Я пошутил! Или нет?

      И вот, Павел произнёс заветные слова об окончании шоу. Не стоит предполагать, что участникам невмоготу эта работа, просто кое-кого ожидало более приятное времяпрепровождение. Арсений даже не стал прощаться с каждым из участников, а лишь бросил что-то вроде "до встречи" и поспешил удалиться. Никто этому не удивился, ведь они прекрасно понимали причину его ухода.       Воля хотел уж было швырнуть этот чёртов сценарий в Шастуна, но не стал, только пригрозил ему ударом. Антон увернулся, и только тогда в него полетел планшет для бумаги. К счастью, актёр остался в целости и сохранности.       — Ко мне сегодня поступила жалоба на сценаристов, но я вижу, что жаловаться нужно не на них, а на тебя, идиот ты лохматый, — как бы Павлу не хотелось отчитать его как следует, говорил он спокойным тоном, — Что будешь делать, если Арс уволится из-за тебя? Сможешь играть умного и начитанного парня, а не придурка с айкью плесени?       Серёжа усмехнулся, их ведущий находил нужные слова и без сценария. Все уставились на Шаста, ожидая объяснений, а тот и не знал с чего начать. Говорить ли всем о странных предпочтениях их друга? Нет уж, до такого Шастун точно не опустится.       — Я просто хочу разыграть его, — совершенно безобидно отвечал Антон.       — А-а, ну тогда ладно, — саркастично перебивал Паша. Эти нелепые аргументы, он будто отчитывает подростка. Впрочем, все были согласны с тем, что Шаст тот ещё недоросль.       Ведущий громко шлёпнул себя по лбу, громко вздыхая. Это и вправду больше похоже на детскую шалость. Тем не менее, ему стоило дать пару советов на будущее, чтобы эти шалости не принесли за собой последствий.       — Слушай, мне не особо интересна ваша санта барбара, но пойди лучше и пригляди за ним. Как бы он не написал там заявление об увольнении…       Никто не хочет терять столь выдающегося актёра, за большое количество времени, Арсений на импровизации был так же необходим, как и правая рука для человека. Не очень хочется, чтобы по глупости мальчишки они его лишились.       — И не забудь извиниться, — подал голос Дима. По кивкам было ясно, что все с ним солидарны.       — Ладно-ладно, я постараюсь его найти, но ничего не обещаю. Занимайтесь своими делами, окей? — раздражённо отвечал Антон. Вообще-то он и сам не собирался бросать своего друга в таком состоянии, а эти наставления лишь провоцировали сделать всё наоборот.       И пока Антон приступил к преследованию своего друга, Попов уже покинул студию. Перед ним возникла проблема: транспорт, которого у него не было. Времени на оформление новой аренды не было. Ожидать такси было бы долго. Оставалось лишь выйти ближе к оживлённому городу и сесть в общественный транспорт. На этом и остановились.       Это был трамвай номера и маршрута которого Арсений не знал, словно выстрел пальцем в небо, надежда на то, что его довезут непременно туда, куда надо. Необдуманный поступок сразу дал о себе знать. К сожалению, Попова узнали, к нему подошёл довольно взрослый мужчина, одеяние которого было столь же элегантным, как у какой-нибудь модели.       В голове промелькнула некая неприязнь. Видеть посторонние лица – это последнее, чего сейчас хотелось. Наверняка нахождение актёра в таком месте вызовет вопросы, однако совсем скоро предстоит убедиться, что мотив у незнакомца иной.       — Позвольте мне оплатить вам проезд. Это же вы, Арсений? Наверняка вы это много раз слышали, но я ваш поклонник. "Он абсолютно прав, я слышал это так часто, что выучил все их последующие слова наизусть. Сейчас он должен спросить, придумываем ли мы шутки или следуем сценарию," − уверенно предположил брюнет.       — А где Антон? Разве вы не должны быть вместе? — мужчина наклонил голову вбок, — Почему вы в общественном транспорте?       Арсений сбит с толку. Уж такой наглости он никак не мог ожидать. Озлобленно хмурясь, он облокотился на поручень и скрестил руки на груди. Ну вот, стоило подумать, что вся эта романтика исчезнет, как и здесь его преследуют с этим абсурдом.       — Как-то бестактно вы начали. Разве поклонники не имеют хоть какого-то чувства уважения? Простите, мне скоро выходить. Прощайте.       Попов прошёл в другой конец трамвая. Максимально ужасный день и свалившиеся последствия актёрской жизни заставляли всё сильнее сжимать поручень, стискивать зубы и молиться о том, чтобы как можно скорее остановился транспорт.       Пулей выбегая из вагона, он в первую очередь огляделся, в поисках спасительной вывески «бар» или что-то вроде. После нескольких секунд зрительного контакта со всякого рода магазинами и пекарнями, Арс, всё же, воспользовался картой. Следуя маршрутом до ближайшего бара, тот вдруг ощутил себя заядлым алкоголиком, который решает проблему очередным запоем. Это заставило его остановиться на какие-то жалкие секунды, ведь нужно закончить начатое, да и пара бокалов явно не сведут его к алкоголизму. По крайней мере, хотелось на это надеяться.       И вот, заветные двери бара. Он остановился лишь ненадолго, вспоминая те годы, когда подобное заведение было для него местом работы. Как жаль, что ему пришлось вернуться, но уже в роли посетителя. За дверьми Попов оставил свою личность и вошёл абсолютно обновлённый. Создавалось впечатление, что его подменили, ведь с его лица исчезла злоба и отчаяние, осталось лишь желание забыться. Брюнет сел у барной стойки, игнорируя немалое количество людей. Всё же, дело было к вечеру, чуть ли не к ночи. Кажется, посетителям было столь же наплевать на его существование.       Души породнились, объединённые одной целью – расслабиться, сбросить с плеч тяжелейший груз бытия. Никогда ещё пьяницы не были Арсу настолько безразличны, что их нахождение рядом не вызывало никакой брезгливости. Бармен, хоть и увидел весьма знаменитую личность, со спокойствием и должной субординацией принял заказ, тут же исполняя пару нелёгких коктейлей. Где ещё его примут столь же холодно?       Ещё не приступив к выпивке, Арсений словил себя на том, как быстро развязался его рот. По выражению лица бармена, было ясно, что этакий феномен здесь норма, ведь голубоглазый парниша слушал его с какой-то заинтересованностью и пониманием, параллельно намешивая напиток       — Тебе ведь тоже хреново. Я имею в виду работу здесь. Я был на твоём месте однажды, это полнейший Ад.       — Такие клиенты, как вы, скрашивают положение, — отвечал бармен.       — А что, сюда много кто ходил? — наконец, Арсений получил свой напиток, сразу же отпивая знатную половину.       — Ну, парочку известных личностей я точно видел. Но, как понимаете, к ним у меня никакого дела нет.       Их разговор продолжался до того момента, пока Попов не стал пьянеть. Даже греющие уши клиенты рядом не мешали ему делиться всеми подробностями жизни. В то же время, обслуживающий его парень был весь во внимании, у него прекрасно выходило совмещать работу с болтовнёй. Подле актёра стояла уже три пустых коктейльных бокала, а потому вид его не сулил ничего хорошего. Все части тела будто отяжелели, Арс с трудом согнул руку в локте и поддержал ладонью свою голову.       — Вот ты, то бишь, тебя…тебе! Тебе когда-нибудь признавался в любви парень, мм? – нетрезвый голос приобретал ноты усталости, усталости, от которой хочется кричать.       — Вы про Шастуна? Он наконец признался вам и поэтому вы пришли сюда?       Брюнету понадобилось несколько секунд, чтобы понять, о чём ему говорят. Он тут же исказился в гримасе раздражения, поднялся с барного стула и…пожалел об этом, острая боль ударила в голову. Арс схватился за неё и зажмурился, то и дело выдавая тихие хрипы и стоны. Отвратительное состояние, настолько же отвратительное, как и этот день.       Через пару минут, он наконец смог распахнуть глаза. Не сказать, что ему это что-то дало, перед глазами стало всё плыть, кружиться, одним словом – полная дезориентация. Актёр облокотился на барную стойку и сжал руку в кулак, угрожая им расплывчатому силуэту.       — Ты, парень, кхм, не на того…       Не успел тот договорить, как перед глазами возник чёткий образ. Вот они, русые волосы, как всегда неопрятно уложенные, карие, самые добродушные на свете глаза и улыбка, способная ослепить каждого. Не успел Арс заметить, как и его уголки губ поползли вверх, ведь при виде его он не мог устоять.       — Антон…а ты чего тут?       Бармен нахмурился. Всё ясно, его клиент явно перепил. Парень предпочёл молчать, но долго не смог, ведь к нему уже потянули руки.       — Антон, ну куда ты?       Бармен отошёл назад, просто умоляя всевышнего прекратить этакую импровизацию. Кто бы мог подумать, что это сработает? Наконец Антон нашёл своего коллегу, правда, совсем не в том виде, в котором хотел бы. Он как можно скорее подошёл к Арсению и убрал его руки подальше от персонала. Шаст решил побыть для него опорой, одной рукой поддерживая друга за талию.       — Он ничего не успел сделать? — спросил Шаст.       — Вы…вы вместе да? Он подумал, что я – это вы и…я даже не знаю, что он хотел сделать! Забирайте его и уходите, пока я не вызвал полицию.       "Какие мы нежные, просто пиздец. Разве здесь не каждый день такое происходит?" − как бы не хотел продолжить Антон, пришлось промолчать. И вправду, надо валить, пока Сене не станет ещё хуже.       — Анто-он? Так это-о…это правда или что? — хрипел опьянённый Арс.       Антон скривился от недовольства. Разбираться в этом бреду не особо хотелось…что, чёрт возьми, о нём могли сказать такого, чтобы Арс вешался к нему на шею? От любопытства раздирало, но стоит ли допрашивать об этом человека в алкогольном опьянении?       — Что именно, Арс?       Внезапно, их захлестнуло холодным ветром. Возможно, хотя бы это помогло бы Попову освежить голову, но как бы не так. Он всё так же плыл по течению той самой эйфории, знакомой тем, кто впервые пробовал алкоголь в своей жизни.       Актёр охотно прислонялся к телу Шастуна, в первую очередь, чтобы сохранить равновесие. Он поднял голову на совсем не доброго спасителя. Хотелось поёжиться от такой жути, как серьёзный Антон.       — Ты же это…признался мне в любви, да? — без колебаний спросил Арсений.       Младший замер в несчастном метре от машины. Всё недовольство исчезло, ведь Антон осознал, что он и есть проблема. Вся эта его затея с дурацким розыгрышем сыгралась критически, всего бы этого не было, не приди ему в голову эта чёртова идея. К горлу подкатил ком, ком из ненависти к самому себе.       — Послушай, Арс, прости меня. Я не должен был так поступать тогда, на сцене… Я не знаю, что наплёл тебе этот бармен, но это была просто шутка… Глупейшая шутка в моей жизни.       Как бы Шаст не старался объяснить всю ситуацию, его либо не слушали, либо не понимали. Арсения будто бы в сон клонило, а значит, действовать стоило как можно скорее. Ехать до квартиры Антона не так уж и близко. Он потянулся к ручке двери от машины, сажая своего пассажира на переднее сиденье. Оставалось лишь надеяться на то, что их поездка пройдёт гладко.       Шастун сел за руль. Удостоверившись, что все пристёгнуты, тот уж хотел тронуться. На его плече оказалась голова Попова. Удобно, но не для водителя. Не придавая этому большого значения, водитель лишь отбросил спинку сиденья своего пассажира. Так им обоим будет лучше.