Друг с дачи, или жевачка “Love is...”

Легкий осенний ветерок пробирался сквозь куртку мальчика, попутно срывая пожелтевшие листья со старых деревьев, неся их вдаль, или небрежно роняя на асфальт. Цветы в руках юного ученика отдавали приятным ароматом. Солнце стало постепенно скрываться за облаками, давая намек, что хорошей погоды вам видеть только во сне. Напротив здания школы стояли три фигуры.       — Удачи, сынок, — мама Габриэля нежно поцеловала сына в щеку, словно боялась отпускать его.       — Что-то заболит, иди к мед. Сестре, — отец же потрепал ему волосы.       — Мы же увидимся еще? — Габриэль сжимал стебли белых роз, почти помяв их.       — Конечно! Скоро заберем тебя, — с этими словами, взрослые сели в машину, оставив Габриэля на едине со своими мыслями.       — Помочь? — кто-то схватил мальчика за плечо.       — Что? — Габриэль обернулся. Перед ним стоял Вару. Все с такими же зелеными волосами и очками. Серая рубашка и черные брюки. Он уже был без цветов. Оно и понятно, до школы бы вообще не дошел. Габриэль же щурился под лучами выглянувшего луча солнца. Каштановые волосы были так же растрёпанны, как и летом. Голубая рубашка выглядывала под белым пиджаком. Черные штаны все так же закрывали протезы от чужих глаз.       — Вару?! — Габриэль почти повис на шее Вару, но тот его оттолкнул. Видимо нюхать розы он не собирался… Но на объятия ответил всего секундным прикосновением руки по спине.       — Да, тот самый… Что стоишь? — Вару опять стал холоден к своему знакомому, хотя ему хотелось прыгать на месте и обнимать Гэба. Такой встречи он явно не ожидал, но безумно радовался.       — Я… Сам не знаю. Пойдем в школу?       — А я тут думаешь зачем? Так они постепенно дошли до коридора, где должен быть по логике их класс. Первоклассники располагались на первом этаже, а начиная с пятого класса, все постепенно переходили на второй. Да, школа была довольно маленькой, поэтому шла в основном не в ширь, а ввысь. Четыре этажа. Много, но школа же создана для страданий. Пока они шли к классу, к ним подходили и другие ребята. Постепенно все собирались в кучку, ожидая опоздавшего учителя. У Вару от всех не было отбоя.       «Блять, что вы на меня, как на сахар налетели? — рассуждал Вару. — Где этого учителя носит?» Габриэль оставался достаточно спокойным, хоть к нему тоже приставали. Ушки привлекали внимание, но они довольно милые… Как и их обладатель в глаза остальных.       — Дети, простите. Ваш старый учитель ушел на пенсию по болезни. С сегодняшнего дня мы с вами будем одной семьей. Предлагаю зайти в класс и познакомиться лучше, — рыжая девушка с синими, как океан глазами и таким же платьем под черным пиджаком подошла к юным первоклассникам. Дети наконец выдохнули с облегчением. В особенности Вару и Габриэль. Всех стали рассаживать по местам. В классе было примерно человек двадцать. Те, кто видел хуже, садились на первые парты. Из-за этого учительница стала расспрашивать Вару по поводу очков.       — Извини, а ты плохо видишь?       — С чего вы взяли? — все же ко взрослым он относился мягче, если и они к нему.       — Ты просто в очках… Вару подошел к ней ближе, дабы кроме учительницы никто не увидел его без очков. Сняв зеленые окуляры, Вару поднял голову. Любопытные дети пытались заглянуть через его плечо, но не выходило. Глазам учительницы предстали большие синяки под глазами и много ссадин в области глаз, перемешанных с сыпью от аллергии. Да, ему настолько плохо от цветов, что за два месяца остались напоминания в виде «шрамов».       — Ладно, я тебя поняла. Можешь надеть назад. Садись за третью парту третьего ряда… — учительницы проводила его сочувственным взглядом. Вот так все постепенно познакомились. Учительницу звали Дианой Владимировной. Заполнив классный журнал, она раздала девочкам и мальчикам форму. Выглядело это на ученике так: черные брюки и белая рубашка, спрятанная на половину под синей жилеткой с гербом школы. На шее должен был быть галстук темно-синего цвета. На ученицах: белая рубашка с узорным воротником, которая была скрыта за сарафаном с таким же гербом, как на жилетке. Колготки тоже белые. Форма уже лежала перед учениками, а те в свою очередь слушали учительницу, которая объясняла правила безопасности и строение школы. Вскоре им выдали учебники. В отличие от старших классов, у первоклашек не было этой Эйфелевой башни из макулатуры. На столе лежало всего четыре учебника.       — Ребята, сейчас вы подпишите учебники своим именем и фамилией. Это нужно, чтобы никто случайно не взял вашу книгу, а если это произошло, то вы легко вернете ее себе назад, — Диана Владимировна подошла к доске и повесила алфавит. — Есть здесь тот, кто умеет писать свое имя и фамилию? Руку подняло только пять человек, среди них были Вару и Габриэль. Учительница же помогала остальным с написанием букв на обложке. Вот так закончился первый школьный день. Не было уроков. Никакой нагрузки на нервную систему и психику. Видимо только этот день ученики еще кое-как переносили. По коридорам уже были слышны голоса старшеклассников, которых отпустили раньше, ведь им не надо было объяснять: куда идти и что делать. За многими детьми приходили родители, а цветы заваливали вазы в классах и коридорах. Первоклашки с радостью рассказывали о новых впечатлениях измученным работой родителям. Все уже разошлись. Остались Вару и Габриэль. Эльфик просто ждали своих родителей, а Вару не хотелось так быстро идти домой. Тем более не факт, что его мать не нашла повода для выпивки алкоголя. Первый поход сына в школу стал бы отличным тостом за барной стойкой какого-то дешманского клуба, откуда Варя завалится с новым мужиком.       — Что ты показал учительнице под очками? — Габриэля распирало от любопытства еще с лета.       — Тебе зачем? — Вару не хотел позориться перед другом.       — Мне же интересно…       — Это просто клевые очки. А снял я их, чтобы она от меня отстала.       — Дашь померить? — Габриэль с надеждой протянул одну руку. Вару замешкался. Хотелось и поделиться с другом, но как объяснить те ссадины и высыпания? Он не такой тупой, чтобы специально лезть в цветы, а сказать, что его кто-то насильно заставил не горело желание. Принято решение резко снять окуляры и отвернуться. Лишь единственный раз…       — На, — Вару так и сделал. Вроде Габриэль ничего не успел заметить. Эльфик в свою очередь обрадовался и взял очки. Надев их, он сал оглядываться.       — Какое все… Зеленое. Тебе удобно так? — Габриэль все вертел головой как юла. Хотелось все запомнить в таком странном оттенке. Асфальт был темно-зеленым, а солнце салатовым. Деревья мало чем изменились, просто напоминали, что листья у них когда-то летом были зелеными. Школа по цвету больше походила на высохшую траву, а вот небо… Оно было идеально зеленым.       — Вполне, — сказал Вару, после чего протянул руку к Габриэлю, дабы забрать очки назад. Гэб вернул окуляры владельцу, после чего долго привыкал к обычному освещению. Голова немного закружилась, но вскоре пришла в норму. Тут возле ворот показалась знакомая машина.       — Я пойду… Пока? — Габриэль развел руки в стороны, дабы обнять друга.       — Ага, до скорого, — Вару же отказался от такой идеи, хоть и хотелось. Он просто помахал и пошел в сторону другого выхода, где уже находилась тропинка к его дому.       — Ага… — Габриэль убрал руки и с грустью выдохнул.       «Что же с тобой, Вару.? — этот вопрос мучил эльфика уже давно” Вару тем временем скрылся за поворотом и облокотился о заброшенный гараж. Немного расстроившись, он обнял сам себя за плечи. Хотелось выкинуть нахрен эти очки, разбить их об асфальт и втоптать осколки в землю настолько, что они бы превратились в пыль… Но не выйдет. Все подумают, что он слаб, так еще и урод. И никто не захочет с ним общаться… Даже Габриэль? Может быть. Но Вару был не уверен, а проверять не сильно хотелось. Под эти мысли мальчик и не заметил, как большие капли стали слетать с неба, ударяясь о пыльную землю. Вскоре шум дождя наполнил улицу.       — Надо домой… Промокну сильно, получу и за это… — Вару поправил лямку рюкзака удобней и быстрым шагом направился в сторону пятиэтажки, которая на фоне всей это погоды смотрелась не лучше, чем шнурки от белых кроссовок, после неделю покупки. Вару забежал в подъезд. Ключи были крепко сжаты в ладони, чтобы не уронить. С волос капала вода, а одежда была мокрой.       — Да твою мать… — Вару снял рюкзак со спины и стал выжимать край серой рубашки.       — Эй, малец! — хриплый голос мужчины раздался со второго этажа. — Ты матюкнулся? Вару мягко сказать аху… Молчать было не лучшим вариантом с этим соседом, поэтому пришлось отвечать за свой длинный язык, дабы получить меньше от взрослых за молчание.       — З-здрасьте — голос мальчика дрогнул. — Да, это я… Простите.       — Ах ты паршивец. В мое время дети по двору бегали и ни о каком мате даже не знали. Развели поколение! Пойдем, я тебя к матери отведу, пусть язык тебе с хозяйственным мылом натрет! — послышались шаги в сторону Вару. На лестничной клетке стоял мужчина лет сорока.       «Твою налево… Так. Надо быть грубым! Я не размазня! — пронеслось в голове Вару.»       — Пошел нахуй! — с этими словами он пролетел под его рукой. На удивление, пролез даже рюкзак. Мужчина не успел среагировать, а Вару уже бежал вверх, на пятый этаж. Быстрое дыхание разносилось эхом по сырому и пропахшим перегаром подъезду. Перед глазами пролетали ступеньки и чужи двери, за которыми скорее всего сейчас все мирно сидят за семейным столом и не ругаются. Знакомая железная дверь встала перед глазами Вару. Дрожащими от нервов руки нашли нужный ключ и вставив его в скважину, мальчик услышал заветный щелчок. Вбежав в квартиру, он запер дверь на два оборота, после чего судорожно выдохнул. Из кухни шел дым сигарет и запах алкоголя. Ободранные и блеклые обои нагоняли в тоску, о которой Вару даже и не думал, стоя в подъезде.       — Что как угорелый влетел? Гнался кто? — равнодушно спросила мать Вару.       — Д-да нет… Побыстрее домой хотелось. Дождь же на улице. — голос опять предательски задрожал при знакомом пьяном тоне матери. Из кухни раздался смех, который говорил: кому лапшу на уши вешаешь? Через этот пьяный гогот, проблескивал тон издевки и гнева.       — Домой ему хотелось… — послышался звук затушки сигареты об деревянный стол, который уже давно был в черных обугленных точках. — А не пиздишь ли ты мне, любимый сыночка? — она опять противно засмеялась и пошатывающейся походкой направилась к сыну. — Что в школе было? — грозный и пьяный взгляд впился в Вару. Женщина облокотилась о стену.       — Д-да ничего особенного, — голос опять задрожал, но Вару пытался держать осанку ровной, дабы не казаться меньше и пугливей.       — Да ты что? — с еще большой издевкой сказала Варя. — А колечко мое где?       “ ЧЕРТ, ЧЕРТ, ЧЕРТ! — кричал Вару у себя в голове. Она все же заметила пропажу.»       — Что, язык прикусил? Где кольцо?! — она уже не казалась такой веселой. — Девченке какой-то отдал? Сопляк!       — О чем ты? Какое кольцо? — режим дурачка активировался на автомате. Получать люлей за какое-то ювелирное колечко мало хотелось.       — За идиотку меня держишь?! — она схватила сына за ухо и силком поволокла сына в его комнату. — Мразь! — тут она швырнула его на пол, накинув сверху рюкзак.       — Мама, больно! — заплаканным голос выжал Вару. Очки отлетели в сторону, а голова больно ударилась об пол.       — А мне не больно? Вот и сиди тут, урод, — с этими словами она закрыла дверь с сильным хлопком. Вару свернулся калачиком. Слезы автоматом полились из зеленых глаз мальчика. Голова сильно болела, а мысли будто затуманило. Тело немного потряхивало в мимолетных судорогах. Пролежав так минуту, Вару встал с пола, вытер глаза и положив очки на стол стал разбирать учебники, кладя из на потрепанный стол. Комната в городской квартире была еще более плачевной, нежели на даче. Стены пропахли перегаром и побледнели, хотя раньше они были приятного коричневого оттенка. Кровать была деревянной, но потрескавшейся, а кое-где даже можно было подхватить заносы, поэтому она стояла в самом дальнем углу. Окно давно никто не мыл, вот и прятало грязное стекло белая занавеска. Полки были прибиты довольно криво, но крепко. Учебники вроде не падали, а значит сгодиться. На одной из стен висел ночник, а возле него куча проводов, которые шли к люстре на потрескавшемся потолке. На этом все… Хотя. На столе был тот самый щенок, а под кроватью фотография всей семьи, когда мать еще не пила, а отец не ушел за хлебушком к другой семье. Собственно Вару подошел к кровати и вытащил ту самую фотку. На ней он был совсем маленьким, так что, ничего этого мальчик не помнил. Возле Вару стоял его отец, а с другой стороны мать. Сзади стояла бабушка и прищурив глаза под толстыми очками улыбалась. Поглаживая фото, Вару смотрел на него, пытаясь вспомнить хоть маленький обрывок. Каждый раз был четным. Фотография вернулась под пыльную кровать. Сев на подоконник, Вару стал осматривать капли дождя, стекающих по окну. В голову почему-то пришел Габриэль. Как он там? Что с ним?                         *** После того как Вару ушел от Гэба по-английски, эльфик выдохнул. Родители его уже ждали, поэтому пришлось идти к ним. Сев в машину, Габриэль опустил свой остренький носик.       — Как прошел день? — Поправив зеркало заднего вида, Данте через него взглянул на сына.       — Все хорошо… Учительнице понравились цветы… — Габриэль водил пальцем по кожаной обивке кресла. В уголках его глаз выступили слезинки.       — А почему расстроен? Кто-то обидел? — Николь заглянула через кресло.       — Да… Ничего. Переживаю по поводу того, что завтра будет, — Габриэль почему-то решил соврать насчет Вару, хотя тот его и не сильно обидел.       — Не переживай. Никогда не угадаешь, что принесёт завтрашний день — новое утро или новую жизнь, — Данте решил по своему поддержать сына. — Поехали домой?       — Поехали!       — Кстати, еще одна народная мудрость! — Николь довольно посмотрела на мужа. — Если сегодня поделить все вкусняшки поровну, то завтра у кого-то их всё равно будет меньше.       — Это тоже верно! — мотор заревел, и машина тронулась с места. Начался дождь. Настроение Габриэля лишь ухудшилось, поэтому с грустной мордашкой он отвернулся от родителей и уставился в окно, а потом стал осматривать капли дождя, стекающих по затонированному стеклу. В голову почему-то пришел Вару. Как он там? Что с ним? С этими мыслями Габриэль и уснул. До кровати его уже несли на руках. Вот такие разные герои в одной истории. Отличия начинаются с внешности, а заканчиваются отношением окружающих к ним. Что же будет с ними в завтрашнем дне? Остается только гадать и надеяться на лучшего расклад.             Продолжение следует…