывал не меньше эмоций — его то и дело сжимал Венти внутри себя, а вид смущающегося и одновременно развратного Архонта заставлял всё трепетать внутри. Ему казалось, что ещё никогда ранее он не получал столько удовольствия от секса, как с Венти. Стоило Дилюку только посмотреть вновь на его бледное и хрупкое тело, на его слезливые глаза и растрёпанные в разные стороны волосы, как он почувствовал, что его настигает оргазм. Вся палитра эмоций, что отражалась на лице Архонта довела его до наивысшей точки возбуждения и Дилюк, огладив одной рукой щёку Венти, а второй — облокотившись о кровать, вошёл до самого конца и содрогнулся, кончая внутрь. Руки Архонта блуждали по его спине, успокаивающе оглаживали и царапали, оставляя множество следов и как только Дилюк содрогнулся в последний раз и протяжно застонал, Венти поймал его губы своими, мокро и страстно целуя, кончая вновь следом. Рагнвиндр тяжело дышал, стараясь восстановить своё дыхание и еле держал себя, чтобы не рухнуть на хрупкого Архонта. Он прекратил поцелуй и вышел из Венти. Ложась рядом, он отмечал то, каким был он красивым — растрёпанный и смущённый; их животы были в его сперме, сведённые колени с несколькими засосами и полный влюбленности взгляд, которым на него смотрел Архонт. — Ты снова меня довёл до такого, Мастер Дилюк, — усмехнулся Венти и прикрыл глаза от усталости. — Ты же опять без разрешения взял моё вино, — Рагнвиндр потянулся кончиками пальцев к лицу Венти и коснулся его мягкой щеки, проводя совсем нежно, до его ушка, убирая мешающиеся волосы. — И ещё раз возьму, — прошептал Архонт и поластился к его руке. — Тогда я вновь доведу тебя до такого.