Окровавленная тайна

      С самого нашего детства нам рассказывают сказки и проводят грань между героями и злодеями. Добром и злом. Кого-то можно спасти, а кто-то полностью безнадежен. Некоторые просто не хотят, чтобы их спасали. Но за свою недолгую жизнь я усвоила один простой урок. Разница всегда зависит от рассказчика.       Меня зовут Хоуп Майклсон и это моя сказка. Хотя сказкой мою жизнь трудно назвать. С 7 лет я не знаюсь со своей семьёй. Вы спросите: почему? Они умерли? Ты осталась сиротой? И мой ответ: нет. Они живы, по крайней мере мне так хочется думать, но различные обескровленные разодранные в клочья тела, разбросанные в Новом Орлеане и за его приделами говорят, что Майклсоны до сих пор в городе, что хватку они не потеряли и они всё так же могущественны.       Но вот почему они меня оставили? Ответ на этот вопрос мне и самой бы хотелось знать. Но пока я живу лишь в неизвестности и в надежде, что когда-нибудь мы все вместе поужинаем в нашем доме. А пока мне остаётся лишь учиться в школе, которую построили для таких как я. Не подумайте, что мне здесь не нравится. Нет. Это мой дом, с семи лет. И похоже школа Сальваторе навсегда останется моим домом. 8 лет назад. Новый Орлеан. -Хоуп, — в мою комнату зашла тётя Фрея. -Тётя, — я села на кровати всё ещё потирая глаза ото сна, «который вообще час» — что-то случилось? -Нет, — тётя села ближе ко мне и убрала выбившуюся и косы прядь за ухо, — нет, милая, ничего не произошло. Просто хотела пожелать тебе спокойной ночи, — я ей улыбнулась, — мы все тебя очень любим, Хоуп. -Это ты к чему сейчас, — я насторожилась. -Ad somnum, — черт возьми. Заклинание сна, — прости нас, Хоуп. Школа Сальваторе. Сейчас.       Очнулась я уже в машине. Как оказалась доктор Зальцман сам лично отвёз меня в эту школу. Но сколько бы раз я не спрашивала почему родители и вся остальная семья так со мной поступили, он просто разводил руки в стороны и говорил, что понятие не имеет. Сначала я думала, что он под внушением, но потом откинула эту мысль. Человек, что работает с вампирами должен же иметь хоть каплю инстинкта самосохранения, а если ты работаешь с вампирами-подростками, то вербену нужно принимать на завтрак, обед и ужин, так ещё и чай из неё заваривать. -Хоуп, — из своих же мыслей а раздумий меня вытянул голос нашего психолога, — Хоуп, мы понимаешь, что ты сбила человека. -Ну да, — я кивнула, — я была там. Но я же уже сказала, что мне жаль. -Этого мало, — продолжала психолог, — он в больнице, и если оно умрёт ты знаешь, что тебя ждёт. -Помимо обращения в волка, меня ждёт ярость доктора Зальцмана, — я ответила на вопрос, который как мне казалось озона задала. -Именно. -Почему просто не дать тому бедолаги моей крови или крови другого вампира, чтобы его раны зажили? — я искренне не понимала почему они так яра игнорируют тот факт, что всё можно исправить простым путём, и этот простой путь в шкафу Аларика Зальцмана на третьей полки. -Это запрещено. Забыла? -Я ничего не успела ей ответить, как в кабинет зашёл доктор Зальцман. Помяни дьявола и его копыта уже здесь. -Мои поздравления, Хоуп, — я напряглась, — тот парень впал в кому. Врачи ставят неутешительные прогнозы, говорят через день два он умрёт. -Да влейте вы в него моей крови и всё. -И как ты объяснишь врачам такое чудо. -Бог есть и он проявил свою милость, — что за чушь я несу, — внушение… -Нет, — Аларик начал протестовать, — нет. Хоуп, мы не лезем в жизнь смертных. -Но это ведь я виновата, так почему моя кровь не может всё исправить? -Ты должна уметь отвечать за свои поступки, — доктор Зальцман потёр переносицу, — и если он умрёт, твоё первое полнолуние станет для тебя лучшим наказанием. А теперь марш на уроки.       Я вышла из кабинета, надеясь успеть на урок истории магии, не очень то хочется успеваемость из-за своих хотелок. Да-да, я сбила того парня специально. Но если он умрёт, то он умрёт не зря. Я активирую вторую свою сущность и всё станет проще. По крайней мере мне так хочется думать. Хотя как все сломанные за раз кости смогут облегчить мне жизнь я пока скудно представляю. Может доктор Зальцман скажите об этом инциденте моим родителям и они приедут. Из мыслей меня выдернула пронзившая моё тело боль. Я быстро взглянуло на зеркало, мимо которого проходила. Мои глаза. Они жёлтые. Наконец-то. Волчий взгляд. Надо будет сходить к тому бедолаге на похороны, поблагодарить его что ли. Он поучаствовал в большом деле. Повезло что он сиротка и проблем с его семьёй не будет. Видите? Я всё перепроверила дважды перед тем как выбрать себе жертву. Может я и плохо поступаю, но меня не учили быть хорошей девочкой ни родители, ни в школе. Ну по-ходу в стае полумесяца скоро появится новый волк.