Холод

***

"Есть ли смысл бежать от холода, если я и есть холод? " - её любимая фраза. Смеëтся каждый раз, переводя все в самоиронию. Она - холод? Она - ебучий сквозняк, сбивающий с /толку/ ног. Она - мороз, мурашками проходящий по коже и оседающий снежинками на губах. От взгляда чëрных глаз бежать хочется, а некуда. Ледяные лабиринты кажутся бесконечными, куда не пойдешь - везде она. И в какой-то момент понимаешь - пропал.

***

- Будешь мороженое? - на улице непривычно жарко. Она этого не любит. Мëрзнет постоянно, но жару не переносит. - Ты же не ешь сладкое. - скорее не упрëк, а мягкое напоминание. - Хочу и буду. - так по-детски, забавно, надувает губы и отворачивается. Сразу обнять хочется. Девушка идет и ест своë холодное мороженое, довольно облизываясь, словно кот, которому досталась долгожданная порция сметаны. Иногда казалось, что ей вообще всë равно на всë и всех, кроме этого фисташкового мороженого. - Расскажи что-нибудь. - уставится своими чëрными глазами, и смотрит, серьёзно так. Утонуть можно. /уже./ - Да нечего рассказывать особо. - пятно мороженого на её губах портит всю серьёзность выражения лица, но он трогать не смеет. Боится замëрзнуть и заболеть. /ей./ *** Катя засыпает ближе к двенадцати, когда солнце скрывается за горизонтом. Тревожная, слегка пьяная, уставшая. Внезапный звонок нарушает тишину комнаты. - Алло? - голос хриплый, словно девушка всю ночь курила, а не терзала себя даже во снах. - Катя, это Аня. Катя, пожалуйста.. - от рыдающего голоса на том конце провода внутри что-то обрывается. Осознание приходит быстрее, чем девушка успевает договорить. - У Никиты передоз, блять, я не знаю что делать. Я нормально, а он... приезжай, пожалуйста. - рыдания становятся сильнее. - Адрес. - трубка наровит выпасть из рук, но это всë, что девушке надо знать перед тем, как сбросить звонок и в спешке начать натягивать на себя первую попавшуюся одежду. Звук собственных быстрых шагов по лестнице гулким эхом бьет по ушам, пока девушка не забегает в квартиру и не видит его. В глазах темнеет. - Никита, Никита! - трясет парня, будто бы это поможет. Пульс совсем слабый, как и дыхание, а кожа настолько бледная и холодная, будто бы перед ней лежит восковая кукла, а не человек. Судорожно пытается найти телефон, набирая номер скорой, пока все в глазах расплывается. - Ты дура? - Аня выхватывает мобильный из рук, нажав кнопку сброса. - Что ты делаешь, нас же посадят, блять! Я ненавижу тебя, это из-за тебя он стал таким! Тварь! - девушка смахивает кружку со стола, отчего та разбивается, и убегает в комнату. - Хочешь позволить ему умереть здесь? - крик выходит слишком сдавленным и сиплым. Тик-так. Тик-так. Тик-так. Катя никогда так не ненавидела звук настенных часов, как сейчас. Время, казалось, двигалось с минимальной скоростью, и в то же время, казалось, прошла целая вечность. Послышался скрип. Повернув голову, увидела Аню, присевшую рядом. Она, трясущимися руками, теребила подол платья, смотря в пол. - Прости. - сквозь абсолютную тишину и тиканье часов, её голос прозвучал слишком неестественно и громко. - Забудь. - сил говорить не было. - Это сейчас ничего не изменит. Аня вновь начнет плакать, окончательно размазывая остатки макияжа по лицу. - Просто... честно сказать, я так взбесилась, потому что слегка завидовала. У вас были такие теплые отношения. Он всегда так бережно относился к тебе, будто ты - самый дорогой музейный экспонат. Не притронься. А ты в ответ отвечала ему тем же, и с такой нежностью смотрела каждый раз. Сейчас этот разговор казался Кате совершенно не к месту, но останавливать девушку сил абсолютно не было, поэтому она просто молча слушала. - У меня никогда не было человека, который бы так меня понимал и заботился. Он и ночью тогда к тебе так сорвался, я думала с ума сойдет. Ну, когда тебе плохо было. - девушка шмыгает носом и глубоко вздыхает. - Я сначала не понимала даже что случилось, а потом, конечно, с ним поехала. Он постоянно повторял: "только не она, пожалуйста, только не она". - грустная улыбка на секунду тронет лицо девушки. Катя не заметила, как руки сжались в кулаки, а дышать стало ещё тяжелее, будто весь воздух из лёгких по-тихоньку начали выкачивать.

***

Девушка сидела под раскидистым деревом в парке и задумчиво ела фисташковое мороженое. - Ой, смотри, опять чайки прилетели. - бросит, словно невзначай, заинтересованно уставившись на небольшой прудик напротив. - Тебя же они раздражают. - Никита задумчиво потушит сигарету, заправив прядь волос за ухо. - Ты меня тоже иногда раздражаешь, но я же тебя люблю. - на смех девушки обернется пара, идущая мимо, но она не заметит никого. Кроме юноши, сидящего рядом, чаек, и, своего любимого, фисташкового мороженого. Никита ответит улыбкой, и, бросит что-то типа : "Взаимно". - Слушай, а ну колись, есть кто-то, кто тебе нравится? - прищурится, словно лиса, и смотрит, хитро так, будто выжидает чего-то. - С чего это вдруг такие вопросы? - юноша удивленно вскинет брови, доставая ещё одну сигарету. - Ну просто интересно, вдруг есть кто-то, кто смог украсть твое неприступное сердце? - снова смех, но более мягкий, будто не совсем искренний. Не покажет. Никогда виду не подаст. - Может и есть, но это секрет. - парень усмехнется, явно не желая раскрывать все свои карты. /даже ей./ - Ну возможно я и знаю, так что не очень то и хотелось. - фыркнет /ну точно лиса/ и отвернется, выкидывая обёртку от мороженого. - Видел, попала! Даже отсюда попала! - Катя гордо вздëрнет подбородок, потому что даже такая мелочь, как попадание с расстояния фантиком в мусорку, должна расцениваться, как огромное достижение. - Если и знаешь, то зачем спрашиваешь? - юноша скорее с умилением смотрит на эту картину с несчастной обëрткой, и снова тушит бычок. - Всë просто - это Аня. Вы много времени проводите вместе, кажется это она украла твое сердце. - хихикает, будто это какой-то супер смешной анекдот. /вот только ей совсем не смешно./ - Пойдем, холодно уже. - юноша проигнорирует сказанное, протянув руку девушке, чтобы та поднялась. - Ой, нашел кого холодом пугать. - вновь смеется, но руку подаёт.

***

Щелчок двери и шаги выдернут девушку из воспоминаний. Она резко поднимется, увидев врача. - Мы сделали всë, что смогли, но дозировка была слишком высокой и... Казалось мир рухнул вниз. Катя не слышала больше ни слов врача, ни тиканье часов, ни надрывные рыдания девушки, стоящей рядом. "Мы сделали всë, что смогли, но.. ". Одно ебучее "но" сломало всë. В ней сломало всë, потому что внезапно стало жарко. Не сразу заметила, как щеки начало выжигать от слëз. "Если ты холод, то интересно, смогу ли я насмерть замëрзнуть?." - он всегда так отвечал и заправлял прядь еë непослушных волос за ухо. /видимо смог./ Прошла неделя, и каждый день утро девушки начиналось с того, что она два часа сидела под горячими струями воды и никак не могла согреться. Ничем. Слëзы смешивались с кипятком и утекали, словно обвиняя девушку во всëм. Но на этот раз ритуал был прерван настойчивым звонком в дверь. - Привет. - на пороге стояла Аня, нервно переминаясь с ноги на ногу. Заплаканные глаза с синяками говорили, что девушка почти не спала. - Можно войти? - севший голос заставил выйти из оцепенения и шире открыть дверь. Одернув футболку, Катя закрыла дверь и прошла на кухню. - Я ненадолго. Здесь же можно курить? - Аня достала помятую пачку сигарет и небрежно достала одну. Катя лишь кивнула и подошла к чайнику, нажав на кнопку включения. - Он... он оставил мне кое-что, сказал в экстренном случае отдать тебе. - слова девушки вновь вышибли воздух из лёгких, заставив замереть с ложкой в руке. - Это было важно для него. Повернувшись, Катя подошла ближе. Девушка потушила сигарету и принялась искать что-то в сумке. Затем, вытащив небольшой конверт, положила его на стол. - Я не открывала, но он просил передать, если что-то случится. - слезы вновь застыли в глазах девушки. - Так что это тебе. Прощай. Резко встав, Аня вышла из квартиры, характерно хлопнув дверью. Рука потянулась к конверту быстрее, чем мозг успел об этом подумать, а сердце застучало, будто в преддверии инфаркта. С дрожью во всем теле Катя вскрыла конверт дрожащими руками, и вытащила оттуда записку. А затем её сердце, казалось, остановилось вместе с щелчком вскипевшего чайника. Потому что на листке, аккуратным почерком, были выведены три слова : "Это была ты."