Через год.

11 месяцев назад — Коллеги, добрый день. Три человека, сидящих в кабинете, поднимают заспанные лица из-за компьютеров и кивают начальнику в знак приветствия. Четвёртый стол пустует уже около месяца, ведь мало кто хочет идти работать в офис, где нужно для начала отработать год, чтобы начать получать нормальную зарплату. Предыдущий офис-менеджер и единственная девушка в коллективе ушла в декрет, но все знали — не вернётся, потому что нашла богатого заботливого мужа. — Я прям вижу, как вы рады меня видеть, сейчас обрадую ещё больше, поприветствуйте вашего нового сотрудника — Антон. В проёме двери появляется высокий парень с пшеничной кудрявой чёлкой и приветливо улыбается. — Всем привет, я Шастун Антон. — Эдуард Выграновский, но можно просто Эд. — Попов Арсений, как угодно, но не Сеня, — рифмует голубоглазый мужчина и тут же опускает взгляд в компьютер, показывая всем видом, как ему не интересно. — А я просто Егор, — представляется светловолосый парень, кидая взгляд на Арсения и мягко улыбается, словно показывает всем видом, чтобы Антон на него не обижался. — Так, ну заходи, располагайся, тебе Арсений все покажет и расскажет, а с завтрашнего дня работаешь. — Попов поднимает ошарашенный взгляд, а Шеминов смотрит в ответ с издевкой, первый закатывает глаза, но все же кивает. — Спасибо, Стас. Тот в ответ лишь кивает с улыбкой и покидает кабинет. — Ну, откуда тебя к нам занесло? — тут же начинает Эд. — Из прекрасного далёка, — улыбается Антон, — ну что, Попов Арсений, покажете офис? — С удовольствием, — язвит он, но встаёт из-за стола и идёт к двери, — пошли. Наше время. — Даа, Арс у нас такой, но я тебе сразу сказал не злиться. — Да, Егор, до сих пор помню, как ты меня поймал в туалете и прошептал это на ухо, я думал, что приставать начнёшь, — посмеивается Шастун. — Я просто тогда не выспался, — поджимая губы в тонкую полоску, отвечает Попов. — Сеня, ты всегда такой, — усмехается Антон. — Господи, хватит так называть меня! — Можно просто Антон, все-таки «Господи» — это перебор. — издевается он, на что Арсений закатывает глаза, — так, парни, я думаю пора бы уже домой, Арс, ты ж со мной? — Как и всегда. — Ну вы идите, мы посидим ещё, — вклинивается в диалог Эд. Шастун переводит на карту Эда деньги за съеденное час назад мясо и за пять безалкогольных коктейлей — он сегодня за рулём, впрочем как обычно, они прощаются и два парня на «А» покидают кафе. — Ко мне ближе. — Ты знаешь, что я отвечу нет, как отвечаю каждую пятницу. — Я пытаю удачу. — Она не на твоей стороне уже как одиннадцать месяцев. Следующие семь минут они едут в тишине, даже радио не работает. — Почему? — Что почему, Антон? — Почему нет? Всегда ты это отвечаешь и я никогда не спрашиваю, но с каждым разом становится интереснее. Попов молчит минут пять и кажется, что уже не ответит, но он, смотря в окно, тише обычного начинает. — Знаешь, я слишком верный человек наверное, может это мой недостаток, но есть один, — он снова замолкает на минуту и задумывается, — объект, это не совсем человек, а что-то большее, и я жду его. — Ждёшь в плане? — Жду нашей встречи, она была давно, но я не перестаю ждать, надеяться и верить. Это сложно объяснить, но это та самая ситуация, когда смотришь не на внешность, а на характер и влюбляешься после первой встречи. — Ты хочешь сказать, что любишь кого-то, но он не рядом, ты не можешь быть с ним вместе, но и не хочешь быть с кем-то, ведь ты его предашь, а ещё он урод, что ты даже человеком назвать его не можешь? — Да, да… Так даже лучше звучит. Слушай, ты очень хороший, мне комфортно с тобой, но я правда не могу. — Я понял. До конца поездки салон машины снова погружается в тишину, каждый думает о своём и одновременно об одном и том же, но в слух заговорить никто не решается, а когда они останавливаются у подъезда Попова, тот выдыхает тихое «пока». Антон кивает, даже слишком резко, но коллега не спешит покидать машину, сидит минуту, словно хочет сказать что-то, но видимо не подбирает слов и тянется к двери, только другой неожиданно даже для себя решается, Шастун хватает его за запястье, тянет и впивается в губы. Арсений бьет по его плечу свободной рукой, но его не отпускают, а наоборот перехватывают и тянут ближе, он честно пытается сопротивляться, но начинает плавиться под чужими горячими губами. Поцелуй становится более нежным, Попов начинает на него отвечать, в голове шторм сменяет розовый туман, который походит на сладкую вату, всё становится не важным, уходит на задний план, а на переднем остаются лишь влажные губы, острые зубы и проворный язык. В штанах становится тесно и разум резко проясняется, Арсений отскакивает, как ошпаренный. — Не могу, нельзя, забудь. — тараторит Попов и выскакивает из машины. Антон печально улыбается ему в след, но блеск голубых глаз он запомнит навсегда, как и их первый поцелуй.

°°°

Арсений бежит по лесу, спотыкается об ветки и понимает, что скоро силы закончатся, а мужик с топором в руках все ближе к нему. Он и подумать не мог, что когда-то станет жертвой маньяка, да ещё и с такой хорошей физической подготовкой. И чем он только думал, когда решил ехать на пикник в лес один, никого не предупредив, на самом деле, просто некого. Вот Попов спотыкается об очередную кочку и летит лицом на землю, слышит приближающиеся шаги, переворачивается и начинает ползти спиной, понимая, что это не поможет, но инстинкт самосохранения никто не отменял, мужчина с топором сбавляет темп, противно ухмыляется и смотрит победным взглядом. — Набегался? Вот и отлично. Начнём с руки, или лучше отрубать по одному пальчику? Он показательно замахивается топором, но тут сбоку слышатся шорохи, и мужчину сбивают с ног. Арсений округляет глаза: перед ним стоит существо, два метра ростом, с длинными вытянутыми конечностями, обтянутое бордовой кожей, с острыми клыками и ярко зелёными глазами. Арсению почему-то не страшно. Оно рычит и тяжело дышит, стоит над мужчиной, который в страхе вжимается в землю, его топор далеко, и кажется, что чудище разорвёт их обоих, но оно поднимает мужчину и бросает в сторону, словно он весит несколько грамм, тот издает хриплые звуки, но поднимается на адреналине и бежит прочь, Попов надеется, что тот сдохнет от инфаркта. Чудище оборачивается и смотрит на Арсения, а затем кивает, отворачивается, собираясь уходить. — Постой, — хрипит Попов, а затем прокашливается, — спасибо. — Пожалуйста, — Попов давится воздухом от шока, ведь слышит голос отца. — Папа? — удивлённо смотрит он, а чудище вдруг хрипло посмеивается, после секундного замешательства. — Нет, у меня нет голоса, ты слышишь меня, как самого дорогого для тебя человека. — Ты хороший, — вдруг выдаёт Арсений, улыбаясь. — Что? — Ты хороший, — повторяет мужчина, — спас меня и не убил даже. — Я ж даже не общался с тобой, а ты выводы делаешь. Я монстр, а у тебя мозг работает на адреналине сейчас. — Так посиди со мной до рассвета, мне всё равно страшно одному в лесу, а сейчас, если пойду куда-то, скорее заблужусь и умру, причём голодной и холодной смертью, лучше уж узнаю тебя. — Вставай. — Что? Зачем? — Узнаешь, — отвечает чудище, и Попов встаёт, доверяя, а затем следует за ним. Они идут не спеша, в полной тишине, которую нарушают лишь ночные обитатели леса. Через десять минут ходьбы перед Арсением открывается впечатляющий вид: кажется, что они очень близко подобрались к луне, она, словно прожектор, освещает лес придавая деревьям голубое свечение, и все вокруг кажется волшебным, словно в сказке. Монстр привел Попова на обрыв, с которого можно рассмотреть лес, его опушки, все это хорошо видно несмотря на ночь, ведь над ними полная луна. — Вау, — все, что может выдавить из себя Арс. — Да, я тоже так подумал, когда впервые здесь оказался, моё любимое место с тех пор. Они молчат несколько минут и это кажется совершенно нормальным, сейчас обоим нужно успокоиться, и в этом им помогает прекрасный вид с обрыва. Попов думает, что ему не страшно, он не хочет строить вероятности в голове о том, что могло бы быть, главное сейчас сидит живой и в очень даже не плохом состоянии, с хорошей компанией. Монстр размышляет о том, что спасти именно этого человека было хорошим решением, даже если завтра о нем напечатают в газетах, то не будет разочарован, но он почему-то уверен, что не напечатают. После долгой паузы первым начинает диалог Попов. — Как тебя зовут? — Я не смогу ответить, если скажу имя, ты не сможешь его услышать. — Мистика какая-то, такого не бывает. — То есть монстры бывают? — посмеиваясь, уточняет существо. — Я вижу тебя, так что либо я сейчас в психушке, либо ты реален. — Могу уверить, что второе. — Я думаю, что иллюзии всегда так говорят. — Справедливо. Оба тихо посмеиваются над глупостью диалога. — Так кто ты? — Всегда мечтал поведать свою историю кому-то, готовился к этому дню! — восклицает монстр, — я уже испугался, что не спросишь. И так, слушай. Когда-то давно, а точнее сто сорок пять лет назад, я был молодым парнем, мне исполнился двадцать один год, и вечером этого дня я решил сделать себе главный подарок — предложение руки и сердца любви всей моей жизни. Она согласилась, мы провели с ней ночь, а на утро нас увидела её мать, сложно словами описать гнев этой женщины, но уже в этот день моя невеста вывела меня из деревни и сказала бежать, куда глаза глядят. Далеко я не убежал, меня одолели сомнения, как я мог оставить свою любовь одну, а ведь мне даже ничего не объяснили. Я не успел вернуться в деревню, за мной шла её мать, с которой я и встретился в лесу на обратном пути. Оказалось она была ведьмой, ну а дальше, как у спящей красавицы или у красавицы и чудовища. На меня наложили заклятие: раз в год, именно в этот день, я превращаюсь в ужасного монстра и буду жить до тех пор, пока не найдется тот человек, который полюбит меня в этом облике, ну а там дальше поцелуй истиной любви, монстр становится человеком, жизнь продолжает свое течение. Как-то так. — выдахая заканчивает монстр и смотрит на Арсения, ожидая его реакции. — То есть ты можешь жить вечно? — Да. Это не плюс, если что. — С чего бы? — Я не могу быть с кем-то, потому что все пугаются моего облика, кто-то даже начинал на меня охоту, после того, как их дочери прибегали в страхе домой. Поцелуй любви к моему человеческому облику не работает, нужно полюбить именно монстра. Ну, а ещё, ты не представляешь, сколько смертей я повидал за почти двести лет жизни. Но есть и плюс, я не старею, то есть после поцелуя начну жизнь с двадцати одного. А, и ещё, в облике монстра я не могу сказать, кто я в обычной жизни, а в облике человека не могу про проклятие. — А я Арсений, Арсений Попов, работаю офис-менеджером, живу самой обычной жизнью, мои единственные друзья — это коллеги по работе, с родителями давно перестал общаться, потому что выбрал не ту жизнь, которую они мне навязывали, — неожиданно решил сказать мужчина, потому что не знал, что можно сказать ещё, информация только начинала усваиваться в голове. — Приятно познакомиться, Арсений Попов, — монстр улыбнулся и решил дать время подумать новому знакомому. Через некоторое время Арс сам начал разговор, признаваясь, что трудно уложить такое в голове, монстр отнёсся к этому с пониманием, а чуть позже они свободно начали разговаривать обо всем и ни о чем сразу, в основном от Попова летели вопросы на тему того, какой жизнь была раньше и что монстр успел повидать за годы жизни. Они и не заметили, как время стало близиться к рассвету, тогда им и пришлось завершать диалог. — Прости, но пришло время. — Мы увидимся когда-нибудь снова? — с грустью спросил Арсений. — Ты уверен, что хочешь встретиться снова? — Я тебя не боюсь. — Приму это за положительный ответ. Через год, на этом же месте. Монстр встал, а затем низко поклонился. — Это была моя первая ночь в облике монстра не в одиночку, спасибо, — а затем, не дожидаясь ответа помчался в глубь леса. Скоро взойдёт солнце. Попов не помнил дорогу, но с глупой улыбкой на лице двигался в черт знает каком направлении, он чувствовал, что выйдет туда, куда надо. Эта ночь запомнится ему навсегда. Как и сам монстр, впервые за долгое время он чувствовал себя не одиноким, за это мужчина был благодарен собеседнику, ему было легко на душе, именно с этой легкостью он дошёл до трассы, поймал попутку с очень милой девушкой за рулем, которая довезла его прям до дома, сейчас ему нужен был отдых, полиция подождёт, ведь все уже хорошо. Тогда было хорошо, но потом Арсений вернулся в серую жизнь и стало грустно, он держался всего месяц, но это казалось вечностью, вот только одиночество дает о себе знать, мужчина стал приезжать в лес каждую ночь, сидел на обрыве и ждал, что появится его спаситель, только вот тот не приходил туда, где его ждали. Попов уже знал количество деревьев, макушки которых он считал в ожидании, иногда он рассказывал о жизни, о работе, о новом коллеге, надеясь, что монстр где-то рядом и слышит его. Спустя три месяца Арс принял факт того, что нужно просто ждать, поэтому календарь на стене в офисе был весь в крестиках, если коллеги думали, что мужчина так ждет отпуск, то Попов считал это лишь прикрытием. Так и шли дни, месяцы в ожидании.

°°°

Арсений думал, что выходные, как и всегда, покажутся длинными и скучными, с неких пор ему было легче сидеть на работе, чем дома, ведь тогда мужчина начинал погружаться в воспоминания. Много раз Попов ловил себя на мысли, что он полюбил облик монстра, но отгонял от себя их, ведь даже не знает человека, вдруг в жизни он псих или того хуже, тогда в голову приходили утверждения: «он спас меня», «он не убил меня», «он помог», «не оставил, не ушёл». Вот и сейчас, за чашкой кофе, Арсений снова прогонял эти мысли в голове, как неожиданно его звонок издал трель. Сначала он даже думал, что ему показалось, но звук повторился, и мужчина медленно пошёл к двери, не смотря в глазок, открыл. — Собирайся! Хочу съездить с тобой в одно место. — И тебе доброе утро, Шастун, — с каменным лицом говорит Попов и уходит в глубь квартиры, а нежданный гость проскакивает за ним, — а можно я скажу нет, как и обычно? — на самом деле сейчас он не хочет отказаться, мужчина только рад отвлечься. — Нельзя! — Понял. Через некоторое время они оказываются в машине Антона. — Может скажешь куда мы? — Дай-ка подумать. Нет! Испорчу сюрпрайз. — Ты чего такой счастливый с утра пораньше? — Ну, во-первых, ты поехал, во-вторых, сейчас два часа дня, какое нахрен утро? — Явно не очень доброе, — язвит Попов. Следующие тридцать минут они едут под пение Шастуна, который кажется знает все песни с радио, а в какие-то моменты и Попов сдаётся и начинает подпевать. На очередном слове из песни Арсений давится, потому что перед ним открывается знакомая дорога в лес, которую он помнит наизусть и где так давно не был. — Ты чего? Не волнуйся, я не убивать тебя еду, — смеётся Антон. — По-моему март не лучшее время для пикника. — Мы не на пикник, не хочу тебя заморозить. Ещё десять минут они едут молча, а затем останавливаются у небольшого деревянного домика, вокруг которого даже забора нет. — Приехали, выходим! — Антон, ты решил ограбить дом и свалить всю вину на меня? — Этой мой дом вообще-то, люблю иногда побывать вдали от шума и гама. Шастун достает сумку и два пакета еды из багажника, вручая это все Арсению, а сам идет открывать дверь. В доме оказывается тепло и уютно, небольшая прихожая переходит в кухню, совмещенную с гостиной, дальше по коридору только две двери. — Там спальня и туалет с ванной, полы теплые, и в принципе в доме электрическое отопление, имеется газ и скважина с чистой водой, что, кстати, стоило не мало денег, — хвалится убранством Шастун. — Очень даже миленько, — хвалит Арсений. Некоторое время уходит на то, чтобы разложить продукты и приготовить обед. — Да ты ещё и повар, Антошка, удивил так удивил, — от Попова это можно считать похвалой, ведь суп получился вкусным. — Вечером будет мясо, оно у меня вообще шикарно получается, — мужчина убирает посуду в мойку и ставит чайник, — чай, кофе? — Кофе уже пил сегодня, давай чай. — Он у меня тоже восхитительный, сбор лесных трав, ароматный пипец, — утверждает Шастун и через некоторое время подаёт на стол и впрям душистый чай, а к нему небольшой тортик. — Спасибо, очень вкусно, -откидываясь на спинку стула и потягиваясь, — ты меня сюда притащил, что бы накормить? — Пришло время перейти к сути, — начинает слишком серьёзно Шастун, что заставляет выпрямиться второго и даже немного насторожиться, — я знаю, что решать за человека не хорошо, но мне надоело смотреть на тебя постоянно уставшего и отмечающего дни в календаре, поэтому я договорился со Стасом, и он обеспечил нам отпуск на неделю, мне за мой счёт, а тебе, как подарок на день рождения, — Антон внимательно смотрит на коллегу и ждёт его реакцию, но он молчит с минуту, хмурится, но потом все же отвечает. — Знаешь, первым желанием было тебя ударить, — собеседник напрягается, — расслабься, я все-таки благодарен, наверное мне это нужно, но я злой, ты даже ничего не сказал! У меня ни одежды, ни зубной щётки. — На этот счёт не переживай, все взял! Ради тебя даже могу поспать на диване и отдать мягкую кровать. Попов лишь улыбается, он и вправду рад, а еще есть шанс сходить на то самое место. Мужчины перебираются на диван, чтобы посмотреть фильм и оба расслабляются, наслаждаясь моментом, смеются и обсуждают действия героев. Шастун доволен тем, что он наконец с Арсением вдвоём и между ними нет напряжения, а второй рад нахождению здесь, и понимаю того, что с Антоном ему комфортно. — Я пошёл готовить ужин, как и обещал, можешь ещё что-нибудь посмотреть, если хочешь. — Я хочу прогуляться. — Там темно и холодно, а еще заблудиться можешь, — недовольно отмечает Антон, вставая с дивана, направляясь к холодильнику. — Не волнуйся, если не приду через пол часа, то можешь начинать искать. Шастун только закатил глаза, а затем начал мыть мясо. Через пять минут он услышал хлопок двери и короткую фразу «Я ушёл!». Арсений не пошёл, а побежал к обрыву. Он скучал, хоть и знал, что там никого не будет, просто хотел снова посмотреть вниз, высказать всё накопившееся за долгое время, пусть и в пустоту, зато с ощущением, что не один. Подойдя к краю и посмотрев вниз, расстелил свою футболку, потому что её не жалко, а другую у Антона можно попросить, и сел на неё. — Привет, я соскучился, — Попов тяжело выдохнул, — а меня сюда привез тот самый новый коллега, который давно уже не новый. Знаешь, я говорил, что он меня немного раздражает, но это тоже уже не так, почему-то мне с ним комфортно, также, как когда-то было с тобой в ту ночь. Я здесь на неделю, ещё приду, не хочу уходить надолго, а то он волнуется. Если честно, то не знаю зачем конкретно пришёл, думал рассказать все, что на душе, но только сейчас понял, Антон смог меня расслабить, поэтому на душе сейчас легко и хорошо, — мужчина глупо улыбается, смотря на макушки деревьев, — Да, пожалуй именно так, легко и хорошо. Сейчас не хочу о грустном даже. Пойду, рад был условно встретиться, что произойдёт уже скоро, не знаю ждёшь ты или нет, но я очень. Попов поднимается и уходит, впервые не оборачиваясь, со счастливыми глазами, которые и замечает Антон, как только Арсений возвращается. — Уже хотел искать идти, сейчас бы ругался, но ты после свежего воздуха аж светишься, надеюсь, что ты только им там дышал, а не чем-то ещё. — Бе-бе-бе, — корчит рожицу Арс, снимая тёплую куртку Антона. — Еще и в моей куртке! Свитер снимай, жарко будет, руки мой. — Пахнет вкусно. Шастун на это расплывается в улыбке и становится спокойным, второй тем временем медленно подходит к нему, а затем резко засовывает холодные руки под футболку. — Блять, — говорит он сквозь зубы, но терпит. Еще через пару секунд берет чужие запястья и высовывает из-под ткани, не отпускает, заходя за чужую спину. После подталкивает в сторону раковины, перехватывает обе руки в одну свою, второй включает тёплую воду, а затем заводит под струю и сам начинает мыть, нежно проводя по пальцам Арсения, а тот молчит и расслабляется, доверяет. — А теперь вытирай и кушать, у меня мясо готово. — А не быстро? — отворачиваясь в сторону полотенца, спрашивает немного покрасневший Арс. — Тебя час не было, гулёна. — Ой, ой, ой, ну мам, ну не ругайся. — Скорее папа, — подмигивая, отвечает Антон. Через час Попов уже намывает тарелки, в качестве благодарности за вкусный ужин, а Шастун, достав бутылку красного полусладкого, выбирает фильм. Они останавливают свой выбор на Человеке Пауке. После просмотра и достаточно длинного обсуждения, мужчины сходятся на том, что хотят спать. — Если хочешь, то можешь идти ко мне в комнату, а я останусь на диване, вдвоем спать не предлагаю, знаю откажешься. — Не, ты для меня и так все это сделал, поэтому я лягу здесь, а ты иди к себе. Антон на это лишь хмыкает, но все же соглашается и уходит в спальню, быстро проваливаясь в сон. Однако гостю в царство Морфея провалиться не суждено. Арсений просто лежит, и казалось бы поза удобная, спать хочется, диван удобный, но заснуть не получается. Все мысли в голове почему-то об Антоне, о том, что он был рядом почти весь день, а сейчас, несмотря на факт его присутствия в соседней комнате, без него слишком одиноко даже и не комфортно. Спустя какое-то время Попов берет в руки телефон и смотрит время, в голову бьет мысль о том, что думает он об этом уже полтора часа, и это порядком начинает бесить, он вскакивает с дивана, ничего не берет и идет в чужую комнату, а затем нагло лезет на свободную половину кровати под одеяло и прижимается спиной к Антону, через некоторое время чуствуя, как тот обнимает его за талию, и засыпает от тепла рядом.