май

треск дров в камине витает в воздухе, а обжигающе красные ленты огня прожигают его насквозь, сливаясь с закатным солнцем. жгучим ядом вливается в лёгкие терпкость вина и майский ветер с окна. руки рагнвиндра неизменно горячие, а алые локоны лишь прибавляют в своём насыщенном цвете в отблесках огня. и альберих ловит себя на невыносимо отчётливой мысли о его красоте. вгляд синих глаз мечется от аккуратных прядей, падающих ему лицо и обрамляющих острые скулы, до бледных рук без перчаток, аккуратно разливающих личный сорт вина. дилюк необычайно красив. кэйа сидит на мягком диване перед камином, нежится от тепла и почти плавится от вида, что ему открывается. тёплая улыбка на аккуратном лице, почти распустившийся хвост, подрагивающие ресницы и глаза — ясные, чистые — почти такого же винного оттенка. немое любование альбериха прерывает лишь невесомое прикосновение к его лицу, когда рагнвиндр заправляет одну из прядок ему за ухо. кэйю пробирает насквозь, когда горячим дыханием опаляет смуглую шею, когда дилюк оставляет на его губах еле уловимый привкус вина. дилюк проходит дальше, выискивая в тёмном шкафу пластинку, и молча ставит её в проигрыватель. подаёт альбериху руку, ждёт. мелодичная игра на рояле развевается по слабо освещённой комнате, а альберих готовится утопать в тепле рук своего партнёра, что легко касаются его спины и обжигают пальцы. почти дрожащими движениями он кладёт руку рагнвиндру на плечо, заметно расслабляясь от короткого поцелуя в щёку. нежностью расплывается музыка где-то внутри, сжимая сердце, когда дилюк осторожно ведёт его в танце по мягкому ковру под самой люстрой. волосы его отливают алым цветом, рубиновым блеском, и альберих вновь неосознанно засматривается на пляс этих огней. чувствует, как рука на его спине прижимает его немного ближе, чувствует, как вот-вот расплавится и растворится в ясности любимых глаз, в кольце любимых рук, в самом рангвиндре и своей любви. дилюк кружит его в медленном танце неизмеримо долгое мгновение, а когда-таки останавливается, то лишь мягко оставляет поцелуй на чужих губах, скрещивая уже обе руки у него за спиной. хриплое и тёплое «люблю» срывается с уст рагнвиндра до того, как холодные руки мягко зарываются ему в волосы, вызывая собой рой мурашек. кэйа смотрит в глаза так доверчиво и так ясно, что даже вечный контроль всех эмоций дилюка незаметно трескается. мелодия постепенно утихает, пробираясь сквозь открытое окно наружу, и о её недавнем присутствии напоминает еле слышный шум проигрывателя. взгляд синих глаз мельком цепляет расцветший на небе букет из звёзд, когда дилюк, будто бы на прощание, легонько целует его в щёку.