планы на это лето

Дни, если не присматриваться, казались одинаковыми. Будто бы колесо сансары. Но Чонсон начал подмечать мелочи, на которые не обратил бы внимания. Работа в какой-то момент превратилась в обыденность, в тягость и камень, который неимоверно тянет на дно. Но сегодня было как-то не так. Не так, как обычно. Людей в автобусе было до странного мало и все было идеально до секунды по его воображаемому расписанию. И на улице не жарко, да и не холодно тоже. Смена начинается точно так же, на первый взгляд, но даже эспрессо как будто на уровень вкуснее, молоко слаще, а люди добрее. И даже небольшие ошибки Джейка воспринимаются слишком легко. — О, а это что? — Джейк достает небольшой блокнот из-под кассы, где убирался и протирал пыль. — Чонвон забыл пару дней назад, он заберет скоро, я думаю, — Джей взял скетчбук. — Думаешь некрасиво будет, если я загляну? — Не знаю, а это разве не работы для колледжа? — Джеюн почесал затылок. — По крайней мере, так говорил Хисын. — Возможно, я одним глазком. Странички пестрили разными рисунками, быстрыми набросками. Где-то в уголке притаилась кошка, на следующей страничке божья коровка, зарисовки птиц и цветов. И где-то в середине Пак увидел те самые страницы, которые рисовал Чонвон в кофейне. И там правда был Чонсон и мысль о том, что на рисунках он куда более красивый снова посетила бариста. Внизу страниц с набросками красовался маленький вопрос обведенный в кружок: «Название для набросков?» Возможно это будет самым худшим решением в жизни Чонсона и здравый смысл говорил ему, что это, как минимум, некрасиво. Но что-то внутри трещало и скрипело, тянуло и уговаривало. И именно сейчас Джей решил закрыть глаза на рациональность. На листе, где было всего два наброска и оставалось еще довольно много места, он карандашом аккуратно вывел: «Американо со сливками» И закрыл скетчбук. Где-то на фоне завибрировал телефон Джейка. Хисын (смайлик котик смайлик сердечко): Хэй! Мы у вас в кофейне не забывали скетчбук?

Джейк😊: Скетчбук?

Хисын (смайлик котик смайлик сердечко): Блокнот с рисунками Вы не видели?

Джейк😊: Я спрошу у Джея

Шим поднял голову от телефона, Чонсон работал за кофемашиной. — Джей, а Хисын и его друг не забывали у нас скетчбук? — Так ты его мне пару минут назад в руки давал, это он и был, — Пак спокойно продолжал работать. — А, это он и был, понял.

Джейк😊: Да, он у нас! Все в порядке?

Хисын (смайлик котик смайлик сердечко): Да, Чонвон напугался, но сейчас все в порядке Будем через десять минут Спасибо, что нашли 💌 Десяти минут и не прошло, Чонвон залетел в кофейню взмыленный, напуганный. Хисын зашел следом, полная противоположность — спокойный, уверенный. Первый подлетел к Джею кое-как дыша. Ян, как только взял в руки артбук, прижал его к груди так, будто готов драться за него до смерти. Джейк убежал к Хисыну и они что-то спокойно обсуждали, ну, как спокойно, Хисын спокойно. А Джейк как обычно был похож на восторженного песика, к которому вернулся хозяин после трудового дня. Самое счастливое существо на планете. Чонвон, все еще крепко сжимая скетчбук, покланялся немного нервно и так же спешно убежал. — Мы еще зайдем, — добавил Хисын, тоже направляясь к двери, махая параллельно Джейку. Смотря на тревожного Чонвона, Чонсон тоже начал немного переживать. Но другая его часть была на сто десять процентов уверена, что Чонвону поставят самую высокую оценку. И эта часть перевешивала переживания, но на подсознании где-то засосало под ложечкой. Жужжало над ухом, незаметно и почти неощутимо. Джейк тоже стал чересчур активным. Было ощущение, будто Чонсон выпил энергетик или маленький американо на 5 шотах залпом. И минуты тянулись так же долго, как когда просыпаешься за несколько минут до будильника и терпеливо ждешь, когда же он наконец-то зазвенит. И это ожидание самое мучительное. Легче стало, только когда Джей услышал как над дверью зазвенела музыка ветра и зазвучал уже знакомый голос. Расслабленный и спокойный. Чонвон помахал Паку и направился к тому отдаленному столику, где сидел в прошлый раз. Хисын прошел прямиком к кассе. — Можно два американо, один маленький с ложкой сахара и один 0,4 со сливками, по карте, — Ли озарил дежурной улыбкой, оплатил и вернулся к Яну. Когда заказ был готов, Джейк вызвался его отнести за столик. Назад вернулся еще более озаренный, чем был до этого. Казалось бы, куда ярче, но для Шим Джеюна предела нет. — А знаешь, что я узнал? — Джейк просиял. — Делись, послушаем, — Джей кивнул. — Твоя крошка получила высший балл, между прочим, — Чонсона всегда поражало как у Джейка получается говорить так, будто у всех его предложений куча восклицательных знаков на конце. — Подожди, у кого? — до Джея дошло не сразу сказанное, первой реакцией была радость, второй облегчение и только после он заметил что-то странное в словах Джеюна. — Твоя крошка, — Джейк повторил. — Что за странное прозвище, ты откуда это взял? — Чонсон почувствовал как у него багровеют и горят уши. И понадеялся что Чонвону за дальним столиком ничего не было слышно, но Джейк часто бывал слишком шумным. Поэтому оставалось только надеяться. — А что, тебе не нравится? — Шим произнес это абсолютно искренне. — Не называй его так при нем, идет? — Чонсон смущенно кашлянул. Джейк кивнул и продолжил убираться за баром, изредка поглядывая в сторону Хисына. Который тоже сел так, чтобы бар был виден на периферии. Чонвон что-то усиленно рассказывал ему и жестикулировал очень активно. Гостей в послеобеденное время меньше обычного и сейчас в зале было два человека, не считая Чонвона и его друга. Обычно, когда скучно и никого нет, Чонсон привык делать маленьких бумажных журавликов из оставшихся чеков. И их иногда становится настолько много, что они сидят в каждом углу в кофейне. Но, так или иначе, каждый раз они словно испаряются — постоянные гости очень любят их утаскивать с собой. Это уже было, своего рода, отличительной чертой тех, кто ходит в эту кофейню. И сейчас Джей сделал пару штучек, расставил вокруг кассы. Только спустя время заметил, что за ним уже долго наблюдают. Повернув голову немного вбок он встретился глазами с Ян Чонвоном, который вполуха слушал Хисына подперев голову. Но увидев, что Джей его заметил, он отвел взгляд на журавликов и смотрел уже на них, параллельно утвердительно кивая Хисыну. Джей попытался сделать самого красивого журавлика из всех, которых он делал. Получился, вроде бы, самый стандартный, но главное ведь, что он не самый ужасный? Главное, что сделано с душой. Чонсон обошел бар, направился в зал и начал делать вид, что убирается. И аккуратно подобрался к столику Чонвона, дабы приземлить малыша журавлика и так же аккуратно убежать обратно в укрытие. Джей не понимал, почему он так робеет перед Чонвоном, но это чувство не было чем-то неприятным, даже наоборот. Ян пытался делать вид, что слушает Хисына настолько усиленно, что совсем не замечает Джея. И, только после его ухода, он увидел кроху на столе. На миниатюрном крылышке была надпись:«Твоя улыбка милая», а на соседнем:«Для меня даже слишком». Вот теперь Ян Чонвон, с трудом, но пытался делать вид, что это его нисколько не смутило до пылающих ушей и румянца на щеках. Хисын же вообще не обратил внимания. — Я тоже хочу научится делать журавликов, научи меня, — Джейк положил голову на плечо Чонсона и надул нижнюю губу. — Я, между прочим, тебе уже показывал и не один раз, — Джей вздохнул и отодвинул надоедливую голову.