выспаться

Честно, вся эта ситуация была полным абсурдом. Деку не знал, кем надо быть и что надо сделать, чтобы довести до злодейства человека, чья причуда – откат возраста до детского, но он искренне ненавидел того, кто этому помог. Потому что он и Каччан были единственными, кого эта причуда не задела во время нападения, и им нужно было вдвоём смотреть за оравой детей. Деку не выдержал первым. Да, он хорошо ладил с детьми, но не тогда, когда их, блять, ещё минимум десять вокруг него! Первым же делом он экстренно упаковал и отвез к матери все фигурки и плакаты со Всемогущим. Бакуго мысленно благодарил того злодея: теперь в комнату к Деку не стыдно заглядывать, ничего не мозолило глаза. Кроме идиотских штор. Но это терпеть можно. Бакуго же первое время от души смеялся. Он знал – чувствовал, был уверен – что потом одноклассники будут тонуть в позоре от ребяческих поступков. Но это длилось, пока дети не поняли, что Бакуго на самом деле не может их прибить. А еще они больше количеством. Из воспитателя он быстро стал мучеником. Как и сейчас, снова... – Деку-сан? Кто-то легонько подёргал его за штанину, и Мидория развернулся – позади стояла Урарака. Он мысленно расслабился: кроме отсутствия контроля над причудой, она не приносила никаких проблем. Он опустился на корточки, чтобы быть на одном уровне с ней, и тепло улыбнулся. – Что такое? – Там Бакуго-сан... Изуку нахмурился: – Что с ним? – Тсую и Хагакуре с ним играют... И ещё они ночью его будили... Деку вздохнул: сейчас надо будет спасать Каччана. – Потом он странно себя вёл... – пробормотала Урарака. Из комнаты послышался детский радостный визг. – Сейчас посмотрю, что случилось, – кивнул Деку, быстро уходя туда, где дети весело мучали Каччана. Дети, увидев второго воспитателя, быстро сбежали с места преступления – вокруг Каччана невозмутимо остались сидеть только Тсую и Хагакуре, которые очень сосредоточенно пытались то ли выдрать ему волосы, то ли заплести косички, что не позволяла сделать длина волос Каччана. Бакуго на это даже не возмущался, не шипел – он вообще не подавал никаких признаков жизни. Хоть бы ещё дышал... – Хагакуре-чан, Тсую-чан, мне кажется, Каччан немного устал, – с легким нажимом произнёс он. – Давайте дадим ему отдохнуть, ладно? Он быстро поднял Бакуго на руки, унося его к себе, прежде чем дети успеют возмутиться. Бакуго всё ещё не двигался, не шевелился и с успехом пытался не дышать. Даже когда Деку запер за собой дверь и уложил его на кровать... – Всё хорошо, их нет рядом, – пробормотал Деку. Он начал осторожно распутывать волосы Бакуго и стаскивать с них резинки и заколки, когда до него почти неслышно донеслось: – Точно? – Точно. Бакуго приоткрыл глаз. Комната Деку. Дверь закрыта. – Лучше поспи, закроешься изнутри, если что. – Охуенно, неужели нормальный сон!.. Бакуго без стыда накрылся чужим одеялом и зарылся лицом в подушку. – Деку, пиздец. Они меня всю ночь мучали. Я думал, меня не должна пугать орда детей. Деку молча расслабляюще погладил Бакуго по волосам – как раз там, где их до этого туго завязали резинкой – массируя кожу головы, и он удовлетворенно загудел в ответ. – А ты что будешь делать? – Бакуго вдруг приподнялся. – А что я? Мне волосы не выдерут: они гуще, за раз это сделать будет сложно, – хмыкнул Деку. – Без присмотра они всё равно разнесут общежитие. Кто-то должен если не остановить это, то запечатлеть. А ты отдыхай, – он улыбнулся, – только изнутри закройся потом. – Деку, прояви сочувствие, – Бакуго накрылся одеялом по голову, – я только-только попал в место, где тепло, хорошо и никто не ебёт мозг, вообще не хочу двигаться сейчас... – он уткнулся лицом в подушку. – Снаружи дверь закрой, ладно? – Бедный Каччан... – вздохнул он. Но дверь всё-таки закрыл.