Я - Рэкхем Д. Энн, дрожи Мир!

      Еще раннее утро, поэтому людей должно быть немного. Быстро пойду и украду что-нибудь из одежды, а уж когда сдам украшения, так куплю себе кучу шмоток.       Я подплыла к пристани, где уже вовсю кипела жизнь. Люди сновали туда-сюда, погружая груз на корабли, торговали, общались. А я так надеялась, что сейчас никого не будет! Блин, и что теперь делать?       — Поплыли, где-нибудь у леса вылезем, — шепнула мелкому, и мы поплыли на противоположную сторону острова.       Ничего кроме густого леса здесь не было, поэтому я спокойно поменяла хвост на ноги и без стеснения отправилась ваять себе юбку. Бинты грудь закрывают, поэтому за нее не стоит волноваться.       Найдя идеальные по размерам листья, я стала соединять их между собой, но получалось это у меня фигово, хоть листы были явно не с фигового дерева. Каркас юбки после непродолжительного времени разваливался, оставляя меня с голой задницей. Провозившись полчаса, я наконец смогла соорудить одежду, которая не развалится на мне после ходьбы.       — Теперь я точно на туземку похожа! Лёва, ну как тебе? — покрутившись спросила я. Мелкий с гаденькой усмешкой посмотрел мне в глаза.       — У тебя сзади листик упал…пха…ха-ха-ха-ха-ха! — заливаясь смехом, предупредил сволоченыш, катаясь по земле.       С тяжелым вздохом, я снова начала чинить юбку, а то негоже с голой задницей по городу бродить. Эх, никогда не думала, что буду хотеть вернуться в Дозор, но там сейчас, наверное, завтрак. Грустно, что я здесь с пустым желудком, да притом после знатной пьянки, а они там едят.       — Пусть Гарп-сан услышит, пусть Гарп-сан придет, пусть Гарп-сан меня непременно найдет, ведь так не должно быть на свете, чтоб были потеряны кадеты! Ведь так не должно быть на свете, чтоб были потеряны каде-е-еты-ы! — жалобно провыла я, вспоминая вкусные котлеты и пюре.       — Что ты ноешь? Гарп рано или поздно все равно тебя найдет. И в твоих же интересах, чтобы это случилось как можно позже. Ведь если он узнает о твоих похождениях, то это твои последние дни жизни. — предостерегающе произнес Лёва, плетясь по тропинке вперед.       Это он верно подметил, лучше держать рот на замке, если не хочу стать отбивным. Я вздрогнула, представив Гарпа, с удовольствием жующего стейк с кровью. Тряхнув головой, я отправилась за Лёвой, по пути нервно поправляя листики. Руки у меня видно не из плеч растут…

***

      На большой кровати в обнимку лежали двое: капитан и старпом Красноволосых пиратов. Коварные лучи утреннего солнца пробрались в каюту через открытый иллюминатор, подкрадываясь к их безмятежным лицам с одной только целью — разбудить. Они злорадно били прямо в глаза спящим, заставляя их прятать головы под одеялом.       — М-м-м~ — сонно промычал рыжеволосый мужчина, крепче прижимаясь к своему соседу и, не открывая глаз, целуя его щеку. — С добрым утром Анна-тян…а когда у тебя появилась борода? — разлепив сонные глаза с недоумением спросил Шанкс. На него смотрели удивленные глаза его старпома, быстро протрезвевшего после действий капитана.       — А-А-А-А-А-А! — в унисон прокричали мужчины, отскакивая друг от друга на разные концы кровати. Не рассчитав размеры собственного спального места, Шанкс свалился на деревянные доски.       — Ай-яй, — потерев затылок единственной рукой, произнес рыжий. Он посмотрел на своего старпома, не менее удивленного этой ситуацией. — Где Анна? — оглядываясь, спросил Шанкс. Осмотрев пустую кровать, Бенн пожал плечами. Взгляд рыжеволосого упал на открытый иллюминатор с табуреткой, стоящей под ним.       — Кажется, я начинаю вспоминать, что вчера было… — прикрыв глаза произнес Бекман, отвлекая капитана от шевелящихся шестеренок.       — Я точно помню, как ночью русалочка лягнула меня хвостом между ног...но проснулся с тобой. У меня пока картина не складывается. Расскажи, что помнишь, — попросил Шанкс, устроившись на полу в излюбленной позе буддиста.       — Мы праздновали... — Бенн задумался, вспоминая, что же они могли праздновать, если день рождения капитана давно прошел, а следующий ближайший будет только через месяц. — Праздновали встречу с русалкой. Я сидел на поляне, как вдруг появляешься ты вместе с Анной. Все вдруг оживились и стали бегать вокруг нее. Она пела очень красиво, поэтому парни ей доплачивали за это. Ты напоил бедную девочку, поэтому когда начался конкурс "Кто больше выпьет", она еле глаза открытыми держала. Тут она как закричит: "Кто не перепьет меня — не мужик". Все начали закидываться, как не в себя, но девчонка позиций тоже не сдавала, хоть и казалось, что сейчас она точно свалится. Короче напились вы и она ненадолго отключилась, но как только ты решил отнести ее в каюту, она вдруг проснулась и начала кричать, что все мужики — козлы. Большая часть команды уже в отключке валялась. Она упала на колени, точнее сгиб хвоста, и начала плакать, повторяя, что ненавидит всех мужчин на свете, кроме Луффи. Тут ты спросил ее про Луффи и после этого она полчаса рассказывала, какой же он все-таки милый и очаровательный. Когда она уже начала явно засыпать, ты снова попытался ее отнести, но она отказалась сдаваться и цеплялась за ветки всю дорогу. Я был еще в сознании, поэтому решил помочь. Мы вдвоем несли ее: я держал за руки, а ты за хвост. Принесли мы ее в каюту и уложили на кровать. Так и заснули. Вроде все. — закончив свой рассказ, Бекман посмотрел на лицо своего капитана. Сменив несколько выражений за время рассказа, Шанкс сидел задумчивым. В его голове пролетали вчерашние события.       — Точно, — согласился рыжий, почесав затылок. — Но где тогда Анна? Не могла же русалка сама дойти до окна и выпрыгнуть в море. — насмешливо протянул капитан, смотря на своего старпома.       — Чисто теоретически — нет, но мало ли что… Чего только на свете не бывает… — загадочно ответил Бекман, разминая плечи.       — Может её кто-нибудь из наших на палубу понес? Схожу, проверю, — вскочив с пола, Шанкс вышел на палубу. Дверь поддалась не сразу, пришлось подергать ее. Какой уже месяц он хочет починить этот долбаный замок, но все никак рука не доходит.       Солнце нещадно слепило глаза, и Шанксу даже показалось, что оно выжигает ему склеру. Привыкнув к свету, он облазил весь корабль, но его поиски не дали плодов. Запоздало он вспомнил, что владеет Волей Наблюдения, но и с ней не смог найти юную русалку. Ни на корабле, ни на острове ее не было. Отчаявшись, он сел на деревянные ящики и откинулся назад.       — Сбежала... — появился в его голове ответ на все вопросы. Он удручённо вздохнул и поудобнее разлегся, отдыхая после вчерашнего веселья. Он слышал мерные постукивания ботинок Бекмана, который ходит по палубе и чем-то занимается, но его это не особо волновало, он всегда доверял своему первому помощнику. Вдруг шаги стали быстрее и громче, значит старпом приближался к нему с какой-то новостью.       — Шанкс, новостной Куу принес сегодняшнюю газету, — лицо Бекмана было озадаченным. Он протянул газету, раскрытую на середине. Капитан лениво взял ее в руку и быстренько пробежался глазами. Его взгляд зацепился за фотографию молодой девушки до безумия напоминавшую исчезнувшую русалку. Рядом была надпись: «Пропала девочка. Пятнадцать лет. Отзывается на имя "Энн". Если увидите ее, просьба позвонить по номеру Муши: ******…рекомендуется не сообщать ей об этом, ведь она может сбежать. Нашедшему полагается награда.»       — Это разве не Анна? — всматриваясь в фотографию, спросил капитан. — И даты сходятся…       — Нас провели вокруг пальца, — по-доброму усмехнувшись, произнес старпом.       — Ну что поделать, позвоним, узнаем, кто ее ищет, сообщим о знакомстве, — весело протянул Шанкс и поплелся в свою каюту, где лежала его персональная Ден-Ден Муши.       Старпом не стал отставать и отправился за ним, проследить, чтобы его капитан не натворил дел. Пока Шанкс набирал номер, Бекман смотрел на фотографию. Почему-то ему вспомнилось, как еще буквально восемь лет назад у него были прекрасные черные волосы, без единого изъяна и седины, а теперь еще чуть-чуть и его смоляные пряди исчезнут и вовсе, а ему всего-то сорок шесть лет. Это из-за нервов он стал быстро седеть. Шанкс его доводил до таких состояний, что это еще хорошо, что он лысеть не начал. Вот Бонк Панчу так не повезло, его шикарная волосня начала выпадать сразу после знакомства с Шанксом и уже через год он был полностью лысым. Обезьянку он себе завел, узнав, что животные помогают стабилизировать эмоции, стать более расслабленными и спокойными. Вот так и живет теперь. Рыжеволосый с нетерпением ждал, когда на другой стороне поднимут трубку. После седьмого «пере-пере», улитка оживилась и начала транслировать эмоции собеседника капитана.       — Вице-адмирал Монки Д. Гарп слушает? — послышался грубый мужской голос. Лицо Шанкса искривилось в злорадствующей ухмылке, глаза хитро блеснули, предвещая дальнейшее веселье.       — Га-а-а-арп… — ехидно протянул Шанкс. На той стороне послышались маты и ругательства, давая понять, что собеседник узнал рыжеволосого. От этого улыбка Шанкса стала еще шире. Бекман, наблюдавший за этим со стороны, достал сигару и прикурил, полностью игнорируя препирательства двух взрослых, которые явно что-то не поделили.       — Ты на кой черт мне звонишь?! — зло крикнул в трубку Вице-адмирал, пылая яростью.       — Мы твою Энн встретили. Кажется, я понял, почему она казалась мне знакомой, мы виделись пару месяцев назад, когда я в Новый Мир возвращался! — произнес Шанкс и начал наблюдать за реакцией улитки. Ее глаза были широко распахнуты, вены вздулись, изо рта шел дым и казалось, словно она сейчас загорится.       — Ты… — сурово произнес Гарп. — Если с ее головы упадет хоть один волосок, я убью тебя! — воздух в помещении потяжелел, но это не напугало Шанкса. Он все с той же самодовольной ухмылкой смотрел прямо на Муши.       — О чем ты говоришь, как я могу навредить этой очаровательной русалочке? — наигранно обиженно спросил Шанкс. После этого последовала минута молчания и рыжему даже показалось, что Гарп там окочурился от злости.       — Какой русалочке? — спросил сбитый с толку Гарп.       — Как какой? Энн твоей. — невинно произнес рыжий. Бекман начал внимательнее вслушиваться в слова Дозорного, чтобы не пропустить важной информации.       — Фух… — на той стороне послышался облегченный выдох. — Ах ты рыжая сволочь, у меня и без тебя проблем хватает. И кстати, Энн — человек, а не русалка, так что не пудри мне мозги. У меня нет времени, чтобы тратить его на тебя. — спокойно произнес Гарп и бросил трубку. Удивленный Шанкс посмотрел на Бенна с немым вопросом «Хвост ведь был?». Старпом согласно кивнул, полностью уверенный в подлинности хвоста милой русалочки, ведь он успел достаточно его полапать.

***

      — Стой! — крикнул какой-то мужик, гнавшийся за мной. Вот опять это долбанное «стой». Крикни там, шавуху дам или скидки, так нет, просят остановиться, но ничего взамен не предлагают. Хрен тебе.       — Энн, как ты умудрилась нажить себе врагов на острове, на котором никогда не была?! — истерично крикнул Лёва, старательно убегая вместе со мной.       — Я откуда знаю?! Может он просто хочет нас ограбить?! — это возможно, ведь на мне столько украшений.       — Стой, девчонка по имени Энн! — крикнул этот мужик.       — Ограбить? Как же! Он твое имя знает! По любому ты ему как-то насолила! — рявкнул на меня мелкий. Ну не встречала я его никогда прежде! Да и вообще, почему-то, как только он увидел мое лицо, начал как ненормальный меня преследовать.       — Точно! Он влюбился в меня с первого взгляда, ведь я такая красотка! — самовлюбленно произнесла я, а мелкий лишь недовольно фыркнул. — Мне сегодня не до поклонников, так что простите! — громко крикнув это мужику, я усилила ноги Волей и сиганула на ближайшую крышу здания. Ой, Лёву забыла.       — Лёв, на пристани встретимся. — сообщила ему я и побежала дальше. С крыш открывались отличные виды на город. С такой высоты люди выглядели, как муравьишки, копошащиеся в своем муравейнике. Почему-то мне вспомнился вид из окна пятиэтажки. С третьего этажа люди уже выглядели, как милипусенькие точечки. Помнится, мне нравилось сидеть на подоконнике и смотреть вниз, на площадку. Мама всегда ругалась, когда видела это, говоря, что я могу сломать его, но я каждый раз залазила туда снова, только когда мама не видела. Летом приятно прислониться щекой или лбом к прохладному стеклу и наблюдая вниз, думать о своем. Потом, правда, приходилось оттирать окно, чтобы не оставалось следов, но это мелочи. Пока я глубоко погрузилась в свои мысли, нечаянно споткнулась и кубарем полетела вниз.       — ААААААААА! — мой истошный крик наверняка разнесся по всему городу. Я успела вовремя сориентироваться и усилить тело Волей. Приземлилась на ноги и спокойно выдохнула. — Фух, думала будет больнее.       Спокойной походкой я дошла до пристани, но моего мелкого друга там не было. Ну, с ним по любому ничего плохого не могло случиться, значит мне можно немного погулять. Первым делом я отправилась в ломбард и сдала все украшения. За все мне дали десять лямов! Это получается я огромный куш срубила! Все, теперь буду вести корпоративы у пиратов! Сделаю листовку и разошлю по Новому Миру. Брошу Дозор и желание стать пиратом, буду петь. Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Шутка! Прибыль хорошая, но риски большие. Пойду, одежды себе приличной куплю, а то, как из леса вышла, хотя я оттуда и вышла. Пройдя пару бутиков, я купила себе одежду и переоделась в нее. На мне было милое платьице с белым верхом и черной юбкой, на талии был пояс с двумя декоративными бутонами белых роз. Сняв бинты, я поняла, что они мне больше не нужны, ведь синяк уже залечился. Да здравствует быстрая регенерация! Я прошвырнулась по ресторанчикам и знатно наелась. К вечеру, когда солнце начало садиться, я вспомнила о Лёве. Он сегодня ничего не ел. Мне аж жалко его стало. Основа любви — это жалость, так говорила мне мать. Мне его жалко, значит я его люблю. Если я его люблю, значит я к нему привязана, а если я к нему привязана, значит мне надо волноваться за его благополучие.       — Лёва! Лёва! Вы не видели черного кота? — бегая по улицам, кричала я. Редкие прохожие лишь раздраженно глядели на меня. Ну и плевать на них. Это странно, почему его нигде нет. — Лёва, ты меня слышишь, ответь! — даже телепатия не помогла мне связаться с ним. Что за черт происходит?! Где же ты, Лёва? Я целый час пыталась отыскать его, но даже с помощью Воли Наблюдения не могла заметить его присутствие. Как? Как это могло произойти? Я ведь думала, что смогу защитить хотя бы его! Я думала я сильная, но на деле…       Я упала на колени, горячие слезы обожгли кожу щек. Я устремила взгляд на ночное небо. Сегодня было полнолуние. Луна сияла бледно-голубым светом. Я смотрела на нее, завороженная ее красотой. Из бледно-голубой, она начала окрашиваться в красный. Она зачаровала меня, избавляя от всех печалей и страхов. Я чувствовала, как теряю что-то важное, человеческое, как моя кожа начинает жечь, как что-то начинает пробиваться сквозь нее. Я не могла отвести взгляда от небосклона, на котором была горячо любимая кровавая луна. Мне нравится красный, так почему бы не окрасить им весь этот город? Отличная идея, все должно быть красным. Наконец налюбовавшись луной, я отвела взгляд от нее и устремила его на витрину какого-то магазина. В отражении я увидела свое лицо, наполовину покрытое красным рисунком. Из головы выходили четыре рога, два длинных и два поменьше. Левый глаз был красного цвета с вытянутым кошачьим зрачком. Во рту были острые клыки, а уши приобрели вытянутую форму с острым концом, как у эльфов. Одежда сгорела на мне и остался лишь золотой крестик.       — Лёва. — мой голос был твердым и настойчивым, он звучал как приказ.       — Э-Энн? — заикнувшись ответил дьяволенок. Я смогла до него дозваться, наконец-то!       — Наконец-то, и ста лет не прошло. Почему ты не отвечал? — строго спросила я.       — Прости! — раскаялся Лёва. В его голосе прослеживался животный страх. Что-то во мне его пугало. — Я-я обиделся и уплыл на соседний остров. Хотел, чтобы ты попереживала. — запуганно произнес он. Я не чувствовала ни злости, ни облегчения. Сейчас во мне была только жажда…жажда крови.       — Вернись сюда завтра, с рассветом. — не принимая возражений произнесла я и прервала нашу связь.       Встав на ноги, я оглянулась. В одном из переулков я заметила несколько людей. Несмотря на эту кромешную темноту, я отлично видела. Неспешной походкой я отправилась к ним. Оказавшись прямо перед ними, я плотоядно улыбнулась. Всего их было три взрослых мужчин. Подняв на меня глаза с расширенными зрачками, явно из-за какого-то наркотика, они похабно улыбнулись мне.       — И что такая красавица делает в этом переулке. — встав с корточек, спросил один из них. Было темно, поэтому они не могли разглядеть мой полный внешний вид, лишь только размытый силуэт. Они начали вальяжно подходить ко мне. Окружив меня, их главарь встал прямо передо мной все еще держа дистанцию в два шага.       — Развлекаюсь. — игриво произнесла я и взмахнула рукой, покрывшейся красными рисунками, удар пришелся по шее наглеца. Послышался хруст, его голова моментально отделилась от тела и полетела на землю, упав на нее с глухим стуком. Кровь брызнула в разные стороны, запачкав стоящих по бокам мужчин, стены и пол, на меня тоже немного попало. Я с удовольствием слизала ее со своих пальцев, отмечая про себя, что она имеет очень необычный вкус. Тело стало ужасно легким, а настроение быстро поднялось. Видимо это наркотик попал в мой организм с кровью этого отброса, но ничего страшного, у меня сильное сопротивление таким веществам. Его дружки с ужасом смотрели на труп своего товарища.       — Т-ты — монстр! — запуганно прошептал один из мужчин.       — Ошибаетесь, я не монстр, я — демон. — они со страхом взглянули на меня. И, прежде чем один из них закричит, я вогнала руки им в грудные клетки. Сломав пару ребер, я схватила их сердца и одновременно выдернула руки, сопровождаемая противным чавканьем и предсмертными криками ужаса. Их безжизненные тела повалились на землю. — Ха-ха-ха-ха! — звонко рассмеялась я, сжимая сердца в руках. Кровь стекала по моим рукам, так и, маня меня, слизать ее. Я поддалась соблазну и, возвысив левую руку надо ртом, сдавила сердце. Кровь начала стекать с ладоней и капать мне в рот, доставляя невероятное наслаждение. Закончив с трапезой, я выбросила бесполезные куски мяса, отправившись искать следующих жертв.       Я не заходила в дома, следуя правилу, что монстр не достанет тебя дома. Я искала людей, что шатались этой поздней ночью по улицам. В основном это были пьяницы да наркоманы, что вылазили в это время суток. Жестоко расправляясь с каждым встречным, я забрела на пристань. Умостившись на один из ящиков, стоящих у самой воды, я вгляделась в водную гладь. Там отразилось полностью покрытое красными узорами демоническое лицо. Белок глаз стал черным, а радужка светилась красным. Зрачок был настолько узким, что выглядел, как тонкая линия вдоль глаза. Теперь все зубы заострились. На лице не было ни капли сожаления или печали. Наоборот, губы были растянуты в довольной ухмылке. Все тело было покрыто бордовой остывшей кровью. Волосы стали отдавать красным оттенком от большого количества крови, находящейся на них, они неприятно слиплись и стали жесткими. Густой тяжелый запах крови повис вокруг меня, создавая ощущение, словно сама смерть со своей неизменной косой ходит по моим пятам, но не за моей жизнью, а за теми, кто попадается мне на пути. Почему-то я не чувствовала угрызений совести. Все, что я делала, я осознавала, но меня это не пугало. В один момент мне стало все равно на жизни чужих мне людей. Чем я стала? Монстром? Нет, просто то, что я долгое время подавляла, вырвалось на волю. Все мои сожаления и угрызения совести — это навязанные мне обществом чувства. Я когда-нибудь всерьез сожалела о чем-нибудь? Хотя был один случай…много лет назад…в прошлом, которое уже не настигнет меня…надеюсь.       — Хаааа… — томно выдохнула я, ощущая, как моя жажда крови и разрушений возвращается с удвоенной силой. Я могу контролировать ее и управлять, но это болезненно и утомительно. Мне сейчас легче насладиться чьим-то страхом, испить его боль и уничтожить, нежели сидеть и дожидаться, когда эта лихорадка пройдет. Нельзя постоянно копить гнев в себе иначе он может вырваться в один момент с такой силой, что уничтожит все на своем пути. Что ж, если меня никто не остановит, этот город будет уничтожен к рассвету. Но перед тем, как идти убивать, я хочу смыть эту кровь с себя, не хочу, чтобы она пачкала мой вид. Впрочем, она вообще незаметна на фоне моей красной кожи. Пройдя по деревянному мосту, я подошла к самому его краю и прыгнула в воду. Холодные струи остудили мой пыл, и тело стало ощущаться менее болезненно. Я расслабилась и откинулась назад, плавая на поверхности воды. Небо было затянуто мглой, предвещая шторм, луна, словно кровавая диадема, упорно отгоняла от себя тучи, так и норовившие закрыть ее собой. Приятный ветерок охлаждал мокрую кожу, даря желанное спокойствие. Желание устроить геноцид постепенно утихало, словно море утягивало его за собой, в свои самые темные глубины, где оно не сможет достучаться до меня. Тело наполовину вернуло свой привычный облик, но я все еще ощущала себя чем-то не очень похожим на человека. У меня нет часов, поэтому не могу сказать, как долго я была в воде, наверное, час, а может два. Кто его знает. Но, когда я вылезла, к пристани пришвартовывался корабль. Он выглядел до безумия знакомым, но видела я его впервые. Достаточно было увидеть сладости на палубе, чтобы понять, что это один из кораблей Большой Мамочки, даже на флаг смотреть не надо. Подняв взгляд к парусам, я прочитала знакомое имя. Большими буквами там было выведено «КАТАКУРИ». Меня не напугало это, напротив, во мне проснулся дикий азарт. Ожидание хорошей битвы заставило меня растянуть губы в довольной ухмылке. Что ж, не буду ждать приглашения, а нападу первой.       Одним мощным прыжком оказавшись на корабле, я огляделась. Доски под моими ногами жалобно скрипнули, не подготовленные к жару моих ног. Вокруг были только маленькие солдатики, одетые в одежду шахмат. Я чувствовала, что на этом корабле есть только один живой человек и он видимо тоже меня почувствовал. Его Воля явно развита сильнее моей, но разве это проблема? Не думаю. Душки, так называли этих солдатиков в аниме, начали яростно бросаться на меня, стараясь проткнуть своими пиками, но буквально от одного удара разлетелись в разные стороны. Я, все больше распаляясь, шла к двери, ведущей в кабинет или покои капитана, аура человека исходила оттуда. Не успела я дойти, как вдруг дверь распахнулась и из нее вышел очень высокий человек с тёмно-фиолетовыми волосами. На меня был направлен строгий пронзительный взгляд тёмно-фиолетовых глаз. Нижнюю часть лица мужчины закрывал крупный черно-белый меховой шарф, который держался на его плечах. На нем был небольшой чёрный кожаный жилет с надписью CHARLOTTE на спине и розовым черепом, что совершенно не скрывал его потрясающий пресс, дополняли образ тёмные перчатки и длинные брюки. Пояс с заклёпками и круглой пряжкой в форме черепа и ботинки на каблуке и со шпорами, сверху на которых расположены кожаные ремешки с пряжками, два шипованных браслета на голенях чуть ниже колена, а также наколенники, на каждом из которых есть направленный вперёд шип, добавляли опасности его виду. Чуть выше, на левом бедре, нога Катакури обмотана светло-серой кожаной полоской с заклёпками на ней. На правом предплечье, у Сладкого Генерала закреплен шипованный браслет. Мускулистое тело и накачанный торс, на котором располагаются татуировки розового цвета, которые покрывают его левую половину тела и идут от груди и живота до спины, выглядят невероятно мужественно, несмотря на свой цвет. На груди и животе находится татуировка в виде ряда вертикальных линий, такая же, как и на его спине за тем исключением, что сзади на его лопатке изображено крыло. Его левое плечо также покрывает узор из татуировок, где выбит рисунок, напоминающий череп. Он свирепо прожигал меня взглядом, а я бесстыдно разглядывала его пресс.       — Кто ты и что здесь делаешь? — низкий грубый голос отвлек меня от созерцания. Его совсем не напугал мой внешний вид, этого стоило ожидать от Конфетного Генерала. Я усмехнулась и в секунду оказалась прямо перед его лицом, замахнувшись для удара.       — Зачем лишний треп? Просто сразись со мной! — возбужденно крикнула я после того, как мой кулак прошел мимо его измененного тела. Он замахнулся и ударил снизу кулаком, усиленным Волей. Попав мне в живот, он подкинул меня на метров двадцать над кораблем. Хруста костей не было, значит ничего не сломала. Надо заметить, в этом обличии тело довольно прочное. Создав несколько рук из моти, он усилил их Хаки и отправил в меня, но как только они коснулись моего тела, вмиг исчезли. Я почувствовала прилив сил и пока любитель пончиков офигевал от этого, нанесла ему ответный удар. Он не смог увернуться, но успел выставить руки для защиты. Удар был такой мощный, что верхняя палуба треснула и Катакури свалился в трюм. Я отпрыгнула назад и зацепилась за гафель, прокатившись по нему к левому борту и спустившись по топенанту. Сидя на гике, я смотрела, как внизу бегали и суетились душки, обеспокоенные случившимся. Я задорно рассмеялась, наблюдая за их растерянностью. Они мне напоминали стаю муравьев, когда тех залили водой. Из большой дыры на палубе, показалась рука в черной перчатке. Я вновь спрыгнула вниз, подходя ближе к разлому. — Ну как тебе? Я ведь сильна? — самоуверенно произнесла я.       — Сильна. — подтвердил мои слова мужчина. — Но я все равно сильнее. — Замахнувшись растянутой ногой, он выбросил меня с корабля. Из-за того, что его ноги были закрыты тканью штанов, я не смогла деактивировать его силу. Я разбила одно из сторожевых зданий, больно ударившись о каменную плитку. Мне не дали передохнуть, как огромный кулак вогнал меня еще глубже в землю. Я привстала и сплюнула кровь. Надо мной возвышалась высокомерная фигура Генерала.       — Ха, не стоило расслабляться. — весело произнесла я и оттолкнувшись от земли, вновь оказалась перед его лицом. Мои руки загорелись, и я ударили ими в область носа, но мужчина поменял строение своего тела, и я промазала. В этот же момент я замахнулась ногой и ударила его в солнечное сплетение, оставив небольшой ожог. Мне тут же прилетел удар по голове и меня отбросило в воду. Я легко выплыла на берег и заметила недоуменные глаза Катакури. Видимо он надеялся, что я фруктовик.       — Не стоило недооценивать тебя. — грубо произнес мужчина и в его руках появился трезубец. Он бросил его в меня, но я смогла увидеть куда он упадет и протиснулась между его зубчиков. Меня прижало к земле. Похоже трезубец не из моти, а самый настоящий. Я быстро выдернула его и взяла за древко, направив на хозяина.       — Раз уж ты признал меня, то и мне стоит стать серьезней. — насмешливо произнесла я и кинула трезубец в мужчину, он с легкостью увернулся и схватил оружие своим моти.       Яростные атаки с моей и его стороны не прекращались ни на секунду. Пристань была разбита вдребезги. Город начал гореть из-за моего пламени и люди эвакуировались, но нас совершенно не волновали чужие жизни. Я была полностью поглощена битвой, получая немалое удовольствие от того, что есть человек, способный противостоять мне. Шарлотта тоже был заинтересован в нашем противостоянии, с наслаждением наблюдая, как я изредка сплевываю кровь.       — Что, уже сдаешься? — насмешливо спросил Катакури, явно провоцируя меня. Придержавшись за разломанную стену, я встала и с вызовом глянула в его глаза.       — Не дождешься! — в этот момент я ощутила, как сила пульсирует в моих венах. С невероятной скоростью я оказалась прямо перед ним и ударила его в лицо, он не успел среагировать и пропустил удар. Моя рука горела ярким пламенем, опаляя его кожу. Огонь зацепил и шарф, поэтому, когда он отскочил, ему пришлось сбросить его. Он тяжело дышал, поэтому можно было рассмотреть ряд белых острых клыков. Четыре клыка, явно больше остальных, выглядывали наружу. Два шрама от начала губы и до ушей, были по обе стороны его лица. Его напряженное выражение говорило о том, что он не собирается оставлять свидетелей живыми.       — Теперь я не могу отпустить тебя живой. — зло произнес он и начал давить королевской Хаки. Я машинально ответила на его давление. Его синяя и моя золотая Хаки схлестнулись. Люди на этом острове начали терять сознание, море неспокойно бурлило, асфальт начал трескаться. Дополняло эту картину жуткая буря, бушующая в море. Мы вновь начали колотить друг друга. Меня ранило трезубцем по голени, но рана тут же затянулась даже не оставив шрама. Пока он был обескуражен этим, я жестоко ударила его в живот, отбрасывая далеко в море. Через пару секунд послышался громкий бульк и недалеко от берега брызнула вода. Я тяжело дыша взглянула на горизонт. Вдали из-за моря поднималось солнце, освещая мир своим светом. Мой тело начало возвращаться к прежнему состоянию. Красные рисунки отступали от освещенных солнцем участков кожи и возвращали мне мой привычный вид. Я несколько секунд приводила дыхание в норму. Но после вспомнила о Катакури.       — Ой блииин! — быстро побежав к тому месту, куда по идее он упал, я прыгнула в воду, она была очень холодной и тело покрылось гусиной кожей. Приняв обличие русалки, я начала выискивать Конфетного Генерала. Ему нельзя умирать, иначе кто будет противостоять Луффи? Нет, он должен быть повержен Мугиварой! Мне удалось найти его тонущее тело. Схватив его локоть, я начала вытаскивать его на поверхность. Вытащив его из воды, я перекинула его руку через плечо и оттащила его подальше. Прислушавшись, я поняла, что дыхания нет. Положив его на землю, я начала делать массаж сердца. Мне пришлось сесть на его пресс, чуть ниже его груди, чтобы доставать до примерного положения сердца. Начав массаж сердца, я сделала тридцать ритмичных надавливаний и опершись одной рукой о его плечо, потянулась к лицу. Зажав нос Катакури свободной рукой, я сомкнула наши губы и сделала выдох, немного отстранившись, я набрала в легкие побольше воздуха и, снова сомкнув наши губы, выдохнула. Я повторяла эти движения пару минут, до тех пор, пока мужчина не начал дышать сам. Повернув голову в бок и откашлявшись, он дезориентировано глядел вперед в сторону своего корабля. Пока я реанимировала его, успела излечить его ожоги на лице и груди, теперь остались только мелкие раны, которые могут зажить за неделю. Немного приподняв шею, он взглянул на меня. Легкий румянец тронул его щеки, и он тут же отвернулся. Я глянула вниз, понимая, что сижу на его прессе абсолютно голая, да и притом ладонями трогаю его грудь. Быстро отскочив от него, я неловко прикрылась руками. В форме демона у меня все прикрывалось красными рисунками, а тут раз и их нет. Вот черт, стыдно-то как! А еще…мы ц-целовались! Я вспыхнула, вспоминая, как делала искусственное дыхание.       — Я не собираюсь проигрывать. — твердо сообщил мужчина и сел. Я вздрогнула. Во мне нет больше той силы и уверенности, да он же меня сожрет и даже не подавится!       — Я не хочу драться. — спокойно сказала я. — Давай считать, что это была ничья…пожалуйста. — жалобно промолвила я, смотря на его лицо.       — Я не могу оставить тебя живой, ведь ты видела мое лицо. — грубо произнес он, и скривился в гримасе отвращения, скорее к самому себе, нежели мне.       — А что не так с твоим лицом? — наивно спросила я, смотря без страха и отвращения. Он глядел на меня с подозрением в глазах.       — Разве я не похож на угря или пеликана? — спросил он, напряженно выжидая моего ответа.       — Я никогда не видела угрей вживую и пеликанов тоже. А они все такие красивые, как ты? — ласково спросила я, стараясь не обидеть его. Он покраснел.       — Ч-что? К-как ты могла никогда не видеть угрей и пеликанов?! — заикаясь смущенно спросил мужчина.       — Вот так. — пожала плечами я. Он отвернулся, скрывая поалевшие щеки, но уши выдавали его. — Почему ты не хочешь, чтобы твое лицо видели, ты ведь красивый?       — П-прекрати нести эту чушь! — вздрогнув, смущенно вскликнул Катакури.       — Это не чушь, ты и вправду прекрасен. — честно призналась я. Чего краснеть, это ведь факт. Он резко повернулся на меня, все еще смущенный и красный.       — Посмотри! Разве ты сможешь дотронуться до такого ужасного лица! — почему-то обиженно выкрикнул он. Я неловко почесала скулу пальцем.       — Вообще-то, когда я тебя приводила в чувство, мне пришлось…сделать тебе искусственное дыхание рот в рот. — смутившись произнесла я, стыдливо отводя глаза в пол. Я услышала глухой «буф» и приподняв глаза заметила, как от красного лица мужчины идет пар. Да, на этот мир законы физики и биологии не действуют.       — Мой п-первый п-поцелуй! — нервно прошептал он, прижимая ладонь к губам. Твою мать, что значит первый? Ему же за сорок! Всю эту ситуацию можно описать фразой из песни: «Тебе за 40, но ты не оторванный от мамки», правда там про 20 пелось, но да ладно. Не буду говорить, что не один раз повторила это действие. Спокойней будет.       — Я, пожалуй, пойду. — привстав, я начала ретироваться к морю, но меня окликнули.       — Подожди! — моментально загородив мне путь своим массивным телом, произнес Конфетный Генерал. Я непонимающе взглянула на него. — Ты должна взять на себя ответственность! Мама говорила, что если найдется женщина, не побрезгавшая коснуться моего уродливого лица, я должен немедленно жениться на ней.       — Какую ответственность? — удивленно переспросила я, с полным непониманием пялясь на него. Он прочистил горло и попытался немного унять свое смущение.       — Ты должна выйти за меня замуж. Так ты понесешь ответственность за то, что украла мой первый поцелуй. — застенчиво произнес он. Я аж за сердце схватилась. Какую ответственность, какую свадьбу? Кому из нас сорок четыре, а кому пятнадцать, а?!       — Мне всего пятнадцать! — обескураженно выдала я. Мужчина ничуть не смутился, он присел на одно колено передо мной и протянул руки. По мне пробежался табун мурашек, хотя каких мурашек — слонов! Я сжалась, стараясь прикрыться от цепких глаз мужчины. Вот я попала, конечно.       — Ничего страшного. Я могу подождать еще годик и тогда… — аккуратно взяв мои руки в свои огромные ладони, начал говорить он, но я не сдержалась.       — А тебя не смущает наша разница в размерах?! Ты под пять метров, а я всего метр шестьдесят с хвостиком. — задала логичный вопрос. Реально, как он представляет нашу первую брачную ночь? Стоп. О чем я думаю?! Какая брачная ночь?! Я не собираюсь выходить за него, хотя бы потому что мне не нравится моя свекровь! В тебе есть только один минус и это твоя мать!       — Если правильно питаться, то я уверен, что ты станешь больше… — неуверенно начал он.       — А если не стану? Ты не сможешь использовать в отношении меня дьявольский фрукт, потому что они на меня не действуют. Если я не вырасту у нас никогда не будет детей и даже половых отношений. Тебя такой исход устраивает? — серьезно спросила я. Скажи нет, скажи нет, скажи нет! Я слишком молода для замужества! Он вновь покраснел. Откашлявшись, он готовил проникновенную речь, хотя нет, он просто завис.       — Будет жаль, если так получится, ведь наши дети могли бы стать крепкой опорой семьи, но я не буду утверждать, что это единственное, что мне нужно. Пускай я и сделал тебе предложение импульсивно, поразившись твоей силой, но все же ты первая, кто назвал меня прекрасным, увидев меня без шарфа. Я уже давно не мальчишка, мне не нужна женщина для развлечений, мне нужна та, что сможет принять меня настоящим. — под конец его монолога я напряженно отвела взгляд. Нет, ну я понимаю, что иногда хочется любви и заботы, но зачем же сразу жениться?       — Прости…у меня уже есть жених. — мне ничего в голову лучше не пришло, чем соврать. Ты, конечно, секси, но я хочу нагуляться пока молодая. А если меня будут связывать какие-то обещания о верности, меня же совесть загрызет.       — Кто он? — устрашающе спросил Катакури. Я немного вжала голову в плечи. Как это у него получается? Только пару секунд назад был красный, как помидор, а теперь устрашает своим видом. Кто он? Откуда я знаю! Так, нужно выбрать того, кого он не ушатает с одного удара и кого не жалко. Бекмана не жалко! Он сильный, поэтому хрен его победят, да притом он старпом Йонко! Он меня лапал, теперь пусть отдувается!       — Бенн Бекман. — нервно теребя пальцы, смущенно произнесла я.       — Ха, если я не ошибаюсь, то он даже старше меня! — обиженно произнес мужчина.       — Любви все возрасты покорны. — по-монашески произнесла я и состроила невинное лицо, авось прокатит. Мужчина нахмурился и сосредоточенно смотрел на меня. Я прижала руки поближе, прикрывая тело. Он думал, взвешивал и решал.       — Апчху! — разорвав эту оглушительную тишину, я смущенно отвернулась. Съежившись сильнее, чтобы удержать хотя бы капельку тепла, я ожидала вердикта Конфетного Генерала. Он наклонился ко мне и поднял на руки, крепко прижимая меня к своему горячему телу. Я сидела на его предплечье держа ладони на его груди. Он понес меня к ближайшему дому и украв, ну или одолжив, одеяло, завернул меня в него, прямо как ребенка. Не говоря ни слова, он понес меня на корабль.       — Э-эй, подожди, мы ведь даже не знакомы. — нервно протараторила я.       — Катакури. — представился он.       — Энн. — ответила я. Нет ну, что это такое, похищают средь бела дня.       — Знаешь Энн, я пират, а пираты всегда берут то, что им нравится, поэтому я тебя краду. — весело улыбнувшись произнес он. Меня передернуло. Как можно говорить такие ужасные вещи с такой милой улыбкой на лице? И что мне теперь делать? Кричать, помогите насилуют? Нет, не прокатит. Я горожанам подгадила, скорее они нас фанфарами провожать будут и солью кидаться. Невестка Большой Мамки, нет уж увольте!